Главная / История / Описание ценного экспоната школьного музея

Описание ценного экспоната школьного музея

Муниципальное бюджетное учреждение

Ленинская средняя общеобразовательная школа



Детское объединение «Казачья старина»





Тема работы: «ДУХОВНЫЕ СТИХИ - ЛАРЕЦ НАРОДНОЙ МУДРОСТИ»

(страницы с рукописными текстами и нотами конца 19 – начала 20вв.)





Авторы: Титова Дарья 8класс

Пушкарская Юлия 10класс

Титова Валерия 10калсс

Руководитель работы: Титова Елена

Владимировна, учитель истории,

руководитель школьного музея





х. Ленина

Белокалитвинский район

2014год

Содержание: Стр.

  1. Карточка научного описания музейного предмета. 2- 4

  2. Что такое духовные стихи. 5- 8

  3. Правила чтения старославянских и церковнославянских

текстов 8-16

  1. Тексты стихов. 16- 25

    1. Душа моя прегрешная 16

    2. Стих о воскресении Христовом 16-17

    3. Стих 9. 17-18

    4. Плачь Израиля 18-19

    5. действом Крестной Благодати 19

    6. Стих-притча О богатом, бедном и убогом Лазаре 19-20

    7. Стих об отшельнике (Райская птичка) 20- 22

    8. Об умолении матери своего чада 22-23

    9. О последнем времени 23-25

  2. Используемая литература 26



















КАРТОЧКА НАУЧНОГО ОПИСАНИЯ МУЗЕЙНОГО ПРЕДМЕТА

Музей казачьего быта хутора Свинарев МБОУ Ленинской СОШ

G:\титова\IMG_5290.JPG

Инвентарный

номер

Номер по

инвентарной

книге

Номер

негатива

Дата

поступления

Место

хранения

9

9


Май 1999г.

Витрина

1.Наименование (вид, название) Страницы рукописной книги с текстами и нотами духовных стихов в количестве 9штук.

  1. Назначение для чтения стихов и исполнения песен

  2. Время изготовления ориентировочно конец 19- нач. 20века.

  3. Способ производства – рукописный текст выполненный чернилами коричневого, фиолетового и красного цвета на плотной бумаге самодельного изготовления

  4. Составил карточку: Титова Е.В.

  5. Дата: 15.03.2014г.



  1. Внешнее описание:

Материал – плотная бумага самодельного изготовления размером 17х35см; Техника исполнения – рукописный текст и ноты духовных стихов и псальм, выполненные коричневыми, фиолетовыми и красными чернилами (заглавные буквы) на церковнославянском языке с украшением заглавных букв. Сохранность – 90-85%

Реставрация не проводилась.

  1. История:

Данные записи были сделаны ориентировочно в к.19 – н. 20в.

В нашей местности в это время были сильны корни старообрядчества. По статистическим данным ГАРО в 1897году из 2639 – 1170 человек населения хутора Свинарева (Ленина) – староверы.1

9 страниц с духовными стихами или их фрагментами, которые были переписаны человеком, скорее всего наложившим на себя епитимью.

«Епитимья — это такое средство, которое человек, имея глубокую веру в Бога и понимая свою неправду пред Ним, дополнительно принимает на себя, чтобы показать, что его покаяние не поверхностно. Что он благодарит Бога за милость, но хочет дополнительно понести некое праведное воздаяние по своим делам».2 («Лекарство для больной совести» К. Миловидов. 2010г. «Нескучный сад». http://hramkgu.ru/publ/dushepoleznoe_chtenie/chto_takoe_epitimja/6-1-0-58.)

До поступления в музей хранились в семье Мелехиных (были подарены музею Пятитбратовой Т.А., которая после покупки подворья обнаружила их на чердаке дома).

Дей Семенович Мелехин был старообрядческим иконописцем, жил и писал иконы в н. 20века. Его иконы до сих пор хранятся в домах хуторян.

ЧТО ТАКОЕ ДУХОВНЫЕ СТИХИ

Духовными стихами в русской народной словесности называются песни, чаще всего эпические, на религиозные сюжеты, исполняемые обыкновенно бродячими певцами (преимущественно слепцами) на ярмарках, базарных площадях или у ворот монастырских церквей. Многие из этих стихов с XVII века уже записывались в песенные сборники. Первые дошедшие до нас записи относятся к XV веку, однако наибольшее распространение получили с XVII века По всей видимости, имеют смешанное происхождение – русское эпическо-былинное и европейское лирическо-песенное. В основном традиция псальм, внеслужебных религиозных песен пришла в Россию с Украины и из Польши в XVI веке.

Изначально исполнителями псальм были калики перехожие – паломники во Святую землю, а позднее бродячие слепые певцы. Поскольку духовный стих несет в себе глубокое назидательное, учительное начало, то он, как замечает Ф. И. Буслаев, «изъят из общего ежедневного употребления и предоставлен как особая привилегия только тем лицам, которые тоже, будучи изъяты из мелочных хлопот действительности, тем способнее были сохранить для народа назидательное содержание его религиозной поэзии». Вплоть до XIX века бродячие певцы оставались основными творцами и исполнителями духовных стихов в Белоруссии, на Украине, в Болгарии и большинстве регионов России.

Но, начиная с XVIII века, псальмы получают широкое распространение в среде старообрядцев и сектантов -  хлыстов, скопцов, молокан, духоборов и др. (В хлыстовстве и скопчестве духовные стихи обычно назывались «роспевцами».) В этой, более религиозной, среде духовные стихи начинают петься обычными людьми. Как пишет известный фольклорист С. Е. Никитина:

В старообрядческой среде духовный стих переживает свое второе рождение. Духовные стихи старообрядцев были поэтическим воплощением их истории и учения: осмысление никонианской реформы, разгром и закрытие монастырей, начиная с Соловецкого, „выгонки“ в отдаленные места, подвиги и мучения героев и страдальцев —протопопа Аввакума, боярыни Морозовой, Симеона Верхотурского и др., учение об антихристе, споры о браке, указание путей к спасению — все становилось предметом поэтического описания. Однако основная функция стиха у старообрядцев оставалась та же — они связывали мир христианской книги с миром народных представлений, толковали сложные тексты понятным языком. (В сектантстве, соответственно, бытовали псальмы о Даниле Филипповиче, Кондратии Селиванове и других основателях толков.)

Хотя наибольшей популярностью псальмы пользовались среди староверов и сектантов, сами духовные стихи по большей части не были выраженно конфессиональными — одни и те же псальмы пелись православными, старообрядцами, хлыстами и баптистами – образуя основу «народного православия». Псальмы имели календарную привязку: это песни, которые можно петь в пост.

Духовные стихи делятся на два типа: «старшие» и «младшие». «Старшие» - это эпические повествования на сюжеты ветхозаветных, новозаветных и житийных легенд (стихи о Голубиной книге, об Адаме, о Иосифе Прекрасном, царевиче Иоасафе, Алексее Человеке Божьем, Феодоре Тироне, об Егории Храбром, князе Ефимьяне, о Богатом и Лазаре и т. д.), они близки к былинам. «Младшие», отражают влияние силлабического виршевого стиха, проникшего из Польши.

Как правило, псальмы – это песни грустные и покаянные. В них поется о смерти, расставании души с телом, тщете и мимолетности жизни. В XVII веке, когда в среде старообрядцев сложилось представление о воцарении антихриста, стали возникать стихи эсхатологического характера. Один из главных исследователей псальм Г. П. Федотов писал, что тема Страшного суда образует один из самых мощных центров притяжения в народной поэзии. (В XX веке среди катакомбников снова возникает много эсхатологических псальм - только приход антихриста в них связывается уже с революцией, разрушением церквей, коллективизацией, лагерями и т. д.)

На Севере России псальмы поются без аккомпанемента, на Украине – часто под «лиру», скрипку и т. д.

Собирание и исследование духовных стихов в советское время было очень затруднено по идеологическим причинам. В настоящее время традиция духовных стихов почти исчезла в крестьянской России, сохранившись лишь в старообрядческих и сектантских общинах. Наиболее полное собрание русских духовных стихов — «Калики перехожие» П. А. Бессонова(1861 — 63); наиболее современное богословское истолкование — книга «Стихи духовные» Г. П. Федотова (1935). Среди крупных современных собирателей и исследователей псальм можно назвать С. Е. Никитину. К псальмам обращаются профессиональные исполнители: Жанна Бичевская, Иеромонах Роман, Леонид Федоров, Сергей Старостин, Ансамбль Покровского, «Казачий Круг», «Сирин».

В современной России наблюдается повышенный интерес к духовным стихам. Так в 2009 году был выпущен сборник современной духовной поэзии «Отзвуки Небес», который открыл ряд самобытных авторов, продолжающих традиции духовного стихосложения. Сборник был выпущен с благословения епископа Выборгского Назария (Лавриненко) и на сегодняшний день является наиболее серьёзной попыткой систематизировать современную духовную поэзию.3 (Википедия).

Весной 2013 года в нашей школе побывал Владимир Скунцев – руководитель ансамбля «Казачий круг». Инициатором этой встречи был Сергей Викторович Щербаков наш земляк, который также увлекается краеведением и изучением фольклора. Они записали диск с казачьими обрядовыми песнями в исполнении наших хуторян-песенников: семьи Тарасовых-Каминских, Леоновых, В.М. Романовой. В числе записанных песен был духовный стих «Ах вы Ангелы, вы Архангелы». Встречи с этими людьми, положили начало работы над проектом «Казачьи песни малой родины», целью которой является сбор песен и их последующая запись. Духовные стихи часть этого проекта.

Научно-музейное значение немаловажно.

С одной стороны это письменный исторический источник, с другой – передает нам моральные нормы и ценности прошлого.

ПРАВИЛА ЧТЕНИЯ

СТАРОСЛАВЯНСКИХ И ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИХ ТЕКСТОВ

Чтение старославянских и церковнославянских текстов не должно вызывать затруднений, так как звуковое значение многих букв кириллицы и букв русского алфавита совпадает. Тем не менее, есть некоторые особенности в произношении старославянских и церковнославянских слов, на которые следует обратить внимание. Мы не можем с полной уверенностью утверждать, что те или иные звуки современники Константина и Мефодия произносили именно так, а не иначе, тем не менее, существует некоторая традиция произношения старославянских слов, которой надо придерживаться.

