Главная / Русский язык и литература / Реферат по литературе. Афганская война: политические амбиции и человеческие судьбы

Реферат по литературе. Афганская война: политические амбиции и человеческие судьбы

Управление образования Верхнесалдинского городского округа

Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение

«Средняя общеобразовательная школа №3»




РЕФЕРАТ

Афганская война: политические амбиции и человеческие судьбы


http://www.gaidarovka.info/images/stories/afgan/Афган.Вывод%20войск_html_3b9bb341.jpg

Секция: «Бухта памяти»

Автор работы:

Негодяева Алена,

ученица 11а класса

Руководитель:

Иванова Н.И.

учитель русского языка и

литературы I квалификационной

категории



Верхняя Салда

2014 г.



СОДЕРЖАНИЕ

Введение

3

1.Историческая справка об Афганской войне

4-8

2.Газета «Правда» о событиях в Афгане

9-10

3.Эхо афганской войны в произведениях С.Алексиевич, О. Ермакова, Г. Устюжанина

11-27

3.1. Афганский излом в произведении С.Алексиевич «Цинковые мальчики»

11-19

3.2. Афганская война в изображении писателя-«натуралиста» Олега Ермакова «Знак зверя»

20-24

3.3. Герои Афгана в произведении «Жестокий ветер «Афганец» Г. П. Устюжанина

25-27

Заключение

28

Список литературы

29

Приложение 1

30-32























Введение

Мы живем в переломное время. Это время прозрения от слепоты, когда вечные истины оборачиваются для нас новой стороной. Мы узнаем о «белых» пятнах истории нашего государства. Одной из трагических страниц истории нашей страны стала «спрятанная» война в Афганистане. Что такое Афган? Афган - это спрятанная война. Зачем и кто ее спрятал? И от кого? Наверное, от нас с вами. Чтобы мы не знали «о коллекциях засушенный ушей, об обгоревшей коже, которая сворачивается в трубочку, точно лопнувший капроновый чулок, о солдате в целлофановом мешке… отдельно голова, отдельно руки… сдернутая кожа». Может, поэтому мы называем ее спрятанной? О чем говорили все тогда?
О воинском долге, об интернационализме державных интересах и южных рубежах нашей Родины? Но глухо ходили слухи о похоронах в панельных домах и цинковых гробах.
Что это была за война и какова её оценка историками и мастерами художественного слова - вот
цель моей работы.

Задачи работы:

- сопоставить исторические события с позиций времен афганской войны и сегодняшних дней;

- выявить, как происходило художественное переосмысление событий афганской войны в процессе анализа произведений С.Алексиевич «Цинковые мальчики», Г. П. Устюжанина «Жестокий ветер «Афганец», Олега Ермакова «Знак зверя», что несла эта скрытая война нашим мальчишкам, участникам тех событий, чем чревата она для нашей страны.

Объект работы – события Афганской войны 1979-1989 г.г.

Предметом моей работы будет являться не только хронология исторических событий, но и произведения художественной литература, которые помогут определить главные ценности солдат того времени, дадут оценку событий с точки зрения нравственных категорий, что в итоге поможет четко обосновать вывод.

  1. Историческая справка об Афганской войне

Просматривая страницы учебников по истории, отыскивая материал в различных официальных источниках, я узнала, что в1979 году началась Афганская война.

Что это было за время в жизни нашей страны? Это было время «застоя», время правления, как тогда говорили, « время величайшего» деятеля эпохи Л.И.Брежнева. 29 декабря 1979 года, газета "Правда" сообщает: "Кабул. 28 (ТАСС). Кабульское радио передало сегодня заявление правительства Демократической республики Афганистан. В нем говорится: Правительство ДРА, принимая во внимание продолжающееся вмешательство и провокации внешних врагов Афганистана, и с целью защитить завоевания Апрельской революции, территориальную целостность, национальную независимость и поддержание мира и безопасности, основывалась на Договоре о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве от 5 декабря 1978 года, обратилось к СССР с настоятельной просьбой об оказании срочной помощи, включая военную помощь, с которой правительство Демократической Республики Афганистан ранее неоднократно обращалось к правительству Советского Союза. Правительство Советского Союза удовлетворило просьбу Афганской стороны".

Отвечая корреспонденту газеты «Правда» в январе 1980 года, о причине ввода советских войск в Афганистан, генеральный секретарь Л.И.Брежнев сказал: «Непрекращающиеся вооруженные интервенции, далеко зашедший заговор внешних сил реакции создали реальную угрозу утраты Афганистаном своей независимости, превращения его в империалистический военный плацдарм на южных границах нашей страны. Иными словами, настал момент, когда мы уже не могли не откликнуться на просьбу правительства дружественного нам Афганистана. Поступить иначе означало бы отдать Афганистан на растерзание империализму».
Официальной версией ввода наших войск в Афганистан стала помощь дружественному афганскому народу и защита южных рубежей нашей Родины.
В декабре 1979 года ограниченный континент советский войск был введен в Афганистан. В огненный 1978-1979 гг. лидеры Афганистана неоднократно обращались за военной помощью для удержания завоеваний апрельской революции. СССР снабжал Афганистан боевой техникой и оружием, посылал туда военных специалистов. Однако этого для удержания власти было недостаточно. Но афганский народ - храбрый и свободолюбивый народ, и поэтому он воспринял вмешательство Советского Союза в свои внутренние дела как оккупацию. Весь афганский народ поднялся на борьбу с советскими оккупантами.

Советская пропаганда так и не смогла внятно разъяснить мировой общественности, кто же именно пригласил наш «ограниченный контингент», численность которого временами достигала 120 тысяч человек. Зато в СССР распускались слухи, будто советские солдаты лишь на несколько часов опередили американский десант, который должен был высадиться в Кабуле (хотя на тысячу миль от Афганистана не было ни войск, ни баз США) В связи с вводом частей Советской Армии в Афганистан в Москве родился анекдот. «Как теперь следует называть татаро-монгольское иго? - Ввод ограниченного контингента татаро-монгольских войск на Русь для защиты от литовской угрозы».

Ограниченный контингент не смог изменить ситуации в стране, хотя уже к началу 1980 года в стране оказалось 50 тысяч советских солдат и офицеров, а во второй половине года контингент достиг своей максимальной численности. Большинство населения воспринимало Кармаля как марионетку, сидящую на советских штыках. Таявшая от дезертирства афганская правительственная армия, удерживала при советской поддержке только столицу и провинциальные центры. Повстанцы контролировали сельскую местность, гористую и труднодоступную. Моджахеды получали помощь от пуштунских племен Пакистана, а перекрыть афгано-пакистанскую границу, представлявшую собой условную линию на пересеченной местности со множеством горных троп, было практически невозможно, спасаясь от войны, в Пакистан и Иран ушло свыше 4 миллионов беженцев Рейды советских войск против партизан, как правило, не достигали успеха Моджахеды растворялись в горах. Советская 40-я армия несла потери, Повстанцы обстреливали советские транспорты, нападали на небольшие отряды и гарнизоны. Некоторые группировки, в частности концентрировавшаяся в Панджшерской долине армия таджикского полевого командира Ахмад Шаха Массуда, вела успешные бои и с целыми советскими дивизиями, неоднократно пытавшимися уничтожить «льва Панджшера».
К середине 80-х стала очевидна бесперспективность советского военного присутствия в Афганистане. В 1985 года после прихода Горбачева Кармаль был заменен на бывшего главу службы безопасности д-ра Наджи-буллу, имевшего репутацию жестокого, но изворотливого человека, пред-ставлявшего более многочисленную фракцию «Хальк». Он пытался найти опору режиму как среди части пуштунских племен, так и среди народностей севера. Здесь, однако, он смог опереться только на узбекскую дивизию ге-нерала Рашида Дустума.

