Главная / Музыка / Материал для статьи на тему: Д.Б. Кабалевский и его концепция музыкального воспитания

Материал для статьи на тему: Д.Б. Кабалевский и его концепция музыкального воспитания

Д.Б. Кабалевский и его концепция музыкального воспитания

Вырастить культурного слушателя музыки, способного любить и ценить самые серьезные произведения великого искусства, - вот задача, которую должны были решить уроки музыки в общеобразовательных школах. Прекрасное побуждает доброе, утверждал автор программы. Воспитание должно быть целостным, говорил он, если мы воспитываем только научное мышление и умерщвляем эмоциональную жизнь ученика, то этим мы наносим прежде всего вред интеллектуальному мышлению...

«Три кита» - песня, танец, марш - три основные сферы музыки. К каждой из них применимы такие широкоохватные определения, как «область», «жанр», «форма», «тип», «характер». Нет, вероятно, ни одной программы по музыке, ни одного учебника, ни одного методического пособия, в котором мы не нашли бы «трех китов». Однако они всегда фигурировали и сегодня продолжают фигурировать лишь как образцы наиболее простых музыкальных форм, как простейшие жанры, доступные восприятию ребят даже на самой начальной стадии их музыкального развития, но отходящие на второй план, уступающие место более сложным формам и жанрам музыки, после того как выполнят свою чисто «дидактическую функцию».

Ошибочность подобного отношения к «трем китам» обнаруживает себя без всякого труда уже в том, что многие песни, танцы и марши по богатству внутреннего содержания и развитости формы относятся к числу сложнейших произведений мирового музыкального искусства. Достаточно вспомнить «Песни и пляски смерти» Мусоргского, «Песни об умерших детях» Малера, «Симфонические танцы» Рахманинова, «Вальс» Равеля, траурный марш из Третьей симфонии Бетховена или Второй фортепианной сонаты Шопена и великое множество других произведений такого же художественного уровня и такой же степени сложности.

Но дело даже не в этом. Песня, танец и марш - самые широко распространенные, самые массовые, самые демократические области музыки. Многие миллионы людей на земном шаре ни разу не слушали профессиональной музыки и даже не подозревают о существовании нотной грамоты и вообще музыки как профессии, но вряд ли найдется среди них хоть один человек, не спевший за свою жизнь ни одной песни, не станцевавший ни одного танца, не участвовавший ни в одном шествии под музыку, хотя бы под ритмичные удары народных барабанов.

Подобно тому как фундамент связывает дам с землей, с почвой, на которой он держится, песня, танец и марш связывают все богатейшее, многообразно развитое здание музыки с огромными массами людей, с народной почвой.

И если приобщение к музыке в дошкольном возрасте - в детском саду или дома можно уподобить освоению почвы и закладке первых камней фундамента, то занятия в первом классе школы - это уже постройка не только надежного фундамента, но и первого этажа, где знакомство с «тремя китами» становится осознанным и создает необходимые условия для постройки следующих этажей.

А дальше - шаг за шагом, этаж за этажом - выясняется, что, подобно тому как дом, покоясь на фундаменте, не только из фундамента состоит, так и музыка вырастая из песни, танца и марша, состоит далеко не только из них. Однако, как бы ни обогащались, как бы ни развивались «три кита», как бы ни перерастали понятия «песня», «танец» и «марш» в понятия «песенность», «танцевальность» и «маршевзость», сколько бы нового в изучаемую музыку ни вносили особые элементы, связанные с выразительностью и изобразительностью, с речитативной декламационностью (речевой интонацией), мы не расстанемся с «тремя китами» ни во втором, ни в пятом, ни в седьмом классе, ни даже на пределе нашего музыкального развития, на вершинах музыкального искусства - на его «небоскребах».

Не говоря уже об опере, оратории и кантате, выросших из песни и песенности, и балете, выросшем из танца и танцевальности, «три кита» пронизывают всю классическую и современную музыку - симфоническую и камерную, вокальную и инструментальную. Вспомним бесконечное количество танцевальных пьес Баха и Шуберта, Шопена и Грига, Чайковского и Прокофьева. Вспомним танцы и марши едва ли ни во всех классических симфониях от Гайдна, Моцарта и Бетховена до Мясковского и Шостаковича. Вспомним танцевальность в музыке Равеля, Бартока и Хачатуряна. Даже такие композиторы, как Вагнер и Скрябин, в общем далеко стоявшие от массовых, народных жанров музыки, не остались свободными от влияния «китов». Вспомним многочисленные марши и маршевость, пронизывающие ткань почти всех вагнеровских опер, многочисленные танцевальные пьесы (мазурки, вальсы, полонез) Скрябина. А много ли мы найдем во всей мировой музыке произведений, где не слышалась бы песня или песенность!