1. Прежде всего, надо запомнить, что в отличие от русского языка в старославянском и церковнославянском языках гласные звуки следует произносить одинаково отчетливо независимо от того, падает на них ударение или нет. В русском языке безударные гласные сокращаются — обратите внимание, как по-разному произносится первый гласный звук в словах воду, вода, водяной.

2. Буквы ü и ú в старославянском языке передают очень краткие гласные звуки. Буква ü («ерь») обозначает звук, похожий на первый гласный звук в слове белизна, а буква ú («ер») — звук, похожий на первый гласный звук в слове водяной.

В истории русского языка судьба этих звуков (их называют редуцированными или сверхкраткими) зависела от того, какую позицию в слове они занимали — «сильную» или «слабую». Слабой была позиция на конце слова, а также перед слогом с гласным полного образования (то есть с обычным гласным) или перед слогом с редуцированным в сильной позиции. Сильной была позиция под ударением и перед слогом с редуцированным в слабой позиции. В слабой позиции ü и ú «выпадали», то есть переставали произноситься, а в сильной — переходили в гласные полного образования: ü переходил в [э], а ú — в [о]. (Сравните старославянские и русские слова ìúõú — мох, ìúõà — мха, îòüöü — отец, îòüöà — отца, êúòî — кто, ÷üòî — что). Именно так возникли обычные для русского языка чередования [э] и [o] с нулем звука типа мох-мха, замочек-замочка. В современном русском языке буквы ь и ъ уже не пе-

редают гласных звуков, которые они передавали в старославянском языке, и используются для обозначения мягкости предшествующего согласного (льстец) или йотации последующего гласного (подъезд, вьюга), а иногда пишутся просто по традиции (мышь, печь, умываться). Ситуацию, аналогичную русскому, мы наблюдаем и в церковнославянском языке, с той лишь оговоркой, что в церковнославянском языке в конце слова пишется (и не произносится) не только ü, но и ú: ü пишется после мягкого согласного, а ú — после твердого. В церковнославянском языке, так же, как и в русском, мы обнаруживаем ý (å) и î на месте старославянских ü и ú в сильной позиции, а также пропуски когда-то поизносившихся ü и ú в слабой позиции в середине слова. (Сравните старославянские ìúõú, ìúõà, êúòî, ÷üòî и церковнославянские ì'îõú, ìõ`à, êò`î, ÷ò`î). Следует иметь в виду еще одно важное отличие церковнославянского языка от старославянского. Согласные звуки [ц], [ж], [ш] в старославянском языке были мягкими, и после них писалась буква ü, в церковнославянском же языке они стали твердыми, и после них стала писаться буква ú. (Сравните старославянские ëüñòüöü, íàøü, ìUæü и церковнославянские ëüñò'åöú, í'àøú, ì'óæú).

Буквы U («юс большой») и ó («ук») обозначали в старославянском языке разные звуки. «Юсом большим» передавался звук [он] - «о-носовое» (как во франц. Coton), а «уком» — звук [у]. При этом «ук» мог писаться двумя способами — как лигатура («сдвоенная» буква) u или как ó. В истории русского языка звук [он] перешел в звук [у] и совпал по значению с тем звуком [у], который уже существовал. Поэтому древнерусские книжники путали эти буквы, и нередко в том слове, где в старославянском писалась буква U, появлялись u или ó (äuáú или äóáú] вместо äUáú) или наоборот (так

в дательном падеже единственного числа могло писаться äUáU или äóáó вместо äUáu или äUáó). Потом было решено в церковнославянском языке букву U не употреблять вообще, лигатуру u писать только в начале слова (Óñò`à, «uòðî), а ó — в середине или конце слова (ðóê`à, íåñ`ó, ä'óáó) независимо от того, какому звуку старославянского языка они соответствуют.

Точно так же в старославянском языке разные звуки обозначали буквы ÿ («юс малый») и a («аз йотированный»). «Юс малый» передавал звук [эн] — «э-носовое» (как во франц. Fin), а «аз йотированный» — звук [а] после мягкого согласного или же сочетание [йa] (иначе говоря, буква a в старославянском языке читалась так же, как буква я в современном русском). В истории русского языка звук [эн] изменил свое звучание и стал в конце концов произноситься так же, как произносился звук [а] после мягкого согласного, поэтому древнерусские книжники стали путать буквы a и ÿ. Потом было решено в церковнославянском языке писать букву a в начале слова («aðîñòü), а букву ÿ — в середине или конце слова («èìÿ, ì'ÿñî, ãàëèë'åà) независимо от того, какая буква (a или ÿ) писалась в соответствующем старославянском слове.

И с к л ю ч е н и е : В церковнославянском слово aç'ûêú (с буквой a) означает язык, орган речи, а слово ÿç'ûêú (с буквой ÿ) –народ, нация.

5. Буква ¸ («ять») в старославянском и в церковнославянском языках читаются по-разному! В истории русского языка звук, передаваемый этой буквой, перешел в конечном итоге в звук [э], поэтому в церковнославянском языке буква ¸ читается так же, как и буква ý (или å). В старославянском же языке буква ¸ передавала звук, похожий на первый гласный звук в слове мясо, то есть тот же звук, что и буква a. (Об этом свидетельствует то, что в глаголице существовала одна единственная буква ¸, которая писалась во всех словах, где в кириллице были буквы ¸ или a). Обратите внимание на то, что подобное произношение бывшего «ять» сохранилось в некоторых словах в болгарском языке (под ударением перед твердым согласным): болг. Бряг__, свят – ст.-сл. Áð¸ãú, ñâ¸òú.

6. «Йотированные» буквы þ, a, Å, T и V употреблялись в старославянском языке в целом по тому же принципу, что и русские ю,

я, е — они могли обозначать мягкость предшествующего согласного

или «йотацию» соответствующего гласного (то есть сочетания [йу],

[йа], [йэ] и т. д.). В некоторых кириллических памятниках буквы ý и

Å смешивались, а глаголица вообще не знает разграничения йотированного и нейотированного «естъ». В церковнославянском языке из

«йотированных» букв сохранились только две — þ и a (причем последняя, как мы помним, писалась только в начале слова). Вместо букв Å и T стали писаться буквы соответственно ý и ÿ, а вместо буквы V — буква þ.

В приводимых ниже старославянских примерах, текстах и парадигмах будут использоваться исключительно нейотированные варианты ÿ и ý, а буквы a и V будут появляться только после тех мягких согласных, у которых существуют твердые соответствия. (Поэтому, несмотря на то, что звуки [ш], [ж] и [ц] в старославянском языке были мягкими звуками, после букв ø, æ и ö будет писаться не a, как это бывает в некоторых учебниках старославянского языка, а à).

7. Звук [o] в старославянском языке передавался двумя буквами — î («он») и w («от» — греческая омега), которые употреблялись в целом произвольно (буква w считалась более красивой, однако поскольку буква î занимала меньше места, в большинстве случаев для передачи звука [o] пользовались буквой î). В церковнославянском языке было решено писать w:

а) в заимствованных из греческого языка словах, если соответствующее греческое слово писалось через омегу (¯w'àííú, ãå'wðãié);

б) в приставке w (wêðîïèòè), в) в некоторых падежных окончаниях (ðàá'wìú).

Обратите также внимание на то, что предлог «от» пишется Ü. Кроме того, в церковнославянском языке существует особый вариант написания буквы «он» — o, который появляется обычно в начале слова («oòðîêú, oò'åöú), однако в некоторых словах пишется и в середине слова (ïð'àoòåöú, ¯oðä'àíú).

8. Церковнославянская буква «есть» также имеет два варианта написания — ý и å. В начале слова пишется ý, в середине и в конце обычно å («ýçåðî). Написание ý может появиться вместо å в формах двойственного и множественного числа, чтобы они на письме отличались от похоже звучащих форм единственного числа («èìåíåìú —творительный падеж единственного числа, «èìåíýìú — дательный падеж множественного числа).

9. Буква v («ижица») произносится после букв à и ý (å) как согласный [в] (ë'àvðú, ýv'àããåëiå), во всех остальных случаях — как гласный [и] (ì'vðî, ìîvñ'åé).

10. Звук [и] мог передаваться, кроме ижицы, еще двумя буквами - i («и-десятеричное») и è («и-восьмеричное»). В старославянских текстах эти буквы употреблялись в целом произвольно. В церковнославянском языке было решено перед гласными, а также в некоторых словах, заимствованных из греческого (если в соответствующем греческом слове были дифтонги ei, oi или «йота») писать i (Ó÷'åíiå, «³äwëú), а во всех остальных случаях — è (wêðîï'èòè). В старославянском языке гласный [и] и согласный [й] обозначались одними и теми же буквами, в церковнославянском же языке, так же, как и в русском, для передачи звука [й] есть специальная буква é.

11. В старославянском языке буквы s («дзело») и ç («земля») читаются по-разному: буква ç — как [з], а s — как [дз] (sâ¸çäà). В истории русского языка сложный звук [дз] упростился до звука [з],поэтому в церковнославянском языке обе эти буквы читаются одинаково. Обратите внимание на то, что иногда в тех словах, в которых в старославянском языке пишется s, в церковнославянском языке пишется ç (ст.-сл. Êúíÿsü — цр.-сл. Êí'ÿçü).

12. Буквы _f («фита»), k («кси») и p («пси») употребляются исключительно в словах, заимствованных из греческого, и произносятся соответственно как [ф], [кс], [пс] (fåîä'wðú, àëåk'àíäðú, ñàìp'wú). (Иногда буква f передает звук [т] — íàçàð'åfú).

13. В старославянском и церковнославянском языках в некоторых словах, заимствованных из греческого, буква ã перед буквами ã,ê, õ произносится как [н] (ýv'àããåëiå — произносится «евангелие», ñvãêë'èòú — произносится «синклит» и т. д.).

14. Буква ù в старославянском языке читалась, в отличие от цер-ковнославянского и русского, не как долгий мягкий [ш’], а как сочетание звуков [шт’], поэтому в старославянских текстах на месте буквы ù очень часто можно обнаружить сочетание øò.