Кабульское правительство полностью зависело от советской военной и продовольственной помощи. США активизировали помощь повстанцам, начав поставку им зенитных ракет «Стингер». Было сбито несколько самолетов и вертолетов и поставлено под сомнение абсолютное советское господство в воздухе. Стало ясно, что из Афганистана надо уходить
14 апреля 1988 года в Женеве было заключено соглашение между Афганистаном, Пакистаном, СССР и США о политическом урегулировании. Было объявлено, что советские войска покинут страну. 15 февраля 1989 года командующий ограниченным контингентом генерал Борис Громов последним перешел пограничную реку Пяндж. По официальным данным, потери советских войск в Афганистане составили 14433 военнослужащих и 20 гражданских лиц погибшими, 298 пропавших без вести, 54 тысячи раненых и 416 тысяч больных. Существуют и более высокие оценки советских потерь в 35, 50, 70 и 140 тысяч погибших. Афганские потери, главным образом среди мирного населения, были значительно выше. Многие кишлаки авиацией сравнивались с землей, а жители расстреливались как заложники за действия партизан. Иногда говорят о миллионе погибших афганцев, но точно афганские потери никто не подсчитывал.

В результате прямых и косвенных причин Советский Союз был втянут в затяжную изматывающую, морально опустошающую войну на территории страны, живущей по своим обычаям и законам. Примечательно, что в этот период советское руководство искренне верило в то, что военная поддержка правительства Кармаля послужит ускорению процессов деисламизации и социализации Афганистана. Это оказалось серьезным просчетом и заблуждением «Кремлевских старцев», пребывавших в плену концепций вульгарного марксизма. Политическое значение ввода советских войск в Афганистане стало хорошим бонусом для руководства США в укреплении мифа о Советской военной угрозе. Последовал бойкот Московской летней Олимпиады 1980 года. Нефтяные исламские монархии Ближнего Востока получили в лице СССР идеологического врага номер один. Все эти факторы пагубно повлияли на стабильность политического режима в СССР.
После вывода войск советская сторона продолжала оказывать Наджи-булле массированную военную помощь, Горбачев говорил: «Важно, чтобы этот режим и все его кадры не были сметены дотла. Нам нельзя предстать перед миром в одних трусиках или даже без них». После августовского путча и распада СССР наступила развязка.

В марте 1992 года против лишившегося советской поддержки Наджибуллы восстал Дустум и занял Кабул. Бывший диктатор укрылся в миссии ООН В Афганистане началась война различных этнических и политических группировок, ранее объединенных борьбой с просоветским режимом. Она продолжается до сих пор.

В 1996 году отряды движения «Талибан», руководимого учащимися медресе и опирающегося на пуштунское население, заняли Кабул. Наджи-булла был схвачен в помещении миссии и повешен.
В начале 2000 года движение «Талибан» контролировало 90 процентов территории Афганистана, за исключением Панджшерской долины и некоторых прилегающих к ней территорий с преимущественно таджикским населением. В ходе наступления, предпринятого осенью 2000 года, движение «Талибан» установило контроль практически над всей территорией страны, за исключением нескольких внутренних анклавов и узкой приграничной полосы в некоторых северных районах.

После вывода Советской армии с территории Афганистана просоветский режим Наджибуллы (1986–1992) просуществовал еще 3 года и, лишившись поддержки России, был свергнут в апреле 1992 года коалицией полевых командиров-моджахедов. В годы войны в Афганистане появилась террористическая организация Аль-Каида, и окрепли группы исламских радикалов.

















  1. Газета «Правда» о событиях в Афгане

Двадцать пять лет назад, 15 февраля 1989 года, последние части советских войск покинули Афганистан. Там, вдали от Родины, наши солдаты и офицеры в 80-е годы прошлого столетия взяли на себя миссию по спасению мира от зарождающейся угрозы международного терроризма. И это понятно: в СССР всё, что связано с войсками спецназначения, естественно, было окутано завесой секретности.http://cs1.kprf.ru/images/newsstory_illustrations/daylist/15b589_spetsnaz.jpg

Сегодня о некоторых эпизодах жёсткой, не знающей компромиссов борьбы спецназа с прорывавшимися на территорию Афганистана из сопредельных стран бандами моджахедов рассказывает ветеран боевых действий в этой стране, полковник в отставке Иван Иванович ТАРАНЕНКО. В июне 1985 года, находясь в очередной спецкомандировке в Афганистане, по служебным делам я оказался в Асадабаде. Маленький город Асадабад — столица провинции Кунар — расположился на берегу реки, всего в 15 километрах от пакистанской границы. Это был самый восточный пункт дислокации советских войск. А за границей — сплошные тренировочные центры моджахедов. Южнее Асадабада душманов обучали советники из Пакистана, в районе Асмара — американцы и французы… Через провинцию Кунар проходило более 20 транзитных караванных маршрутов из Пакистана. Не случайно эти места называли «краем непуганых духов». Не на голом месте родилась солдатская поговорка: «Если хочешь пулю в зад — поезжай в Асадабад!» Окрестности Асадабада. На берегу быстрой горной реки стоял батальон спецназа ГРУ (Главного разведуправления Генерального штаба ВС СССР). Зарылся в землю, в камень, оборудовал огневые позиции, ходы сообщения, наблюдательные посты, готов к любым неожиданностям.

На другом берегу серые скалы подходят прямо к воде. На нашей стороне сбитый МИ-24, подорван танк Т-75, несколько грузовых автомобилей, кругом — искорёженный металл. Одним словом, баррикады. Вдали еле различимы глинобитные афганские домики. Идёт по полю с волом крестьянин, нажимает на рукоятку сохи. Вол худющий, соха деревянная. Но борозды ровненькие, их уже много. Видимо, пашет не один день... Мы для афганцев были оккупантами…»

По официальным данным в боевых действиях на территории ДРА участвовало более 524 тысяч человек, безвозвратные потери СССР составили 15031 человек, раненых 54 тыс. человек, заболевших более 416 тыс. человек. Через горнило афганской войны прошли более 8000 жителей Свердловской области, 245 из них отдали свои жизни. В Верхней Салде погибших в Афганистане воинов - 5 человек: Васиков Игорь, Васин Евгений, Синельников Александр, Чекмарев Эдуард, Шамарин Василий. Те солдаты и офицеры, которые прошли Афганистан, не выбирали войну. Они просто выполняли свой воинский долг.

