Главная / Информатика / Сценарий дидактического спектакля «Дорога совести» по произведениям Распутина и Вампилова

Сценарий дидактического спектакля «Дорога совести» по произведениям Распутина и Вампилова

Название документа Анкета.docx



Заявка-анкета:

Махмутова Зухра Кальмухаметовна, учитель информатики и ИКТ, классный руководитель

Электронная почта mzk2006@yandex.ru

Название работы сценарий дидактического спектакля «Дорога совести» ( по произведениям Распутина и Вампилова)

Образовательное учреждение(место работы) МАОУ «Гимназия имени Н.Д.Лицмана» г.Тобольска



Название документа Действующие лица и исполнители.docx

hello_html_m267ce64b.gifhello_html_m21129724.gifДействующие лица и исполнители



Распутин – Лосев Иван

Ведущий – Батырев Олег, Садридинов Эдуард

Ведущая – Кугаевская Аня

Сцена из рассказа В. Распутина «Уроки французского»

Учительница – Надя Боркова

Мальчик – Алексей Лаптев

Директор – Куликов Вадим

Сцена из рассказа «Век живи – век люби»

Саня – Гоголев Дмитрий

Митяй – Садридинов Эдуард

Дядя Володя – Пушкин Павел

Сцена из произведений «Прощание с Матерой»,

«Изба», «Последний срок»

Анка - Алена Селезнева

Дарья – Осипова Анна

Агафья – Зыкина Лада

Сцена из повести «Василий и Василиса»

Настя – Джабраилова Карина

Василиса – Салихова Эльвира

Василий – Кугаевский Артем

Сцена из повести «Живи и помни»

Настена – Сидорова Алена

Андрей – Литовских Святослав

Сцена из повести «Деньги для Марии»

Василий - Попов Дмитрий

Кузьма – Семашко Сергей

Степанида – Семенихина Кристина

Галька - Ковалева Анна

Сцена «Собрание» из повести «Деньги для Марии»

Председатель – Павельчак Богдан

Гоголев Дмитрий

Кадаев Леонид Емельянов Максим

Сцена из повести «Прощание с Матерой»

Мужик – Мирошниченко Максим

Женщины – Гогсадзе Марина, Степина Лиза, Денисова Лиза, Осипова Анна

Сцена из повести «Дочь Ивана, мать Ивана»

Тамара Ивановна – Гогсадзе Марина

Прокурор – Баяндина Катя

Отец – Усольцев Алексей


Танцевальный этюд – Джабраилова Карина, Зыкина Лада, Копшаева Екатерина, Селезнева Алена, Баяндина Катя, Максимова Лида, Кривоносова Елена,


Вампилов – Балюнов Стас

Мать Вампилова – Боковая Ольга

Ведущие – Зыкина Лада, Джабраилова Карина, Хакимзянов Рустам, Ганжа Ксения, Абдулов Расул

Елена Леонидовна – Валентина Окмянская

«Свидание» (Сцена из нерыцарских времен)

Студент – Емельянов Максим

Сапожник – Мирошниченко Максим

Девушка – Олюнина Ольга

Сцена из пьесы «Прощание в июне»

Колесов - Сапожников Александр

Репников - Биктимиров Рамиль

Таня – Лиза Степина

Веселая компания – Джабраилова Диана, Джабраилова Карина, Денисова Лиза, Хакимзянов Рустам

Сцена из пьесы «Прошлым летом в Чулимске»

Шаманов - Абдулов Расул

Валентина – Максимова Лидия

Сцена из пьесы «Старший сын»

Бусыгин - Сальников Максим

Сарафанов - Мисюра Владимир

Нина – Копшаева Екатерина



Автор сценария – Трегуб Ж.Г.

Постановщик – Неганова О.В.

Режиссер -




обл.jpgффф.jpg


Фестиваль дидактических спектаклей -2011

Дидактический спектакль 10 а и 10б классов






Название документа Спектакль.doc

ДОРОГА СОВЕСТИ

«А кони - все скачут и скачут, а избы горят и горят»

Дидактический спектакль 10а и 10б классов.

Кураторы Махмутова З.К., Неганова О.В.

(Валентин Распутин. Александр Вампилов.)


Ведущий: Сибирь – моя милая Родина

Родился я здесь и живу

На мир лицезрею восторженно

И преданно чту старину

С любовью смотрю на закаты

На гладь голубой Ангары

На громовые раскаты

Могучие кедры тайги…


Распутин: Удивительно и невыразимо чувство Родины. Какую светлую радость, и какую сладчайшую тоску дарит оно, навещая нас толи в часы разлуки, толи в счастливый час проникновенности и отзвука!


Ведущий: И не стоять человеку твердо, не жить ему уверенно без этого чувства…, без внутреннего постижения своей ОТВЕТСТВЕННОСТИ за дарованное ему место в огромном общем ряду быть тем, что он есть


Распутин: Как благодарить судьбу что с красотой в Сибири мне пришлось родиться, что есть еще нам чем гордиться – ПРИРОДОЙ, БАЙКАЛОМ, АНГАРОЙ!

- Воспоминания…Первые впечатления…Они всегда живут во мне. Их сберегло детство…

-Едва научившись ходить, мы ковыляли к реке и забрасывали в неё удочки;

-ещё не окрепнув, тянулись в тайгу, начинавшуюся сразу за деревней.

-с малых лет садились в лодку и самостоятельно брались за вёсла

Ведущий: а потом снова шли в лес – больше наших радостей и наших занятий была связь с рекой и тайгой.

…Это была она, известная всему свету река, о которой слагались вечные легенды и песни, единственная дочь Байкала, об удивительной красоте и поэзии которой я храню самые чистые и светлые воспоминания…

Распутин: Родная деревня Аталанка, острова напротив и заходящее за другой берег солнце…(слайды)

Немало я повидал всякой красоты, но умирать буду с этой картинкой, дороже и ближе которой у меня ничего нет (танцевальный этюд «Река», ледоход)


Ведущий: Валентин Григорьевич Распутин вспоминал: «Никогда не забыть мне, как всякий раз боялся пропустить ледоход. С каким восторгом и страхом, не помня себя, смотрел на дикую безудержную силу, сталкивающую лед вниз, вздыбливая и кроша неповоротливые, отливающие глубокой синевой глыбы, какой многоголосный и протяжный, со стоном и отчаянием стоял вокруг гул.


Распутин: Есть такие понятия: духовная память и духовный опыт человека, которые должны присутствовать в каждом из нас, независимо от нашего возраста… Вот так и случилось, что спустя 20 лет я сел за стол и стал вспоминать, что было со мной, пятиклассником, мальчишкой из глухой сибирской деревни


Сцена из повести «Уроки французского»


Учительница: Ну а на деньги ты больше не играешь? Или где-нибудь собираетесь в сторонке да поигрываете?

Мальчик: Как же сейчас играть?! (удивленно).

Учительница: А что это была за игра? В чем она заключается?

Мальчик: Зачем вам?

Учительница: Интересно. Мы в детстве когда-то тоже играли. Мы играли в «пристенок». Знаешь что это такое?

Мальчик: Нет.

Учительница: Вот смотри. Я бью монетой о стену. (Встает, бьет монету о стену.). Теперь бьешь ты. Но имей ввиду: бить надо так, чтобы твоя монета оказалась как можно ближе к моей. Чтобы их можно было замерить, достать пальцами одной руки. По-другому игра называется «замеряшки». Достанешь – значит, выиграл. Бей. О-о, далеко! Сейчас ты начинаешь. Учти: если моя монета заденет твою, хоть чуточку, краешком, - я выигрываю вдвойне. Понимаешь?

Мальчик: Чего тут непонятного?

Учительница: Сыграем?

Мальчик: Как же я с вами буду играть?

Учительница: А что такое?

Мальчик: Вы же учительница?

Учительница: Ну и что? Учительница – так другой человек? Иногда надоедает быть только учительницей, учить и учить без конца. Постоянно одергивать себя, то нельзя, это нельзя. А в детстве я была отчаянной девчонкой, родители со мной натерпелись. Мне и теперь еще часто хочется прыгать, скакать, куда-нибудь мчаться, что-нибудь делать не по программе, не по расписанию, а по желанию. Я бы с удовольствием каждый день прыгала, да за стенкой живет Василий Андреевич. Ни в коем случае нельзя, чтобы он узнал, что мы играем в «замеряшки».

Мальчик: Но мы не играем ни в какие «замеряшки». Вы только мне показали.

Учительница: Мы можем сыграть так просто, как говорят, понарошку. Но ты все равно не выдавай меня Василию Андреевичу.

Ну что, попробуем? Не понравится – бросим.

Мальчик: Давайте!

Учительница: Начинай. (играем)

Нет, так неинтересно, играть – так по-настоящему, а то что мы с тобой как трехлетние малыши.

Мальчик: Но тогда это будет игра на деньги.

Учительница: Конечно. А что мы с тобой в руках держим? Мы можем договориться о совсем маленькой ставке, а все равно появится интерес.

Неужели боишься?

Мальчик: Вот еще! Ничего я не боюсь! (играем)

Нет, так я не играю. Зачем вы мне подыгрываете? Это нечестно.

Учительница: Но я действительно не могу их достать. У меня пальцы какие-то деревянные.

Мальчик: Можете.

Учительница: Хорошо, хорошо, я буду стараться.

(играем)

Мальчик: Что вы делаете?

Учительница: Я? А что я делаю?

Мальчик: Зачем вы ее подвинули?

Учительница: Да нет, она тут и лежала. Пойми ты, голова садовая, зачем мне тебя обманывать? Я веду счет, а не ты, я лучше знаю. Я трижды проиграла, а перед тем была «чика».

Мальчик: «Чика» не считово.

Учительница: Почему это не считово?.. (Появляется директор.).

Директор: Лидия Михайловна! Лидия Михайловна, что с вами? Что здесь происходит?

Учительница: Я, Василий Андреевич, надеялась, что вы постучите, прежде чем входить сюда.

Директор: Я стучал. Мне никто не ответил. Что здесь происходит? Объясните, пожалуйста. Я имею право знать как директор.

Учительница: Играем в «пристенок».

Директор: Вы играете на деньги с этим?.. Играете с учеником?! Я правильно вас понял?

Учительница: Правильно.

Директор: Ну, знаете, я теряюсь сразу назвать ваш поступок. Это преступление. Растление. Совращение. И еще, еще…


Сцена 2. Саня стоит с рюкзаком, восторженно… На экране перевал, лес)


Саня: Что же мне еще надо? Так хорошо! В одно время он, такой день, и я … В одно время, и здесь … Вот она – вершина перевала, откуда волнами уплывают вдаль леса. Вот оно – величественное в красоте, и такое первобытно раздолье, сияющее под солнцем без конца и без края. Пусть, пусть что угодно – я это видел!


Митяй: Хорошо бы чаек сварганить, да не успею! (Саня достает хлеб, яйца, кружку и т.д. Рюкзак сползает с ведра и оно выделяется белизной).

Д.Володя: Ну и что ты собираешься делать с этой ягодой?


Саня: Не знаю! Сварю, наверно. Половину истолку.


Д. Володя: Нельзя ее варить. И есть нельзя.


Саня: Почему?


Д. Володя: Кто, какой дурак берет ягоду в оцинкованную посуду? Да еще чтоб ночевала! Да такая ягода!

(Саня, ничего не понимая, смотрит то на одного, то на другого. Митяй не сразу замедленно поднимается, стягивает с ведра тряпку..)


Митяй: Ты, гад! Ты что же это делаешь?! Ты что же это?!

(Двигаясь к д. Володе с кулаками). Ведь ты же видал, ты знал, ты, главно, там видал! И дал парню набрать, дал ему вынести – ну, не гад ли, а?! Я тебя…!


Д. Володя (отскакивая): Только тронь! А ты не видал? Ты не знал? Что ты Ваньку валяешь? Оно на виду, оно открытое стояло! Ты что, маленький?


Митяй (опешил): Да, видал! Видал! Знал! Но у меня из головы вон. Я смотрел и не видел! А ты, гад, ждал. Я забыл, совсем забыл.


Д. Володя: Больше не забудешь! Учить вас надо. И парень всю жизнь помнить будет.


(Митяй взял ведро и высыпал ягоду)


Саня: Зачем ты, Митяй, зачем?!


Митяй: Нельзя, Саня. Нельзя. Она за ночь сок дала, сам отравишься и других … Никак нельзя в оцинкованное… Ну, идиот я, ну, идиот, от и до. Ходя с таким идиотом. (Сел и затих. Молчание общее… Саня взял ведро и застегнул рюкзак на все застежки)


Митяй: Теперь, дядечка Володечка, ходи и оглядывайся… Такое гадство в тайгу нести…


Д. Володя (с угрозой): Сидел и еще сядешь.


Митяй: А я об тебя руки марать не буду. На тебя первая же лесина сама свалится, первый же камень оторвется. Вот увидишь. Они такие фокусы не любят, ох, не любят.

(Стук поезда, свет гаснет, все уходят, за кулисой в микрофон говорит ведущий)


Ведущий: Душа природы и душа человека сливают чудесно, чудотворно преобразуя жизнь.


Распутин: Я часто вспоминаю слово преподобного Сергия: «Не смущайся, чадо, и не скорби, милость отымается, милость и дается». Этим стояла Русь в тяжкие давние времена. Этим держалась Русь, когда спокойные земные старухи, терпеливые Катерины, Пелагеи, Дарьи при всякой беде умели высказать все ту же Сергиеву простую правду правильного стояния на земле, уверенные, что дети их услышат в свой час эту правду и дальше передадут ее. Женщина – мироткущая, созидающая ткань, это – основа жизни, это дар любви.


Выходят Анка («Последний срок»), Дарья («Прощание с Матерой»), Агафья («Изба») с разных сторон во время стихотворения.


Ведущий: Столетье промчалось. И снова,

Как в тот незапамятный год

Коня на скаку остановит,

В горящую избу войдет.

Ей жить бы хотелось иначе

Носить драгоценный наряд,

Но кони все скачут, и скачут,

А избы – горят и горят.

(Вариации из Некрасова Наума Каржавина)


Сцена 3.


Анка: Своя жизнь – своя краса… Случались и у нее светлые, дорогие радости, каких ни у кого не бывало… И случались дорогие печали, которые чем дальше, тем становились дороже, роднее. И своя жизнь, вдруг, показалась удачной, доброй, удачной, как ни у кого. Надо ли жаловаться, что она всю жизнь отдала ребятам, если для того и приходит в мир человек, чтобы мир никогда не скудел без людей, и не старел без детей.


Дарья: Не об чем, люди говорят, твоему сердцу болеть. Только пошто оно так болит? Хорошо, ежли, об чем одном болит – поправить можно, а ежли обо всем вместе? Как на огне оно, христовенькое, горит и горит, ноет и ноет. Никакого спасу. Сильно, выходит, виноватая. Что виноватая, я знаю, а сказал бы кто, в чем виноватая, в чем каяться мне, многогрешливой? Рази можно без покаяния? Ох … Утром солнышко придет, оно тебе много че скажет. За – ради солнышка, когда боле ниче бы и не было, можно жить.


Агафья: Она хорошо помнит, как в детстве жгли лучину, полуношничали возле камелька. Ну как тут было не подать начин песни, как было не подхватить ее, печальную и сладкую для сердца, и не растаять в ней до восторженного полуобморока. Считается, что душа наша, издерганная, надорванная бесконечными несчастьями, израненная и кровоточащая, любит и в песни тешиться надрывом. Плохо мы слушаем свою душу, ей лад печален от того лишь, что нет ничего целебнее печали, нет ничего слаще ее и сильнее… Да и печаль -то неохватно-спокойная, проникновенная, нежная…


(Звучит в живом исполнении песня) «Не бушуйте ветры буйные…»


Ведущая: Завидно удаются писателю женские образы. Все они сильные и цельные натуры. Все они – суть составного одного образа, одного исторического характера уходящей эпохи. Удивительна, достойна глубокого уважения та сыновняя чистейшая любовь, с которой он пишет Василису в рассказе «Василий и Василиса».


Сцена 4 из рассказа «Василий и Василиса».


Настя:

- Мама, отец приехал! Идет!


(Василиса выпрямилась.)


Василиса: - Живой, выходит, остался, - рассуждая сама с собой, неторопливо сказала она.- А, вот Сашку убили.


(Зашел Василий в военной гимнастерке с мешком за плечом)


Василий: - Это я, Василиса.


Василиса: - Сашку убили.


(Василий пытается обнять жену, она отстраняется)


Василий: - Не хочешь, стало быть, простить? – спросил он, вставая прямо перед Василисой. – Не хочешь. А я, Василиса, тебе гостинец привез, да все не знал, как поднести.


Василиса: - Не будет нам житья вместе. Я, Василий, один раз сделанная, меня не переделать.


Василий: - Война всех переделала. (тихо)


Василиса: - Война, война. Война, она – горе, а не указ. Она и так из баб мужиков понаделала. Когда это теперь новые бабы нарастут? Похоронить ее надо скорей, войну твою.


(Василий пытается ее обнять, но она отстранилась, и его руки провалились в воздухе)


Василиса: - Незачем это. Я, Василий, спеклась, меня более греть ни к чему.



Ведущий: Говорят, время лечит, но психологически, нравственно-духовные раны время лечит гораздо медленнее. А, может, оно перед ними вообще бессильно.


Распутин: Страшна, чудовищна война, нечеловеческие силы, надсада нужна, чтобы одолеть ее. А помощь тебе одна – но очень, и очень важная помощь: сознание того, что за твоей спиной Родина, народ, твои близкие, и другого пути к ним нет, как через победу над врагом. Расслабился, забыл об этом, значит позор, горе и черная кончина. Да кабы кончина на миру, где, как известно, и смерть красна. Нет, кончина звериная, потайная. Такова расплата за нарушение вековых человеческих норм, за измену тем, кто в тебя верит, кто на тебя надеется.


Ведущий: Поучительная и жуткая в своей правдивости история не была бы правдивой, и не была бы историей, если бы рядом с Гуськовым, нет не рядом, а впереди, выше его, не стояла его жена Настена.


Сцена 5 из рассказа «Живи и помни»


На скамье сидит Настена. Она в ватнике, повязанным сверху платком, в сапогах. Перед ней стоит в телогрейке обросший и взлохмаченный Андрей.

Настена: Не топишь ты здесь, что ли?


Андрей: Печки нетути.


Настена (с горечью): Андрей, может не надо, а? Может не будем так, выйдем? Я бы пошла за тобой, куда угодно, на какую хошь каторгу – куда тебя, туда и я. Так я больше не могу. И ты не можешь, ты посмотри на себя, какой ты стал, что ты с собой сделал? Кто тебе сказал, что расстреляют? Война кончилась, и без того задохнулись в смертях.


Андрей (со злостью): Избавиться от меня задумала? Ну-ну, давай!


Настена (встает): Андрей.