15. Славянские книжники заимствовали из греческого языка специальные знаки для обозначения разных типов ударений и придыханий (которые в греческом языке выполняли важную роль, в славянском же языке были, в сущности, не нужны, и поэтому каких-либо строгих правил употребления знаков ' («острого» ударения), ` («тяжелого» ударения), ^ («облеченного» ударения) и _ («тонкого» придыхания) в старославянском языке не существовало). В русском, а поэтому и в церковнославянском языке сохранился один единственный тип ударения, который, однако, в церковнославянском языке обозначается тремя разными знаками. Знак «облеченного» ударения ^ может появляться над падежами двойственного и множественного числа, чтобы отличить их от омонимичных падежей един-

ственного числа (òâî^ÿ — именительный и винительный падежи

множественного и двойственного числа, òâî`ÿ — именительный

единственного). Знак «тяжелого» ударения ` ставится в конце слова, если за ним не следуют слова æå, áî, ëè, ìè, òè, а также в слове #uáî и в формах множественного и двойственного числа некоторых местоимений, чтобы отличить их от омонимичных форм единственного числа (#èìú — дательный множественного, «èìú - творительный единственного). Во всех остальных случаях ударение обозначается знаком «острого» ударения (Ó÷'èòè, ëmòî). Кроме того, если церковнославянское слово начинается на гласный звук, то

над первой буквой, независимо от того, падает на первый слог ударение или нет, ставится знак придыхания _ , поэтому иногда над одной буквой может стоять и знак придыхания, и знак ударения (ýãä`à, ýì`ó, «èìÿ). Обратите внимание на то, что эти правила касаются только церковнославянского языка, а в старославянских текстах ударение обычно не обозначается вообще.

16. Пергамент, на котором писали в древности, был очень дорогим, поэтому для экономии места многие слова, значение которых было и так понятно из контекста, могли писаться не полностью, а сокращенно, с пропуском буквы или даже нескольких букв, а над таким сокращенным словом ставился специальный знак — титло.

Титло могло быть простым, а могло быть «буквенным», то есть содержать пропущенную или одну из пропущенных букв (á~ãú = Бог, ãzäü = Господь, òOðöà = Троица, ídëÿ = неделя и т. д.).

Следует помнить, что в то время как в старославянском языке нет каких-либо специальных правил употребления титлов и сокращения слов, в церковнославянском языке эти правила (и довольно строгие) существуют, так что иногда одно и то же слово, написанное под титлом или полностью, означает далеко не одно и то же.

Так, церковнославянское слово á~ãú (написанное с титлом) означает

Единого Бога христиан, иудеев и мусульман, в то время как слово

áîãú (без титла) — идола, которому поклоняются язычники. Точно

так же «àã~ãëú (из греческого посланник) означает ангела, посланника

c2Божия, тогда как «àããåëú — демона, то есть посланника Сатаны.

(Слово «àã~ãëú читается как «ангел», а слово «àããåëú — как «аггел»).

17. Вместо пропущенных букв ü или ú в старославянских и церковнославянских текстах мог писаться специальный знак $ («паерок»).

18. Мягкость согласного в старославянском языке могла обозначаться специальным знаком, похожим на современный апостроф или на крышечку над буквой (âîë’a, êú ^íýìu).

19. В старославянском языке существовали слогообразующие [р] и [л], то есть такие звуки [р] и [л], которые могли образовывать слог (ср, русские слова джентльмен, театр). На письме они обозначались сочетанием букв ð и ë с ü или ú: âëüêú (произносится [влк]), ìðüöàòè (произносится [мрцати]).

20. Как уже упоминалось, в древности текст писали без интервалов между словами и почти без знаков препинания (лишь иногда предложения или части предложений могли выделяться точками), начинались с маленькой буквы (выделялась только первая буква главы — заглавная буква).

В церковнославянском языке, в отличие от старославянского, принципы членения текста и система знаков препинания в целом соотносятся с той системой, которую мы имеем в русском языке, тем не менее есть некоторые особенности, которые следует иметь в виду.

Так же, как и в русском, слова церковнославянского языка отделяются одно от другого интервалами. Церковнославянское предложение начинается с заглавной буквы и может окончиться точкой <.>

или восклицательным знаком , части предложения могут отделяться одна от другой запятыми <,>, а прямая речь (без кавычек!)

следует после знака <:>. Однако вместо вопросительного знака в

церковнославянском языке используется знак <;>, а вместо точки с

запятой — двоеточие <:>. Кроме того, вместо точки с запятой может использоваться так называемая малая точка, то есть точка, разделяющая не предложения, а части предложения. Например: èâîïðîñ'èøà ýã`î: ÷ò`î #uáî; èëi'à ëè ýñ`è ò`û; è ãëàã'îëà: ímñìü. Ïrðð'îêú ëè ýñ`è; è Üâ¸ù`à: í`è (Иоанн 1.21).

21. Числа в старославянских и церковнославянских текстах передавались буквами под титлом, причем если несколько букв, обозначающих цифры, стояли подряд, титло писалось над второй буквой от конца, а численное значение такого сочетания было равно сумме численных значений отдельных букв. Например:

·~à· = 1, ·~³· = 10, ·~ö· = 900, ·~³à· = 11, ·ö~³à· = 911.

Значок % увеличивает численное значение буквы в тысячу раз:

%·~à· = 1000, %·~â· = 2000, %·~³· = 10 000, %·~ð· = 100 000.4 (Изотов А. И. Старославянский и церковнославянский языки:

Грамматика, упражнения, тексты: Учебное пособие для средних и высших учебных заведений. – М.: ИОСО РАО, 2001. – 5-20с).

ДУХОВНЫЕ СТИХИ.

ДУША МОЯ ПРЕГРЕШНАЯ.

Душа моя, прегрешная,

Что ты плачешься?

Ты плачь, душа, рыдай всегда,

Тем утешишься!

Не посмеешь ты тогда плакати,

Когда придет смерть!

А по смерти грехи твои, обличат тебя.

Скинь одежду грехов своих - покаянием.

А не скинешь, ты, грехи свои, ада не минешь.

Страдалицы венцы носят на главах своих.

Они песнь поют архангельскую:

Аллилуйя!

Аллилуйя! Аллилуйя! Аллилуйя

СТИХ О ВОСКРЕСЕНИИ ХРИСТОВОМ


Спит Сион и дремлет злоба,

Спит во гробе царь царей.

За печатью камень гроба,

Всюду стража у дверей.

Ночь немая сад объемлет,

Стража грозная не спит.

Чуткий слух ея не дремлет,

Зорко вдаль она глядит.

Ночь прошла. На гроб миссии

С ароматами в руках

Шли печальные Марии,

Беспокойство в их сердцах.

И тревога их печалит:

Кто могучею рукой

Тяжкий камень им отвалит

От пещеры гробовой?

И глядят, дивясь об этом:

Камень сдвинут, гроб открыт,

Стража грозная при гробе,

Аки мертвая, лежит.

А во гробе, полном света,

Кто-то чудный, неземной,

В ризы белые одетый

Сел на камень гробовой.

Ярче молнии блистает

Свет небесного лица;

В страхе вестницы восстанья,

И трепещут их сердца.

«Что вы, робкие, в смятенье, -

Им сказал пришлец святой,-

С вестью мира и спасенья

Возвратитеся домой.

Я есть послан небесами,

Весть вам чудную принес.

Нет живого с мертвецами,

Гроб уж пуст – Христос воскрес».

И спешат оттуда жены,

И с восторгом их уста

Проповедуют Сиону

Воскресение Христа.


СТИХ 9


Я блажен теперь считаюсь,

Что мой дух нашел покой.

Тем теперь я утешаюсь,

Что в пустыне я святой.

Вместо прелести и страсти

Зрю я темные леса,

Поминутно вместо сласти

Оум вперяю в небеса.

Звуком сладостным утешно

День до вечера поют,

Купно в радости поспешно

Утром рано восстают.

Звучны гласы испускают,

Славу Богу воздают

И взаимно воспевают,

Мне  примеры подают.

Где кукушка воскукует

На пустынных древесах,

Звуком дух мой возбуждает

Помнить жизнь на небесах.

По пустыне льются реки

Повелением творца,

По приделу им навеки

До всех мира до конца.

И журчаньем вод текущих

Утешаюсь я всегда.

Мирских прелестей влекущих

Уж не вспомню никогда.

Поля, злачные долины

Здесь блистают красотой,

Все приятны мне и милы,

Все мне веют тишиной.

Мысли чистыя имею,

Созерцаю те места

И с восторгом сказать смею:

Тишина, покой настал.


ПЛАЧ ИЗРАИЛЯ


Слезы ливше о Сионе

И сердечною тоской

Пел Израиль в Вавилоне

Пленный сидя над рекой

Скучно жить безбожной

Без святого алтаря

Где кумир и Бог подложный

Власть надменного царя.

Где святой закон в зазоре

Нет и истины следа

О! велико наше горе

Жить с неверными беда.

Дни проводим мы в боязни,

Нами трепет овладел

Ни за что мы терпим казни

И орган наш онемел.

Вот и снова злое время

Над вселенной взяло власть

Утеснено правых племя

Терпят кроткие напасть.

Пала древняя святыня

Храм духовный разорен

И Сион стал, как пустыня

Весь закон нем изменен.

С виду много блеска славы

И наружной красоты,

А посмотришь на уставы

Все фальшивые цветы.

Род избранных весь рассеян

Сжат железною рукой

Опорочен и осмеян

Цену платят за покой.

Если вспомнишь прежни годы

Слезы ронишь не хотя

Время мифа и свободы

О прошедших днях грустя.

Когда веры процветала

И любовь жила в сердцах

Всюду истина блистала

Был в народе Божий страх.

Воин, раб и царь на троне

Князь, святитель и купец

Были все в одном законе

Земледелец и мудрец

Все одну печать имели

Крест честный небесный знак.

И в одной святой купели

Омывали древний мрак.

Удаляясь от мира в горы,

Как пустынные орлы

Дев и инков соборы

Пели Вышнему хвалы.

Расширялись наши грани,

Как на пир мы шли на сечь

Цари наши брали дани,

Сокрушали вражий меч.