Наша молодость была недлинной,
Покрывалась ранней сединой,
Нашу молодость рвало на минах,
Залива
ло афганскою войной, -

эту песню пели те мальчишки, почти наши ровесники, вернувшись из Афганистана. Они очень изменились за время службы и болезненно привыкали к мирной жизни. Многие афганцы долго воевали по ночам, пугали своих жен и матерей. Они заново учились жить без войны. Как сказал наш земляк Игорь Степанов: «Одна беда - в Афган не возвратиться, мы там остались навсегда».




3.Эхо афганской войны в произведениях С.Алексиевич, О. Ермакова,

Г. Устюжанина

Афганскую войну представляли «оккупацией» и сплошной карательной акцией. К чести мастеров литературы и кинематографа бывшего СССР в созданных ими художественных фильмах и книгах отражающих реалии афганской войны 1979 – 1989 годов не нашлось места лжи и очернительству. Зато нашли отражение солдатский подвиг, взаимовыручка, смекалка, верность офицерской чести и данной один раз Присяге. (Приложение 1. Перечень произведений и кинофильмов.)

Постепенно волна очернительства и явной лжи сошла «на нет» и общество стало объективно воспринимать события и факты афганской военной эпопеи.

3.1. Афганский излом в произведении С.Алексиевич «Цинковые мальчики»

Афганские война во всей своей обнаженности представлена в произведении С.Алексиевич «Цинковые мальчики». Это документальная повесть. Сама автор определила жанр своего произведения как «жанр голосов». Повесть построена на дневниковых записях, воспоминаниях очевидцев, участников войны, их матерей, их родственников. Мы слышим голоса рядовых солдат, младших и старших офицеров, военных советников, медсестер, военврачей, служащих… Вот как автор объясняет, почему она решила написать о закрытой теме, об Афганской войне: « Не думала, что еще буду писать о войне. Когда окончила «У войны не женское лицо», долго не могла видеть, как от обыкновенного ушиба из носа ребенка идет кровь. Меня сводил с ума вой подбитой машиной кошки, отворачивалась от раздавленного дождевого червя. Мой запас боли был израсходован. И вдруг! На автобусной станции офицер, рядом с ним худой мальчишка копал столовой вилкой в ящике с засохшим фикусом. Офицер сопровождал домой солдата, сошедшего с ума. Первый раз я увидела зрачки величиной с глаз. Может, с этого начался мой Афганистан? А может, еще раньше? Когда на кладбище молодая мать на коленях перед свежей могилой и кричала. Так кричат, наверное, только раненые звери. Мальчишек вырывали из обыкновенной жизни: училище, школа, танцплощадка, музыка… - и бросали в ад, в грязь. 18-летних мальчиков, которым можно было внушить все. Это потом к ним придет «Хотел стать героем, а теперь не знаю, кого из меня сделали» Прозрение придет, но не скоро и не ко всем.
О войне, которая оказалась в два раза длиннее Великой Отечественной войны, мы знаем ровно столько, сколько нам не опасно знать, чтобы не увидеть себя такими, каким мы есть, не испугаться. И тогда я взяла магнитофон и пошла к солдатским матерям, двадцатилетним вдовам, 19- летним калекам-пенсионерам».

Вот они перед нами - участники войны. Послушаем их рассказы, постараемся увидеть настоящее лицо этой войны:

Монолог медсестры:

Боюсь начинать рассказывать... Опять навалятся эти тени...

Каждый день... Каждый день я себе там говорила: «Дура я, дура. Зачем

это сделала?» Особенно ночью появлялись такие мысли, когда не работала, а днем были другие: как всем помочь? Раны ужасные... Меня потрясало, зачем такие пули? Кто их придумал? Разве человек их придумал? Входное отверстие - маленькое, а внутри кишки, печень, селезенка -- все посечено, разорвано. Мало убить, ранить, надо еще заставить так мучиться... Они кричали всегда: "Мама!" Когда болит... И страшно... Других имен я не слышала... Я ведь хотела уехать из Ленинграда, на год-два, но уехать. Умер ребенок, потом умер муж. Ничего не держало меня в этом городе, наоборот, все напоминало, гнало. Там мы с ним встречались... Здесь первый раз поцеловались... В этом роддоме я родила...

Вызвал главврача:

- Поедете в Афганистан?

- Поеду.

Мне надо было видеть, что другим хуже, чем мне. И я это увидела.

Война, нам говорили, справедливая, мы помогаем афганскому народу

покончить с феодализмом и построить светлое социалистическое общество. О том, что наши ребята погибают, как-то умалчивалось, мы поняли так, что там много инфекционных заболеваний: малярия, брюшной тиф, гепатит. Восьмидесятый год... Начало... Прилетели в Кабул... Под госпиталь отдали старые английские конюшни. Ничего нет... Один шприц на всех... Офицеры выпьют спирт, обрабатываем раны бензином. Раны плохо заживают... Помогало солнце. Яркое солнце убивает микробы. Первых раненых увидела в нижнем белье и сапогах. Без пижам. Пижамы не скоро появились. Тапочки тоже. И одеяла... У одного мальчика... Помню одного мальчика: у него тело во все стороны гнулось, костей как не было, ноги веревками. Из него вытащили десятка два осколков. Весь март тут же, возле палаток, сваливали отрезанные руки, ноги... Трупы... Они лежали в отдельной палате... Полуголые, с выколотыми глазами, один раз - с вырезанной звездой на животе... Раньше в кино о гражданской войне такое видела. Цинковых гробов еще не было, еще не заготовили.

Скоро начали понемногу задумываться: кто же мы? Наши сомнения

начальству не понравились. Тапочек, пижам еще не было, а уже развешивали привезенные лозунги, призывы, плакаты. На фоне лозунгов - худые, печальные лица наших ребят. Они остались в моем сознании так навсегда... Два раза в неделю - политическая учеба. Нас учили все время: священный долг, граница должна быть на замке. Самая неприятная вещь в армии - доносительство, приказ доносить. По каждой мелочи. На каждого раненого, больного. Это называлось: знать настроение... Армия должна быть здоровой... Положено было "стучать" на всех. Жалеть нельзя было. Но мы жалели, на жалости там все держалось...

Мы ехали... Спасать, помогать, любить. За этим мы ехали... Проходит

какое-то время, и я ловлю себя на мысли, что ненавижу. Ненавижу этот мягкий и легкий песок, обжигающий, как огонь. Ненавижу эти горы. Ненавижу эти низкорослые кишлаки, из которых в любой момент могут выстрелить. Ненавижу случайного афганца, несущего корзину с дынями или стоящего возле своего дома.