Андрей: Избавишься, Настена, избавишься (с издевкой). И то: устала – сколько можно? Пора честь знать. Должен сам понимать. Избавишься, Настена, да не так, как задумала. Со мной, говоришь, пойдешь? Да ты же знаешь, что тебя рядом со мной к стенке не поставят. Пожалеют. А меня поставят. Тебя он, хошь, из-за пуза пожалеют. И пойдешь ты, голубушка, одна, и совесть свою освободишь. Ишь, как ладно.


Настена: Перестань, Андрей. Сейчас же перестань. Как тебе не совестно говорить такое?


Андрей: Я тебя, Настена, сам от себя избавлю. Скоро уж, скоро, недолго ждать. Я не собираюсь всю жизнь так тебя мытарить. Да хошь завтра, если на то пошло, хошь счас – Ангара рядом. И зарывать, хлопотать не надо. У меня и веревочка припасена. Надежная – пятерых удержит. С твоей же лодки прыгну, а ты доглядишь, чтоб не всплыл. Тебе же все - равно через Ангару надо – ну и меня по пути подбросишь, я тебе полдороги подгребу.

(Настена подходит к Андрею, прижимая руки к груди, говорит с мольбой).

Настена: За что ты меня так, за что? Что я тебе сделала? Я думала, как лучше… Я ж не уговариваю тебя. Я сама не знаю. Сказала, что на ум пришло. А ты что говоришь? Зачем ты так?


Андрей: Нечего меня подталкивать, я сам знаю. Я тебе сразу, в первый же день сказал: нет. И ты меня не повернешь назад. Не старайся, ничего не выйдет! (кричит). Ишь, какая добренькая: лучше хотела. Я знаю, чего ты хотела. Догадалась, как спровадить. Всю ночь, поди, не спала, все думала. Додумалась – лучше не куда! Хватит. Хватит с тебя, отдохни. Больше сюда не показывайся, все равно меня не увидишь. Но запомни еще раз: скажешь кому, что я тут был, - достану. Мертвый приду и стребую. Запомни, Настена.


Настена: (стараясь успокоить мужа, пытается подойти к нему). – Погляди на меня, Андрей. Погляди. Нет, ты погляди, не отворачивайся. Погляди и скажи: похожа я на ту, про кого ты говоришь? Бог с тобой, Андрей, что ты выдумал? Ну скажи, ну, скажи, похожа?


Андрей: Может мне еще и повиниться перед тобой? В ножки упасть: мол, напраслину возвел? Или что ты хочешь, чтобы я сделал?


Настена: Не надо виниться. А в ноги я сама упаду. Только не говори так. Не верь ты себе, что наговорил. Не обманывай себя. Как тебе в голову могло прийти, что я могу поперек тебя пойти? Что ты, Андрей, что ты!? Не надо так, ну, не надо!... Ты посмотри хорошенько, посмотри на меня, такая я или нет? Неужто ты не видишь? (горько рыдает)


Андрей: Себе, значит, не верь, а ей верь. Славно.


Ведущий: Смерть Настенки не только трагическое искупление, но одновременно и кара предателю. Какой человеческий суд способен вынести приговор более жестокий и более справедливый.


Распутин: Любые, самые прочные связи могут ослабнуть и порваться, если человеческие звенья теряют единую цель, расходятся в духовных интересах. Утверждение торжества духовной общности людей – главное в повести «Деньги для Марии».


Сцена 6 из повести «Деньги для Марии».


Василий сказал:

— А ты знаешь, Степанида, зачем мы пришли?

— Не-ет. — Степанида, не выдержав, быстро и тревожно но глянула на Кузьму. — Я думала, так просто, посидеть.

— Притворяется, — безжалостно сказала Галька. Василий одернул ее:

— Да помолчи ты! Без тебя обойдется. — Степаниде ска­зал: — Посидеть — это само собой. Но у нас с Кузьмой к тебе еще одно дело есть. Ты слышала, что у Марии большая не­достача?

— Слышать слышала, кто-то сказывал.

— Выручи их, Степанида. Дело серьезное: если завтра, послезавтра они не соберут, Марию могут забрать. А у тебя, наверно, деньги есть.

— Ой, да откуда у меня деньги?

— Дай им, Степанида. Я ото всей деревни тебя прошу. Дело такое.

— Мы скоро отдадим, — сказал Кузьма. — Мне после отчетного собрания ссуду дают. Это ненадолго.

— Вот видишь, это ненадолго, — продолжал Васи­лий. — Они люди надежные, дай им, Степанида.

— Да если бы они у меня были, я бы не дала, ли че ли? Галька закричала:

— Есть они у ней, есть, не верьте! Есть они у тебя, тет­ка! — крикнула она Степаниде. — Чего ты врешь?

— А ты их у меня видала? Ты их у меня считала? — подскочила Степанида.

— Не видала и не считала, а знаю, что есть. Ты бы дав­но уж удавилась, если бы у тебя их не было. Ты бы их ук­рала. Ты кулак, хуже кулака, тебя раскулачивать надо!

— Ты мне ответишь за эти слова! В суде ответишь. Ты мне ответишь! — подскакивала Степанида.

— Испугала! Еще поглядим, кто ответит. Кулачиха, кулачиха!

— Тише вы! — крикнул Василий. Наступило молчание, потом Василий негромко сказал: — Ты посмотри, Степани­да, может, сколько есть. Посмотри. Сама знаешь: четверо ребятишек у Марии.

— Не надо, Василий, — попросил Кузьма.

Галька взглянула на него, не пряча лица, заплакала.

— Тетку Марию жалко, — причитала она. Слез у нее было много, и они с крупного покрасневшего лица стекали на шею. Степанида нагнулась и тоже промокнула свои гла­за подолом, плачущим голосом сказала:

- Мне Мария как родная. Да я бы для ее последнего не пожалела. Она мне столько добра делала.

Снова замолчали. Степанида то и дело наклонялась, протирала подолом глаза, будто надраивала их, как пуговицы чтобы они наконец заблестели. Наклоняясь, снизу, почти из-под стола, выглядывала на мужиков, не то всхли­пывала, не то мычала.

— Хватит тебе, Галька, реветь, — сказал Василий. — рано еще Марию оплакивать.

— Врет она, врет! — закричала опять Галька. — Я знаю. Видеть ее не хочу.

— А не хочешь — ну и выметайся! — подхватила Сте­панида. — Не заплачу. Хошь сейчас выметайся. Ты мне всю шею переела.

— Пойдем, Василий, — сказал Кузьма.

— Пошли.

так закончился первый день.


Распутин: Как из-за этих вот бумажных денег человек погибает, лишается свободы, обездоливает детей, а те, у кого деньги есть могут их не дать? Возможно ли? К тому не на совсем, а в долг? И не дать? Как можно жить без Бога в душе? Без совести?


Сцена «Собрание»

Я вот зачем велел вам собраться. Завтра у нас зарплата. Летом, да и весной тоже вы как то перебивались когда мы задерживали вам деньги. Я думаю что такую возможность мы найдём и теперь, а деньги я предлагаю отдать Кузьме. У него, сами знаете, история хуже некуда. Ему за три дня, надо тысячу набрать, а где он её возьмёт, если не оказать помощь. А мы проживём, не пропадём.

Кузьма: -Меня то ты в какое положение ставишь? Хоть бы сказал, предупредил, что разговор про это пойдёт.

— Тебя никто не спрашивает. Спросят — то­гда скажешь. — Ну как, товарищи специалисты?

Специалисты молчали.

Ведущий (от автора): Кузьма не мог смотреть в их сторону. Ему казалось, что от стыда он стал прозрачным, и в нем теперь видно все то жалкое и срамное, что есть в человеке. Он сидел перед ними, как на судили­ще, и не знал, хочет ли он, чтобы его помилова­ли, он чувствовал один стыд, горький и едкий стыд взрослого, уже пожилого человека. Сейчас, в эту минуту, не думая о том, что будет дальше, он даже хотел, чтобы ему отказали, потому что тогда он ничем не будет им обязан. Но кто-то сказал:

— Дать, конечно, надо.

— Надо дать, — твердо повторил председа­тель. — Я говорю: мы не пропадем, а человек может пропасть. Понятно, что вы на эти деньги рассчитывали, но в ноябре мы что-нибудь приду­маем, постараемся пораньше выбить из банка. Вот так. Значит, завтра надо будет зайти и рас­писаться в ведомости, а деньги выдадим Кузьме. Если кто не согласен, пускай говорит сразу.

— Согласны, чего там! — ответил за всех агроном. Остальные молчали.

— Тогда ты, Кузьма, сразу с утра подходи и возьмешь. Полина говорит, там шестьсот сорок рублей. Мало тебе, но больше нету. Бухгалтеру я скажу, он знать будет.

— Я не могу понять: мы всю, что ли, зар­плату должны отдать? —заволновался ветеринар.

— Ты ничего не должен, — недобрым голо­сом сказал председатель. — Это дело доброволь­ное. Не хочешь — забирай свои деньги. Чего ж ты раньше молчал, когда решали? Мы свои день­ги отдаем полностью, а ты как знаешь. Вот так.

— Да я согласен, согласен, — торопливо заки­вал ветеринар.

— Смотри сам.

— Согласен, согласен.

— Не надо полностью. — Кузьма, обращаясь к председателю, поднялся. — Что я, грабитель с большой дороги, что ли? Им тоже жить надо, а я все деньги заберу. Если на то пошло, если вы согласны, давайте я половину возьму, а по­ловина останется вам. — Теперь он говорил спе­циалистам: — Давайте так? А то это что полу­чается? Вы, значит, работали...

Председатель оборвал его: — Ты тут не торгуйся. Дают — бери, бьют — беги, а торговаться нечего.

— Так у меня совесть-то есть или нету?

— Иди-ка ты к…со своей со­вестью! Совесть у него есть. А у нас, по-твоему, нету совести? Ты бы лучше подумал, где осталь­ные взять, а не о совести рассуждал. Ты этой совести себе сильно много нахватал, другим не осталось. Думаешь, тебе деньги домой принесут? Дожидайся! Ты вон хотел со Степанидой по сове­сти, ну и как, много она тебе дала? — Предсе­датель раздраженно перебросил с места на место папку с бумагами. — Завтра придешь и полу­чишь все деньги, или можешь Марии сухари сушить. Мне тоже, если хочешь знать, деньги нужны, но я тебе их отдаю, потому что я без них проживу, а ты пропадешь. Так и дру­гие. Если ты с совестью, то и у нас она помалень­ку есть.

— Да я разве...

— Все. Хватит разговаривать! Можете идти, кому надо.

— Ты не думай, что он нас заставил. Он правильно сделал. Бери эти деньги, не стесняйся, считай что они твои.



Ведущий: Совесть – чувство нравственной ответственности за свое поведение, свое добрососедское отношение к окружающим людям, сочувствие к страждущим, боль за неправедно содеянное.

Это душевное богатство всегда дается и настоящим, и прошлым, и будущим – надеждой на будущее. Что должен чувствовать человек, ради которого жили поколения? Где грань дозволенного, подвластного человеку? Эта грань нарушена также, как нарушено русло реки.


Распутин: Мои сомнения по поводу прогресса исчезли в тот день, когда родительский дом и могилы предков оказались под водой. «Прощание с Матерой» - это как поминальная молитва по старой России.


Сцена из повести «Прощание с Матерой».

Здоровенный, как медведь, мужик в зеленой брезентовой куртке и таких же штанах, шагая по могилам, нес в охапке ветхие деревян­ные надгробия, когда Дарья, из последних сил вырвавшись вперед, ожгла его сбоку по руке подобранной палкой. Удар был слабым, по мужик от растерянности уронил на землю свою работу и опешил:

— Ты чего, ты чего, бабка?!

— А ну-ка марш отседова, нечистая сила! — задыхаясь от страха и ярости, закричала Дарья и снова замахнулась палкой. Мужик отскочил.

— Но-но, бабка. Ты это... ты руки не распускай. Я тебе их свяжу. Ты... вы...— Он полоснул большими ржавыми глазами по старухам.— Вы откуда здесь взялись? Из мо­гилок, что ли?

— Марш — кому говорят! — приступом шла на мужика Дарья. Он пятился, ошеломленный ее страшным, на все готовым видом.— Чтоб счас же тебя тут не было, поганая твоя душа! Могилы зорить...— Дарья взвыла.— А ты их тут хоронил? Отец, мать у тебя тут лежат? Ребята лежат? Не было у тебя, у поганца, отца с матерью. Ты не человек. У какого человека духу хватит?! — Она взглянула на со­бранные, сбросанные как попало кресты и тумбочки и еще тошней того взвыла.— О-о-о! Разрази ты его, господь, на этом месте, не пожалей. Не пожалей! Не-ст,— кинулась она опять на мужика.— Ты отсель так не уйдешь. Ты от­ветишь. Ты перед всем миром ответиш1ь.

— Да отцепись ты, бабка! — взревел мужик.— Отве­тишь. Мне приказали, я делаю. Нужны мне ваши покой­ники.

— Кто приказал? Кто приказал? — бочком подскочи­ла к нему Сима, не выпуская Колькиной ручонки. Маль­чишка, всхлипывая, тянул ее назад, подальше от громад­ного разъяренного дяди, и Сима, поддаваясь ему, отступая, ^продолжала выкрикивать:—Для вас святого места на зем­ле не осталось! Ироды!

На шум из кустов вышел второй мужик — этот помень­ше, помоложе и поаккуратней, но тоже оглоблей не свер­нешь и тоже в зеленой брезентовой спецовке — вышел с топором в руке и, остановившись, прищурился.

(Дарья говорит мужикам и залу)

- Тятьке как помирать, а он все в памяти был, все меня такал... он говорит: «Ты, Дарья, много на себя не бери,— замаешься, а возьми ты на себя самое напервое: чтоб совесть иметь и от совести не терпеть.

— Седни думаю: а ить оне с меня спросют. Спросют: как допустила такое хальство, куды смотрела? На тебя, скажут, понадеялись, а ты? А мне и ответ держать нечем. Я ж тут была, на мне лежало доглядывать. И что водой зальет, навроде тоже как я виноватая. И что наособицу лягу. Лучше бы мне не дожить до того — господи, как бы хорошо было! Не-ет, надо же, на меня пало. На меня. За какие грехи?! Дарья глянула па образ, но не перекрести­лась, задержала руку.— Все вместе: тягька, мамка, братовья, парень — однуе меня увезут в другую землю. Зато­пить-то опосле и меня, поди-ка, затопят, раз ж на то по­шло, и мои косточки поплывут, ан не вместе. Не догнать будет.

Тятька говорил... у нас тятька ко мне ласковый был. Говорит: живи, Дарья, покуль живется. Худо ли, хоро­шо— живи, на то тебе жить выпало. В горе, в зле будешь купаться, из сил выбьешься, к нам захочешь—нет, живи, шевелись, чтоб покрепче зацепить нас с белым светом, занозить в ем, что мы были.

(Танец «Пожар» Ведущий говорит на танец, нагнетая вихорь танца)

Ведущий. Горело жутким, идущим изнутри подвывом; высокое пламя загибало поверху ветром и обрывало. Сажные лохмотья неслись дальше. Все уже потерялось в огне – казалось он, играя то поднимался над землей, то опускался; верилось даже, что все это огромное, бешеное полымя может клубком сорваться с места и полететь, полететь над Ангарой, празднуя свою буйную сатанинскую радость.

Все! Снялась, улетела Матера. Царство ей Небесное!


Ведущий: Из повести в повесть писатель поднимает самые ранящие проблемы, которые умом не возьмешь. Им все сердце отдает.

Ведущий: В каждой из них вулканический выброс зла на свет Божий… И опять как всегда – на земных, слабых, всесильных женских плечах.

Ведущий: Это не одна Тамара Ивановна – дочь Ивана, мать Ивана. Это образ нашей Родины.


Сцена из рассказа «Дочь Ивана, мать Ивана»

Тамара Ивановна – Господи! – Не дай никому в мире пережить то, что мы пережили…

(в темноте – голос за сценой в микрофон то громко -то тихо - то исчезает)

Прокурор: - Следствие еще не закончено…

(тише) – Если бы ваша дочь

(громче) - У нее была не одна возможность

- Чего она боялась?

(еще громче) – Я понимаю ваши родительские

(потом как машина …затихает)чувства, но правосудие.


Тамара Ивановна – Да как же не бояться-то!

- Правосудие! Вот и дайте нам правосудие. Как же не бояться-то?!

Среди белого дня убивают – ничего,

- Ни преступления, ни правосудия!

- Круглые сутки грабят – ничего!

Воруют, насилуют, расправляются как со скотом… хуже скота! Нигде ничего!

Правосудие! Люди до того напуганы, что и кричать от страха не могут.

А вы здесь: он, видете ли подозреваемый, несчастный, наша дочь его в несчастье втянула…

Мы его поймали, привели, а боитесь его оскорбить не тем словом. Но почему вы не боитесь оскорбить нашу дочь? Ведь её избивали, насиловали. Это Вы привыкли, что насилуют – вообще везде!

А мне не вообще! У нас дочь! И она же теперь у вас подозреваемая наравне с этим бандитом.


Прокурор: - Когда следственные мероприятия… (голос как в тумане) будут закончены, тогда и будет решаться вопрос о пресечении меры содержания: может быть заключение под стражу, когда это необходимо, или, когда это допустимо, освобождение под залог. Если вы не доверяете нам, у вас есть право обратиться в внешние инстанции.


Тамара Ивановна: (глухо) Никуда мы обращаться не будем. (стук сердца, потом взрыв, луч переходит на другой конец сцены – на отца)


Отец: А ведь я должен был сделать,.. что она сделала,… что Тамара моя сделала. Это мужик должен был сделать, отец. А мужика не оказалось, он спать ушел… устал сильно, мужик сил набирался… а ведь вроде и не трус…


Ведущие из зала: Струсили и не поняли, что струсили… Когда налетели эти коршуны… коршуны какие-то мелкие, вшивые. Но хищные, жадные, наглые.


Ведущий: Сюжет – сюжетом, а при жестокой тяжести своей он все-таки только частный случай общей беды, только режущая сердце боль.


- Богатые таких книг не читают. У них даже солнце свое – на каких-то экзотических островах отнятое и вывезенное из рая, у них народились фантастические вкусы: играть в футбол они летают на северный полюс, для прогулок в космосе нанимают космонавтов, любовницам дарят виллы в миллионы долларов. А бедные между тем спорят, ходить или не ходить им на выборы… ни там, ни там нет согласия и внутри себя у одних от непривычки к неправой роскоши, у других – от непривычки к нищете.

И никто не знает и знать не желает, удастся ли когда-нибудь притереться друг к другу и стать одним народом.

Ведущий: Как жить в наше время, если ты живешь без уверенности в будущем – семьи, России, родного языка.


Ведущий: Достоевский: «Откройте русскому человеку русский «свет»… и увидите, какой исполин могучий и правдивый, мудрый и кроткий вырастет перед изумленным миром».


Ведущий: Распутин, продолжая лучшие традиции русской классики, доносит до нас вечные ценности и ориентиры, которые дают возможность человеку даже в сложном современном мире не потерять себя, своей души. Мощно звучит слово Распутина.