Так, являясь не только тремя наиболее «простыми» и «доступными» для детей «формами» и «жанрами» музыки, но и тремя коренными основами всей музыки вообще, песня, танец и март дают возможность объединить большое музыкальное искусство с музыкальными занятиями в школе, обеспечивая при этом теснейшую связь этих занятий с жизнью.

"Движение музыкальной мысли, — пишет композитор, — получая пищу из окружающей среды, продолжится и будет всё более набирать силу".

Другое важное направление системы Д.Кабалевского мы бы назвали методом Сократа. Дети, по мысли Дмитрия Борисовича, приходят к тем или иным выводам не в результате лекций или рассказов, от которых они засыпают, а сами. Размышляя и разговаривая о музыке. При помощи наводящих вопросов учителя

Ну, например: Что нужно для того, чтобы получилась песня?

Композитор. — А ещё?

Ребёнок задумался. Напойте ему какую-нибудь известную песню без слов.

Чего здесь не хватает? — Слов.

Верно. Значит, кто ещё сочиняет песню? — Поэт.

А кто нужен, чтобы исполнить песню? — Певец. Музыкант.

Правильно. Какие бывают песни?

Вы поёте детскую песню.

Какая это песня — взрослая или детская? — Детская.

Какие ещё бывают песни? — Взрослые.

А ещё? Как называется песня, которую маленьким детям поют перед сном? — Колыбельные.

А песни о войне? — Военные.

И т.д. и т.п. Подобные разговоры о музыки, когда вопросы взрослых помогают детям самим найти ответ, чудесным образом делают разговоры о музыке интересными и увлекательными. ДОРОШ А.Ю. декабрь, 2014 год





Материал для статьи на тему: Д.Б. Кабалевский и его концепция музыкального воспитания
  • Музыка
Описание:

Д.Б. Кабалевский и его концепция музыкального воспитания

Вырастить культурного слушателя музыки, способного любить и ценить самые серьезные произведения великого искусства, - вот задача, которую должны были решить уроки музыки в общеобразовательных школах. Прекрасное побуждает доброе, утверждал автор программы. Воспитание должно быть целостным, говорил он, если мы воспитываем только научное мышление и умерщвляем эмоциональную жизнь ученика, то этим мы наносим прежде всего вред интеллектуальному мышлению...

                   «Три кита» - песня, танец, марш - три основные сферы музыки. К каждой из них применимы такие широкоохватные определения, как «область», «жанр», «форма», «тип», «характер». Нет, вероятно, ни одной программы по музыке, ни одного учебника, ни одного методического пособия, в котором мы не нашли бы «трех китов». Однако они всегда фигурировали и сегодня продолжают фигурировать лишь как образцы наиболее простых музыкальных форм, как простейшие жанры, доступные восприятию ребят даже на самой начальной стадии их музыкального развития, но отходящие на второй план, уступающие место более сложным формам и жанрам музыки, после того как выполнят свою чисто «дидактическую функцию».

                        Ошибочность подобного отношения к «трем китам» обнаруживает себя без всякого труда уже в том, что многие песни, танцы и марши по богатству внутреннего содержания и развитости формы относятся к числу сложнейших произведений мирового музыкального искусства. Достаточно вспомнить «Песни и пляски смерти» Мусоргского, «Песни об умерших детях» Малера, «Симфонические танцы» Рахманинова, «Вальс» Равеля, траурный марш из Третьей симфонии Бетховена или Второй фортепианной сонаты Шопена и великое множество других произведений такого же художественного уровня и такой же степени сложности.

                   Но дело даже не в этом. Песня, танец и марш - самые широко распространенные, самые массовые, самые демократические области музыки. Многие миллионы людей на земном шаре ни разу не слушали профессиональной музыки и даже не подозревают о существовании нотной грамоты и вообще музыки как профессии, но вряд ли найдется среди них хоть один человек, не спевший за свою жизнь ни одной песни, не станцевавший ни одного танца, не участвовавший ни в одном шествии под музыку, хотя бы под ритмичные удары народных барабанов.