Надо это понять... Вы не видели обожженного человека? Не видели... Лица нет, глаз нет, тела нет... Что-то сморщенное, покрытое желтой коркой - лимфатической жидкостью. Не крик, а рык из-под этой корки...

Там жили ненавистью, выживали ненавистью. А чувство вины? Оно пришло не там, а здесь, когда я уже со стороны посмотрела на это. Там мне все казалось справедливостью, здесь я ужаснулась, вспомнив маленькую девочку, лежавшую в пыли без рук, без ног... Как сломанная кукла... После нашей бомбежки... А мы еще удивлялись, что они нас не любят.

Мы не могли даже правду написать в похоронках. Они подрывались на минах... От человека часто оставалось полведра мяса... А мы писали: погиб в автомобильной катастрофе, упал в пропасть, пищевое отравление. Когда их уже стали тысячи, тогда нам разрешили сообщать правду родным. К трупам я привыкла. Но то, что они такие молодые, родные, маленькие, - с этим невозможно было смириться.

Знакомый прапорщик уезжал в Союз и не скрывал: "Как я жить теперь буду, мне же убивать хочется?" Наверное, это тоже страсть: они говорили об этом спокойно. Мальчики - с восторгом! – как сожгли кишлак, растоптали все. Они же не сумасшедшие? Сколько их таких вернулось... Им убить человека ничего не стоит...

Многие курили. Анашу, марихуану... Кто что достанет... Объясняли, что

становишься сильным, свободным от всего. В первую очередь от своего тела. Как будто ты на цыпочках идешь, слышишь легкость в каждой клеточке, чувствуешь каждый мускул. Хочется летать. Как будто летишь! Радость неудержимая. Все нравится, смеешься над всякой ерундой. В этом состоянии легче убивать - ты обезболился. Жалости нет. Легко умирать - страх уходит.

Страшно было в Союз возвращаться. Как-то странно. Будто с тебя сорвали

всю кожу. Я все время плакала. Никого не могла видеть, кроме тех, кто там

был. Мне самой хочется разобраться, почему так? Зачем это все было? Почему так это меня трогает? Там это загонялось внутрь, тут вылезло.

Монолог матери погибшего солдата:

Он не один попросился в Афганистан, много мальчиков подавало рапорт.

Все они - из хороших семей: у одного отец - председатель колхоза, у

Другого - сельский учитель...Мама медсестра...

Что я могла сказать своему сыну? Что Родине это не нужно? А те, кому он

хочет что-то доказать, как считали, так и будут считать, мол, в Афганистан

едут только за тряпками, за чеками. За орденами, за карьерой. Для них Зоя

Космодемьянская - фанатичка, а не идеал, потому что нормальный человек на такое не способен.

Не знаю, что со мной произошло: плакала, умоляла. Призналась ему в том,

в чем сама себе боялась признаться... Но о чем уже говорили... Уже потихоньку шептались на кухнях. Я его просила:

- Юрочка, жизнь совсем не такая, как я тебя учила. И если я узнаю, что

ты в Афганистане, выйду на площадь... На Лобное место... Оболью себя

бензином и сожгу. Тебя убьют там не за Родину, тебя убьют неизвестно за

что... Просто так... Разве может Родина посылать на гибель своих лучших

сыновей без великой идеи? И он обманул меня, сказал, что поедет в Монголию. Но я знала: это же мой сын, он будет в Афганистане.

Юра писал о Монголии, но так запутывался в географии, что я уже не сомневалась, где он. Днем и ночью перебирала свою жизнь... Резала себя на кусочки... Эту боль не передать никакими словами... Я сама его туда отправила. Сама!

...Входят какие-то чужие люди, по их лицам сразу ловлю - они принесли

мне беду. Отступаю в комнату.

Дальше не могу... Не могу дальше... Два года я умираю... Я ничем не

больна, но я умираю. Я не сожгла себя на площади, муж не отнес и не бросил им в лицо партбилет. Мы, наверное, уже умерли... Только никто об этом не знает... Мы сами об этом не знаем...

Вывод: Я спрашиваю себя: должна ли была Светлана Алексиевич написать об ужасах войны?! Считаю, что да! А должна ли мать вступиться за своего сына? Да! И должны ли «афганцы» вступиться за своих товарищей? И опять — да!

А вот ещё один Монолог ( артиллерист, рядовой)

Мы перед Родиной чисты...

Я честно выполнил свой солдатский долг. Чтобы вы тут теперь не

кричали... Не переворачивали и не пересматривали... А как быть с такими

чувствами, как чувство Родины, долга? Родина для вас пустой звук? Просто слова? Мы чисты...

Что мы там захватили, что оттуда вывезли? "Груз двести" - гробы с

нашими товарищами? Что приобрели? Болезни от гепатита до холеры, ранения, инвалидности? Мне не в чем каяться. Я помогал братскому афганскому народу.

Убежден! Те, кто там со мной был, тоже искренние, честные ребята. Они верили в то, что пришли на эту землю с добром, что они не "ошибочные фронтовики" с "ошибочной войны". А кому-то хочется увидеть в нас наивных "дурачков", пушечное мясо. Зачем? С какой целью? Ищут истину? Но не забудьте библейское.

Помните, что Иисус на допросе у Пилата сказал:

- Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать об

истине.

Пилат переспросил:

- Что есть истина?

Вопрос остался без ответа... У меня своя истина... Своя!

Нам казалось: мы построим МТС (машинно-тракторные станции), дадим им тракторы, комбайны, косилки, и вся жизнь их изменится. Люди изменятся. И вдруг... они уничтожают МТС! Подрывают наши трактора, как будто это танки.

Нам казалось: в век космических полетов смешно думать о Боге. Нелепо! Мы послали в космос афганского парня... Мол, глядите, он там, где ваш Аллах. И вдруг... непоколебимая цивилизацией исламская религия... Можно ли воевать с вечностью? Да мало ли что нам казалось! Но так было... Было... И это особая часть нашей жизни... Я берегу ее в душе, не хочу разрушать. И не дам замарать одним черным цветом. Мы там закрывали в бою друг друга. Попробуйте, станьте под чужую пулю! Это не забудется. А это? Как я возвращался... Я хотел вернуться домой "сюрпризом", но страшно стало за маму. Позвонил:

- Мама, я - живой, я в аэропорту. - И там на другом конце провода,

упала трубка. Кто вам сказал, что мы проиграли там войну? Мы проиграли ее здесь, дома. В Союзе. А как красиво мы могли вернуться... Обожженные, опаленные... Много узнавшие и пережившие... Но нам не дали... Нам не дали здесь прав, не дали здесь дела.

Вывод: Конечно, солдат всегда грешен, на любой войне. Но на Страшном суде Господь первым простит солдата…А как Родина поступила по отношению к героям, вернувшимся из кровавой мясорубки? Это были рядовые, выполнявшие приказ старшего по званию, а как же те, кто принимал на себя ответственность за чужие судьбы?