Распутин:: И когда звучит в тебе это слово, когда плачет оно горькими слезами когда торжественной медью гремит во дни побед и стальных праздников, когда безошибочно знает оно, в какие минуты говорить страстно,а в какие нежно приготовляя такие речи, лучше которых нигде не сыскать, когда есть в тебе это всемогущее родное слово рядом с сердцем и душой– вот тогда ошибиться нельзя.


Ведущий: - Оно, это слово, сильнее гимна и флага, клятвы и обета, оно само по себе не порушимая клятва и присяга. У нас есть Вера, Надежда, Любовь, Душа, Совесть.

И значит вечна Россия, вечен её народ, значит не покинутая она Богом!

Ценности, которые через свое творчество нес Распутин, утверждаются и в творчестве Александра Вампилова.


Вампилов : У нас есть Вера, Надежда, Любовь, Душа, Совесть.

И значит вечна Россия, вечен её народ, значит не покинутая она Богом!


Ведущий:


Вспоминайте меня весело,
Словом, так, каким я был.
Что ты, ива, ветви свесила,
Или я недолюбил?

Не хочу, чтоб грустным помнила.
Я уйду под ветра гик.
Только песни, грусти полные,
Мне дороже всех других.
По земле ходил я в радости.
Я любил ее, как бог,
И никто мне в этой малости
Отказать уже не мог…
Все мое со мной останется,
И со мной, и на земле.
У кого–то сердце ранится
На моем родном селе.
Будут вёсны, будут зимы ли
Запевайте песнь мою.
Только я, мои любимые,
С вами больше не спою.
Что ты, ива, ветви свесила,
Или я недолюбил?
Вспоминайте меня весело, -
Словом, так, каким я был.

Распутин: Александр Вампилов. Талант человека есть исходящее от него тепло, к которому тянутся, чтобы согреться. Он был талантлив вдвойне - и как человек и как писатель.


Мать Вампилова: Александр…Так назвал тебя отец, потому что в год твоего рождения в 37 исполнилось 100 лет с той поры, как Россия потеряла Пушкина. Разве мог учитель литературы назвать сына иначе? И вместе с именем ты получил благословление дара своего небесного ангела.


(голос Вампилова) Мама, ты не веришь в меня?


Мать: Матери всегда должны быть строги к своим детям и их способностям.


Ведущий: Читает раннее стихотворение Вампилова «Шаткая калитка» на фоне музыки…

Шаткая калитка

В стареньком плетне,

Всем она открыта,

Но уже не мне.


Прохожу я мимо,

Загляжусь слегка.

Под окном черемух

Белых облака.


Не пойду я ближе,

Постою я тут.

Там меня забыли,

Там меня не ждут.


Разнята калитка

Не моей рукой,

И уходит в полночь

Уж не я – другой.


Помню, я калитку

Тихо затворял.

Ласковое имя

Тихо повторял.


Не пойду я мимо,

Загляжусь слегка.

Под окном черемух

Белых облака.


Не зайду я больше

В их густой приют.

Там меня забыли,

Там меня не ждут.


Ведущий: В конце декабря 64 года, часов в семь вечера, в комнату литературной части Театра на Малой Бронной вошел молодой человек.

Вампилов: Это литературная часть? …Видите ли, я написал пьесу.… И рассказы.… Вот здесь.

Подает книгу.


Елена Леонидовна: «Стечение обстоятельств» Вы приезжий?

Вампилов: Да, из Иркутска. Александр Вампилов.

Елена Леонидовна: Елена Леонидовна Якушкина. В Москву надолго?

Вампилов: В этот раз - нет.

Елена Леонидовна: Уже поздно, я посмотрю самое коротенькое. Вот «Свидание». Интересно. О молодежи? Ну что ж, посмотрим.

Сценка «Свидание».


Студент: Здравствуйте!

Сапожник: Добрый день!

Студент: Изнываете без работы?

Сапожник: Прячусь от жары. В моих башмаках нет такой роскошной вентиляции...

Студент (усаживаясь на табурет и снимая ботинки). Досадная случайность. Привычка ходить не глядя под ноги... Эти штиблеты должны жить, во что бы то ни стало.

Сапожник: Ты хочешь сказать: во что бы это тебе ни стоило? (Осматривает штиблеты.) Операция рискованная…

Студент (поспешно и категорически). Десять рублей!

Сапожник: Сколько?

Студент: Десять. И то из сострадания к безработным хирургам.

Сапожник: Тридцать рублей. Из сочувствия к городскому порядку.

Студент: Только десять.

Сапожник: Тогда давай своим ботинкам порошки — по три раза в сутки... И потом, мне кажется, я чинил эти штиблеты кому- то другому.

Студент: Но- но!

Сапожник: Пришить, подбить, поставить набойки — тридцать рублей!

Студент: Ну, хорошо... Среднее арифметическое между десятью и тридцатью — двадцать рублей. Чините, черт с вами! Но условие: как можно быстрее. Промедление смертельно.

Сапожник: Что ж, давай, Я воспитан по- старому.

Студент: Что- то мне сдается, что вы, папаша, сидите на чужом месте.

Сапожник: (принимаясь за работу). Почему это на чужом? Место самое мое. Где еще сидеть ше­стидесятипятилетнему пенсионеру, изнывающему от скуки жизни? Здесь светит солнце, ходят лю­ди. Гляди, девушки- то, девушки- то так и шьют, так и шьют!

На фоне песни «Королева красоты» на сцену выходит девушка, коротко подстриженная и модно одетая. Проходя мимо, вдруг вскрикивает и присе­дает на тротуар.

Девушка: (с отчаянием). Каблук! (Осматривается.) Сапожник! Как удачно!

Сапожник: (любезно). Очень удачно!

Девушка: (подходя, поглядывая на часы). Оторвался каблук, прибейте, пожалуйста.

Студент: Вы видите, мастер занят.

Девушка: Но надеюсь, вы уступите. Мне ужасно некогда.

Студент: Мне тоже некогда.

Девушка: Но войдите в положение.

Сапожник: (девушке). Разрешите вашу модель...

Студент: Ни в коем случае! Я опаздываю.

Девушка: Вы не имеете права... Мастер согласен.

Студент: Зато я не согласен. Присядьте... то есть вам придется постоять.

Девушка: Благодарю... Поймите, меня ждут...

Студент: Очень рад за вас... (Смотрит на часы.) Поторопитесь, патриарх.

Девушка: (смотрит на часы, нервничает). Я не говорю уж о благородстве, но элементарная вежли­вость, порядочность...

Студент: Вежливым и предупредительным с вами будет тот, к кому вы торопитесь. Он, и никто другой. Я же не вижу в этом никакого смысла. Другое дело, если бы вы мне понравились...

Девушка: Ну, знаете ли! Вы, вы... (Нервничает, ломает руки. Тихо.) Ну, хорошо... Я прошу вас, вы понимаете, прошу... Я даже признаюсь вам... мне нельзя опоздать. Решается моя судьба, от этих минут зависит счастье...

Студент: Не нервничайте. Мое счастье, может быть, тоже зависит от этого вот гвоздя. А почему вы думаете, что ваше счастье лучше моего? (Смотрит на часы.) С какой стати я должен уступить вам свое счастье! Я не могу, не имею возможности быть чутким и неж­ным со всеми.

Вас ждет феодал с гитарой. Вы, я полагаю, понравитесь ему и без каблука. Спешите — вейте из него веревки, гните в бараний рог. Но при чем здесь я?

Девушка: (Сапожнику). Прибейте этому молодому человеку язык.

Студент: Вам нечем будет за это заплатить. (Смотрит на часы.) Поторопитесь, патриарх! Осталась минута!

Сапожник: Дети, разве можно заходить так далеко с самого начала?

Девушка: Для таких нахалов не бывает начала.

Студент: Вы хамеете на глазах...

Девушка: (вспыхивая). Нет, это вы — хам! (Сапожнику) Сколько минут ходьбы до

памятника Кры­лову?

Студентужасом). Крылову?

Сапожник: Пять, не больше.

Девушка: (смотрит на часы). Опоздала! (Всхлипывая.) Вы... Вы самый наглый хам...

Студент (бледнея). Вы... Вы — Лиля?

Девушка: (нервно). Что! Так это вы... Ха- ха- ха! Чудесно! Ха- ха- ха... Прощайте! Не смейте звонить! (Быстро уходит.)

Сапожник: В чем дело? Обувайся, беги за ней...

Студент (бормочет). Девушка с нежным голосом... Гордая любовь... Первая встреча...

Сапожник: (краснея от любопытства). В чем дело?

Студент (кричит). В чем дело! В чем дело! Дело в том, что свидание состоялось. Первое свида­ние! Три месяца я упивался этим голосом, боялся дышать в телефонную трубку. Почти признался в любви, боготворил... Гордая и таинственная. Едва вымолил свидание...

Сапожник: Хе- хе... Ромео рвет струны…

Студент: Молчи, старый пират! Черт посадил тебя сюда! Разрешают же частные лавочки.



Ведущий: Юмор – это убежище, в котором прячутся умные люди от мрачности и грязи.


Вампилов: Это случай, пустяк, стечение обстоятельств - но уже все изменилось. (Уходит)


Елена Леонидовна: Так началось наше знакомство с Сашей Вампиловым, началась наша дружба, которая продолжалась без малого 8 лет. За это время он написал почти все свои пьесы. Когда жил в Москве, он каждый день приходил в театр Ермоловой, куда мы с ним перешли с Малой Бронной, а из Иркутска часто звонил, и, конечно, писал.

Вампилов: Уважаемая Елена Леонидовна! Ваш «приемный сын» Черемховский подкидыш подает голос из города Иркутска. И здесь чувствую себя под Вашим крылом и это помогает. Да, да. Вы увидите, под вашим крылом вырастет драмодел - честь по чести.… У нас облепиховое лето… жара и тишина.


Песня «Сенокосная пора»


Сцена из пьесы «Прощание в июне»


Колесов. Что ж, давайте поговорим. Я вас слушаю.

Репников. Вот вы меня ненавидите. А почему, собствен­но? Давайте разберемся... Когда я рвался в науку с таким же нетерпением, со мной случилось нечто похожее.

Колесов. С какой стати вы мне исповедуетесь?

Репников. А разве нам с вами нельзя немного пооткро­венничать? Согласитесь, у нас с вами есть нечто общее... При­саживайтесь... И подумайте, имеете ли вы право меня ненави­деть... Откровенно говоря, со мной вам просто повезло.

Колесов. Да-а. С вами не пропадешь.

Репников. Пожалуй... Деканат предлагает оставить вас в аспирантуре...

Колесов. Так...

Репников. И знаете, что... я не возражаю.

Колесов. Ага... Решили, стало быть, добавить? И на ка­ких условиях?

Репников. Татьяну забудьте, держите язык за зубами. Впрочем, вы сами понимаете. Мы будем молчать. И я и вы — оба, как миленькие. И заберите документ, он ваш... Все. Танцуйте, веселитесь. Увидимся. К сожалению. (Уходит.)

Входит Таня.

Таня. Не дрались?

Колесов. Поговорили.-

Таня. И что?

Колесов. Меня хотят оставить в аспирантуре. Твой отец

не возражает.

Таня. Ты в самом деле, ты остаешься... Правда? (Не сра­зу.) Что с тобой? Ты не рад?.. Ну что еще случилось?

Колесов. Сядем.

Садятся.

Колесов. Я должен рассказать тебе, как я закончил уни­верситет. (Молчание.) В тот вечер, когда ты приходила ко мне на дачу, там был твой отец... Я должен был выбрать. Одно из двух.

Именно так: одно из двух. Ты или университет.

Таня. Я или университет?.. Чепуха какая...

Но ведь не хочешь же ты сказать, что... диплом ты выменял у моего отца на меня?

Колесов. Я не мог иначе.

Я выиграл время: ты должна это понять.

Может, ты хотела, чтобы я всю жизнь был сторожем?

Может, ты думаешь, что я сделал это ради собственного удо­вольствия?

Таня (тихо). Значит, с папой вы поладили... А сейчас? О чем вы говорили с ним сейчас? Об аспирантуре?.. Значит, моя цена повышается..

Колесов. Перестань! Выслушай меня. Ты должна меня понять. Кто, если не ты?

Таня. Я все поняла. Ты сделал это не ради удовольствия, поняла. Ты не мог иначе, поняла... Ты выиграл время, теперь ты своего добьешься. Будет у тебя луг, будет все, как ты захо­чешь. На свете нет ничего такого, что могло бы тебе поме­шать... Все будет по-твоему... Без меня.

Прощай... Прощай... (Уходит.)

Колесов. Таня! (Идет вслед за ней.)


Из зала врывается шумная компания: Красавица, Веселый, Серьезный, Строгая, Комсорг, Гомыра, Букин, Маша.

Музыка из зала звучит громче.

Веселый. Сюда, ребята!.. Вроде бы все? Все хором. Горько! Горько!

Строгая. Нет ректора.

Гомыра. Ведут его, ведут... Горько!

Появляется Репников.

Репников. В чем дело?

Букин. Владимир Алексеевич. Помните нашу свадьбу?

Репников. Еще бы!

Букин (всем). Так вот. Свадьба продолжается. Как видите.

Шум. Веселый смех.

Репников. Ах, вот что! Значит, все благополучно?Я рад.

Букин. Представьте, мы выступаем в том же составе. Вот, все в сборе. Вас только и не хватало. Веселый. А Колесов?

Серьезный. Да, пока еще Колесова нет.

Смех.

Репников (смеется вместе со всеми). Кстати о Колосо­ве. Он остается в аспирантуре.

Шум. Одобрительные возгласы.

Маша. Где он, где? Надо его найти! Поздравить!

Серьезный. Где Колесов?

Появляется Колесов.

Колесов. Я здесь.

Серьезный. Поздравляю. Это справедливо. Тебя сохра­нили для науки.

Комсорг. Коля, наш бывший курс... Ты что, недово­лен? Что с тобой? Что случилось?

Букин. Скажи что-нибудь, вырази!

Колесов. Мне нечего вам сказать. Но мне надо кое-что сделать. (Берет диплом, рвет его пополам. Бросает на пол.)

Небольшая пауза.

Маша. Что ты наделал?

Колесов. Не волнуйтесь. Это мой диплом... Я за него заплатил. Вот и все... Прощайте.


Елена Леонидовна: Дорогой Саша! Ждем тебя все с нетерпением. Андрей Александрович Гончаров, когда я позвонила и сказала, что ты закончил 1 вариант пьесы «Прошлым летом в Чулимске» сказал: «Слава богу, мы его так ждем». Дай бог, чтобы пьесу разрешили.


Ведущий:

Пьесу не разрешили.

  • Мы прозрели не сразу.

  • Пьесы Вампилова еще не открыты. Вместе с ним в театр пришли искренность и доброта – чувства давние, как хлеб. Нельзя сказать, что их не было до него – были, конечно, но не в той убедительности и близости к зрителю.

  • Для него в драматургии ничто не могло быть случайным. Каждое слово имело как бы свой вкус, вес и даже цвет и главное – не могло быть заменено никаким другим.

Только в последний год жизни Вампилова пьеса была поставлена на сцене Иркутского театра.


Сцена из пьесы «Дело было в Чулимске»


Дергачев: (лезет в драку) Щенок, я тебе покажу!

Пашка: Что ты тут разошелся!

Дергачев: Крапивник!

Пашка: Мать! Убери его от меня!

(голоса за сценой)

Хороших: Афанасий! Павел!

Шаманов: Остановитесь!

Хороших: Опомнитесь! Успокойтесь!

Уходя, ломая забор.


Шаманов: Веселенькое утро, ничего не скажешь. Валентина, вот я все хочу тебя спросить.… Зачем ты это делаешь?

Валентина: Вы про палисадник? Зачем я его чиню?

Шаманов: Да, зачем?

Валентина: Но… разве непонятно? И вы, значит, не понимаете. Меня уже все спрашивали, кроме вас. Я думала вы понимаете.

Шаманов: Нет, не понимаю.

Валентина: Ну, тогда я вам объясню. Я чиню палисадник для того, чтобы он был целый.

Шаманов: Да? А мне кажется, что ты чинишь палисадник для того, чтобы его ломали.

Валентина: Я чиню его для того, чтобы он был целый.

Шаманов: Зачем, Валентина? Стоит кому- нибудь пройти, и …

Валентина: И пускай. Я починю его снова.

Шаманов: А потом?

Валентина: И потом. До тех пор, пока они не научатся ходить по тротуару.

Шаманов: Напрасный труд.

Валентина: Почему напрасный?

Шаманов: Потому что они будут ходить через палисадник. Всегда.

Валентина: А вот и неправда. Некоторые, например и сейчас, обходят по тротуару. Есть такие.

Шаманов: Неужели?

Валентина: Вот вы, например. Вы всегда обходите по тротуару.

Шаманов: Ну, я.… Ну не знаю, не замечал. Во всяком случае, пример неудачный. Я хожу с другой стороны.

Валентина: С другой стороны, но и с этой вы тоже ходите. И всегда вокруг.

Шаманов: Нет, Валентина, ты зря стараешься.

Валентина: Неправда… (доделала ограду). Вот и все. Много ли здесь труда - и все на месте. И ограда целехонька. Ну, неужели вы не понимаете? Ведь если махнуть на это рукой и ничего не делать, то через два дня растащат весь палисадник.

Шаманов: Так оно и будет.

Валентина: Увидите, они будут ходить по тротуару.

Шаманов: Ты возлагаешь на них слишком большие надежды.

Валентина: Да нет же, они поймут, вы увидите. Я посажу здесь цветы. И будет красиво.


Шаманов: Нет, Валентина, напрасный труд… (подошел к буфету, извлек оттуда телефон, снял трубку) Дайте милицию…(ждет, потом Валентине.) А ты не пробовала прибить доски гвоздями?

Валентина: (улыбается) Пробовала. Две доски сломали пополам.

Пауза.Шаманов, пройдясь по веранде, подходит к крыльцу. Валентина налаживает калитку.

(Наблюдает за ней снова, на этот раз с большим интересом.) Валентина...

Валентина подняла голову. Небольшая пауза.

Шаманов: Послушай... Оказывается, ты красивая девушка...

Калитка, которую Валентина придерживала, падает на землю. Не понимаю, как я раньше этого не замечал... Валентина снова берется за калитку.

Да брось ты эту калитку... (Не сразу.) Ах, какая ты упрямая. (Спускается с крыльца.) Ну что там?.. Помочь тебе?

Валентина. Если хотите.. Подержите ее... Да, так.

Шаманов. Держу... (Не сразу.) Не опускай голову, ты же не видишь, что ты делаешь.

Валентина наладила калитку, выпрямилась. Небольшая пауза, Валетина — в палисаднике, Шаманов стоит против нее по другую сторону калитки.

Валентина. Спасибо... С этой калиткой не так-то просто… Другой раз легко, а сегодня что-то не получается...

Шаманов. Да, в самом деле... Странное сегодня утро... тебя целый год и только сейчас разглядел по-настоящему. И я должен тебе сказать...

Валентина (тихо). Не надо.

Шаманов. Ты лишаешь меня слова? Почему?

Валентина. Потому что вы надо мной смеетесь.