В древность с поля брани

Устрашенный враг бежал.


***


Действом Крестной Благодати

Меч, не столь их поражал.

Власть святители имели

И творили чудеса,

А потом в земле не тлели

Их по смерти телеса.

Ныне люди только знают

Посмеяться старине

Звезды на небе считают

Царство видят на луне

Видят там леса и горы

Степи, реки им в глазах,

Но, не проникнут их взоры

В беспредельных высотах.

Вечно мир земной летает

И вертится день и ночь

Тех прелестник обретает,

Кто от церкви отпал прочь.

Тех, кто древность презирает

И уставы не хранит

Все за глупость почитает

Своим абсурдом дорожит.

Устав древних содержащих

Тех считает за глупцов

Хулу на древность износящих

За превеликих Мудрецов.

Видят там леса и горы

Степи, реки – всякий злак

Не проникнут лишь их взоры

Есть ли кофе, да табак.

Вечно мир земной летает

И вертится день и ночь

Тех прелестник обретает,

Кто благих дел весьма тощ.


СТИХ О БОГАТОМ, БЕДНОМ И УБОГОМ ЛАЗАРЕ


Весь свой век Лазарь трудился

В жизни отдыха не знал.

В труде здравия лишился,

Безнадежно захворал.

Не роптал на свою долю,

Хоть и прошлого жалел,

Сознавал в том Божью волю,

И его благословлял.

Не исполнились желанья, не улучшился и быт,

Жизнь его прошла в страд

В том беда его пречистый,

И Спаситель наш Творец.

Прах его теперь в могиле,

Долг исполнив естества,

Но восстанет в новой силе,

В день всемирного суда.

И мы в радости помянем

Древле Лазаря сего,

И тужить о том не станем,

Что жизнь его была трудна.


СТИХ ОБ ОТШЕЛЬНИКЕ (РАЙСКАЯ ПТИЧКА)


Жил юный отшельник, он в кельи молясь,

Священную книгу читал, углубясь,

В той книге прочел он, что тысяча лет,

Как день перед Богом мелькнет и пройдет,

Монах впал в сомненье, стал думать о том,

Что тысячу лет не сравнять с одним днем

Не верит, в священную книгу глядит,

И видит, что в келью вдруг птичка летит

Вся блещет, сияет и прелесть для глаз,

Как яхонты перья, а пух как алмаз.

Когда же вдруг крылья она распахнет,

То радугой светит, то златом сверкнет.

Прекрасная птичка в поете легка

Быстрее и легче весны ветерка

Лежать уж устала, у двери сидит

И радостно юный отшельник глядит.

Неслышно подходит, молчит и дохнет

Лишь только он схватит, а она вдруг вспорхнет

Она от него, а отшельник за ней,

И так он выходит из кельи своей.

Идет за ограду и полем идет

А птичка все свищет, как будто зовет.

Туда и сюда над цветами кружась,

Как звездочка в воздухе светит носясь.

И вот монастырь за пригорком исчез.

И с ветки на ветку все птичка вперед

Порхает, летает и сладко поет.

На дуба вершину присела она

И пением чудесным вся роща полна.

Расстроенный сердцем в восторге душой

Внимает безмолвно монах молодой.

И миг наслажденья, боясь потерять

Звук каждый он ловит и жаждит внимать.

Забылся он рано, забвенье его

Не слышит, не видит вокруг ничего.

Вдруг пенье умолкло, опомнился он,

Где ж птичка певица исчезла, как сон.

А птичка взвилась как будто стрела,

И в небе сокрылась, была не была.

Вздохнул добрый инок и в келью спешит

Казалось ему, час в отлучке он был.

Боится, что опоздает в пути,

Что к трапезе ждут, и пора бы прийти.

Но вот монастырь, только чудно ему,

Что ограда не та, недоступна ему.

За оградою новая церковь видна,

И дивится, откуда взялася она.

Жил юный отшельник, он в кельи молясь,

Священную книгу читал, углубясь,

В той книге прочел он, что тысяча лет,

Как день перед Богом мелькнет и пройдет,

Монах впал в сомненье, стал думать о том,

Что тысячу лет не сравнять с одним днем

Не верит, в священную книгу глядит,

И видит, что в келью вдруг птичка летит

Вся блещет, сияет и прелесть для глаз,

Как яхонты перья, а пух как алмаз.

Когда же вдруг крылья она распахнет,

То радугой светит, то златом сверкнет.

Прекрасная птичка в поете легка

Быстрее и легче весны ветерка

Лежать уж устала, у двери сидит

И радостно юный отшельник глядит.

Неслышно подходит, молчит и дохнет

Лишь только он схватит, а она вдруг вспорхнет

Она от него, а отшельник за ней,

И так он выходит из кельи своей.

Идет за ограду и полем идет

А птичка все свищет, как будто зовет.

Туда и сюда над цветами кружась,

Как звездочка в воздухе светит носясь.

И вот монастырь за пригорком исчез.

А инок за птичкой идет в тень древес.


СТИХ 14 ОБ УМОЛЕНИИ МАТЕРИ СВОЕГО ЧАДА


Умоляла мать родная

Свое милое дитя,

Пред кончиною рыдала,

О судьбе ея грустя.

«Распростись навек со мною,

ненаглядный мой цветок,

скоро будешь сиротою

цвести в поле одинок.

Мне минута наступила

Тебя навек спокидать,

Скоро хладная могила

У тебя похитит мать.

Ты звезда моя, денница,

Пожалей своей красы,

Не сгуби себя, девица,

 Не плети ты две косы.

Не меняй волю златую

На прелестные цветы,

На богатство, честь земную,

На заботы, суеты.

Ты теперь хоть небогата

И в народе не славна,

Но навек, птичка, ты крылата,

Беспечальна и вольна.

Не забудь себя, девица,

Твой жених – небес творец,

Вовек будешь, как денница,

С ним отойдешь под венец.

Рай пресветлой на востоке,

Вечной радости страна.

Не замечена в пороке,

Девам будешь отдана.

Лучше царских там палаты,

Вертограды и сады.

Терема, чертоги златы,

В садах дивные плоды.

Поля устланы цветами,

Росы запах издают,

Рощи с чудными древами,

Тамо ангелы поют.

Плавно катятся там реки,

Чище слез водна струя.

Ты вселишься навеки,

Дочь любимая моя.

Там не жди беды, напасти,

Ни печали никакой.

Все погаснут души страсти,

Там лишь радость и покой.

Ты люби себя, девица,

Осторожна будь всегда.

Не пей пива, ни вина же,

Дочь любимая моя.

Не забудь сего совета,

Ты послушай свою мать.

Рай пресветлой сего света,

Там тебя я стану ждать»

Мать последний раз вздохнула,

Оградившися крестом.

На девицу раз взглянула

И уснула вечным сном.

Не  забыла дева слова,

Помнит материн завет.

Без пристрастия земного

Она жизнь свою ведет.



СТИХ 23. О ПОСЛЕДНЕМ ВРЕМЕНИ


Слезы ливши о Сионе

И с сердечною тоской

Пел ии…ль /нрзб/ в Вавилоне,

Пленный сидя над рекой.

Скучно жить в стране безбожной,

Без святого алтаря,

Где кумир и бог подложный,

Власть безбожного царя.

Где святой закон в зазоре,

Нету истины следа.

О, велико наше горе,

Жить с неверными беда.

Дни проводим мы в боязни,

Нами трепет овладел.

Ни за что мы терпим казни

И орган наш онемел.

Вот и снова злое время

Над вселеннной взяло власть.

Утаено правды племя,

Терпят кроткие напасть.

Пала древняя святыня,

Град духовный разорен,

И Сион стал как пустыня,

Весь закон в нем изменен.

С виду много блеску, славы

И наружной красоты,

А посмотришь на уставы -

Все фальшивые цветы.

Род избранных весь рассеян,

Сжат железною рукой,

Опорочен и осмеян,

Цену платит за покой.

Вспомнишь минувшие годы,

Слезы сронишь нехотя.

Время мира и свободы,

О прошедших днях грустя.

Когда вера процветала,

И любовь жила в сердцах,

Всюду истина блистала,

Был в народе божий страх.

Воин, раб и царь на троне,

Князь, святитель (?) и купец –

Были все в одном законе,

Земледелец и мудрец.

Все одну печать имели,

Крест честной, небесный знак.

И в одной святой купели

Омывали древний мрак.

Оудалясь от мира в горы,

Как пустынные орлы,

Дев и иноков соборы

Пели вышнему хвалы.

Расширялись наши грани,

Как на пир мы шли на сечь.

Цари наши брали дани,

Сокрушали вражий меч.

В древность было: с поля рати

Устрашенный враг бежал

Действом крестной благодати.

Меч не столь их поражал.

Власть святители имели,

Скажет речь – и чудеса;

И потом в земле не тлели

Их по смерти телеса.

Ныне люди только знают

Посмеяться старине.

Звезды на небе считают,

Царство видят на луне.

Видят там леса и горы,

Степи, реки, всякой злак.

Не приникнут лишь их взоры,

Есть ли кофей и табак.

Вечно мир земной летает

И вертится день и нощь.

Тех прелестник обретает,

Кто благих дел весьма тощ.












Литература и источники.

1. «Земля Донского Войска. Список населенных мест по сведениям 1859г.». Издан Центральным статистическим комитетом Министерства Внутренних дел, С-Петербург, 1864г. (Библиотека ГАРО).

2. «Лекарство для больной совести» К. Миловидов. 2010г. «Нескучный сад». http://hramkgu.ru/publ/dushepoleznoe_chtenie/chto_takoe_epitimja/6-1-0-58.

3. Википедия.

4. Изотов А. И. Старославянский и церковнославянский языки:

Грамматика, упражнения, тексты: Учебное пособие для средних и высших учебных заведений. – М.: ИОСО РАО, 2001. – 240 с.

25


Описание ценного экспоната школьного музея
  • История
Описание:

Муниципальное бюджетное учреждение

Ленинская средняя общеобразовательная школа

 

Детское объединение «Казачья старина»

 

 

Тема работы: «ДУХОВНЫЕ СТИХИ -  ЛАРЕЦ НАРОДНОЙ МУДРОСТИ»

(страницы с рукописными текстами и нотами конца 19 – начала 20вв.)