(Монолог старшего лейтенанта, начальника расчета)

Правду? Правду всю расскажет вам только отчаянный. Абсолютно

отчаянный расскажет вам все...

Никто не знает правды... Кроме нас... Правда слишком страшная, правды

не будет. Никто не захочет быть первым, никто не рискнет. Кто расскажет, как перевозили наркотики в гробах? Шубы? Вместо убитых... Кто вам покажет ниточку засушенных человеческих ушей? Уже слышали или новая информация? Боевые трофеи... Хранили в спичечных коробочках... Они скрючивались в маленькие листочки... Не может быть? Неловко слушать о славных советских парнях? Выходит, может. Было! И это тоже правда, от которой никуда не деться, не замазать дешевой серебряной краской. А вы думали: поставим памятники и достаточно... Раздадим медали...

Я не ехал убивать, я был нормальный человек. Нам внушили, что воюют бандиты, а мы будем герои, нам всем скажут спасибо. Хорошо запомнил плакаты:

"Воины, будем укреплять южные рубежи нашей Родины". "Не опозорим чести соединения", "Цвети, родина Ленина!", "Слава КПСС!". А вернулся оттуда...Там же все время было маленькое зеркало, а тут большое. Глянул - и не узнал себя. Кто-то смотрел на меня... С новыми глазами, с новым лицом... Даже внешне я изменился... Был Афганистан, теперь его нет. Не

будешь всю жизнь молиться и каяться... Я жениться хочу... Сына хочу... Чем

быстрее мы замолчим, тем лучше для всех. Кому эта правда нужна? Обывателю! Чтобы он плюнул нам в душу: "Ах, сволочи, там убивали, грабли, и здесь им льготы?" И мы одни останемся виноватые. Все, что пережили, коту под хвост. Хотя бы для себя сохранить. Зачем-то же все это было? Зачем?

Вывод: Страшно читать такие вещи, кажется что-то невообразимое, невозможное. Выбирать, когда нет выбора, искать выход в бесконечном лабиринте жизни и смерти. Бросать под пули подчинённых, которые вчера спасли тебе жизнь. Что это — жестокость, бесчеловечность, страшный закон войны? А может, наоборот — высшая справедливость?..

Книга С. Алексиевич «Цинковые мальчики» вызвала разноречивые отклики, шквал писем, телефонных звонков. От угрозы о физической расправе до слов благодарности за правдивый и честный рассказ о событиях в Афганистане.

«Я не осуждаю Светлану за то, что книга помогла обывателю узнать афганскую «чернуху». Я не осуждаю её даже за то, что после прочитанного к нам относятся гораздо хуже. Мы должны пройти через переосмысление нашей роли в войне как орудия убийства, и если есть в чем каяться, то покаяние должно прийти к каждому человеку»,- писал И.И. Тараненко, полковник в отставке.

Вывод: Можно ли посягать на право писателя говорить правду, какой бы трагической и жестокой она ни была? Можно ли ставить ему в вину неопровержимые свидетельства о преступлениях прошлого и, в частности, о преступлениях, связанных с позорной афганской авантюрой, которая стоила стольких жертв, исковеркала столько судеб. С. Алексиевич посмела сказать в своем документальном произведении страшную, переворачивающую душу правду о войне в Афганистане. Светлана Алексиевич доказывает, что человек - главная ценность в этой жизни, но его

преступно превращают в винтик политической машины и преступно используют как пушечное мясо в войнах, развязываемых амбициозными государственными лидерами. Ничем нельзя оправдать гибель наших парней на чужой земле Афганистана.

Каждая страница "Цинковых мальчиков" взывает: люди, не допустите этого кровавого кошмара еще раз! И во мне, и, я думаю, в вас всех эта книга вызвала разные противоречивые чувства.

Л.Н.Толстой окончил «Войну и мир» на границах Отечества. Русский солдат пошел дальше, а великий писатель за ним не пошел. Всю жизнь теперь на нашей земле эти могильные красные камни с памятью о душах, которых уже нет, с памятью о нашей наивной доверчивой вере.









3.2. Афганская война в изображении писателя-«натуралиста» Олега Ермакова «Знак зверя»

В конце 80-х стал известен своими афганскими рассказами как писатель-«натуралист» Олег Ермаков. Он действительно вписывался в «натуральное» течение «другой» литературы беспощадностью и физиологичностью повествования, отсутствием идеала.

В 1992 году Олег Ермаков опубликовал роман «Знак зверя» — книгу об Афгане. Но описание афганского ада здесь уже не самоцель. В романе конкретика изображения соединяется с библейской и мифологической символикой. “Знак зверя” обращен к проблеме зла, к вопросам соучастия всех в творимом. Роман Ермакова замыкает XX век, в то время как романы Ремарка и Хемингуэя о первой мировой открывали его. Переломную середину века обозначили военные романы Белля, лагерная повесть Солженицына. Олег Ермаков — сильный рассказчик. Переход от рассказов к роману всегда труден. Если же рассказы держались «материалом», а не сюжетом, то переход к роману труден вдвойне.
Эпиграф «И дым мучения их будет восходить во веки веков, и не будут иметь покоя ни днем, ни ночью поклоняющиеся зверю и образу его и принимающие очертания имени его» взят из Апокалипсиса. О. Ермаков изображает войну как огромное — вселенских масштабов — зло.
Художественные приемы работают на идею произведения. У Ермакова чередуются тяжелые короткие фразы, часто захватывающие абзац, и не менее тяжелые длинные фразы — лишенные воздуха, перегруженные словесной конкретикой. Все время хочется заменять запятые точками. Все здесь существует в одном темпе: общие и крупные планы, прямая речь и авторское повествование, по-толстовски «остраненные» предметы и фантасмагория сновидений.
Здесь нет отдельных эпизодов, потому что при тотальной разделенности людей, времен года, мгновений нет отдельно существующих субъектов. Все чувствуют изжогу, мучаются от зноя или холода, алчут женщину, чуют смерть. Мерзкая плоть Афганистана подобна химере. Мы в стране смерти, откуда нет возврата. Он сидел, прикрыв глаза. Жаркое солнце.
Сентябрь, неправда, что здесь бывает осень, настоящая осень: серое небо, дожди...Дороги развезло... облетает...Уны-оэ! чаро, чаро... Как подумаешь об осени, сразу: уны-оэ! чаро-чаро..."

Бывает здесь осень. И зима, и весна. Но все времена года одинаково кошмарны, все кажутся бесконечными, как и любая минута, днем и ночью, во сне и наяву. Сны пострашнее яви: нет в них блаженной легкости, нет счастливой грусти. Есть садист-полковник Крабов. Тут герой перестает быть Глебом и становится Черепахой, Черепом, корректировщиком. Тут нет времени и пространства: каждое мгновение не только тянется вечность, но и вечно повторяется, а окружающие тебя деревни, сады, горы не просто грозят бедой — они лишь рисованная декорация, за которой "рыхлая равнина. Тусклое небо". Настоящее безличие смерти.
"И дым мучения их будет восходить во веки веков... Кажется, это единственное состояние, в котором обретаются персонажи ермаковского повествования. У них разные имена, клички, воинские знания, национальности, черты лиц, внешние контуры биографий. Но это мало что значит. В яростном и слепом безумии пребывают все: от полковника, без приказа уничтожившего кишлак и пошедшего под трибунал, до новобранца, который постоянно получает по морде, дабы через полтора года возвращать удары сторицей.