Шаманов. Смеюсь? Нисколько. Я говорю серьезно... Ты красивая, Валентина. Что в этом смешного?.. (Не сразу.) Ну вот, и уже покраснела... Нет, нет, не опускай голову, дай я на тебя полюбуюсь. Я давно не видел, чтобы кто-нибудь краснел.

Она хотела выйти, но он прикрыл калитку.

Подожди... Подожди, Валентина... Удивительное дело. Мне кажется, что я вижу тебя в первый раз, и в то же время... (неожиданно.) Послушай!.. Да-да... (Не сразу.) Когда-то, давным-давно у меня была любимая... и вот — удивительное дело — ты на нее похожа. (Не сразу.) К чему бы это? А, Валентина? Небольшая пауза.

Сколько тебе лет?.. Семнадцать?.. Восемнадцать?

Валентина. Да.

Шаманов. А почему ты не в городе?.. Твои сверстники, по-моему, все уже там.

Валентина. Да, многие уехали...

Шаманов. А ты? Почему ты осталась?

Валентина. Осталась... А разве всем надо уезжать?

Шаманов. Нет. Совсем нет... Но раз ты осталась, значит, у тебя есть на то причины.

Валентина. Значит, есть.


Лирическая музыка, светлая, любовь.


Елена Леонидовна: И, конечно, каждый приезд Саши в Москву были бесконечные разговоры на кухне, о самом сокровенном, о самом наболевшем.


Елена Леонидовна накрывает стол, входят Вампилов и Распутин.


Вампилов: Здравствуйте, Елена Леонидовна! Сегодня вместе с Распутиным удалось вас навестить.

Владимир Андреев: Как хорошо, что ты приехал.

Елена Леонидовна: И Валентина мы давно не видели.

Владимир Андреев: Как много надо спросить и рассказать…

Елена Леонидовна: Но сначала чай!

Вампилов: Уютно у вас здесь!

В.Распутин: Елена Леонидовна! В своих воспоминаниях я напишу про Вас так: «Жизнь утешительна уже тем одним, что случаются в ней такие люди - люди большого, доброго ума, расположения и внимания (целует руку Елены Леонидовны).

Елена Леонидовна: Спасибо, Валентин. Саша, как мама? Как семья?

Вампилов: В семье нормально. А мама грустит. Недавно показывала мне письма отца. Оказывается, он еще до моего рождения писал ей, что будет сын и боялся, что я буду писателем.

Елена Леонидовна: Вернешься в Иркутск, маме передай большой привет.

В.Распутин: Ты никогда не говорил об отце.

Вампилов: Его расстреляли в 38…

Елена Леонидовна желая сменить тему разговора: Вы знаете, я звонила Табакову и Любимову, но, по- видимому, Табаков неуловим, а Любимов не может снизойти до разговора со мной.

Владимир Андреев: А Табаков репетирует «Старшего сына» ежедневно вне плана.

Вампилов: Так это же вне плана.

В.Распутин: А вчера обсуждали «Старшего сына» в Управлении культуры. Обсуждали бурно, как будто бы их всех лично когда- то оскорбил.

Вампилов: Ко многому я привык, но такого не ожидал.

В.Распутин: Все повторяли, что ты талантливый и способный.

Владимир Андреев: Но семья Сарафановых неблагополучная семья. Отец - слабый человек, Нина - грубая, не любит отца.

В.Распутин: Бусыгин в начале пьесы обманывает, а он положительный герой.

Елена Леонидовна: Мы стояли стеной.

Владимир Андреев: Афанасьев вообще потерял твой первый экземпляр, который ты давал, сказал: «Кто- то украл со стола».

Елена Леонидовна: Мы в Ермоловском решили пьесу ставить и пробьем ее, но когда? Вампилов: Сколько можно ждать, я же драматург, я не могу писать вне реальной сцены.

Елена Леонидовна: Ты не волнуйся, хотя все это страшно утомительно. Я буквально вымоталась за этот месяц, бегая по инстанциям, кабинетам, управлениям и министерствам.


Ведущий: И снова домой, в Иркутск - дорабатывать и перерабатывать написанные пьесы, задумывать новые.


Стихотворение «Что неприветливо широкий дол шумишь»

Что неприветливо, широкий дол, шумишь?
Не можешь мне простить разлуки?
Что не хранят, чего не помнят люди,
То, вечный, ты и помнишь, и хранишь.
Я навсегда в твоих лугах бескрайних,
Я навсегда в твоих лугах густых.
И после всех дорог судьбы – случайных,
Извилистых, запутанных, крутых –
Последняя дорога мне прямая –
Сюда, чтобы спокойно умереть…

Где на холме шумит березок стая,

Как будто собираясь улететь...

И место мне тогда в твоем раздолье

Ты дашь, чтоб мог свободно я

Смотреть на перепаханное поле,

Где песня перепетая твоя

Звучит всегда задумчиво, печально,

Больших, высоких дум полна.

Нигде не начинается она,

И нет конца мелодии прощальной.



Вампилов: Дорогая Елена Леонидовна! Письма вашего нет, значит ничего хорошего нет. Написали бы о плохом. Все- таки. А то - ничего. Если «Старший сын» не пойдет сейчас хоть где- нибудь, хоть у черта на куличках, мне придется в ближайшее время и самым решительным образом отказаться от сочинения пьес. К тому же на улице ни зима, ни весна - черт знает что, погода каждый день меняется.

Елена Леонидовна: Я понимаю твое состояние, Саша… но я думаю. Вернее - убеждена, что надо сцепить зубы и еще потерпеть, обождать. Иначе просто невозможно жить. Ты очень талантливый драматург.

Ведущий: Премьера «Старшего сына» состоялась в Иркутске. Через год пьеса появилась на сцене Ленинградского драматического театра. Многие приезжали из Москвы посмотреть этот спектакль.


Сцена из пьесы «Старший сын.

Песня «Последняя электричка»


Сарафанов. Да-да, я сделал свое дело, я их вырас­тил... (горько) теперь я свободен и на старости лет могу насладиться одиночеством...

Бусыгин. Ты не будешь один... Если ты не против, я останусь с тобой.

Небольшая пауза. Нина поднимает голову.

Сарафанов. Ты сказал...

Бусыгин. Да. Если ты останешься один, я перееду к тебе жить. Если ты захочешь... В вашем городе тоже есть мединститут.

Сарафанов (растроганно). Сынок... Ты у меня один... Ты единственный. Что бы я делал, если бы не было тебя?

Бусыгин. Успокойся... По-моему, тебе надо при­лечь, ты сильно переволновался. Пойдем, ты отдохнешь, успокоишься... (Уводит Сарафанова в соседнюю комна­ту и возвращается.)

Нина. Ты в самом деле хочешь здесь остаться?

Б у с ы г и н. Да... А как быть? По-твоему, можно оста­вить его одного? (Подходит к ней.) Сильно ты из-за кур­санта расстроилась?

Н и н а. Да уж. Показали вы... выступили... проявили таланты.

Бусыгин. Никто не хотел, чтобы ты расстраивалась.

Н и н а. А ты? Куда ты суешь свой нос? Зачем? Поче­му ты сделал из него идиота?

Бусыгин. Он мне не нравится.

Нина. Ну и что? Не ты же замуж за него соби­раешься!.. Что тебе надо?.. (Помолчав.) Ну, допустим, допустим, он не самый умный, не самый красивый, если даже так — тебе-то что до этого?

Бусыгин. Да нет, он парень неплохой... Не в этом дело...

Н и н а. Так в чем дело? В чем?!

Бусыгин. Он мне не нравится потому, что мне нра­вишься ты.

Нина. Что?.. И поэтому ты устроил скандал?..

Б у сыгин. Возможно.

Нина. Псих! Свалился на мою голову... Братец!.. Хо­роша семейка. Тебя тут только не хватало... Я знаю, это у вас фамильное. Фамильная шизофрения!

Бусыгин. Успокойся! (Садится рядом с ней, слегка обнимает, утешает.) Он парень хороший, но ты успокойся.

Н и н а. А если я его люблю? Тогда как?

Бусыгин. Тогда все в порядке. Завтра он тебя будет ждать.

Нина. Да, будет ждать.

Бусыгин. Ну и вот. И поженитесь. И уедете на Са­халин.

Нина (не сразу, спокойно). Никуда я не уеду.

Бусыгин. Как же так?

Н и н а. Да так... Ты прав, отца нельзя оставлять. Сего­дня я это поняла. И еще я поняла, что я папина дочка. Мы все в папу. У нас один характер... Какой, к черту, Сахалин!

Бусыгин. Так... А летчик? Согласится он?..

Н и н а. Не знаю я. Ничего не знаю... Может, согласит­ся, а может, уедет. Встретимся — поговорим. Сейчас мне как-то все равно.

Бусыгин. Ну и не расстраивайся. Кому-кому, а тебе стоит только свистнуть, сбежится столько парней — тебе придется складывать их в штабеля.

Нина (усмехнувшись). Ничего. Ты мне поможешь.

Бусыгин. Ну нет. С меня хватит... Если ты оста­нешься здесь, я уеду.

Нина. Здравствуйте! Это почему же?

Бусыгин. Почему?.. Потому что... Потому что я иди­от и не вижу из этого никакого выхода!

Нина. Какого выхода? Из чего?.. Да, ты ненормаль­ный. Что верно, то верно. И ты всегда такой был? Или это с тобой недавно?

Бусыгин. Недавно.

Н и н а. И что случилось?

Бусыгин. Влюбился.

Н и н а. В кого?

Бусыгин. Как тебе сказать... Она принадлежит дру­гому.

Нина. Отбей. У тебя должно получиться.

Бусыгин. Легко сказать.

Нина. А что тебе мешает?.. Ну? Что же ты мол­чишь?.. Я не знаю, кто она такая, но я (с удивлением) ей завидую. Иногда мне даже жалко, что ты мой брат.

Б у с ы г и н. А я тебе не брат...

Нина. Что?

Бусыгин. Я тебе не брат. И никогда не был твоим братом.

Нина (поднимается). Врешь...

Бусыгин (поднимается). Я не шучу. У меня нет и не было сестры.

Нина. Врешь... (Отступает от него.) Я тебе не верю.

Бусыгин. Но факт есть факт. Отца своего я не знал, а моя мать живет в Челябинске. Твой отец там никогда не был. Я обманул его.

Нина. Зачем?

Бусыгин. Все вышло совершенно случайно...

Нина. Ты... Почему ты до сих пор молчал?

Бусыгин. Твой отец принял меня за своего. И на­чалось. Сначала он, потом ты. Я тут у вас совсем запу­тался...

Нина. Ты... ты сумасшедший...

Бусыгин. Может быть, но я больше не хочу быть тво­им братом.

Нина. Ты... ты авантюрист. Тебя надо сдать в мили­цию!

Бусыгин. Сдай, лучше сидеть в КПЗ, чем быть тво­им братом.

Нина. Тебя надо гнать из дома... Тебя надо с лестницы спустить!

Бусыгин. Да?.. А когда я был твоим братом, я тебе нравился. Немного.

Нина. Молчи, бессовестный!.. Я не знаю, кто-нибудь когда-нибудь видел такого психа?

Появляется Сарафанов.

Сарафанов. Володя! Я все понял! Из этого дома надо уходить. Уходить, пока тебя не вынесли! (С воодушевле­нием.) Сынок! Я все обдумал. Мы едем в Чернигов!

Бусыгин в полной растерянности.

Мы едем вместе! Сегодня! Немедленно! Едем, едем, едем! Нина (засмеявшись). Ты женишься, надо полагать?

Сарафанов (кричит). Все может быть! Не вижу в этом ничего смешного! (Бусыгину.) Я думал об этом, в самом деле. Если твоя мать... Словом, я хочу ее видеть... (Нине.) Перестань! (Бусыгину.) Полюбуйся на нее! Для нее нет ничего святого. Я не могу здесь оставаться, ты сам видишь. Я собираю вещи, сейчас, сию минуту, не­медленно. (Идет в другую комнату, на пороге, обраща­ясь к Нине.) Я возьму кларнет и ноты. Это все, что я от­сюда возьму... Когда уходит поезд?..

Бусыгин. Н-незнаю...

Сарафанов. Не важно! Я собираюсь. Немедленно! (Уходит.)

Нина. Ну?.. Что ты собираешься делать?

Бусыгин (растерянно). Не знаю...

Нина. Теперь ты понимаешь, что ты натворил. Представля­ешь, что будет с ним, когда он узнает правду?

Бусыгин (мечется). Что же делать? Ничего ему не говорить?

Н и н а. Не знаю. Вы сумасшедшие, вы и разговаривай­те. А я не знаю.

Появляется Сарафанов.В руках у него чемодан и кларнет. Сарафанов.

- Володя, я готов.

(Смеется.)


Елена Леонидовна: Саша, дорогой! Я была просто счастлива, получив от тебя такое письмо. Поздравляю! Ты - молодец» вообще я о тебе соскучилась, и так хочу поговорить с тобой по душам, сидя у нас на кухне. Вот сейчас три часа ночи, сижу на этой самой кухне (на твоем месте) и пишу тебе это письмо. Я скоро приеду к вам в Иркутск.

Музыка.


Ведущий: Этой встрече не суждено было состояться… Тусклым, дождливым днем 17 августа 72 Александр Вампилов трагически погиб.

По тайге цветет, багул - не герань,
По тайге веселый гул синих птиц.
Я ступил уже за тайную грань,
Постигаю красоту небылиц.
Птицы синей не поймать в вышине,
Птицы черной не сыскать в темноте.
Не грустите, я прошу, обо мне
На последней, на прощальной черте.

Блещет август у моих у дверей,
У дверей моих стоит пустота.
Мир отсюда и теплей и добрей,
И пронзительней его красота.
А Сибирь - не теплый Крым, не Кавказ,
А Байкал - не городской водоем.
Я целую уголки твоих глаз,
Вспоминаю, как мы были вдвоем.

Мне теперь уже ни жестов, ни слов,
Вижу я, а вам меня - не видать.
Видит бог, я к вам вернуться готов,
Чтоб хоть слово, хоть привет передать.
Мне теперь уже ни ночи, ни дня, -
В неизвестность, в бесконечность лечу.
Расскажите, как вы там без меня...
Может, я еще ответ получу..


Ведущий: В сентябре Елена Леонидовна написала вдове Александра Вампилова Ольге.


Елена Леонидовна: Пишу тебе на работе, в этой самой комнате, где он всегда сидел, и смеялся, и сердился, и негодовал, и снова смеялся. Я очень любили нашего Саню. В душе моей только боль и стихи, посвященные ему:


Я уплыву на пароходе,

Потом поеду на подводе,

Потом еще на чем- то вроде,

Потом верхом, потом пешком,

Пойду по волоку с мешком,

И буду жить в своем народе!


Елена Леонидовна: Я выполнила свой долг перед Сашей - в нашем ермоловском театре были поставлены все его пьесы!


Выходят все герои.

Все творчество Распутина и Вампилова взывало о совести.



21


Название документа Сценарий бала.docx

Сценарий юбилейного бала в 8-х классах

«У гимназии день рождения»

Куратор Махмутова З.К.

19 октября 2013г.



Звучит музыка. Полонезом учащиеся 8х классов входят в зал. Занимают свои места. На фоне легкой музыки: Выходят 2-ое ведущих.

(1Чтец.) – Не мысля гордый свет забавить,

Всем сердцем школу возлюбя,

Здесь собралась её поздравить

Большая дружная семья!

(2 Чтец.) – Гимназия, милая, родная,

Сколько вместе прожито.
Прожито не зря.
В этот день торжественный,
Конечно же, волнуется вся наша огромная
Школьная семья.

(3 Чтец.) Если вдруг вы спросите: почему волнуемся?

Мы ответим запросто, в мыслях не тая,
По дороге трудной творчества и знаний,
Вместе шли и дети и учителя!


(1Вед.) – Здравствуйте, уважаемые дамы и господа! Сегодня мы рады приветствовать вас на нашем юбилейном праздничном балу!

(2Вед.) – Да, действительно праздничном! Сегодня наша школа отмечает свой юбилей!

(3Вед.) – Юбилей? И сколько ей лет исполняется?

(3Вед.) – Ты не поверишь! 25!

(2Вед.) – 25!?

(3Вед.) – Да, 25! Это действительно не мало! Наша школа почти не изменилась! Здесь как и прежде тепло, уютно, это наш 2-ой дом! Здесь мы учимся, общаемся и просто живем!

(1 вед) Вот и правда, наши одноклассники и учителя стали нам родными и близкими людьми! Всегда помогут, подскажут, объяснят и научат! Они стали для нас нашей второй семьей!

2 вед. Гимназия, с юбилеем!


Распорядитель: Друзья, танцуйте, не скучайте.

Весельем наполняйте бал! ВАЛЬС – МАЗУРКА! (8г)

(1 вед.) (Имя), а ты никогда не задумывалась сколько выпускников закончили гимназию?

(2 вед.) Конечно, я об этом думала, сходила в музей гимназии и узнала! Выпускников 1782!

Мы очень рады, что сегодня так много выпускников, которые окончив её очень давно, помнят школьные годы и возвращаются в родные стены


Хочу поздравить Вас от всех детей,

От всех, кто учится, и ранее учился,

Сегодня нашей школы Юбилей!

И я хочу, чтоб каждый ей гордился!


Чтоб помнили всегда свой дружный класс

И всех учителей, что нас учили.

Наша школа жизни учит нас,

Мы в ней азы всех знаний получили!


Не забывали шумных перемен,

Сверстников, с которыми учились,

И ставшими родными - школьных стен

С которыми уж многие простились.


Распорядитель: Приглашаем танцевать, господа! Падетруа! (8в)

(2 вед.) У каждого свой день рождения, Верно?

Свой круг друзей, вся за столом семья.

Но собрались все мы на юбилее гимназии: Ты и Я!

Стихи здесь зазвучат и ими исполнится

Торжественно, дыханье затая,

И этот день надолго нам запомниться!

С юбилеем, Гимназия, родная моя!


Распорядитель: Полька, господа! (8б)

Презентация Герб

(1 вед.) А давайте теперь проведем маленький экзамен! Расскажите, что это изображено на слайде?

(изображен герб гимназии)

(2 вед.): - Это символика нашей Гимназии. Герб, на котором изображена книга, обрамленная зеленым венком. Книга - это символ учения, знаний. Белый цвет книги – символ мечты и детства. А под ней красная лента – символ добра и милосердия. Голубой фон – символ мира и любви к родине. А зеленый цвет – это цвет милосердия, энергии и защиты окружающей среды!


(3 вед.) Есть в истории школы святые страницы,

Ими будем всегда мы по праву гордится.


(1 вед.) Славна наша традиция гимназических балов. Сколько талантов открыла!

Распорядитель: Вальс – гавот! (8а)

(1 вед.) А все таки это так удивительно, что моя родная Гимназия стала родной такому количеству детей ещё до того, как я стала гимназисткой. И что они без нас делали? Как жили? Чем занимались? Вот бы снова попасть в прошлое и узнать подробнее…

Алея памяти волшебна -
Здесь явны мысли и мечты.
Алея памяти душевна –
Здесь встретишь всё, что помнишь ты.