 

 

                                                                   Авторы: Титова Дарья 8класс

                                                                   Пушкарская Юлия 10класс

                                                                  Титова Валерия 10калсс

                                                                  Руководитель работы: Титова Елена

                                                                  Владимировна, учитель истории,

                                                                  руководитель школьного музея

 

 

х. Ленина

Белокалитвинский район

2014год

              Содержание:                                                              Стр.

1.     Карточка научного описания музейного предмета.               2- 4

2.     Что такое духовные стихи.                                                        5- 8

3.     Правила чтения старославянских и церковнославянских

текстов                                                                                         8-16

4.     Тексты стихов.                                                                            16- 25

4.1.         Душа моя прегрешная                                                      16

4.2.         Стих о воскресении Христовом                                      16-17

4.3.         Стих 9.                                                                                17-18

4.4.         Плачь Израиля                                                                  18-19

4.5.         …действом Крестной Благодати                                    19

4.6.         Стих-притча О богатом, бедном и убогом Лазаре       19-20

4.7.         Стих об отшельнике (Райская птичка)                          20- 22

4.8.         Об умолении матери своего чада                                   22-23

4.9.         О последнем времени                                                      23-25

5.     Используемая литература                                                         26

 

 

 

 

 

 

 

 

 

КАРТОЧКА НАУЧНОГО ОПИСАНИЯ МУЗЕЙНОГО ПРЕДМЕТА

Музей казачьего быта хутора Свинарев МБОУ Ленинской СОШ

 

Инвентарный

номер

Номер по

инвентарной

книге

Номер

негатива

Дата

поступления

Место

хранения

9

9

 

Май 1999г.

Витрина

1.Наименование (вид, название)  Страницы рукописной  книги с текстами и нотами духовных стихов в количестве 9штук.

2.     Назначение для чтения стихов и исполнения песен

3.     Время изготовления ориентировочно конец 19- нач. 20века.

4.     Способ производства – рукописный текст выполненный чернилами коричневого, фиолетового и красного цвета на плотной бумаге самодельного изготовления

5.     Составил карточку:  Титова Е.В.

6.     Дата: 15.03.2014г.

 

1.     Внешнее описание:

Материал – плотная бумага самодельного изготовления размером 17х35см;    Техника исполнения – рукописный текст и ноты духовных стихов и псальм, выполненные коричневыми, фиолетовыми и красными чернилами (заглавные буквы) на церковнославянском языке с украшением заглавных букв.                                                                                                           Сохранность – 90-85%

Реставрация не проводилась.

2.     История:

Данные записи были сделаны ориентировочно в к.19 – н. 20в.

В нашей местности в это время были сильны корни старообрядчества. По статистическим данным ГАРО в 1897году из 2639 – 1170 человек  населения  хутора Свинарева (Ленина) – староверы.1

         9 страниц с духовными стихами или их фрагментами, которые были переписаны человеком, скорее всего наложившим на себя епитимью.

«Епитимья — это такое средство, которое человек, имея глубокую веру в Бога и понимая свою неправду пред Ним, дополнительно принимает на себя, чтобы показать, что его покаяние не поверхностно. Что он благодарит Бога за милость, но хочет дополнительно понести некое праведное воздаяние по своим делам».2 («Лекарство для больной совести» К. Миловидов. 2010г. «Нескучный сад». http://hramkgu.ru/publ/dushepoleznoe_chtenie/chto_takoe_epitimja/6-1-0-58.)

До поступления в музей хранились в семье Мелехиных (были подарены музею Пятитбратовой Т.А., которая после покупки подворья обнаружила их на чердаке дома).

Дей Семенович Мелехин  был старообрядческим иконописцем, жил и писал иконы в н. 20века. Его иконы до сих пор хранятся в домах хуторян.

ЧТО ТАКОЕ ДУХОВНЫЕ СТИХИ

Духовными стихами в русской народной словесности называются песни, чаще всего эпические, на религиозные сюжеты, исполняемые обыкновенно бродячими певцами (преимущественно слепцами) на ярмарках, базарных площадях или у ворот монастырских церквей. Многие из этих стихов с XVII века уже записывались в песенные сборники.                                                                                                             Первые дошедшие до нас записи относятся к XV веку, однако наибольшее распространение получили с XVII века По всей видимости, имеют смешанное происхождение – русское эпическо-былинное и европейское лирическо-песенное. В основном традиция псальм, внеслужебных религиозных песен пришла в Россию с Украины и из Польши в XVI веке.

Изначально исполнителями псальм были калики перехожие – паломники во Святую землю, а позднее бродячие слепые певцы. Поскольку духовный стих несет в себе глубокое назидательное, учительное начало, то он, как замечает Ф. И. Буслаев, «изъят из общего ежедневного употребления и предоставлен как особая привилегия только тем лицам, которые тоже, будучи изъяты из мелочных хлопот действительности, тем способнее были сохранить для народа назидательное содержание его религиозной поэзии». Вплоть до XIX века бродячие певцы оставались основными творцами и исполнителями духовных стихов в Белоруссии, на Украине, в Болгарии и большинстве регионов России.

Но, начиная с XVIII века, псальмы получают широкое распространение в среде старообрядцев и сектантов -  хлыстов, скопцов, молокан, духоборов и др. (В хлыстовстве и скопчестве духовные стихи обычно назывались «роспевцами».) В этой, более религиозной, среде духовные стихи начинают петься обычными людьми. Как пишет известный фольклорист С. Е. Никитина:

В старообрядческой среде духовный стих переживает свое второе рождение. Духовные стихи старообрядцев были поэтическим воплощением их истории и учения: осмысление никонианской реформы, разгром и закрытие монастырей, начиная с Соловецкого, „выгонки“ в отдаленные места, подвиги и мучения героев и страдальцев —протопопа Аввакума, боярыни Морозовой, Симеона Верхотурского и др., учение об антихристе, споры о браке, указание путей к спасению — все становилось предметом поэтического описания. Однако основная функция стиха у старообрядцев оставалась та же — они связывали мир христианской книги с миром народных представлений, толковали сложные тексты понятным языком. (В сектантстве, соответственно, бытовали псальмы о Даниле Филипповиче, Кондратии Селиванове и других основателях толков.)

Хотя наибольшей популярностью псальмы пользовались среди староверов и сектантов, сами духовные стихи по большей части не были выраженно конфессиональными — одни и те же псальмы пелись православными, старообрядцами, хлыстами и баптистами – образуя основу «народного православия». Псальмы имели календарную привязку: это песни, которые можно петь в пост.

Духовные стихи делятся на два типа: «старшие» и «младшие». «Старшие» - это эпические повествования на сюжеты ветхозаветных, новозаветных и житийных легенд (стихи о Голубиной книге, об Адаме, о Иосифе Прекрасном, царевиче Иоасафе, Алексее Человеке Божьем, Феодоре Тироне, об Егории Храбром, князе Ефимьяне, о Богатом и Лазаре и т. д.), они близки к былинам. «Младшие», отражают влияние силлабического виршевого стиха, проникшего из Польши.

Как правило, псальмы – это песни грустные и покаянные. В них поется о смерти, расставании души с телом, тщете и мимолетности жизни. В XVII веке, когда в среде старообрядцев сложилось представление о воцарении антихриста, стали возникать стихи эсхатологического характера. Один из главных исследователей псальм Г. П. Федотов писал, что тема Страшного суда образует один из самых мощных центров притяжения в народной поэзии. (В XX веке среди катакомбников снова возникает много эсхатологических псальм -  только приход антихриста в них связывается уже с революцией, разрушением церквей, коллективизацией, лагерями и т. д.)

На Севере России псальмы поются без аккомпанемента, на Украине – часто под «лиру», скрипку и т. д.

Собирание и исследование духовных стихов в советское время было очень затруднено по идеологическим причинам. В настоящее время традиция духовных стихов почти исчезла в крестьянской России, сохранившись лишь в старообрядческих и сектантских общинах. Наиболее полное собрание русских духовных стихов — «Калики перехожие» П. А. Бессонова(1861 — 63); наиболее современное богословское истолкование — книга «Стихи духовные» Г. П. Федотова (1935). Среди крупных современных собирателей и исследователей псальм можно назвать С. Е. Никитину. К псальмам обращаются профессиональные исполнители: Жанна Бичевская, Иеромонах Роман, Леонид Федоров, Сергей Старостин, Ансамбль Покровского, «Казачий Круг», «Сирин».

В современной России наблюдается повышенный интерес к духовным стихам. Так в 2009 году был выпущен сборник современной духовной поэзии «Отзвуки Небес», который открыл ряд самобытных авторов, продолжающих традиции духовного стихосложения. Сборник был выпущен с благословения епископа Выборгского Назария (Лавриненко) и на сегодняшний день является наиболее серьёзной попыткой систематизировать современную духовную поэзию.3  (Википедия).

Весной 2013 года в нашей школе побывал Владимир Скунцев – руководитель ансамбля «Казачий круг».  Инициатором этой встречи был Сергей Викторович Щербаков наш земляк, который также увлекается краеведением и изучением фольклора. Они записали диск с казачьими обрядовыми  песнями в исполнении наших хуторян-песенников: семьи Тарасовых-Каминских, Леоновых, В.М. Романовой. В числе записанных песен  был духовный стих «Ах вы Ангелы, вы Архангелы». Встречи с этими людьми, положили начало работы над проектом «Казачьи песни малой родины», целью которой является сбор песен и их последующая запись. Духовные стихи часть этого проекта.

Научно-музейное значение немаловажно.

С одной стороны это письменный исторический источник, с другой – передает нам моральные нормы и ценности прошлого.

ПРАВИЛА ЧТЕНИЯ

СТАРОСЛАВЯНСКИХ И ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИХ ТЕКСТОВ

Чтение старославянских и церковнославянских текстов не должно вызывать затруднений, так как звуковое значение многих букв кириллицы и букв русского алфавита совпадает. Тем не менее, есть некоторые особенности в произношении старославянских и церковнославянских слов, на которые следует обратить внимание. Мы не можем с полной уверенностью утверждать, что те или иные звуки современники Константина и Мефодия произносили именно так, а не иначе, тем не менее, существует некоторая традиция произношения старославянских слов, которой надо придерживаться.