«Жила настругивается, тонко звенит, морося красной пылью, и Я стараюсь ослабить напряжение и пытаюсь развязать все узлы и все распутать, но — блестящие и плоские лопасти все вращаются, вращаются быстрей, вертолеты трогаются, скользят по площадке, свист, рев, стрекот заглушают. Мой крик, вертолеты один за другим срываются, мчатся, взлетают, проходят над лагерем и берут курс на город у Мраморной горы, где все повторится. И от самолета отъезжает трап, бело-голубое судно отправляется в путь и, густо гудя, поднимается со дна, стремительно всплывает..."

Процитирован финал. "Я" в самолете, с которым отправляются в Союз дембеля. В вертолетах — новобранцы, которых ждет город у Мраморной горы, где и развивалось действие романа. Дембелем был Черепаха (несомненно, максимально лирический персонаж) — никакого "Я" в помине не было. Но теперь домой движется "Я", а Черепаха занимает место в вертолете. "Два года — это вечность". Ночью на кабульской пересылке, где сомкнулись конец и начало, Черепаха думает: "...утром он скажет: нет! — и попадет в другую команду. Скажет: нет! — и не полетит в город у Мраморной горы.

Он очнулся, пошевелил вспухшим вязким языком... Все позади. И утром они полетят — если посчастливится — совсем в другую сторону, за реку, в Союз, а не в город у Мраморной горы, за реку, в Союз, и ничего не повторится..."
Какой такой Союз — за рекой, отделяющей живых от мертвых? Кажется, тот самый, о котором на новогодней пирушке толковали офицеры? "Там чудеса … Цепные коты там. Сидят на золотых цепях и ходят вокруг и около, сказки говорят". Кажется, тот самый, про который на той же пирушке, кончившейся дуэлью, говорилось, что в тамошних газетах о здешних делах пишут: "Учения. А это значит, все условное: противник, потери''. Разве не этот Союз обеспечил жизнь под знаком зверя — не только дракона из Апокалипсиса, но и свирепого хряка, что откармливался в дивизионе, где служил Черепаха? Кстати, и встреченный героями дурной новый год — год Кабана. Разве не этот Союз шлет и шлет смену тем, кто надеется: повторения не будет. На последней странице Черепаха летит к Мраморной горе". И жертва свершается". Это фраза, закрывающая роман Фабула наивна как мечты Черепахи. Сюжет застыл в вязкой химере. Перечеркнуто ночное видение: "... за реку, в Союз, где он будет молчать под дубом, лежа в дождях и солнце до осени, до осенних гусей, которые летят с криками ночью, опрокидывая свечи в черные рощи, в ручьи и болотца, на деревни, поля и холмы, — за реку, в Союз, где никто ничего не знает.
Но кто-то и там будет знать. Кто?" "И сказал Господь Каину: где Авель, брат твой? он сказал: не знаю, разве я сторож брату моему? И сказал: что ты сделал? голос крови брата твоего вопиет ко мне из земли".
Стоит ли Черепахе своим вопросом маскировать страх и лукавство, повторяя словесный жест первого братоубийцы? "И жертва свершается". У Ермакова это значит: бессмысленная жертва бессмысленно повторяется.
"И была принесена жертва Господу, чистая и благоуханная, и поднялся в небесные обители к Господу, и свиделся с любимым братом, и восприняли оба венец небесный, к которому стремились, и возрадовались радостью великой и неизреченной, которую и получили". Не случайно вспоминается "Сказание и страдание и похвала святым мученикам Борису и Глебу". Черепаху звали когда-то Глебом. Дезертир, убитый им во время "самого легкого наряда", не только был другом Глеба, оказавшимся в другой части, — он и звался Борисом. Поверить, что имена персонажей Ермакова и святых братьев князей совпали ненароком, трудно. Значит, Глеб превратился в Святополка Окаянного, обреченного на Каиновы скитания, значит, никакой братской любви в озверелом мире нет и быть не может, значит, о святости, жертвенности и любви речи нет.

Война есть братоубийство. Братоубийцам нет прощения. Братоубийцы все. Отсюда — внутренняя тождественность ермаковских героев, их убежденность в том, что, кроме смерти, ничего нет. Отсюда же мертвая закольцованность композиции.

Невозможно детально описать всю жестко организованную систему мотивов ермаковского романа. Например, Глеб убил Бориса, но бежавшему вместе с Борисом солдату удалось уйти. На поиски была брошена группа — ее уничтожили в кишлаке, считавшемся мирным. Полковник Крабов стер его с лица земли, за что был отдан под суд. Командира разведроты Осадчего, зверствовавшего в кишлаке, оставили на месте. Осадчий — командир тон самой разведроты, откуда ушли беглецы, ушли потому, что там старики свирепствовали круче, чем в артиллерии, где служил Черепаха. На вопрос замполита: "Вы осознаете, что лично виновны в происшедшем?" — Осадчий отвечает: "Нет".

Другой пример. Выстрелу Глеба предшествует тайная радость: змея укусила старослужащего Шубилаева. Тот больше других мучил молодых. Глеб, помня о разговорах с вольнолюбием Борисом, пытался бунтовать. Был избит. Шубилаев укушен змеей, потому что хотел сделать из ее кожи ремешок для часов. Часы расстрелянного афганца позже появятся у Глеба. Среди расстрелянных в тот раз окажется и солдат, бежавший с Борисом. Значит, уйди Борис от братской пули, стрелял бы он по Глебу. Кстати, перед тем как выстрелить по беглецам, Глеб принял их за варанов.
И этих примеров достаточно. У Ермакова есть долгая мысль, бесконечная, как "рыхлая равнина", безысходная мысль о безысходности. Вопрос в другом: выдерживает ли ее до конца автор романа "Знак зверя"? На мой взгляд, нет. И слава Богу. Последовательное проведение этой мысли — мысли о всеобщем тождестве в грехе — уничтожило бы роман. Уничтожило бы саму способность творчества.

Ермаков держится за счет литературной инерции. Он знает, что у персонажей должна быть психология, — и пытается ее придумать. Он знает, что герой должен вызывать симпатию, — и нетвердой рукой пишет предысторию с любовью к Битлам, озерам и стихам Такубоку. Он знает, что в моде мифологические блестки, — и вовсю демонстрирует эрудицию. Все это чуждо поэтике романа и временами понижает тон повествования. В то же время “Знак зверя” — книга очень одаренного человека.