(2 вед.) У нас в гостях ветеран педагогического труда, отличник народного просвещения, давний друг гимназии, Нина Прокопьевна Махмутова.


Выступление ветерана труда. Леша провожает Н.П.


1 вед. Спасибо Вам большое! (дарит сувенир)


Вед. Давай проверим, какие поговорки о песне мы знаем. (Поговорки о песне)


- Красна сказка складом, а песня – ладом!


- Где песня льется, там легче живется!

- Кто поет, того беда не берет!


- Песню играть, не поле пахать!


- Кто умеет веселиться, тот и горя не боится!


- Молодцы, мы не только знаем поговорки, но и петь умеем. Песня 8а «Куда уходит детство».

Распорядитель: Английский вальс! (8г)

(1 вед.)______(имя) , ты представляешь!? Мы уже в 8-ом классе! Как быстро время летит! А вот кажется не давно были первоклашками!

(2 вед.) Действительно… А еще совсем чуть-чуть и расстанемся со школой… Покинем эти родные стены, распрощаемся с родными людьми…

(3вед.) Но пока мы еще здесь! Здесь учимся, общаемся, проводим большее кол-во своего времени!

И пока не нужно грустить!


Распорядитель: Приглашайте дам, друзья!

Танец пропустить нельзя! Венский вальс( 8б)


(1 вед.) Великолепны дамы наши!

(2 вед.) И кавалеры им под стать!


(3 вед.) – В традициях всех балов были игры. А не сыграть ли и нам в фанты?


(1 вед.) - В фанты, фанты!


Встают спинами друг к друг. Выходят «желающие». Кладут в шляпу фанты.


(2 вед.) - Что этому фанту сделать?


(3 вед.) - Слог песен должен быть приятен, прост и ясен,

Витийств не надобно: он сам прекрасен.


Исполняется песня «Феличита» Фролов Артем, Пермякова Таня).


(1 вед.) - А этому фанту что прикажете?

(2 вед.) Сегодня день такой, ребята!


Одарит, чем душа богата:

Задором, творческим огнем,

Муз озарением… И с восторгом

Аплодисментов грянет гром

Сверхпродолжительным аккордом!


КРИВАНКОВ АЛЕША ИСПОЛНЯЕТ ФОРТЕПИАННЫЙ ЭТЮД.

(1 вед.) - А этому фанту что прикажете?


(2 вед.) - Танец «Адажио - роза», пожалуйста!



Распорядитель: Господа, менуэт! (8в)


(2 вед.) Родителям в такой особый день, как впрочем, и всегда мы рады!

(3 вед.) У нас в гостях Маньшина Оксана______________, именно ей 25 лет назад, когда она пришла первоклассницей в школу №10, первый директор Николай Дмитриевич Лицман вручал символический ключ от школы.


Родители. Приветственное слово.


Распорядитель: Комбинированный вальс ( 8а)

(1 вед.) Волшебный Бал – мечта Принцесс

Прекрасных принцев взгляд желанный

И сказка воплотится здесь

Для вас подарком долгожданным


Распорядитель: Рыцарский танец! (8в)

(2 вед.) В ритме вальса все плывет,

Весь огромный небосвод.

Вместе с солнцем и луной

Закружился шар земной.


(3 вед.) Все танцуют скользя,

Удержаться нельзя!


Распорядитель: Фигурный вальс, господа! (8г)

1 ведущий: Гимназия родная, с юбилеем! А какая она?

2 Ведущий: В ней постоянный педагогический коллектив, значит – терпеливая.
3 Ведущий: Здесь много улыбающихся лиц, значит – счастливая.
1 Ведущий: Здесь всегда рады своим выпускникам, значит – гостеприимная.
2 Ведущий: Здесь готовы помочь каждому ученику, значит-добрая.
3 Ведущий: Сюда бывшие ученики приводят своих детей и внуков, значит – любимая.
Вот такая она, наша гимназия!

1 вед. А еще мы все очень любим танцевать!

Распорядитель: Господа, скорый менуэт! (8б)

1 ведущий: Наша гимназия – это храм науки, мечтаний, чудес,
Школа любимая, у тебя юбилей.
Собрала дорогих ты гостей –
Принимай поздравленья, скорей.


Распорядитель: Вальс – миньон, (8а)

2 Ведущий: Друзья!

Ваш смех звучал для нас наградой,

Улыбок ваших нам не позабыть.

Как жаль, что нам расстаться с вами надо.

Как жаль, что все же надо уходить.

Но в этот час,

В минуту расставанья,

"Прощай"- мы вам не скажем никогда.

Мы скажем вам: "До нового свиданья,

Все вместе: До новой встречи, милые друзья!»

Вместе: С днем Рождения, Гимназия!!!!

Организованный выход всех классов по очереди.

Танцы:

  1. Вальс – мазурка, 8г

  2. Падетруа, 8в

  3. Полька, 8б

  4. Вальс – гавот, 8а

  5. Английский вальс, 8г

  6. Венский вальс, 8б

  7. Менуэт, 8в

  8. Комбинированный вальс, 8а

  9. Рыцарский танец, 8в

  10. Фигурный вальс 8г

  11. Скорый менуэт, 8б

  12. Вальс- миньон, 8а.

Название документа дорога совести.pptx

Вампилов Александр Валентинович «А кони - все скачут и скачут, а избы горят и...
Распутин Валентин Григорьевич Вампилов Александр Валентинович
Свидание
Распутин Валентин Григорьевич Вампилов Александр Валентинович
Распутин Валентин Григорьевич Вампилов Александр Валентинович
Вампилов Александр Валентинович «А кони - все скачут и скачут, а избы горят и...
1 из 31

Описание презентации по отдельным слайдам:

№ слайда 1 Вампилов Александр Валентинович «А кони - все скачут и скачут, а избы горят и го
Описание слайда:

Вампилов Александр Валентинович «А кони - все скачут и скачут, а избы горят и горят» «Дорога совести» Распутин Валентин Григорьевич

№ слайда 2
Описание слайда:

№ слайда 3
Описание слайда:

№ слайда 4
Описание слайда:

№ слайда 5
Описание слайда:

№ слайда 6
Описание слайда:

№ слайда 7
Описание слайда:

№ слайда 8
Описание слайда:

№ слайда 9
Описание слайда:

№ слайда 10
Описание слайда:

№ слайда 11
Описание слайда:

№ слайда 12
Описание слайда:

№ слайда 13 Распутин Валентин Григорьевич Вампилов Александр Валентинович
Описание слайда:

Распутин Валентин Григорьевич Вампилов Александр Валентинович

№ слайда 14
Описание слайда:

№ слайда 15
Описание слайда:

№ слайда 16
Описание слайда:

№ слайда 17
Описание слайда:

№ слайда 18
Описание слайда:

№ слайда 19
Описание слайда:

№ слайда 20
Описание слайда:

№ слайда 21 Свидание
Описание слайда:

Свидание

№ слайда 22
Описание слайда:

№ слайда 23
Описание слайда:

№ слайда 24 Распутин Валентин Григорьевич Вампилов Александр Валентинович
Описание слайда:

Распутин Валентин Григорьевич Вампилов Александр Валентинович

№ слайда 25
Описание слайда:

№ слайда 26
Описание слайда:

№ слайда 27
Описание слайда:

№ слайда 28
Описание слайда:

№ слайда 29
Описание слайда:

№ слайда 30 Распутин Валентин Григорьевич Вампилов Александр Валентинович
Описание слайда:

Распутин Валентин Григорьевич Вампилов Александр Валентинович

№ слайда 31 Вампилов Александр Валентинович «А кони - все скачут и скачут, а избы горят и го
Описание слайда:

Вампилов Александр Валентинович «А кони - все скачут и скачут, а избы горят и горят» «Дорога совести» Распутин Валентин Григорьевич

Сценарий дидактического спектакля «Дорога совести» по произведениям Распутина и Вампилова
  • Информатика
Описание:

«А кони -   все скачут и скачут, а избы горят и горят»
Дидактический спектакль 10а и 10б классов.
Кураторы Махмутова З.К., Неганова О.В.
(Валентин Распутин. Александр Вампилов.)

ВедущийСибирь – моя милая Родина
Родился я здесь и живу
На мир лицезрею восторженно
И преданно чту старину
С любовью смотрю на закаты
На гладь голубой Ангары
На громовые раскаты
Могучие кедры тайги…

Распутин:Удивительно и невыразимо чувство Родины. Какую светлую радость, и какую сладчайшую тоску дарит оно, навещая нас толи в часы разлуки, толи в счастливый час проникновенности и отзвука!

ВедущийИ не стоять человеку твердо, не жить ему уверенно без этого чувства…, без внутреннего постижения своей ОТВЕТСТВЕННОСТИ  за дарованное ему место в огромном общем ряду быть тем, что он есть

Распутин:  Как благодарить судьбу что с красотой в Сибири мне пришлось родиться, что есть еще нам чем гордиться – ПРИРОДОЙ, БАЙКАЛОМ, АНГАРОЙ!
- Воспоминания…Первые впечатления…Они всегда живут во мне. Их сберегло детство…
- Едва научившись ходить, мы ковыляли к реке и забрасывали в неё удочки;
- ещё не окрепнув, тянулись в тайгу, начинавшуюся сразу за деревней.
- с малых лет садились в лодку и самостоятельно брались за вёсла
Ведущий: а потом снова шли в лес – больше наших радостей и наших занятий была связь с рекой и тайгой.
…Это была она, известная всему свету река, о которой слагались вечные легенды и песни, единственная дочь Байкала, об удивительной красоте и поэзии которой я храню самые чистые и светлые воспоминания…
Распутин: Родная деревня Аталанка, острова напротив и заходящее за другой берег солнце…(слайды)
Немало я повидал всякой красоты, но умирать буду с этой картинкой, дороже и ближе которой у меня ничего нет (танцевальный этюд «Река», ледоход)

Ведущий:Валентин Григорьевич Распутин вспоминал: «Никогда не забыть мне, как всякий раз боялся пропустить ледоход. С каким восторгом и страхом, не помня себя, смотрел на дикую безудержную силу, сталкивающую лед вниз, вздыбливая и кроша неповоротливые, отливающие глубокой синевой глыбы, какой многоголосный и протяжный, со стоном и отчаянием стоял вокруг гул. 

Распутин:  Есть такие понятия: духовная память и духовный опыт человека, которые должны присутствовать в каждом из нас, независимо от нашего возраста… Вот так и случилось, что спустя 20 лет я сел за стол и стал вспоминать, что было со мной, пятиклассником, мальчишкой из глухой сибирской деревни

Сцена из повести  «Уроки французского»

Учительница: Ну а на деньги ты больше не играешь? Или где- нибудь собираетесь в сторонке да поигрываете?
Мальчик: Как же сейчас играть?! (удивленно).
Учительница: А что это была за игра? В чем она заключается?
Мальчик: Зачем вам?
Учительница: Интересно. Мы в детстве когда- то тоже играли. Мы играли в «пристенок». Знаешь что это такое?
Мальчик: Нет.
Учительница: Вот смотри. Я бью монетой о стену. (Встает, бьет монету о стену.). Теперь бьешь ты. Но имей ввиду: бить надо так, чтобы твоя монета оказалась как можно ближе к моей. Чтобы их можно было замерить, достать пальцами одной руки. По- другому игра называется «замеряшки». Достанешь – значит, выиграл. Бей.   О- о, далеко! Сейчас ты начинаешь. Учти: если моя монета заденет твою, хоть чуточку, краешком, - я выигрываю вдвойне. Понимаешь?
Мальчик: Чего тут непонятного?
Учительница: Сыграем?
Мальчик: Как же я с вами буду играть?
Учительница: А что такое?
Мальчик: Вы же учительница?
Учительница: Ну и что? Учительница – так другой человек? Иногда надоедает быть только учительницей, учить и учить без конца. Постоянно одергивать себя, то нельзя, это нельзя. А в детстве я была отчаянной девчонкой, родители со мной натерпелись. Мне и теперь еще часто хочется прыгать, скакать, куда- нибудь мчаться, что- нибудь делать не по программе, не по расписанию, а по желанию. Я бы с удовольствием каждый день прыгала, да за стенкой живет Василий Андреевич. Ни в коем случае нельзя, чтобы он узнал, что мы играем в «замеряшки».
Мальчик: Но мы не играем ни в какие «замеряшки». Вы только мне показали.
Учительница: Мы можем сыграть так просто, как говорят, понарошку. Но ты все равно не выдавай меня Василию Андреевичу.
Ну что, попробуем? Не понравится – бросим.
Мальчик: Давайте!
Учительница: Начинай. (играем)
 Нет, так неинтересно, играть – так по- настоящему, а то что мы с тобой как трехлетние малыши.
Мальчик: Но тогда это будет игра на деньги.
Учительница: Конечно. А что мы с тобой в руках держим? Мы можем договориться о совсем маленькой ставке, а все равно появится интерес.
Неужели боишься?
Мальчик: Вот еще! Ничего я не боюсь! (играем)
Нет, так я не играю. Зачем вы мне подыгрываете? Это нечестно.
Учительница: Но я действительно не могу их достать. У меня пальцы какие- то деревянные.
Мальчик: Можете.
Учительница: Хорошо, хорошо, я буду стараться.
(играем)
Мальчик: Что вы делаете?
Учительница: Я? А что я делаю?
Мальчик: Зачем вы ее подвинули?
Учительница: Да нет, она тут и лежала. Пойми ты, голова садовая, зачем мне тебя обманывать? Я веду счет, а не ты, я лучше знаю. Я трижды проиграла, а перед тем была «чика».
Мальчик: «Чика» не считово.
Учительница: Почему это не считово?.. (Появляется директор.).
Директор: Лидия Михайловна! Лидия Михайловна, что с вами? Что здесь происходит?
Учительница:  Я, Василий Андреевич, надеялась, что вы постучите, прежде чем входить сюда.
Директор: Я стучал. Мне никто не ответил. Что здесь происходит? Объясните, пожалуйста. Я имею право знать как директор.
Учительница: Играем в «пристенок».
Директор: Вы играете на деньги с этим?.. Играете с учеником?! Я правильно вас понял?
Учительница: Правильно.
Директор: Ну, знаете, я теряюсь сразу назвать ваш поступок. Это преступление. Растление. Совращение. И еще, еще…

Сцена 2. Саня стоит с рюкзаком, восторженно… На экране перевал, лес)

Саня: Что же мне еще надо? Так хорошо! В одно время он, такой день, и я … В одно время, и здесь … Вот она – вершина перевала,  откуда волнами уплывают вдаль леса. Вот оно – величественное в красоте, и такое первобытно раздолье, сияющее под солнцем  без конца и без края. Пусть, пусть что угодно – я это видел!

Митяй: Хорошо бы чаек сварганить, да не успею! (Саня достает хлеб, яйца, кружку и т.д. Рюкзак сползает с ведра и оно выделяется белизной).
 
Д.Володя: Ну и что ты собираешься делать с этой ягодой?

Саня: Не знаю! Сварю, наверно. Половину истолку.

Д. Володя: Нельзя ее варить. И есть нельзя.

Саня: Почему?

Д. Володя: Кто, какой дурак берет ягоду в оцинкованную посуду? Да еще чтоб ночевала! Да такая ягода!
(Саня, ничего не понимая, смотрит то на одного,  то на другого. Митяй не сразу замедленно поднимается,  стягивает с ведра тряпку..)

 Митяй: Ты, гад! Ты что же это делаешь?! Ты что же это?!
(Двигаясь к д. Володе с кулаками). Ведь ты же видал, ты знал, ты, главно, там видал! И дал парню набрать, дал ему вынести – ну, не гад ли, а?! Я тебя…!

Д. Володя (отскакивая): Только тронь! А ты не видал? Ты не знал? Что ты Ваньку валяешь? Оно на виду, оно открытое стояло! Ты что, маленький?

Митяй (опешил): Да, видал! Видал! Знал! Но у меня из головы вон. Я смотрел и не видел! А ты, гад, ждал. Я забыл, совсем забыл.

Д. Володя: Больше не забудешь! Учить вас надо. И парень всю жизнь помнить будет.

(Митяй взял ведро и высыпал ягоду)

Саня: Зачем ты, Митяй, зачем?!

Митяй: Нельзя, Саня. Нельзя. Она за ночь сок дала, сам отравишься и других … Никак нельзя в оцинкованное… Ну, идиот я, ну, идиот, от и до. Ходя с таким идиотом. (Сел и затих. Молчание общее… Саня взял ведро и застегнул рюкзак на все застежки)

Митяй: Теперь, дядечка Володечка, ходи и оглядывайся… Такое гадство в тайгу нести…

Д. Володя (с угрозой): Сидел и еще сядешь.

Митяй: А я об тебя руки марать не буду. На тебя первая же лесина сама свалится,  первый же камень оторвется. Вот увидишь. Они такие фокусы не любят, ох, не любят.
(Стук поезда, свет гаснет, все уходят, за кулисой в микрофон говорит ведущий)

Ведущий: Душа природы и душа человека сливают чудесно, чудотворно преобразуя жизнь.

Распутин: Я часто вспоминаю слово преподобного Сергия: «Не смущайся, чадо, и не скорби, милость отымается, милость и дается». Этим стояла Русь в тяжкие давние времена. Этим держалась Русь, когда спокойные земные старухи, терпеливые Катерины, Пелагеи, Дарьи при всякой беде умели высказать все ту же Сергиеву простую правду правильного стояния на земле, уверенные, что дети их услышат в свой час эту правду и дальше передадут ее. Женщина – мироткущая, созидающая ткань, это – основа жизни, это дар любви.

Выходят Анка («Последний срок»), Дарья («Прощание с Матерой»), Агафья («Изба») с разных сторон во время стихотворения.

Ведущий:  

Столетье промчалось. И снова,
Как в тот незапамятный год
Коня на скаку остановит,
В горящую избу войдет.
Ей жить бы хотелось иначе
Носить драгоценный наряд,
Но кони все скачут, и скачут,
А избы – горят и горят.
(Вариации из Некрасова Наума Каржавина)

Сцена 3.

Анка: Своя жизнь – своя краса… Случались и у нее светлые, дорогие радости, каких  ни у кого не бывало… И случались дорогие печали, которые чем дальше, тем становились дороже,  роднее. И своя жизнь, вдруг, показалась удачной, доброй, удачной, как ни у кого. Надо ли жаловаться, что она всю жизнь отдала ребятам, если для того и приходит в мир человек, чтобы мир никогда не скудел без людей, и не старел без  детей.

 Дарья: Не об чем, люди говорят, твоему  сердцу болеть. Только пошто оно так болит? Хорошо, ежли, об чем одном болит – поправить можно, а ежли обо всем вместе? Как на огне оно, христовенькое,  горит и горит, ноет и ноет. Никакого спасу. Сильно, выходит, виноватая. Что виноватая, я знаю, а сказал бы кто, в чем виноватая, в чем каяться мне, многогрешливой? Рази можно без покаяния? Ох … Утром солнышко придет, оно тебе много че скажет. За – ради солнышка, когда боле ниче бы и не было, можно жить.