1. Прежде всего, надо запомнить, что в отличие от русского языка в старославянском и церковнославянском языках гласные звуки следует произносить одинаково отчетливо независимо от того, падает на них ударение или нет. В русском языке безударные гласные сокращаются — обратите внимание, как по-разному произносится первый гласный звук в словах воду, вода, водяной.

2. Буквы ü и ú в старославянском языке передают очень краткие гласные звуки. Буква ü («ерь») обозначает звук, похожий на первый гласный звук в слове белизна, а буква ú («ер») — звук, похожий на первый гласный звук в слове водяной.

В истории русского языка судьба этих звуков (их называют редуцированными или сверхкраткими) зависела от того, какую позицию в слове они занимали — «сильную» или «слабую». Слабой была позиция на конце слова, а также перед слогом с гласным полного образования (то есть с обычным гласным) или перед слогом с редуцированным в сильной позиции. Сильной была позиция под ударением и перед слогом с редуцированным в слабой позиции. В слабой позиции ü и ú «выпадали», то есть переставали произноситься, а в сильной — переходили в гласные полного образования: ü переходил в [э], а ú — в [о]. (Сравните старославянские и русские слова ìúõú — мох, ìúõà — мха, îòüöü — отец, îòüöà — отца, êúòî — кто, ÷üòî — что). Именно так возникли обычные для русского языка чередования [э] и [o] с нулем звука типа мох-мха, замочек-замочка. В современном русском языке буквы ь и ъ уже не пе-

редают гласных звуков, которые они передавали в старославянском языке, и используются для обозначения мягкости предшествующего согласного (льстец) или йотации последующего гласного (подъезд, вьюга), а иногда пишутся просто по традиции (мышь, печь, умываться). Ситуацию, аналогичную русскому, мы наблюдаем и в церковнославянском языке, с той лишь оговоркой, что в церковнославянском языке в конце слова пишется (и не произносится) не только ü, но и ú: ü пишется после мягкого согласного, а ú — после твердого. В церковнославянском языке, так же, как и в русском, мы обнаруживаем ý (å) и î на месте старославянских ü и ú в сильной позиции, а также пропуски когда-то поизносившихся ü и ú в слабой позиции в середине слова. (Сравните старославянские ìúõú, ìúõà, êúòî, ÷üòî и церковнославянские ì'îõú, ìõ`à, êò`î, ÷ò`î). Следует иметь в виду еще одно важное отличие церковнославянского языка от старославянского. Согласные звуки [ц], [ж], [ш] в старославянском языке были мягкими, и после них писалась буква ü, в церковнославянском же языке они стали твердыми, и после них стала писаться буква ú. (Сравните старославянские ëüñòüöü, íàøü, ìUæü и церковнославянские ëüñò'åöú, í'àøú, ì'óæú).

Буквы U («юс большой») и ó («ук») обозначали в старославянском языке разные звуки. «Юсом большим» передавался звук [он] - «о-носовое» (как во франц. Coton), а «уком» — звук [у]. При этом «ук» мог писаться двумя способами — как лигатура («сдвоенная» буква) u или как ó. В истории русского языка звук [он] перешел в звук [у] и совпал по значению с тем звуком [у], который уже существовал. Поэтому древнерусские книжники путали эти буквы, и нередко в том слове, где в старославянском писалась буква U, появлялись u или ó (äuáú или äóáú] вместо äUáú) или наоборот (так

в дательном падеже единственного числа могло писаться äUáU или äóáó вместо äUáu или äUáó). Потом было решено в церковнославянском языке букву U не употреблять вообще, лигатуру u писать только в начале слова (Óñò`à, «uòðî), а ó — в середине или конце слова (ðóê`à, íåñ`ó, ä'óáó) независимо от того, какому звуку старославянского языка они соответствуют.

Точно так же в старославянском языке разные звуки обозначали буквы ÿ («юс малый») и a («аз йотированный»). «Юс малый» передавал звук [эн] — «э-носовое» (как во франц. Fin), а «аз йотированный» — звук [а] после мягкого согласного или же сочетание [йa] (иначе говоря, буква a в старославянском языке читалась так же, как буква я в современном русском). В истории русского языка звук [эн] изменил свое звучание и стал в конце концов произноситься так же, как произносился звук [а] после мягкого согласного, поэтому древнерусские книжники стали путать буквы a и ÿ. Потом было решено в церковнославянском языке писать букву a в начале слова («aðîñòü), а букву ÿ — в середине или конце слова («èìÿ, ì'ÿñî, ãàëèë'åà) независимо от того, какая буква (a или ÿ) писалась в соответствующем старославянском слове.

И с к л ю ч е н и е : В церковнославянском слово aç'ûêú (с буквой a) означает язык, орган речи, а слово ÿç'ûêú (с буквой ÿ) –народ, нация.

5. Буква ¸ («ять») в старославянском и в церковнославянском языках читаются по-разному! В истории русского языка звук, передаваемый этой буквой, перешел в конечном итоге в звук [э], поэтому в церковнославянском языке буква ¸ читается так же, как и буква ý (или å). В старославянском же языке буква ¸ передавала звук, похожий на первый гласный звук в слове мясо, то есть тот же звук, что и буква a. (Об этом свидетельствует то, что в глаголице существовала одна единственная буква ¸, которая писалась во всех словах, где в кириллице были буквы ¸ или a). Обратите внимание на то, что подобное произношение бывшего «ять» сохранилось в некоторых словах в болгарском языке (под ударением перед твердым согласным): болг. Бряг__, свят – ст.-сл. Áð¸ãú, ñâ¸òú.

6. «Йотированные» буквы þ, a, Å, T и V употреблялись в старославянском языке в целом по тому же принципу, что и русские ю,

я, е — они могли обозначать мягкость предшествующего согласного

или «йотацию» соответствующего гласного (то есть сочетания [йу],

[йа], [йэ] и т. д.). В некоторых кириллических памятниках буквы ý и

Å смешивались, а глаголица вообще не знает разграничения йотированного и нейотированного «естъ». В церковнославянском языке из

«йотированных» букв сохранились только две — þ и a (причем последняя, как мы помним, писалась только в начале слова). Вместо букв Å и T стали писаться буквы соответственно ý и ÿ, а вместо буквы V — буква þ.

В приводимых ниже старославянских примерах, текстах и парадигмах будут использоваться исключительно нейотированные варианты ÿ и ý, а буквы a и V будут появляться только после тех мягких согласных, у которых существуют твердые соответствия. (Поэтому, несмотря на то, что звуки [ш], [ж] и [ц] в старославянском языке были мягкими звуками, после букв ø, æ и ö будет писаться не a, как это бывает в некоторых учебниках старославянского языка, а à).

7. Звук [o] в старославянском языке передавался двумя буквами — î («он») и w («от» — греческая омега), которые употреблялись в целом произвольно (буква w считалась более красивой, однако поскольку буква î занимала меньше места, в большинстве случаев для передачи звука [o] пользовались буквой î). В церковнославянском языке было решено писать w:

а) в заимствованных из греческого языка словах, если соответствующее греческое слово писалось через омегу (¯w'àííú, ãå'wðãié);

б) в приставке w (wêðîïèòè), в) в некоторых падежных окончаниях (ðàá'wìú).

Обратите также внимание на то, что предлог «от» пишется Ü. Кроме того, в церковнославянском языке существует особый вариант написания буквы «он» — o, который появляется обычно в начале слова («oòðîêú, oò'åöú), однако в некоторых словах пишется и в середине слова (ïð'àoòåöú, ¯oðä'àíú).

8. Церковнославянская буква «есть» также имеет два варианта написания — ý и å. В начале слова пишется ý, в середине и в конце обычно å («ýçåðî). Написание ý может появиться вместо å в формах двойственного и множественного числа, чтобы они на письме отличались от похоже звучащих форм единственного числа («èìåíåìú —творительный падеж единственного числа, «èìåíýìú — дательный падеж множественного числа).

9. Буква v («ижица») произносится после букв à и ý (å) как согласный [в] (ë'àvðú, ýv'àããåëiå), во всех остальных случаях — как гласный [и] (ì'vðî, ìîvñ'åé).

10. Звук [и] мог передаваться, кроме ижицы, еще двумя буквами - i («и-десятеричное») и è («и-восьмеричное»). В старославянских текстах эти буквы употреблялись в целом произвольно. В церковнославянском языке было решено перед гласными, а также в некоторых словах, заимствованных из греческого (если в соответствующем греческом слове были дифтонги ei, oi или «йота») писать i (Ó÷'åíiå, «³äwëú), а во всех остальных случаях — è (wêðîï'èòè). В старославянском языке гласный [и] и согласный [й] обозначались одними и теми же буквами, в церковнославянском же языке, так же, как и в русском, для передачи звука [й] есть специальная буква é.

11. В старославянском языке буквы s («дзело») и ç («земля») читаются по-разному: буква ç — как [з], а s — как [дз] (sâ¸çäà). В истории русского языка сложный звук [дз] упростился до звука [з],поэтому в церковнославянском языке обе эти буквы читаются одинаково. Обратите внимание на то, что иногда в тех словах, в которых в старославянском языке пишется s, в церковнославянском языке пишется ç (ст.-сл. Êúíÿsü — цр.-сл. Êí'ÿçü).

12. Буквы _f («фита»), k («кси») и p («пси») употребляются исключительно в словах, заимствованных из греческого, и произносятся соответственно как [ф], [кс], [пс] (fåîä'wðú, àëåk'àíäðú, ñàìp'wú). (Иногда буква f передает звук [т] — íàçàð'åfú).

13. В старославянском и церковнославянском языках в некоторых словах, заимствованных из греческого, буква ã перед буквами ã,ê, õ произносится как [н] (ýv'àããåëiå — произносится «евангелие», ñvãêë'èòú — произносится «синклит» и т. д.).

14. Буква ù в старославянском языке читалась, в отличие от цер-ковнославянского и русского, не как долгий мягкий [ш’], а как сочетание звуков [шт’], поэтому в старославянских текстах на месте буквы ù очень часто можно обнаружить сочетание øò.