3.3. Герои Афгана в произведении «Жестокий ветер «Афганец» Г. П. Устюжанина

Г. П. Устюжанин знает об афганской войне не по учебникам, он дышал раскаленным воздухом Афганистана, был в окопах, боевых походах, сидел за столом переговоров с афганскими лидерами, видел смерть, поэтому считает своим долгом рассказать об этой войне, о том, каких парней мы потеряли. А главное, написать правду о тех днях. Первые главы повести, получившей название «Жестокий ветер «Афганец», были опубликованы в 1989 году на страницах газеты «Молодой ленинец».

Место действия в повести «Жестокий ветер «Афганец» - Афганистан. В основу сюжета положены реальные события, происходившие в ущелье Пандшир (Пандшир в переводе с афгани – пять львов) в1985 году. В центре повествования судьба реального человека, нашего земляка Юрия Ивановича Олькова, писатель оставил ему свою фамилию.

Всем ходом повести писатель дает понять, что его герой - человек «стоящий». Новый взводный пришелся по душе солдатам. И на гитаре может сыграть, песню подпеть, но, главное, он умеет делать все, что необходимо делать солдату на войне. У Олькова обостренное чувство долга.

Мог ведь в Академию поступить, потом местечко «тёплое» в штабе найти, а он пишет рапорт и просится в Афганистан, где «жизнь» почти такая, как описана у Толстого в « Кавказском пленнике». Ночью – набеги душманов. Днём – серые горы да синее небо, жгучее солнце, да ветер «афганец», « жестокая служба в Афганистане», - пишет автор. Командовать здесь трудно. « Сверху требуют победу, а цена этой победы «жизни парней, которые не повторятся! И за какую победу?! За чью!? Добро бы, если бы за неё можно платить только своей головой. Рискуй,- так своей!- эти мысли не дают спать взводному. Совсем не такой представлял он себе нашу интернациональную политику. Когда рвался сюда, « думал, буду в одних окопах с афганцами, плечом к плечу». Но он здесь и свою чашу должен испить до конца, с честью выполнить долг.

Геннадий Устюжанин не идеализирует военную среду. Порой военных чиновников больше волнует не то, что из боя все живыми не вернулись, а то, что у лопаты, которая на бронетранспортёре, черенок длиннее, чем положено. Горы бумаг надо исписать, по инстанциям затаскают, если вдруг окажется, что нет у командира всесторонних планов воспитательной работы. Ловкие прапорщики, вроде Кустова, подторговывают казённым имуществом. Встречаются случаи употребления наркотиков.

Но в суровой военной обстановке проявляются истинно русские качества людей: доброта, сострадание, тоска по родине. « Не могу бачить голодных глаз…», - говорит вестовой Воловик, отдавая буханку хлеба маленькой афганской девочке. Бойцы возятся с собакой, приблудившейся к воинской части, как с ребёнком, выхаживают израненного коня, которого назвали Чалым, кормят его, купают, а когда Чалого убили душманы, хоронят его как человека, вырыв могилу. А всё потому, что человеческой душе здесь не к чему прислониться, всё чужое, не к кому сердцем припасть: ни к любимой, ни к матери-земле. « И за эту богом и выжженную солнцем землю умирают люди?- мысленно спрашивает себя Ольков. « А нужны ли мы здесь вообще?»

Действие повести из воинской части переносится в Кабул, провинции Афганистана, где ведут « войну» кабинетные работники со своим народом. « Для значительной части из них борьба уже закончилась. Они получили солидные посты с окладами и персональными автомобилями, а до остальных им дела нет. Теперь выходит, что большая часть народа воюет против своего правительства, а правительство приходится защищать. Посредниками в этой войне выступают бойцы «идеологического фронта» - советники. Глазами одного из них - Г.П. Павлова мы видим жизнь Афганистана изнутри; колорит восточных базаров, традиций, жизнь провинций, отношения между различными группировками.

Автор не делает выводов. Он правдиво, беспристрастно показывает события, итог которых ещё долго будут подводить историки, политики, военные. Нет сегодня в Афганистане наших солдат, а кровь продолжается там литься.

Обобщение: Если О. Ермаков изображает войну как огромное — вселенских масштабов — зло, то Г. П. Устюжанин считает своим долгом рассказать об этой войне, о том, каких парней мы потеряли. Светлана Алексиевич говорит не только о воспоминаниях участников военных событий, но и об «афганском синдроме"… "Афганцев", встречали на границе цветами". Но и "встреченные цветами" очень скоро натыкались на шипы. Их характер, взгляды, ценностные ориентации формировались в экстремальных условиях, они пережили то, с чем не сталкивалось большинство окружающих, и вернулись намного взрослее своих не воевавших сверстников. Они стали "другими" - чужими, непонятными, неудобными для общества, которое отгородилось от них циничной бюрократической фразой: "Я вас туда не посылал!" И тогда они тоже стали замыкаться в себе, "уходить в леса" или искать друг друга, сплачиваться в группы, создавать свой собственный мир.

Без этих книг, давно ставших мировыми бестселлерами, уже невозможно представить себе ни историю афганской войны - войны ненужной и неправедной, ни историю последних лет советской власти, окончательно подорванной этой войной. Неизбывно горе матерей "цинковых мальчиков", понятно их желание знать правду о том, как и за что воевали и погибали в Афгане их сыновья. Но, узнав эту правду, мы все ужаснулись и никак не можем принять её. Эта правда очень страшна и кажется нереальной.









Заключение

Афганская война - это часть биографии нашей. И какая бы она ни была –героическая, кровавая, позорная - такой теперь она останется навсегда. Наша задача, изучая историю своей страны, не повторять ошибок прошлого. Афганистан – это наша боль, это наши слезы, это наша гордость, это наша слава и вечная память.

«Средь гор, пустынь афганских, зноя моё лежало поле боя»,- так по праву могут сказать оставшиеся в живых наши земляки, прошедшие тяжелыми военными дорогами Для оставшихся в живых, Афганистан - боль и скорбь, правда и ложь, одновременно далёкое и близкое, потому как н Работая над этой темой, я хочу обратиться к сверстникам. Мы – люди, мы – разные. По-разному сложились, и будут складываться наши судьбы. Пусть понятия: долг солдата, честь мужчины, верность присяге и боевой дружбе будут для всех нас не пустыми словами. Вынося уроки из этой войны, мы надеемся, что мы вступим в эпоху мира и согласия и навсегда сможем уберечься от ужасов войны.

Не разберемся с прошлым, оно аукнется в будущем. И новый обман, и

новая кровь... Прошлое еще впереди...














Список литературы

  • Андрей Дышев. Разведрота. — M.: Эксмо, 2006. — ISBN 5-699-14711-X

  • Дышев Сергей. Потерянный взвод. — M.: Эксмо, 2006. — ISBN 5-699-15709-3

  • Михаил Евстафьев. В двух шагах от рая. — M.: Эксмо, 2006 г. — ISBN 5-699-18424-4

  • Николай Прокудин. Рейдовый батальон. — M.: Эксмо, 2006 г. — ISBN 5-699-18904-Сергей Скрипаль, Геннадий Рытченко. Обречённый контингент. — M.: Эксмо, 2006. — ISBN 5-699-16949-0

  • Глеб Бобров. Солдатская сага. — M.: Эксмо, 2007 г. — ISBN 978-5-699-20879-1

  • Александр Проханов. Дерево в центре Кабула. — М.: Советский писатель, 1982. — 240 с.