         Подобно тому как фундамент связывает дам с землей, с почвой, на которой он держится, песня, танец и марш связывают все богатейшее, многообразно развитое здание музыки с огромными массами людей, с народной почвой.

             И если приобщение к музыке в дошкольном возрасте - в детском саду или дома можно уподобить освоению почвы и закладке первых камней фундамента, то занятия в первом классе школы - это уже постройка не только надежного фундамента, но и первого этажа, где знакомство с «тремя китами» становится осознанным и создает необходимые условия для постройки следующих этажей.

А дальше - шаг за шагом, этаж за этажом - выясняется, что, подобно тому как дом, покоясь на фундаменте, не только из фундамента состоит, так и музыка вырастая из песни, танца и марша, состоит далеко не только из них. Однако, как бы ни обогащались, как бы ни развивались «три кита», как бы ни перерастали понятия «песня», «танец» и «марш» в понятия «песенность», «танцевальность» и «маршевзость», сколько бы нового в изучаемую музыку ни вносили особые элементы, связанные с выразительностью и изобразительностью, с речитативной декламационностью (речевой интонацией), мы не расстанемся с «тремя китами» ни во втором, ни в пятом, ни в седьмом классе, ни даже на пределе нашего музыкального развития, на вершинах музыкального искусства - на его «небоскребах».

Не говоря уже об опере, оратории и кантате, выросших из песни и песенности, и балете, выросшем из танца и танцевальности, «три кита» пронизывают всю классическую и современную музыку - симфоническую и камерную, вокальную и инструментальную. Вспомним бесконечное количество танцевальных пьес Баха и Шуберта, Шопена и Грига, Чайковского и Прокофьева. Вспомним танцы и марши едва ли ни во всех классических симфониях от Гайдна, Моцарта и Бетховена до Мясковского и Шостаковича. Вспомним танцевальность в музыке Равеля, Бартока и Хачатуряна. Даже такие композиторы, как Вагнер и Скрябин, в общем далеко стоявшие от массовых, народных жанров музыки, не остались свободными от влияния «китов». Вспомним многочисленные марши и маршевость, пронизывающие ткань почти всех вагнеровских опер, многочисленные танцевальные пьесы (мазурки, вальсы, полонез) Скрябина. А много ли мы найдем во всей мировой музыке произведений, где не слышалась бы песня или песенность!

Так, являясь не только тремя наиболее «простыми» и «доступными» для детей «формами» и «жанрами» музыки, но и тремя коренными основами всей музыки вообще, песня, танец и март дают возможность объединить большое музыкальное искусство с музыкальными занятиями в школе, обеспечивая при этом теснейшую связь этих занятий с жизнью.

"Движение музыкальной мысли, — пишет композитор, — получая пищу из окружающей среды, продолжится и будет всё более набирать силу".

Другое важное направление системы Д.Кабалевского мы бы назвали методом Сократа. Дети, по мысли Дмитрия Борисовича, приходят к тем или иным выводам не в результате лекций или рассказов, от которых они засыпают, а сами. Размышляя и разговаривая о музыке. При помощи наводящих вопросов учителя

Ну, например:      Что нужно для того, чтобы получилась песня?

 — Композитор.                                                                  — А ещё?

Ребёнок задумался. Напойте ему какую-нибудь известную песню без слов.

— Чего здесь не хватает?                                                    — Слов.

 — Верно. Значит, кто ещё сочиняет песню?                  — Поэт.

 — А кто нужен, чтобы исполнить песню?                       — Певец. Музыкант.

 — Правильно. Какие бывают песни?

Вы поёте детскую песню.

— Какая это песня — взрослая или детская?                  — Детская.

 — Какие ещё бывают песни?                                            — Взрослые.

 — А ещё? Как называется песня, которую маленьким детям поют перед сном?                                                                                        — Колыбельные.

 — А песни о войне?                                                                  — Военные.

И т.д. и т.п. Подобные разговоры о музыки, когда вопросы взрослых помогают детям самим найти ответ, чудесным образом делают разговоры о музыке интересными и увлекательными.                                                                           ДОРОШ А.Ю. декабрь, 2014 год

 

 

Автор Дорош Анна Юрьевна
Дата добавления 10.01.2015
Раздел Музыка
Подраздел
Просмотров 709
Номер материала 51886
Скачать свидетельство о публикации

Оставьте свой комментарий:

Введите символы, которые изображены на картинке:

Получить новый код
* Обязательные для заполнения.


Комментарии:

↓ Показать еще коментарии ↓