Агафья: Она хорошо помнит, как в детстве жгли лучину, полуношничали возле камелька. Ну как тут было не подать начин песни, как было не подхватить ее, печальную и сладкую для сердца, и не растаять в ней до восторженного полуобморока. Считается, что душа наша, издерганная, надорванная бесконечными несчастьями,  израненная и кровоточащая, любит и в песни тешиться надрывом. Плохо мы слушаем свою душу, ей  лад печален от того лишь, что нет ничего целебнее печали, нет ничего слаще ее и сильнее… Да и печаль - то неохватно- спокойная, проникновенная, нежная…

(Звучит в живом исполнении песня) «Не бушуйте ветры буйные…»

Ведущая: Завидно удаются писателю женские образы. Все они сильные и цельные натуры. Все они – суть составного одного образа, одного исторического характера уходящей эпохи. Удивительна, достойна глубокого уважения та сыновняя чистейшая любовь, с которой он пишет Василису в рассказе «Василий и Василиса».

Сцена 4 из рассказа «Василий и Василиса».

Настя:
- Мама, отец приехал! Идет!

(Василиса выпрямилась.)

Василиса: - Живой, выходит, остался, - рассуждая сама с собой, неторопливо сказала она.- А, вот Сашку убили.

(Зашел Василий в военной гимнастерке с мешком за плечом)

Василий: - Это я, Василиса.

Василиса:  - Сашку убили.

(Василий пытается обнять жену, она отстраняется)

Василий: - Не хочешь, стало быть, простить? – спросил он, вставая прямо перед Василисой. – Не хочешь. А я, Василиса, тебе гостинец привез, да все не знал, как поднести.

Василиса: - Не будет нам житья вместе. Я, Василий, один раз сделанная, меня не переделать.

Василий: - Война всех переделала. (тихо)

Василиса: - Война, война. Война, она – горе, а не указ. Она и так из баб мужиков понаделала. Когда это теперь новые бабы нарастут? Похоронить ее надо скорей, войну твою.

(Василий пытается ее обнять, но она отстранилась, и его  руки провалились в воздухе)

Василиса: - Незачем это. Я, Василий, спеклась, меня более греть ни к чему.

Ведущий:  Говорят, время лечит, но психологически, нравственно- духовные раны время лечит гораздо медленнее. А, может, оно перед ними вообще бессильно.

Распутин: Страшна, чудовищна война, нечеловеческие силы, надсада нужна, чтобы одолеть ее. А помощь тебе одна – но очень, и очень важная помощь: сознание того, что за твоей спиной Родина, народ, твои близкие, и другого пути к ним нет, как через победу над врагом. Расслабился, забыл об этом, значит позор, горе и черная кончина. Да кабы кончина на миру, где, как известно, и смерть красна. Нет, кончина звериная, потайная. Такова расплата за нарушение вековых человеческих норм, за измену тем, кто в тебя верит, кто на тебя надеется.

Ведущий: Поучительная и жуткая в своей правдивости история не была бы правдивой, и не была бы историей, если бы рядом с Гуськовым, нет не рядом, а впереди, выше его, не стояла его жена Настена.

Сцена 5 из рассказа «Живи и помни»

На скамье сидит Настена. Она в ватнике, повязанным сверху платком, в сапогах. Перед ней стоит в телогрейке обросший и взлохмаченный Андрей.
Настена: Не топишь ты здесь, что ли?

Андрей: Печки нетути.

Настена (с горечью): Андрей, может не надо, а? Может не будем так, выйдем? Я бы пошла за тобой, куда угодно, на какую хошь каторгу – куда тебя, туда и я. Так я больше не могу. И ты не можешь, ты посмотри на себя, какой ты стал, что ты с собой сделал? Кто тебе сказал, что расстреляют? Война кончилась, и без того задохнулись в смертях.

Андрей (со злостью): Избавиться от меня задумала? Ну- ну, давай!

Настена (встает): Андрей.

Андрей: Избавишься, Настена, избавишься (с издевкой). И то: устала – сколько можно? Пора  честь знать. Должен сам понимать. Избавишься, Настена, да не так, как задумала. Со мной, говоришь, пойдешь? Да ты же знаешь, что тебя рядом со мной к стенке не поставят. Пожалеют. А меня поставят. Тебя он, хошь, из- за пуза пожалеют. И пойдешь ты, голубушка, одна, и совесть свою освободишь. Ишь, как ладно.

Настена: Перестань, Андрей. Сейчас же перестань. Как тебе не совестно говорить такое?

Андрей: Я тебя, Настена, сам от себя избавлю. Скоро уж, скоро, недолго ждать. Я не собираюсь всю жизнь так тебя мытарить. Да хошь завтра, если на то пошло, хошь счас – Ангара рядом. И зарывать, хлопотать не надо. У меня и веревочка припасена. Надежная – пятерых удержит. С твоей же лодки прыгну, а ты доглядишь, чтоб не всплыл.  Тебе же все - равно через Ангару надо – ну и меня по пути подбросишь, я тебе полдороги подгребу. 
(Настена подходит к Андрею, прижимая руки к груди, говорит с мольбой).
Настена: За что ты меня так, за что? Что я тебе сделала? Я думала, как лучше… Я ж не уговариваю тебя. Я сама не знаю. Сказала, что на ум пришло. А ты что говоришь? Зачем ты так?

Андрей: Нечего меня подталкивать, я сам знаю. Я тебе сразу, в первый же день сказал: нет. И ты меня не повернешь назад. Не старайся, ничего не выйдет! (кричит). Ишь, какая добренькая: лучше хотела. Я знаю, чего ты хотела. Догадалась, как спровадить. Всю ночь, поди, не спала, все думала. Додумалась – лучше не куда! Хватит. Хватит с тебя, отдохни. Больше сюда не показывайся, все равно меня не увидишь. Но запомни еще раз: скажешь кому, что я тут был, - достану. Мертвый приду и стребую. Запомни, Настена.

Настена: (стараясь успокоить мужа, пытается подойти к нему). – Погляди на меня, Андрей. Погляди. Нет, ты погляди, не отворачивайся. Погляди и скажи: похожа я на ту, про кого ты говоришь? Бог с тобой, Андрей, что ты выдумал? Ну скажи, ну, скажи, похожа?

Андрей: Может мне еще и повиниться перед тобой? В ножки упасть: мол, напраслину возвел? Или что ты хочешь, чтобы я сделал?

Настена: Не надо виниться. А в ноги я сама упаду. Только не говори так. Не верь ты себе, что наговорил. Не обманывай себя. Как тебе в голову могло прийти, что я могу поперек тебя пойти? Что ты, Андрей, что ты!? Не надо так, ну, не надо!... Ты посмотри хорошенько, посмотри на меня, такая я или нет? Неужто ты не видишь? (горько рыдает)

Андрей: Себе, значит, не верь, а ей верь. Славно.

Ведущий: Смерть Настенки не только трагическое искупление, но одновременно и кара предателю. Какой человеческий суд способен вынести приговор более жестокий и более справедливый.

Распутин: Любые, самые прочные связи могут ослабнуть и порваться, если человеческие звенья теряют единую цель, расходятся в духовных  интересах. Утверждение торжества духовной общности людей – главное в повести «Деньги для Марии».

Сцена 6 из повести  «Деньги для Марии».

Василий сказал:
— А ты знаешь, Степанида, зачем мы пришли?
— Не- ет. — Степанида, не выдержав, быстро и тревожно но глянула на Кузьму. — Я думала, так просто, посидеть.
— Притворяется, — безжалостно сказала Галька. Василий одернул ее:
— Да помолчи ты! Без тебя обойдется. — Степаниде сказал: — Посидеть — это само собой. Но у нас с Кузьмой к тебе еще одно дело есть. Ты слышала, что у Марии большая недостача?
— Слышать слышала, кто- то сказывал.
— Выручи их, Степанида. Дело серьезное: если завтра, послезавтра они не соберут, Марию могут забрать. А у тебя, наверно, деньги есть.
— Ой, да откуда у меня деньги?
— Дай им, Степанида. Я ото всей деревни тебя прошу. Дело такое.
— Мы скоро отдадим, — сказал Кузьма. — Мне после отчетного собрания ссуду дают. Это ненадолго.
— Вот видишь, это ненадолго, — продолжал Василий. — Они люди надежные, дай им, Степанида.
— Да если бы они у меня были, я бы не дала, ли че ли? Галька закричала:
— Есть они у ней, есть, не верьте! Есть они у тебя, тетка! — крикнула она Степаниде. — Чего ты врешь?
— А ты их у меня видала? Ты их у меня считала? — подскочила Степанида.
— Не видала и не считала, а знаю, что есть. Ты бы давно уж удавилась, если бы у тебя их не было. Ты бы их украла. Ты кулак, хуже кулака, тебя раскулачивать надо!
— Ты мне ответишь за эти слова! В суде ответишь. Ты мне ответишь! — подскакивала Степанида.
— Испугала! Еще поглядим, кто ответит. Кулачиха, кулачиха!
— Тише вы! — крикнул Василий. Наступило молчание, потом Василий негромко сказал: — Ты посмотри, Степанида, может, сколько есть. Посмотри. Сама знаешь: четверо ребятишек у Марии.
— Не надо, Василий, — попросил Кузьма.
Галька взглянула на него, не пряча лица, заплакала.
— Тетку Марию жалко, — причитала она. Слез у нее было много, и они с крупного покрасневшего лица стекали на шею. Степанида нагнулась и тоже промокнула свои глаза подолом, плачущим голосом сказала:
-  Мне Мария как родная. Да я бы для ее последнего не пожалела. Она мне столько добра делала.
Снова замолчали. Степанида то и дело наклонялась, протирала подолом глаза, будто надраивала их, как пуговицы  чтобы они наконец заблестели. Наклоняясь, снизу, почти из- под стола, выглядывала на мужиков, не то всхлипывала, не то мычала.
— Хватит тебе, Галька, реветь, — сказал Василий. — рано еще Марию оплакивать.
— Врет она, врет! — закричала опять Галька. — Я знаю. Видеть ее не хочу.
— А не хочешь — ну и выметайся! — подхватила Степанида. — Не заплачу. Хошь сейчас выметайся. Ты мне всю шею переела.
— Пойдем, Василий, — сказал Кузьма.
— Пошли.
так закончился первый день.

Распутин: Как из- за этих вот бумажных денег человек погибает, лишается свободы, обездоливает детей, а те, у кого деньги есть могут их не дать? Возможно ли? К тому не на совсем, а в долг? И не дать? Как можно жить без Бога в душе? Без совести?

Сцена «Собрание»
Я вот зачем велел вам собраться. Завтра у нас зарплата. Летом, да и весной тоже вы как то перебивались когда мы задерживали вам деньги. Я думаю что такую возможность мы найдём и теперь, а деньги я предлагаю отдать Кузьме. У него, сами знаете, история хуже некуда. Ему за три дня, надо тысячу набрать, а где он её возьмёт, если не оказать помощь. А мы проживём, не пропадём.
Кузьма: - Меня то ты в какое положение ставишь? Хоть бы сказал, предупредил, что разговор про это пойдёт.
— Тебя никто не спрашивает. Спросят — тогда скажешь. — Ну как, товарищи специалисты?
Специалисты молчали.
Ведущий (от автора): Кузьма не мог смотреть в их сторону. Ему казалось, что от стыда он стал прозрачным, и в нем теперь видно все то жалкое и срамное, что есть в человеке. Он сидел перед ними, как на судилище, и не знал, хочет ли он, чтобы его помиловали, он чувствовал один стыд, горький и едкий стыд взрослого, уже пожилого человека. Сейчас, в эту минуту, не думая о том, что будет дальше, он даже хотел, чтобы ему отказали, потому что тогда он ничем не будет им обязан. Но кто- то сказал:
— Дать, конечно, надо.
— Надо дать, — твердо повторил председатель. — Я говорю: мы не пропадем, а человек может пропасть. Понятно, что вы на эти деньги рассчитывали, но в ноябре мы что- нибудь придумаем, постараемся пораньше выбить из банка. Вот так. Значит, завтра надо будет зайти и расписаться в ведомости, а деньги выдадим Кузьме. Если кто не согласен, пускай говорит сразу.
— Согласны, чего там! — ответил за всех агроном. Остальные молчали.
— Тогда ты, Кузьма, сразу с утра подходи и возьмешь. Полина говорит, там шестьсот сорок рублей. Мало тебе, но больше нету. Бухгалтеру я скажу, он знать будет.
— Я не могу понять: мы всю, что ли, зарплату должны отдать? —заволновался ветеринар.
— Ты ничего не должен, — недобрым голосом сказал председатель. — Это дело добровольное. Не хочешь — забирай свои деньги. Чего ж ты раньше молчал, когда решали? Мы свои деньги отдаем полностью, а ты как знаешь. Вот так.
— Да я согласен, согласен, — торопливо закивал ветеринар.
— Смотри сам.
— Согласен, согласен.
— Не надо полностью. — Кузьма, обращаясь к председателю, поднялся. — Что я, грабитель с большой дороги, что ли? Им тоже жить надо, а я все деньги заберу. Если на то пошло, если вы согласны, давайте я половину возьму, а половина останется вам. — Теперь он говорил специалистам: — Давайте так? А то это что получается? Вы, значит, работали...
Председатель оборвал его: — Ты тут не торгуйся. Дают — бери, бьют — беги, а торговаться нечего.
—  Так у меня совесть- то есть или нету?
— Иди- ка ты к…со своей совестью! Совесть у него есть. А у нас, по- твоему, нету совести? Ты бы лучше подумал, где остальные взять, а не о совести рассуждал. Ты этой совести себе сильно много нахватал, другим не осталось. Думаешь, тебе деньги домой принесут? Дожидайся! Ты вон хотел со Степанидой по совести, ну и как, много она тебе дала? — Председатель раздраженно перебросил с места на место папку с бумагами. — Завтра придешь и получишь все деньги, или можешь Марии сухари сушить. Мне тоже, если хочешь знать, деньги нужны, но я тебе их отдаю, потому что я без них проживу, а ты пропадешь. Так и другие. Если ты с совестью, то и у нас она помаленьку есть.
— Да я разве...
— Все. Хватит разговаривать! Можете идти, кому надо.
— Ты не думай, что он нас заставил. Он правильно сделал. Бери эти деньги, не стесняйся, считай что они твои.

Ведущий: Совесть – чувство нравственной ответственности за свое поведение, свое добрососедское отношение к окружающим людям, сочувствие к страждущим, боль за неправедно содеянное.
 Это душевное богатство всегда дается и настоящим, и прошлым, и будущим – надеждой на будущее. Что должен чувствовать человек, ради которого жили поколения? Где грань  дозволенного, подвластного человеку? Эта грань нарушена также, как нарушено русло реки.

Распутин: Мои сомнения по поводу прогресса исчезли в тот день, когда родительский дом и могилы предков оказались под водой. «Прощание с Матерой» - это как поминальная молитва по старой России.

Сцена из повести «Прощание с Матерой».
 Здоровенный, как медведь, мужик в зеленой брезентовой куртке и таких же штанах, шагая по могилам, нес в охапке ветхие деревянные надгробия, когда Дарья, из последних сил вырвавшись вперед, ожгла его сбоку по руке подобранной палкой. Удар был слабым, по мужик от растерянности уронил на землю свою работу и опешил:
— Ты  чего,  ты   чего,  бабка?!
— А ну- ка марш отседова, нечистая сила! — задыхаясь от страха и ярости, закричала Дарья и снова замахнулась палкой. Мужик отскочил.
— Но- но, бабка. Ты это... ты руки не распускай. Я тебе их свяжу. Ты... вы...— Он полоснул большими ржавыми глазами по старухам.— Вы откуда здесь взялись? Из могилок, что ли?
— Марш — кому говорят! — приступом шла на мужика Дарья. Он пятился, ошеломленный ее страшным, на все готовым видом.— Чтоб счас же тебя тут не было, поганая твоя душа! Могилы зорить...— Дарья взвыла.— А ты их тут хоронил? Отец, мать у тебя тут лежат? Ребята лежат? Не было у тебя, у поганца, отца с матерью. Ты не человек. У какого человека духу хватит?! — Она взглянула на собранные, сбросанные как попало кресты и тумбочки и еще тошней того взвыла.— О- о- о! Разрази ты его, господь, на этом месте, не пожалей. Не пожалей! Не- ст,— кинулась она опять на мужика.— Ты отсель так не уйдешь. Ты ответишь. Ты перед всем миром ответиш1ь.
— Да отцепись ты, бабка! — взревел мужик.— Ответишь. Мне приказали, я делаю. Нужны мне ваши покойники.
— Кто приказал? Кто приказал? — бочком подскочила к нему Сима, не выпуская Колькиной ручонки. Мальчишка, всхлипывая, тянул ее назад, подальше от громадного разъяренного дяди, и Сима, поддаваясь ему, отступая, ^продолжала выкрикивать:—Для вас святого места на земле не осталось! Ироды!
На шум из кустов вышел второй мужик — этот поменьше, помоложе и поаккуратней, но тоже оглоблей не свернешь и тоже в зеленой брезентовой спецовке — вышел с топором в руке и, остановившись, прищурился.
(Дарья говорит мужикам и залу)
-     Тятьке как помирать, а он все в памяти был, все меня такал... он говорит: «Ты, Дарья, много на себя не бери,— замаешься, а возьми ты на себя самое напервое: чтоб совесть иметь и от совести не терпеть.
— Седни думаю: а ить оне с меня спросют. Спросют: как допустила такое хальство, куды смотрела? На тебя, скажут, понадеялись, а ты? А мне и ответ держать нечем. Я ж тут была, на мне лежало доглядывать. И что водой зальет, навроде тоже как я виноватая. И что наособицу лягу. Лучше бы мне не дожить до того — господи, как бы  хорошо было! Не- ет, надо же, на меня пало. На меня. За какие грехи?! Дарья глянула па образ, но не перекрестилась, задержала руку.— Все вместе: тягька, мамка, братовья, парень — однуе меня увезут в другую землю. Затопить- то опосле и меня, поди- ка, затопят, раз ж на то пошло, и мои косточки поплывут, ан не вместе. Не догнать будет.
Тятька говорил... у нас тятька ко мне ласковый был. Говорит: живи, Дарья, покуль живется. Худо ли, хорошо— живи, на то тебе жить выпало. В горе, в зле будешь купаться, из сил выбьешься, к нам захочешь—нет, живи, шевелись, чтоб покрепче зацепить нас с белым светом, занозить в ем, что мы были.
(Танец «Пожар» Ведущий говорит на танец, нагнетая вихорь танца)
Ведущий.   Горело жутким, идущим изнутри подвывом; высокое пламя загибало поверху ветром и обрывало. Сажные лохмотья неслись дальше. Все уже потерялось в огне – казалось он, играя то поднимался над землей, то опускался; верилось даже, что все это огромное, бешеное полымя может клубком сорваться с места и полететь, полететь  над Ангарой, празднуя свою буйную сатанинскую радость. 
Все! Снялась, улетела Матера. Царство ей Небесное!