  • Светлана Алексиевич. Цинковые мальчики. — M.: Время, 2007. — ISBN 978-5-9691-0189-3

  • Фролов И. А. Прогулки с борттехником. Вертолётчик. — M.: ЭКСМО, 2007. — ISBN 978-5-699-21881-3

  • Виктор Николаев. Живый в помощи. Записки «афганца». — M.: Софт Издат, 2006. — ISBN 5-93876-026-7

  • Павел Андреев. Двенадцать рассказов. «Афганская война 1979—1989 гг.», 1998—2002.

  • Александр Сегень. Заблудившийся БТР. — М.: Армада-Пресс , 2001, 224 с. — ISBN 5-309-00098-4

  • Олег Ермаков. Афганские рассказы. Знак зверя.

  • Игорь Моисеенко. Сектор обстрела. — М.Эксмо,2008 г.

  • Большая советская энциклопедия, М.2009 г.

  • Учебник История 11 класс. Данилов, Косулин, М, 2002 г.




ПРИЛОЖЕНИЕ 1

Мемуары

  • Громов Б. В. «Ограниченный контингент». М., Изд. группа «Прогресс», «Культура», 1994. 352 с. В книге последнего командующего 40-й армии приведены многие документы, раскрывающие причины ввода войск, описаны многие события войны.

  • Ляховский А. А. Трагедия и доблесть Афгана М., Искона, 1995, 720 с. ISBN 5-85844-047-9 Большие фрагменты текста совпадают с книгой Громова Б. В.

  • Майоров А. М. Правда об Афганской войне Свидетельства главного военного советника. М., Права Человека, 1996, ISBN 5-7712-0032-8

  • Гордиенко А. Н. Войны второй половины XX века. Минск., 1999 ISBN 985-437-507-2 Большой раздел книги посвящен предпосылкам и ходу боевых действий в Афганистане

  • Аблазов В. И. «Афганистан. Четвёртая война», Киев, 2002 г.; «Над всем Афганистаном безоблачное небо», Киев, 2005 г.; «Долгий путь из афганского плена и безвестия», Киев, 2005 г.

  • Бондаренко И. Н. «Как мы строили в Афганистане», Москва, 2009 г.

  • Подушков Д. Л. Исповедь самому себе (об участии в боевых действиях в Афганистане). — Вышний Волочёк, 2002. — 48 с

  • Дэвид С. Инсби . Афганистан. Советская победа // Пламя «холодной войны»: Победы, которых не было. = Cold War Hot:Alternative Decisuicions of the Cold War / под ред. Питера Цуроса, пер. Ю.Яблокова. — М.: АСТ, Люкс, 2004. — С. 353-398. — 480 с. — (Великие противостояния). — 5000 экз. — ISBN 5-17-024051 (альтернативная история войны)

Кинематограф о событиях в Афганистане.

  • «Жаркое лето в Кабуле» (1983) — фильм режиссёра Али Хамраев

  • «За всё заплачено» (1988) — фильм режиссёра Алексей Салтыков

  • «Рэмбо 3» (1988, США)

  • «Сержант» (1988) — фильм в составе киноальманаха «Мостик», реж. Станислав Гайдук, производство: Мосфильм, Беларусьфильм

  • «Опалённые Кандагаром» (1989, Узбекфильм, режиссёр: Юрий Сабитов) — списанный по ранению советский офицер-афганец вступает в борьбу с мафией и, в конце концов, ценой собственной жизни разоблачает преступников

  • «Груз 300» (1989) — фильм Свердловской киностудии

  • «Два шага до тишины» (1991) — фильм режиссёра Юрий Тупицкий

  • «Ущелье духов» (1991) — фильм режиссёра Сергей Нилов

  • «Афганский излом» (1991, СССР—Италия) — фильм Владимира Бортко о войне в Афганистане

  • «Нога» (1991) — фильм режиссёра Никиты Тягунова

  • «Афганец» (1991) — фильм режиссёра Владимира Мазура. Контрабалт

  • «Афганец-2» (1994) — продолжение кинофильма «Афганец»

  • «Чтобы выжить» (1993) — фильм о событиях на советско-афганской границе

  • «Пешаварский вальс» (1994) — фильм Т. Бекмамбетова и Г. Каюмова по мнению ветеранов-«афганцев», одна из самых пронзительных и правдивых кинокартин о той войне, посвящённых событиям в Бадабере

  • «Мусульманин» (1995) — фильм Владимира Хотиненко о советском солдате, вернувшемся домой после 7 лет в плену у моджахедов

  • «9 рота» (2005, Россия—Украина—Финляндия) — фильм Фёдора Бондарчука

  • «Звезда солдата» (2006, Франция) — фильм французского журналиста Кристофа де Понфилли об истории советского военнопленного в Афганистане и Пакистане. Прототипом главного героя стал один из участников вооружённого восстания в лагере Бадабера

  • «Война Чарли Уилсона» (2007, США) — фильм основан на реальной истории о том, как во время Афганской войны конгрессмен от Техаса Чарльз Уилсон организовал финансирование тайной операции ЦРУ по поставке оружия силам афганского сопротивления (операция «Циклон»)

  • «Бегущий за ветром» (2007)

  • «Афганская война» 2009 — документально-художественный сериал с элементами исторической реконструкции

  • «Охотники за караванами» (2010) — военная драма по мотивам произведений Александра Проханова "Охотник за караванами" и "Мусульманская свадьба".




Реферат по литературе. Афганская война: политические амбиции и человеческие судьбы
  • Русский язык и литература
Описание:

Реферативная работа по литературе . Эхо  афганской  войны в произведенияхС.Алексиевич, О.Ермакова, Г.  Устюжанина. Задачи работы:- сопоставить исторические события с позиций времен афганской войны и сегодняшних дней; - выявить, как происходило художественное переосмысление событий афганской войны  в процессе анализа произведений С.Алексиевич «Цинковые мальчики»,Г. П. Устюжанина  «Жестокий ве­тер «Афганец», Олега Ермакова «Знак зверя», что несла эта скрытая война нашим мальчишкам, участникам тех событий, чем чревата она для нашей страны.

 

Материал может быть использован на уроках литературы в 11 классе.

 


Автор Иванова Наталья Ивановна
Дата добавления 06.01.2015
Раздел Русский язык и литература
Подраздел
Просмотров 809
Номер материала 39286
Скачать свидетельство о публикации

Оставьте свой комментарий:

Введите символы, которые изображены на картинке:

Получить новый код
* Обязательные для заполнения.


Комментарии:

↓ Показать еще коментарии ↓