15. Славянские книжники заимствовали из греческого языка специальные знаки для обозначения разных типов ударений и придыханий (которые в греческом языке выполняли важную роль, в славянском же языке были, в сущности, не нужны, и поэтому каких-либо строгих правил употребления знаков ' («острого» ударения), ` («тяжелого» ударения), ^ («облеченного» ударения) и _ («тонкого» придыхания) в старославянском языке не существовало). В русском, а поэтому и в церковнославянском языке сохранился один единственный тип ударения, который, однако, в церковнославянском языке обозначается тремя разными знаками. Знак «облеченного» ударения ^ может появляться над падежами двойственного и множественного числа, чтобы отличить их от омонимичных падежей един-

ственного числа (òâî^ÿ — именительный и винительный падежи

множественного и двойственного числа, òâî`ÿ — именительный

единственного). Знак «тяжелого» ударения ` ставится в конце слова, если за ним не следуют слова æå, áî, ëè, ìè, òè, а также в слове #uáî и в формах множественного и двойственного числа некоторых местоимений, чтобы отличить их от омонимичных форм единственного числа (#èìú — дательный множественного, «èìú  - творительный единственного). Во всех остальных случаях ударение обозначается знаком «острого» ударения (Ó÷'èòè, ëmòî). Кроме того, если церковнославянское слово начинается на гласный звук, то

над первой буквой, независимо от того, падает на первый слог ударение или нет, ставится знак придыхания _ , поэтому иногда над одной буквой может стоять и знак придыхания, и знак ударения (ýãä`à, ýì`ó, «èìÿ). Обратите внимание на то, что эти правила касаются только церковнославянского языка, а в старославянских текстах ударение обычно не обозначается вообще.

16. Пергамент, на котором писали в древности, был очень дорогим, поэтому для экономии места многие слова, значение которых было и так понятно из контекста, могли писаться не полностью, а сокращенно, с пропуском буквы или даже нескольких букв, а над таким сокращенным словом ставился специальный знак — титло.

Титло могло быть простым, а могло быть «буквенным», то есть содержать пропущенную или одну из пропущенных букв (á~ãú = Бог, ãzäü = Господь, òOðöà = Троица, ídëÿ = неделя и т. д.).

Следует помнить, что в то время как в старославянском языке нет каких-либо специальных правил употребления титлов и сокращения слов, в церковнославянском языке эти правила (и довольно строгие) существуют, так что иногда одно и то же слово, написанное под титлом или полностью, означает далеко не одно и то же.

Так, церковнославянское слово á~ãú (написанное с титлом) означает

Единого Бога христиан, иудеев и мусульман, в то время как слово

áîãú (без титла) — идола, которому поклоняются язычники. Точно

так же «àã~ãëú (из греческого посланник) означает ангела, посланника

c2Божия, тогда как «àããåëú — демона, то есть посланника Сатаны.

(Слово «àã~ãëú читается как «ангел», а слово «àããåëú — как «аггел»).

17. Вместо пропущенных букв ü или ú в старославянских и церковнославянских текстах мог писаться специальный знак $ («паерок»).

18. Мягкость согласного в старославянском языке могла обозначаться специальным знаком, похожим на современный апостроф или на крышечку над буквой (âîë’a, êú ^íýìu).

19. В старославянском языке существовали слогообразующие [р] и [л], то есть такие звуки [р] и [л], которые могли образовывать слог (ср, русские слова джентльмен, театр). На письме они обозначались сочетанием букв ð и ë с ü или ú: âëüêú (произносится [влк]), ìðüöàòè (произносится [мрцати]).

20. Как уже упоминалось, в древности текст писали без интервалов между словами и почти без знаков препинания (лишь иногда предложения или части предложений могли выделяться точками),   начинались с маленькой буквы (выделялась только первая буква главы — заглавная буква).

В церковнославянском языке, в отличие от старославянского, принципы членения текста и система знаков препинания в целом соотносятся с той системой, которую мы имеем в русском языке, тем не менее есть некоторые особенности, которые следует иметь в виду.

Так же, как и в русском, слова церковнославянского языка отделяются одно от другого интервалами. Церковнославянское предложение начинается с заглавной буквы и может окончиться точкой

или восклицательным знаком <!>, части предложения могут отделяться одна от другой запятыми <,>, а прямая речь (без кавычек!)

следует после знака . Однако вместо вопросительного знака в

церковнославянском языке используется знак <;>, а вместо точки с

запятой — двоеточие . Кроме того, вместо точки с запятой может использоваться так называемая малая точка, то есть точка, разделяющая не предложения, а части предложения. Например: èâîïðîñ'èøà ýã`î: ÷ò`î #uáî; èëi'à ëè ýñ`è ò`û; è ãëàã'îëà: ímñìü. Ïrðð'îêú ëè ýñ`è; è Üâ¸ù`à: í`è (Иоанн 1.21).

21. Числа в старославянских и церковнославянских текстах передавались буквами под титлом, причем если несколько букв, обозначающих цифры, стояли подряд, титло писалось над второй буквой от конца, а численное значение такого сочетания было равно сумме численных значений отдельных букв. Например:

·~à· = 1, ·~³· = 10, ·~ö· = 900, ·~³à· = 11, ·ö~³à· = 911.

Значок % увеличивает численное значение буквы в тысячу раз:

%·~à· = 1000, %·~â· = 2000, %·~³· = 10 000, %·~ð· = 100 000.4 (Изотов А. И. Старославянский и церковнославянский языки:

Грамматика, упражнения, тексты: Учебное пособие для средних и высших учебных заведений. – М.: ИОСО РАО, 2001. – 5-20с).

ДУХОВНЫЕ СТИХИ.

ДУША МОЯ ПРЕГРЕШНАЯ.

Душа моя, прегрешная,

Что ты плачешься?

Ты плачь, душа, рыдай всегда,

Тем утешишься!

Не посмеешь ты тогда плакати,

Когда придет смерть!

А по смерти грехи твои, обличат тебя.

Скинь одежду грехов своих -  покаянием.

А не скинешь, ты, грехи свои, ада не минешь.

Страдалицы венцы носят на главах своих.

Они песнь поют архангельскую:

Аллилуйя!

Аллилуйя! Аллилуйя! Аллилуйя

СТИХ О ВОСКРЕСЕНИИ ХРИСТОВОМ


Спит Сион и дремлет злоба,

Спит во гробе царь царей.

За печатью камень гроба,

Всюду стража у дверей.

Ночь немая сад объемлет,

Стража грозная не спит.

Чуткий слух ея не дремлет,

Зорко вдаль она глядит.

Ночь прошла. На гроб миссии

С ароматами в руках

Шли печальные Марии,

Беспокойство в их сердцах.

И тревога их печалит:

Кто могучею рукой

Тяжкий камень им отвалит

От пещеры гробовой?

И глядят, дивясь об этом:

Камень сдвинут, гроб открыт,

Стража грозная при гробе,

Аки мертвая, лежит.

А во гробе, полном света,

Кто-то чудный, неземной,

В ризы белые одетый

Сел на камень гробовой.

Ярче молнии блистает

Свет небесного лица;

В страхе вестницы восстанья,

И трепещут их сердца.

«Что вы, робкие, в смятенье, -

Им сказал пришлец святой,-

С вестью мира и спасенья

Возвратитеся домой.

Я есть послан небесами,

Весть вам чудную принес.

Нет живого с мертвецами,

Гроб уж пуст – Христос воскрес».

И спешат оттуда жены,

И с восторгом их уста

Проповедуют Сиону

Воскресение Христа.


СТИХ 9


 Я блажен теперь считаюсь,

Что мой дух нашел покой.

Тем теперь я утешаюсь,

Что в пустыне я святой.

Вместо прелести и страсти

Зрю я темные леса,

Поминутно вместо сласти

Оум вперяю в небеса.

Звуком сладостным утешно

День до вечера поют,

Купно в радости поспешно

Утром рано восстают.

Звучны гласы испускают,

Славу Богу воздают

И взаимно воспевают,

Мне  примеры подают.

Где кукушка воскукует

На пустынных древесах,

Звуком дух мой возбуждает

Помнить жизнь на небесах.

По пустыне льются реки

Повелением творца,

По приделу им навеки

До всех мира до конца.

И журчаньем вод текущих

Утешаюсь я всегда.

Мирских прелестей влекущих

Уж не вспомню никогда.

Поля, злачные долины

Здесь блистают красотой,

Все приятны мне и милы,

Все мне веют тишиной.

Мысли чистыя имею,

Созерцаю те места

И с восторгом сказать смею:

Тишина, покой настал.


ПЛАЧ ИЗРАИЛЯ


Слезы ливше о Сионе

И сердечною тоской

Пел Израиль в Вавилоне

Пленный сидя над рекой

Скучно жить безбожной

Без святого алтаря

Где кумир и Бог подложный

Власть надменного царя.

Где святой закон в зазоре

Нет и истины следа

О! велико наше горе

Жить с неверными беда.

Дни проводим мы в боязни,

Нами трепет овладел

Ни за что мы терпим казни

И орган наш онемел.

Вот и снова злое время

Над вселенной взяло власть

Утеснено правых племя 

Терпят кроткие напасть.

Пала древняя святыня

Храм духовный разорен

И Сион стал, как пустыня

Весь закон  нем изменен.

С виду много блеска славы

И наружной красоты,

А посмотришь на уставы

Все фальшивые цветы.

Род избранных весь рассеян

Сжат железною рукой

Опорочен и осмеян

Цену платят за покой.

Если вспомнишь прежни годы

Слезы ронишь не хотя

Время мифа и свободы

О прошедших днях грустя.

Когда веры процветала

И любовь жила в сердцах

Всюду истина блистала

Был в народе Божий страх.

Воин, раб и царь на троне

Князь, святитель и купец

Были все в одном законе

Земледелец и мудрец

Все одну печать имели

Крест честный небесный знак.

И в одной святой купели

Омывали древний мрак.

Удаляясь от мира в горы,

Как пустынные орлы

Дев и инков соборы

Пели Вышнему хвалы.

Расширялись наши грани,

Как на пир мы шли на сечь

Цари наши брали дани,

Сокрушали вражий меч.

В древность с поля брани

Устрашенный враг бежал.