Ведущий: Из повести в повесть писатель поднимает самые ранящие проблемы, которые умом не возьмешь. Им все сердце отдает.
Ведущий: В каждой из них вулканический выброс зла на свет Божий… И опять как всегда – на земных, слабых, всесильных женских плечах.
Ведущий:  Это не одна Тамара Ивановна – дочь Ивана, мать Ивана. Это образ нашей Родины.

Сцена из рассказа «Дочь Ивана, мать Ивана»
Тамара Ивановна – Господи! – Не дай никому в мире пережить то, что мы пережили…
(в темноте – голос за сценой в микрофон  то громко - то тихо - то исчезает)
Прокурор: - Следствие еще не закончено…
(тише)   – Если бы ваша дочь
(громче) - У нее была не одна возможность
   - Чего она боялась?
(еще громче) – Я понимаю ваши родительские
(потом как машина …затихает)чувства, но правосудие.

Тамара Ивановна – Да как же не бояться- то!
 - Правосудие! Вот и  дайте нам правосудие. Как же не бояться- то?!
 Среди белого дня убивают – ничего,
 - Ни преступления, ни правосудия!
- Круглые сутки грабят – ничего!
Воруют, насилуют, расправляются как со скотом… хуже скота! Нигде ничего!
Правосудие! Люди до того напуганы, что и кричать от страха не могут.
А вы здесь: он, видете ли подозреваемый, несчастный, наша дочь его в несчастье втянула…
Мы его поймали, привели, а боитесь его оскорбить не тем словом. Но почему вы не боитесь оскорбить нашу дочь? Ведь её избивали, насиловали. Это Вы привыкли, что насилуют – вообще везде!
А мне не вообще! У нас дочь! И она же теперь у вас подозреваемая наравне с этим бандитом.

Прокурор: - Когда следственные мероприятия… (голос как в тумане) будут закончены, тогда и будет решаться вопрос о пресечении меры содержания: может быть заключение под стражу, когда это необходимо, или, когда это допустимо, освобождение под залог. Если вы не доверяете нам, у вас есть право обратиться в внешние инстанции.

Тамара Ивановна: (глухо) Никуда мы обращаться не будем. (стук сердца, потом взрыв, луч переходит на другой конец сцены – на отца)

Отец: А ведь я должен был сделать,.. что она сделала,… что Тамара моя сделала. Это мужик должен был сделать, отец. А мужика не оказалось, он спать ушел… устал сильно, мужик сил набирался… а ведь вроде и не трус…

Ведущие из зала: Струсили и не поняли, что струсили… Когда налетели эти коршуны… коршуны какие- то мелкие, вшивые. Но хищные, жадные, наглые.

Ведущий: Сюжет – сюжетом, а при жестокой тяжести своей он все- таки только частный случай общей беды, только режущая сердце боль.

- Богатые таких книг не читают. У них даже солнце свое – на каких- то экзотических  островах отнятое и вывезенное из рая, у них народились фантастические вкусы: играть в футбол они летают на северный полюс, для прогулок в космосе нанимают космонавтов, любовницам дарят виллы в миллионы долларов. А бедные между тем спорят, ходить или не ходить им на выборы… ни там, ни там нет согласия и внутри себя у одних от непривычки к неправой роскоши, у других – от непривычки к нищете.
И никто не знает и знать не желает, удастся ли когда- нибудь притереться друг к другу и стать одним народом.
 
Ведущий: Как жить в наше время, если ты живешь без уверенности в будущем – семьи, России, родного языка.

Ведущий: Достоевский: «Откройте русскому человеку русский «свет»… и увидите, какой исполин могучий и правдивый, мудрый и кроткий вырастет перед изумленным миром».

Ведущий: Распутин, продолжая лучшие традиции русской классики, доносит до нас вечные ценности и ориентиры, которые дают возможность человеку даже в сложном современном мире не потерять себя, своей души. Мощно звучит слово Распутина.

Распутин: И когда звучит в тебе это слово, когда плачет оно  горькими слезами  когда торжественной медью гремит во дни побед и стальных праздников, когда безошибочно знает оно, в какие минуты говорить страстно,а в какие нежно приготовляя такие речи, лучше которых нигде не сыскать, когда есть в тебе это всемогущее родное слово рядом с сердцем и душой– вот тогда ошибиться нельзя.

Ведущий: - Оно, это слово, сильнее гимна и флага, клятвы и обета, оно само по себе не порушимая клятва и присяга.  У нас есть Вера, Надежда, Любовь, Душа, Совесть.
И значит вечна Россия, вечен её народ, значит не покинутая она Богом! 
 Ценности, которые через свое творчество нес Распутин,   утверждаются и в творчестве Александра Вампилова.

Вампилов :  У нас есть Вера, Надежда, Любовь, Душа, Совесть.
И значит вечна Россия, вечен её народ, значит не покинутая она Богом! 

Ведущий:

Вспоминайте меня весело,
Словом, так, каким я был.
Что ты, ива, ветви свесила,
Или я недолюбил?
Не хочу, чтоб грустным помнила.
Я уйду под ветра гик.
Только песни, грусти полные,
Мне дороже всех других.
По земле ходил я в радости.
Я любил ее, как бог,
И никто мне в этой малости
Отказать уже не мог…
Все мое со мной останется,
И со мной, и на земле.
У кого–то сердце ранится
На моем родном селе.
Будут вёсны, будут зимы ли
Запевайте песнь мою.
Только я, мои любимые,
С вами больше не спою.
Что ты, ива, ветви свесила,
Или я недолюбил?
Вспоминайте меня весело, -
Словом, так, каким я был.
Распутин: Александр Вампилов. Талант человека есть исходящее от него тепло, к которому тянутся, чтобы согреться. Он был талантлив вдвойне - и как человек и как писатель.

Мать Вампилова:Александр…Так назвал тебя отец, потому что в год твоего рождения в 37 исполнилось 100 лет с той поры, как Россия потеряла Пушкина. Разве мог учитель литературы назвать сына иначе? И вместе с именем ты получил благословление дара своего небесного ангела.

(голос Вампилова) Мама, ты не веришь в меня?

Мать: Матери всегда должны быть строги к своим детям и их способностям.

Ведущий: Читает раннее стихотворение Вампилова «Шаткая калитка» на фоне музыки…

Шаткая калитка   
В стареньком плетне,
Всем она открыта,
Но уже не мне.

Прохожу я мимо,
Загляжусь слегка.
Под окном черемух
Белых облака.

Не пойду я ближе,
Постою я тут.
Там меня забыли,
Там меня не ждут.

Разнята калитка
Не моей рукой,
И уходит в полночь
Уж не я – другой.

Помню, я калитку
Тихо затворял.
Ласковое имя
Тихо повторял.

Не пойду я мимо,
Загляжусь слегка.
Под окном черемух
Белых облака.

Не зайду я больше
В их густой приют.
Там меня забыли,
Там меня не ждут.

Ведущий:В конце декабря 64 года, часов в семь вечера, в комнату литературной части Театра на Малой Бронной вошел молодой человек.
Вампилов:  Это литературная часть? …Видите ли, я написал пьесу.… И рассказы.… Вот здесь.
Подает книгу.

Елена Леонидовна:  «Стечение обстоятельств» Вы приезжий?
Вампилов:  Да, из Иркутска. Александр Вампилов.
Елена Леонидовна:  Елена Леонидовна Якушкина. В Москву надолго?
Вампилов:   В этот раз -   нет.
Елена Леонидовна:  Уже поздно, я посмотрю самое коротенькое. Вот «Свидание». Интересно. О молодежи? Ну что ж, посмотрим.
Сценка «Свидание».

Студент:  Здравствуйте!
Сапожник:  Добрый день!
Студент:  Изнываете без работы?
Сапожник:  Прячусь от жары. В моих башмаках  нет  такой роскошной вентиляции...
Студент (усаживаясь на табурет и снимая ботинки). Досадная случайность. Привычка ходить не глядя под ноги... Эти штиблеты должны жить, во что бы то ни стало.
Сапожник: Ты хочешь сказать:  во что бы это тебе ни стоило? (Осматривает штиблеты.) Операция рискованная…
Студент (поспешно и категорически). Десять рублей!
Сапожник:Сколько?
Студент:Десять. И то из сострадания к безработным хирургам.
Сапожник:Тридцать рублей. Из сочувствия к городскому порядку.
Студент:Только десять.
Сапожник:Тогда давай своим ботинкам порошки — по три раза в сутки... И потом, мне кажется, я чинил эти штиблеты кому- то другому.
Студент:Но- но!
Сапожник:Пришить, подбить, поставить набойки — тридцать рублей!
Студент:Ну, хорошо... Среднее арифметическое между десятью и тридцатью — двадцать рублей. Чините, черт с вами! Но условие:  как можно быстрее. Промедление смертельно.
Сапожник:Что ж, давай, Я воспитан по- старому.
Студент:Что- то мне сдается, что вы, папаша, сидите на чужом месте.
Сапожник: (принимаясь за работу). Почему это на чужом? Место самое мое. Где еще сидеть шестидесятипятилетнему пенсионеру, изнывающему от скуки жизни? Здесь светит солнце, ходят люди. Гляди, девушки- то, девушки- то так и шьют, так и шьют!
На фоне песни «Королева красоты» на сцену выходит девушка,  коротко подстриженная и модно одетая. Проходя мимо, вдруг вскрикивает и приседает на тротуар.
Девушка: (с отчаянием). Каблук! (Осматривается.) Сапожник! Как удачно!
Сапожник: (любезно). Очень удачно!
Девушка: (подходя, поглядывая на часы). Оторвался каблук, прибейте, пожалуйста.
Студент:Вы видите, мастер занят.
Девушка: Но надеюсь, вы уступите. Мне ужасно некогда.
Студент:Мне тоже некогда.
Девушка: Но войдите в положение.
Сапожник: (девушке). Разрешите вашу модель...
Студент:Ни в коем случае! Я опаздываю.
Девушка: Вы не имеете права... Мастер согласен.
Студент:Зато я не согласен. Присядьте... то есть вам придется постоять.
Девушка: Благодарю... Поймите, меня ждут...
Студент:Очень рад за вас... (Смотрит на часы.) Поторопитесь, патриарх.
Девушка: (смотрит на часы, нервничает). Я не говорю уж о благородстве, но элементарная вежливость, порядочность...
Студент:Вежливым и предупредительным с вами будет тот, к кому вы торопитесь. Он, и никто другой. Я же не вижу в этом никакого смысла. Другое дело, если бы вы мне понравились...
Девушка:Ну, знаете ли! Вы, вы... (Нервничает, ломает руки. Тихо.) Ну, хорошо... Я прошу вас, вы понимаете, прошу... Я даже признаюсь вам... мне нельзя опоздать. Решается моя судьба, от этих минут зависит счастье...
СтудентНе нервничайте. Мое счастье, может быть, тоже зависит от этого вот гвоздя. А почему вы думаете, что ваше счастье лучше моего?  (Смотрит на часы.) С какой стати я должен уступить вам  свое счастье! Я не могу, не имею возможности быть чутким и нежным со всеми.
Вас ждет феодал с гитарой. Вы, я полагаю, понравитесь ему и без каблука. Спешите — вейте из него веревки, гните в бараний рог. Но при чем здесь я?
Девушка: (Сапожнику). Прибейте этому молодому человеку язык.
Студент:Вам нечем будет за это заплатить. (Смотрит на часы.) Поторопитесь, патриарх! Осталась минута!
Сапожник:Дети, разве можно заходить так далеко с самого начала?
Девушка: Для таких нахалов не бывает начала.
Студент:Вы хамеете на глазах...
Девушка: (вспыхивая). Нет, это вы — хам! (Сапожнику) Сколько минут ходьбы до
памятника Крылову?
Студентужасом). Крылову?
Сапожник:Пять, не больше.
Девушка: (смотрит на часы). Опоздала! (Всхлипывая.) Вы... Вы самый наглый хам...
Студент (бледнея). Вы... Вы — Лиля?
Девушка: (нервно). Что! Так это вы... Ха- ха- ха! Чудесно! Ха- ха- ха... Прощайте! Не смейте звонить! (Быстро уходит.)
Сапожник:В чем дело? Обувайся, беги за ней...
Студент (бормочет). Девушка с нежным голосом... Гордая любовь... Первая встреча...
Сапожник: (краснея от любопытства). В чем дело?
Студент (кричит). В чем дело! В чем дело! Дело в том, что свидание состоялось. Первое свидание! Три месяца я упивался этим голосом, боялся дышать в телефонную трубку. Почти признался в любви, боготворил... Гордая и таинственная. Едва вымолил свидание...
Сапожник:Хе- хе... Ромео рвет струны…
Студент:Молчи, старый пират! Черт посадил тебя сюда! Разрешают же частные лавочки.

Ведущий:Юмор – это убежище, в котором прячутся умные люди от мрачности и грязи.

Вампилов:Это случай, пустяк, стечение обстоятельств -   но уже все изменилось. (Уходит)

Елена Леонидовна: Так началось наше знакомство с Сашей Вампиловым, началась наша дружба, которая продолжалась без малого 8 лет. За это время он написал почти все свои пьесы. Когда жил в Москве, он каждый день приходил в театр Ермоловой, куда мы с ним перешли с Малой Бронной, а из Иркутска часто звонил, и, конечно, писал.
Вампилов: Уважаемая Елена Леонидовна! Ваш «приемный сын» Черемховский подкидыш подает голос из города Иркутска. И здесь чувствую себя под Вашим крылом и  это помогает. Да, да. Вы увидите, под вашим крылом вырастет драмодел -   честь по чести.… У нас облепиховое лето… жара и тишина.

Песня «Сенокосная пора»

Сцена из пьесы  «Прощание в июне»

Колесов. Что ж, давайте поговорим. Я вас слушаю.
Репников. Вот вы меня ненавидите. А почему, собственно? Давайте разберемся... Когда я рвался в науку с таким же нетерпением, со мной случилось нечто похожее.
Колесов. С какой стати вы мне исповедуетесь?
Репников. А разве нам с вами нельзя немного пооткровенничать? Согласитесь, у нас с вами есть нечто общее... Присаживайтесь... И подумайте, имеете ли вы право меня ненавидеть... Откровенно говоря, со мной вам просто повезло.
Колесов. Да- а. С вами не пропадешь.
Репников. Пожалуй... Деканат предлагает оставить вас в аспирантуре...
Колесов. Так...
Репников. И знаете, что... я не возражаю.
Колесов. Ага... Решили, стало быть, добавить? И на каких условиях?
Репников. Татьяну забудьте, держите язык за зубами. Впрочем, вы сами понимаете. Мы будем молчать. И я и вы — оба, как миленькие. И заберите документ, он ваш... Все. Танцуйте, веселитесь. Увидимся. К сожалению. (Уходит.)
Входит Таня.
Таня. Не дрались?
Колесов. Поговорили.-
Таня. И что?
Колесов. Меня хотят оставить в аспирантуре. Твой отец
не возражает.
Таня. Ты в самом деле, ты остаешься... Правда? (Не сразу.) Что с тобой? Ты не рад?.. Ну что еще случилось?
Колесов. Сядем.
Садятся.
Колесов. Я должен рассказать тебе, как я закончил университет. (Молчание.) В тот вечер, когда ты приходила ко мне на дачу, там был твой отец... Я должен был выбрать. Одно из двух.
Именно так: одно из двух. Ты или университет.
Таня. Я или университет?.. Чепуха какая...
Но ведь не хочешь же ты сказать, что... диплом ты выменял у моего отца на меня?
Колесов. Я не мог иначе.
Я выиграл время: ты должна это понять.
Может, ты хотела, чтобы я всю жизнь был сторожем?
Может, ты думаешь, что я сделал это ради собственного удовольствия?
Таня (тихо). Значит, с папой вы поладили... А сейчас? О чем вы говорили с ним сейчас? Об аспирантуре?.. Значит, моя цена повышается..
Колесов. Перестань! Выслушай меня. Ты должна меня понять. Кто, если не ты?
Таня. Я все поняла. Ты сделал это не ради удовольствия, поняла. Ты не мог иначе, поняла... Ты выиграл время, теперь ты своего добьешься. Будет у тебя луг, будет все, как ты захочешь. На свете нет ничего такого, что могло бы тебе помешать... Все будет по- твоему... Без меня.
Прощай... Прощай... (Уходит.)
Колесов. Таня! (Идет вслед за ней.)

Из зала врывается шумная компания: Красавица, Веселый, Серьезный, Строгая,  Комсорг,  Гомыра, Букин, Маша.
Музыка из зала звучит громче.
Веселый. Сюда, ребята!.. Вроде бы все? Все хором. Горько! Горько!
 Строгая. Нет ректора.
 Гомыра. Ведут его, ведут... Горько!
Появляется Репников.
Репников. В чем дело?
  Букин. Владимир Алексеевич. Помните нашу свадьбу?
 Репников. Еще бы!
Букин (всем). Так вот. Свадьба продолжается. Как видите.
Шум. Веселый смех.
Репников. Ах, вот что! Значит, все благополучно?Я рад.
 Букин. Представьте, мы выступаем в том же составе. Вот, все в сборе. Вас только и не хватало. Веселый. А Колесов?
Серьезный. Да, пока еще Колесова нет.
Смех.
Репников (смеется вместе со всеми). Кстати о Колосове. Он остается в аспирантуре.
Шум. Одобрительные возгласы.
Маша. Где он, где? Надо его найти! Поздравить!
Серьезный. Где Колесов?
Появляется Колесов.
Колесов. Я здесь.
Серьезный. Поздравляю. Это справедливо. Тебя сохранили для науки.
Комсорг. Коля, наш бывший курс... Ты что, недоволен? Что с тобой? Что случилось?
Букин. Скажи что- нибудь, вырази!
Колесов. Мне нечего вам сказать. Но мне надо кое- что сделать. (Берет диплом, рвет его пополам. Бросает на пол.)
Небольшая пауза.
Маша. Что ты наделал?
Колесов. Не волнуйтесь. Это мой диплом... Я за него заплатил. Вот и все... Прощайте.

Елена Леонидовна:Дорогой Саша! Ждем тебя все с нетерпением. Андрей Александрович Гончаров, когда я позвонила и сказала, что ты закончил 1 вариант пьесы «Прошлым летом в Чулимске» сказал: «Слава богу, мы его так ждем». Дай бог, чтобы пьесу разрешили.

Ведущий: 
Пьесу не разрешили.

  • Мы прозрели не сразу.
  • Пьесы Вампилова еще не открыты. Вместе с ним в театр пришли искренность и доброта – чувства давние, как хлеб. Нельзя сказать, что их не было до него – были, конечно, но не в той убедительности и близости к зрителю.
  • Для него в драматургии ничто не могло быть случайным. Каждое слово имело как бы свой вкус, вес и даже цвет и главное – не могло быть заменено никаким другим.

 Только в последний год жизни Вампилова пьеса была поставлена на сцене Иркутского театра.

Сцена из пьесы «Дело было в Чулимске»

Дергачев: (лезет в драку) Щенок, я тебе покажу!
Пашка: Что ты тут разошелся!
Дергачев: Крапивник!
Пашка: Мать! Убери его от меня!
  (голоса за сценой)
Хороших: Афанасий! Павел!
Шаманов:Остановитесь!
Хороших: Опомнитесь! Успокойтесь!
Уходя, ломая забор.