 

***


Действом Крестной Благодати

Меч, не столь их поражал.

Власть святители имели

И творили чудеса,

А потом в земле не тлели

Их по смерти телеса.

Ныне люди только знают

Посмеяться старине

Звезды на небе считают

Царство видят на луне

Видят там леса и горы

Степи, реки им в глазах,

Но, не проникнут их взоры

В беспредельных высотах.

Вечно мир земной летает

И вертится день и ночь

Тех прелестник обретает,

Кто от церкви отпал прочь.

Тех, кто древность презирает

И уставы не хранит

Все за глупость почитает

Своим абсурдом дорожит.

Устав древних содержащих

Тех считает за глупцов

Хулу на древность износящих

За превеликих Мудрецов.

Видят там леса и горы

Степи, реки – всякий злак

Не проникнут лишь их взоры

Есть ли кофе, да табак.

Вечно мир земной летает

И вертится день и ночь

Тех прелестник обретает,

Кто благих дел весьма тощ.


СТИХ О БОГАТОМ, БЕДНОМ И УБОГОМ ЛАЗАРЕ


Весь свой век Лазарь трудился

В жизни отдыха не знал.

В труде здравия лишился,

Безнадежно захворал.

Не роптал на свою долю,

Хоть и прошлого жалел,

Сознавал в том Божью волю,

И его благословлял.

Не исполнились желанья, не улучшился и быт,

Жизнь его прошла в страд

В том беда его пречистый,

И Спаситель наш Творец.

Прах его теперь в могиле,

Долг исполнив естества,

Но восстанет в новой силе,

В день всемирного суда.

И мы в радости помянем

Древле Лазаря сего,

И тужить о том не станем,

Что жизнь его была трудна.


СТИХ ОБ ОТШЕЛЬНИКЕ (РАЙСКАЯ ПТИЧКА)


Жил юный отшельник, он в кельи молясь,

Священную книгу читал, углубясь,

В той книге прочел он, что тысяча лет,

Как день перед Богом мелькнет и пройдет,

Монах впал в сомненье, стал думать о том,

Что тысячу лет не сравнять с одним днем

Не верит, в священную книгу глядит,

И видит, что в келью вдруг птичка летит

Вся блещет, сияет и прелесть для глаз,

Как яхонты перья, а пух как алмаз.

Когда же вдруг крылья она распахнет,

То радугой светит, то златом сверкнет.

Прекрасная птичка в поете легка

Быстрее и легче весны ветерка

Лежать уж устала, у двери сидит

И радостно юный отшельник глядит.

Неслышно подходит, молчит и дохнет

Лишь только он схватит, а она вдруг вспорхнет

Она от него, а отшельник за ней,

И так он выходит из кельи своей.

Идет за ограду и полем идет

А птичка все свищет,  как будто зовет.

Туда и сюда над цветами кружась,

Как звездочка в воздухе светит носясь.

И вот монастырь за пригорком исчез.

И с ветки на ветку все птичка вперед

Порхает, летает и сладко поет.

На дуба вершину присела она

И пением чудесным вся роща полна.

Расстроенный сердцем в восторге душой

Внимает безмолвно монах молодой.

И миг наслажденья, боясь потерять

Звук каждый он ловит и жаждит внимать.

Забылся он рано, забвенье его

Не слышит, не видит вокруг ничего.

Вдруг пенье умолкло, опомнился он,

Где ж птичка певица исчезла, как сон.

А птичка взвилась как будто стрела,

И в небе сокрылась, была не была.

Вздохнул добрый инок и в келью спешит

Казалось ему, час в отлучке он был.

Боится, что опоздает в пути,

Что к трапезе ждут, и пора бы прийти.

Но вот монастырь, только чудно ему,

Что ограда не та, недоступна ему.

За оградою новая церковь видна,

И дивится, откуда взялася она.

Жил юный отшельник, он в кельи молясь,

Священную книгу читал, углубясь,

В той книге прочел он, что тысяча лет,

Как день перед Богом мелькнет и пройдет,

Монах впал в сомненье, стал думать о том,

Что тысячу лет не сравнять с одним днем

Не верит, в священную книгу глядит,

И видит, что в келью вдруг птичка летит

Вся блещет, сияет и прелесть для глаз,

Как яхонты перья, а пух как алмаз.

Когда же вдруг крылья она распахнет,

То радугой светит, то златом сверкнет.

Прекрасная птичка в поете легка

Быстрее и легче весны ветерка

Лежать уж устала, у двери сидит

И радостно юный отшельник глядит.

Неслышно подходит, молчит и дохнет

Лишь только он схватит, а она вдруг вспорхнет

Она от него, а отшельник за ней,

И так он выходит из кельи своей.

Идет за ограду и полем идет

А птичка все свищет,  как будто зовет.

Туда и сюда над цветами кружась,

Как звездочка в воздухе светит носясь.

И вот монастырь за пригорком исчез.

А инок за птичкой идет в тень древес.


СТИХ 14 ОБ УМОЛЕНИИ МАТЕРИ СВОЕГО ЧАДА


Умоляла мать родная

Свое милое дитя,

Пред кончиною рыдала,

О судьбе ея грустя.

«Распростись навек со мною,

ненаглядный мой цветок,

скоро будешь сиротою

цвести в поле одинок.

Мне минута наступила

Тебя навек спокидать,

Скоро хладная могила

У тебя похитит мать.

Ты звезда моя, денница,

Пожалей своей красы,

Не сгуби себя, девица,

 Не плети ты две косы.

Не меняй волю златую

На прелестные цветы,

На богатство, честь земную,

На заботы, суеты.

Ты теперь хоть небогата

И в народе не славна,

Но навек, птичка, ты крылата,

Беспечальна и вольна.

Не забудь себя, девица,

Твой жених – небес творец,

Вовек будешь, как денница,

С ним отойдешь под венец.

Рай пресветлой на востоке,

Вечной радости страна.

Не замечена в пороке,

Девам будешь отдана.

Лучше царских там палаты,

Вертограды и сады.

Терема, чертоги златы,

В садах дивные плоды.

Поля устланы цветами,

Росы запах издают,

Рощи с чудными древами,

Тамо ангелы поют.

Плавно катятся там реки,

Чище слез водна струя.

Ты вселишься навеки,

Дочь любимая моя.

Там не жди беды, напасти,

Ни печали никакой.

Все погаснут души страсти,

Там лишь радость и покой.

Ты люби себя, девица,

Осторожна будь всегда.

Не пей пива, ни вина же,

Дочь любимая моя.

Не забудь сего совета,

Ты послушай свою мать.

Рай пресветлой сего света,

Там тебя я стану ждать»

Мать последний раз вздохнула,

Оградившися крестом.

На девицу раз взглянула

И уснула вечным сном.

Не  забыла дева слова,

Помнит материн завет.

Без пристрастия земного

Она жизнь свою ведет.


 

СТИХ 23.  О ПОСЛЕДНЕМ ВРЕМЕНИ


Слезы ливши о Сионе

И с сердечною тоской

Пел ии…ль /нрзб/ в Вавилоне,

Пленный сидя над рекой.

Скучно жить в стране безбожной,

Без святого алтаря,

Где кумир и бог подложный,

Власть безбожного царя.

Где святой закон в зазоре,

Нету истины следа.

О, велико наше горе,

Жить с неверными беда.

Дни проводим мы в боязни,

Нами трепет овладел.

Ни за что мы терпим казни

И орган наш онемел.

Вот и снова злое время

Над вселеннной взяло власть.

Утаено правды племя,

Терпят кроткие напасть.

Пала древняя святыня,

Град духовный разорен,

И Сион стал как пустыня,

Весь закон в нем изменен.

С виду много блеску, славы

И наружной красоты,

А посмотришь на уставы -

Все фальшивые цветы.

Род избранных весь рассеян,

Сжат железною рукой,

Опорочен и осмеян,

Цену платит за покой.

Вспомнишь минувшие годы,

Слезы сронишь нехотя.

Время мира и свободы,

О прошедших днях грустя.

Когда вера процветала,

И любовь жила в сердцах,

Всюду истина блистала,

Был в народе божий страх.

Воин, раб и царь на троне,

Князь, святитель (?) и купец –

Были все в одном законе,

Земледелец и мудрец.

Все одну печать имели,

Крест честной, небесный знак.

И в одной святой купели

Омывали древний мрак.

Оудалясь от мира в горы,

Как пустынные орлы,

Дев и иноков соборы

Пели вышнему хвалы.

Расширялись наши грани,

Как на пир мы шли на сечь.

Цари наши брали дани,

Сокрушали вражий меч.

В древность было: с поля рати

Устрашенный враг бежал

Действом крестной благодати.

Меч не столь их поражал.

Власть святители имели,

Скажет речь – и чудеса;

И потом в земле не тлели

Их по смерти телеса.

Ныне люди только знают

Посмеяться старине.

Звезды на небе считают,

Царство видят на луне.

Видят там леса и горы,

Степи, реки, всякой злак.

Не приникнут лишь их взоры,

Есть ли кофей и табак.

Вечно мир земной летает

И вертится день и нощь.

Тех прелестник обретает,

Кто благих дел весьма тощ.


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Литература и источники.

1. «Земля Донского Войска. Список населенных мест по сведениям 1859г.». Издан Центральным статистическим комитетом Министерства Внутренних дел, С-Петербург, 1864г. (Библиотека ГАРО).

2. «Лекарство для больной совести» К. Миловидов. 2010г. «Нескучный сад». http://hramkgu.ru/publ/dushepoleznoe_chtenie/chto_takoe_epitimja/6-1-0-58.

3. Википедия.

4. Изотов А. И. Старославянский и церковнославянский языки:

 

Грамматика, упражнения, тексты: Учебное пособие для средних и высших учебных заведений. – М.: ИОСО РАО, 2001. – 240 с.

Автор Титова Елена Владимировна
Дата добавления 01.01.2015
Раздел История
Подраздел
Просмотров 1393
Номер материала 19744
Скачать свидетельство о публикации

Оставьте свой комментарий:

Введите символы, которые изображены на картинке:

Получить новый код
* Обязательные для заполнения.


Комментарии:

↓ Показать еще коментарии ↓