Шаманов: Веселенькое утро, ничего не скажешь. Валентина, вот я все хочу тебя спросить.… Зачем ты это делаешь?
Валентина:Вы про палисадник? Зачем я его чиню?
Шаманов: Да, зачем?
Валентина: Но… разве непонятно? И вы, значит, не понимаете. Меня уже все спрашивали, кроме вас. Я думала вы понимаете.
Шаманов: Нет, не понимаю.
Валентина: Ну, тогда я вам объясню. Я чиню палисадник для того, чтобы он был целый.
Шаманов: Да? А мне кажется, что ты чинишь палисадник для того, чтобы его ломали.
Валентина: Я чиню его для того, чтобы он был целый.
 Шаманов: Зачем, Валентина? Стоит кому- нибудь пройти, и …
Валентина: И пускай. Я починю его снова.
Шаманов:  А потом?
Валентина: И потом. До тех пор, пока они не научатся ходить по тротуару.
Шаманов:  Напрасный труд.
Валентина: Почему напрасный?
Шаманов: Потому что они будут ходить через палисадник. Всегда.
Валентина: А вот и неправда. Некоторые, например и сейчас, обходят по тротуару. Есть такие.
Шаманов: Неужели?
Валентина:Вот вы, например. Вы всегда обходите по тротуару.
Шаманов: Ну, я.… Ну не знаю, не замечал. Во всяком случае, пример неудачный. Я хожу с другой стороны.
Валентина:С другой стороны, но и с этой вы тоже ходите. И всегда вокруг.
Шаманов:  Нет, Валентина, ты зря стараешься.
Валентина: Неправда… (доделала ограду).  Вот и все. Много ли здесь труда -   и все на месте. И ограда целехонька. Ну, неужели вы не понимаете? Ведь если махнуть на это рукой и ничего не делать, то через два дня растащат весь палисадник.
Шаманов: Так оно и будет.
Валентина: Увидите, они будут ходить по тротуару.
Шаманов: Ты возлагаешь на них слишком большие надежды.
Валентина:Да нет же, они поймут, вы увидите. Я посажу здесь цветы. И будет красиво.

Шаманов:  Нет, Валентина, напрасный труд… (подошел к буфету, извлек оттуда телефон, снял трубку) Дайте милицию…(ждет, потом Валентине.) А ты не пробовала прибить доски гвоздями?
Валентина: (улыбается) Пробовала. Две доски сломали пополам.
Пауза.Шаманов, пройдясь по веранде, подходит к крыльцу. Валентина налаживает калитку.
(Наблюдает за ней снова, на этот раз с большим интересом.) Валентина...
Валентина подняла голову. Небольшая пауза.
 Шаманов: Послушай... Оказывается, ты красивая девушка...
Калитка, которую Валентина придерживала, падает на землю. Не понимаю, как я раньше этого не замечал... Валентина снова берется за калитку.
Да брось ты эту калитку... (Не сразу.) Ах, какая ты упрямая. (Спускается с крыльца.) Ну что там?.. Помочь тебе?
Валентина. Если хотите.. Подержите ее... Да, так.
Шаманов. Держу... (Не сразу.) Не опускай голову, ты же не видишь, что ты делаешь.
Валентина наладила калитку, выпрямилась. Небольшая пауза, Валетина — в палисаднике, Шаманов стоит против нее по другую сторону калитки.
Валентина. Спасибо... С этой калиткой не так- то просто… Другой раз легко, а сегодня что- то не получается...
Шаманов. Да, в самом деле... Странное сегодня утро... тебя целый год и только сейчас разглядел по- настоящему. И я должен тебе сказать...
 Валентина (тихо). Не надо.
Шаманов. Ты лишаешь меня слова? Почему?
Валентина. Потому что вы надо мной смеетесь.
 Шаманов. Смеюсь? Нисколько. Я говорю серьезно... Ты красивая, Валентина. Что в этом смешного?.. (Не сразу.) Ну вот, и уже покраснела... Нет, нет, не опускай голову, дай я на тебя полюбуюсь. Я давно не видел, чтобы кто- нибудь краснел.
Она хотела выйти, но он прикрыл калитку.
Подожди... Подожди, Валентина... Удивительное дело. Мне кажется, что я вижу тебя в первый раз, и в то же время... (неожиданно.) Послушай!.. Да- да... (Не сразу.) Когда- то, давным- давно у меня была любимая... и вот — удивительное дело — ты на нее похожа. (Не сразу.) К чему бы это? А, Валентина? Небольшая пауза.
Сколько тебе лет?.. Семнадцать?.. Восемнадцать?
Валентина. Да.
Шаманов. А почему ты не в городе?.. Твои сверстники, по- моему, все уже там.
Валентина. Да, многие уехали...
Шаманов. А ты? Почему ты осталась?
Валентина. Осталась... А разве всем надо уезжать?
Шаманов. Нет. Совсем нет... Но раз ты осталась, значит, у тебя есть на то причины.
Валентина. Значит, есть.

Лирическая музыка, светлая, любовь.

Елена Леонидовна: И, конечно, каждый приезд Саши в Москву были бесконечные разговоры на кухне, о самом сокровенном, о самом наболевшем.

Елена Леонидовна накрывает стол, входят Вампилов и Распутин.

Вампилов: Здравствуйте, Елена Леонидовна! Сегодня вместе с Распутиным удалось вас навестить.
Владимир Андреев: Как хорошо, что ты приехал.
Елена Леонидовна: И Валентина мы давно не видели.
Владимир Андреев: Как много надо спросить и рассказать…
Елена Леонидовна: Но сначала чай!
Вампилов: Уютно у вас здесь!
В.Распутин: Елена Леонидовна! В своих воспоминаниях я напишу про Вас так: «Жизнь утешительна уже тем одним, что случаются в ней такие люди -   люди большого, доброго ума, расположения и внимания (целует руку Елены Леонидовны).
Елена Леонидовна: Спасибо, Валентин. Саша, как мама? Как семья?
Вампилов: В семье нормально. А мама грустит. Недавно показывала мне письма отца. Оказывается, он еще до моего рождения писал ей, что будет сын и боялся, что я буду писателем.
Елена Леонидовна: Вернешься в Иркутск, маме передай большой привет.
В.Распутин: Ты никогда не говорил об отце.
Вампилов:  Его расстреляли в 38…
Елена Леонидовна  желая сменить тему разговора: Вы знаете, я звонила Табакову и Любимову, но, по- видимому, Табаков неуловим, а Любимов не может снизойти до разговора со мной.
Владимир Андреев: А Табаков репетирует «Старшего сына» ежедневно вне  плана.
Вампилов:  Так это же вне плана.
В.Распутин: А вчера  обсуждали «Старшего сына» в Управлении культуры. Обсуждали бурно, как будто бы их всех лично когда- то оскорбил.
Вампилов: Ко многому я привык, но такого не ожидал.
В.Распутин: Все повторяли, что ты талантливый и способный.
Владимир Андреев: Но семья Сарафановых неблагополучная семья. Отец -   слабый человек, Нина -   грубая, не любит отца.
В.Распутин: Бусыгин в начале пьесы обманывает, а он положительный герой.
Елена Леонидовна: Мы стояли стеной.
Владимир Андреев: Афанасьев вообще потерял твой первый экземпляр, который ты давал, сказал: «Кто- то украл со стола».
Елена Леонидовна: Мы в Ермоловском решили пьесу ставить и пробьем ее, но когда? Вампилов: Сколько можно ждать, я же драматург, я не могу писать вне реальной сцены.
Елена Леонидовна: Ты не волнуйся, хотя все это страшно утомительно. Я буквально вымоталась за этот месяц, бегая по инстанциям, кабинетам, управлениям и министерствам.

Ведущий: И снова домой, в Иркутск -   дорабатывать и перерабатывать написанные пьесы, задумывать новые.

Стихотворение «Что неприветливо широкий дол шумишь»

Что неприветливо, широкий дол, шумишь?
Не можешь мне простить разлуки?
Что не хранят, чего не помнят люди,
То, вечный, ты и помнишь, и хранишь.
Я навсегда в твоих лугах бескрайних,
Я навсегда в твоих лугах густых.
И после всех дорог судьбы – случайных,
Извилистых, запутанных, крутых –
Последняя дорога мне прямая –
Сюда, чтобы спокойно умереть…
Где на холме шумит березок стая,
Как будто собираясь улететь...
И место мне тогда  в  твоем раздолье
Ты дашь, чтоб мог свободно я
Смотреть на перепаханное поле,
Где песня перепетая твоя
Звучит всегда задумчиво, печально,
Больших, высоких дум полна.
Нигде не начинается она,
И нет конца мелодии прощальной.

Вампилов: Дорогая Елена Леонидовна! Письма вашего нет, значит ничего хорошего нет. Написали бы о плохом. Все- таки. А то -   ничего. Если «Старший сын» не пойдет сейчас хоть где- нибудь, хоть у черта на куличках, мне придется в ближайшее время и самым решительным образом отказаться от сочинения пьес. К тому же на улице ни зима, ни весна -   черт знает что, погода каждый день меняется.
Елена Леонидовна: Я понимаю твое состояние, Саша… но я думаю. Вернее -   убеждена, что надо сцепить зубы и еще  потерпеть, обождать. Иначе просто невозможно жить. Ты очень талантливый драматург.
Ведущий:Премьера «Старшего сына» состоялась в Иркутске. Через год пьеса появилась на сцене Ленинградского драматического театра. Многие приезжали  из Москвы посмотреть этот спектакль.

Сцена из пьесы «Старший сын.
Песня «Последняя электричка»

Сарафанов. Да- да, я сделал свое дело, я их вырастил... (горько) теперь я свободен и на старости лет могу насладиться одиночеством...
Бусыгин. Ты не будешь один... Если ты не против, я останусь с тобой.
Небольшая пауза. Нина поднимает голову.
Сарафанов. Ты сказал...
Бусыгин. Да. Если ты останешься один, я перееду к тебе жить. Если ты захочешь... В вашем городе тоже есть мединститут.
Сарафанов (растроганно). Сынок... Ты у меня один... Ты единственный. Что бы я делал, если бы не было тебя?
Бусыгин. Успокойся... По- моему, тебе надо прилечь, ты сильно переволновался. Пойдем, ты отдохнешь, успокоишься... (Уводит Сарафанова в соседнюю комнату и возвращается.)
Нина. Ты в самом деле хочешь здесь остаться?
Бусыгин. Да... А как быть? По- твоему, можно оставить его одного? (Подходит к ней.) Сильно ты из- за курсанта расстроилась?
Нина. Да уж. Показали вы... выступили... проявили таланты.
Бусыгин. Никто не хотел, чтобы ты расстраивалась.
Нина. А ты? Куда ты суешь свой нос? Зачем? Почему ты сделал из него идиота?
Бусыгин. Он мне не нравится.
Нина. Ну и что? Не ты же замуж за него собираешься!.. Что тебе надо?.. (Помолчав.) Ну, допустим, допустим, он не самый умный, не самый красивый, если даже так — тебе- то что до этого?
Бусыгин. Да нет, он парень неплохой... Не в этом дело...
Нина. Так в чем дело? В чем?!
Бусыгин. Он мне не нравится потому, что мне нравишься ты.
Нина. Что?.. И поэтому ты устроил скандал?..
Бусыгин. Возможно.
Нина. Псих! Свалился на мою голову... Братец!.. Хороша семейка. Тебя тут только не хватало... Я знаю, это у вас фамильное. Фамильная шизофрения!
Бусыгин. Успокойся! (Садится рядом с ней, слегка обнимает, утешает.) Он парень хороший, но ты успокойся.
Нина. А если я его люблю? Тогда как?
Бусыгин. Тогда все в порядке. Завтра он тебя будет ждать.
Нина. Да, будет ждать.
Бусыгин. Ну и вот. И поженитесь. И уедете на Сахалин.
Нина (не сразу, спокойно). Никуда я не уеду.
Бусыгин. Как же так?
Нина. Да так... Ты прав, отца нельзя оставлять. Сегодня я это поняла. И еще я поняла, что я папина дочка. Мы все в папу. У нас один характер... Какой, к черту, Сахалин!
Бусыгин. Так... А летчик? Согласится он?..
Нина. Не знаю я. Ничего не знаю... Может, согласится, а может, уедет. Встретимся — поговорим. Сейчас мне как- то все равно.
Бусыгин. Ну и не расстраивайся. Кому- кому, а тебе стоит только свистнуть, сбежится столько парней — тебе придется складывать их в штабеля.
Нина (усмехнувшись). Ничего. Ты мне поможешь.
Бусыгин. Ну нет. С меня хватит... Если ты останешься здесь, я уеду.
Нина. Здравствуйте! Это почему же?
Бусыгин. Почему?.. Потому что... Потому что я идиот и не вижу из этого никакого выхода!
Нина. Какого выхода? Из чего?.. Да, ты ненормальный. Что верно, то верно. И ты всегда такой был? Или это с тобой недавно?
Бусыгин. Недавно.
Нина. И что случилось?
Бусыгин. Влюбился.
Нина. В кого?
Бусыгин. Как тебе сказать... Она принадлежит другому.
Нина. Отбей. У тебя должно получиться.
Бусыгин. Легко сказать.
Нина. А что тебе мешает?.. Ну? Что же ты молчишь?.. Я не знаю, кто она такая, но я (с удивлением) ей завидую. Иногда мне даже жалко, что ты мой брат.
Бусыгин. А я тебе не брат...
Нина. Что?
Бусыгин. Я тебе не брат. И никогда не был твоим братом.
Нина (поднимается). Врешь...
Бусыгин (поднимается). Я не шучу. У меня нет и не было сестры.
Нина. Врешь... (Отступает от него.) Я тебе не верю.
Бусыгин. Но факт есть факт. Отца своего я не знал, а моя мать живет в Челябинске. Твой отец там никогда не был. Я обманул его.
Нина. Зачем?
Бусыгин. Все вышло совершенно случайно...
Нина. Ты... Почему ты до сих пор молчал?
Бусыгин. Твой отец принял меня за своего. И началось. Сначала он, потом ты. Я тут у вас совсем запутался...
Нина. Ты... ты сумасшедший...
Бусыгин. Может быть, но я больше не хочу быть твоим братом.
Нина. Ты... ты авантюрист. Тебя надо сдать в милицию!
Бусыгин. Сдай, лучше сидеть в КПЗ, чем быть твоим братом.
Нина. Тебя надо гнать из дома... Тебя надо с лестницы спустить!
Бусыгин. Да?.. А когда я был твоим братом, я тебе нравился. Немного.
Нина. Молчи, бессовестный!.. Я не знаю, кто- нибудь когда- нибудь видел такого психа?
Появляется  Сарафанов.
Сарафанов. Володя! Я все понял! Из этого дома надо уходить. Уходить, пока тебя не вынесли! (С воодушевлением.) Сынок! Я все обдумал. Мы едем в Чернигов!
Бусыгин в полной растерянности.
Мы едем вместе! Сегодня! Немедленно! Едем, едем, едем! Нина (засмеявшись). Ты женишься, надо полагать?
Сарафанов (кричит). Все может быть! Не вижу в этом ничего смешного! (Бусыгину.) Я думал об этом, в самом деле. Если твоя мать... Словом, я хочу ее видеть... (Нине.) Перестань! (Бусыгину.) Полюбуйся на нее! Для нее нет ничего святого. Я не могу здесь оставаться, ты сам видишь. Я собираю вещи, сейчас, сию минуту, немедленно. (Идет в другую комнату, на пороге, обращаясь к Нине.) Я возьму кларнет и ноты. Это все, что я отсюда возьму... Когда уходит поезд?..
Бусыгин. Н- незнаю...
Сарафанов. Не важно! Я собираюсь. Немедленно! (Уходит.)
Нина. Ну?.. Что ты собираешься делать?
Бусыгин (растерянно). Не знаю...
Нина. Теперь ты понимаешь, что ты натворил. Представляешь, что будет с ним, когда он узнает правду?
Бусыгин (мечется). Что же делать? Ничего ему не говорить?
Нина. Не знаю. Вы сумасшедшие, вы и разговаривайте. А я не знаю.
Появляется Сарафанов.В руках у него чемодан и кларнет. Сарафанов.
- Володя, я готов.
 (Смеется.)

Елена Леонидовна: Саша, дорогой! Я была просто счастлива, получив от тебя такое письмо. Поздравляю! Ты -   молодец» вообще  я  о тебе соскучилась, и так хочу поговорить с тобой по душам, сидя у нас на кухне. Вот сейчас три часа ночи, сижу  на этой самой кухне (на твоем месте) и пишу тебе это письмо. Я скоро приеду к вам  в Иркутск.
Музыка.

Ведущий: Этой встрече не суждено было состояться… Тусклым, дождливым днем 17 августа 72 Александр Вампилов трагически погиб.

По тайге цветет, багул - не герань,
По тайге веселый гул синих птиц.
Я ступил уже за тайную грань,
Постигаю красоту небылиц.
Птицы синей не поймать в вышине,
Птицы черной не сыскать в темноте.
Не грустите, я прошу, обо мне
На последней, на прощальной черте.
Блещет август у моих у дверей,
У дверей моих стоит пустота.
Мир отсюда и теплей и добрей,
И пронзительней его красота.
А Сибирь - не теплый Крым, не Кавказ,
А Байкал - не городской водоем.
Я целую уголки твоих глаз,
Вспоминаю, как мы были вдвоем.
Мне теперь уже ни жестов, ни слов,
Вижу я, а вам меня - не видать.
Видит бог, я к вам вернуться готов,
Чтоб хоть слово, хоть привет передать.
Мне теперь уже ни ночи, ни дня, -
В неизвестность, в бесконечность лечу.
Расскажите, как вы там без меня...
Может, я еще ответ получу..

Ведущий:В сентябре Елена Леонидовна написала вдове Александра Вампилова Ольге.

Елена Леонидовна:  Пишу тебе на работе, в этой самой комнате, где он всегда сидел, и смеялся, и сердился, и негодовал, и снова смеялся. Я очень любили нашего Саню. В душе моей только боль и стихи, посвященные ему:

Я уплыву на пароходе,
Потом поеду на подводе,
Потом еще на чем- то вроде,
Потом верхом, потом пешком,
Пойду по волоку с мешком,
И буду жить в своем народе!

Елена Леонидовна:  Я выполнила свой долг перед Сашей -   в нашем ермоловском театре были поставлены все его пьесы!

Выходят  все герои.
Все творчество  Распутина и Вампилова взывало о совести.

Фрагмент
mah1.jpg
Автор Махмутова Зухра Кальмухаметовна
Дата добавления 02.04.2014
Раздел Информатика
Подраздел
Просмотров 1558
Номер материала 1274
Скачать свидетельство о публикации

Оставьте свой комментарий:

Введите символы, которые изображены на картинке:

Получить новый код
* Обязательные для заполнения.


Комментарии:

↓ Показать еще коментарии ↓