Главная / Обществознание / Курс лекций по дисциплине: "Основы философии"

Курс лекций по дисциплине: "Основы философии"

Министерство образования Иркутской области

Государственное бюджетное образовательное учреждение среднего профессионального образования Иркутской области

«Бодайбинский горный техникум»








ФИЛОСОФИЯ

КУРС ЛЕКЦИЙ ПО ДИСЦИПЛИНЕ

ДЛЯ СТУДЕНТОВ СПО

Учебное пособие







hello_html_m40011854.png











Бодайбо,

2014 г





Председатель П(Ц)К

______________Гнатюк В.Г

Методист техникума

______________ Высотина О.А




Составитель:

Преподаватель ГБОУ СПО ИО «Бодайбинский горный техникум»

Гнатюк Марина Владимировна




Данное пособие адресовано студентам очной и очно-заочной формы обучения с целью более качественного и всестороннего ознакомления с основными философскими понятиями. Сжатость и простота изложения помогут студентам лучше усвоить учебный курс философии. Учебное пособие снабжено планом и тематикой семинарских занятий, а также вопросами для проведения экзамена и написания контрольной работы.

Понимание философии поможет студентам лучше усваивать другие общеобразовательные предметы.

ТЕМА 1. ВВЕДЕНИЕ. ФИЛОСОФИЯ, ЕЕ СМЫСЛ, ФУНКЦИИ И РОЛЬ В ОБЩЕСТВЕ

Основные вопросы лекции:

1. Происхождение, предмет и специфические черты философии.

2. Функции философии.

3. Основные вопросы и разделы философии.

4. Место и роль философии в обществе.



1. Происхождение, предмет и специфические черты философии.


Слово «философия» в переводе с греческого языка означает «любовь к мудрости». Впервые этот термин использовал древнегреческий математик и философ Пифагор Самосский (около 580-500 гг. до Р.Х.). Он полагал, что истинную мудрость могут знать только боги, а смертный человек, ограниченный в своих познавательных способностях, может лишь любить эту мудрость, стремиться к ней.

Величайший мыслитель античности Платон (427-347 до Р.Х.) считал, что истинный философ стоит вне человеческой суеты и обращён к божественному.

Ученик Платона – Аристотель (384-322 до Р.Х.) философом называл того, кто изучает всякую сущность вещей вообще, «располагает …знанием о существующем как таковом» и «в состоянии указать…наиболее достоверные начала всего». Кроме этого, Аристотель указывал на необходимость не только социально-экономических и политических предпосылок, но и духовных. В своём труде «Метафизика» он писал: «И теперь и прежде удивление побуждает людей философствовать…Если таким образом, начали философствовать, чтобы избавиться от незнания, то, очевидно, к знанию стали стремиться ради понимания, а не ради какой-нибудь пользы…когда оказалось в наличии всё необходимое, равно как и то, что облегчает жизнь и доставляет удовольствие, тогда стали искать такого рода разумение. Ясно поэтому, что мы не ищем его ни для какой другой надобности. И так же как свободным называем того человека, который живёт ради самого себя, а не для другого, точно так же и эта наука единственно свободная, ибо она одна существует ради самой себя»1. С данным высказыванием Аристотеля можно согласиться в том, что философия возникла в результате внутренних, духовных порывов человека познать истину, определить значимость и соответствие мира своим представлениям и переживаниям. Что касается существования философии «самой для себя», то это можно подвергнуть критике, так как философию, как любовь к мудрости, внесли в свою жизнь люди и сделали это добровольно. Свободу философии, непредвзятость можно характеризовать как объективное, лишённое идеологических напылений, видение, оценивание действительности.

Сенека, Луций Анней, римский философ-стоик (ок. 4 г. до Р.Х. – 65 г. от Р.Х.) утверждал, что философия в первую очередь наука нравственная, обучающая людей правильному пониманию своего места в мире. Мир полон страданий, человек не в силах изменить положение вещей, поэтому он должен обрести высокое мужество и достойно переносить все невзгоды, главная роль здесь принадлежит философии.

Августин, Аврелий Блаженный (354-430), полагал, что философия есть служанка богословия; истинная философия есть истинная религия, и наоборот: истинная религия есть истинная философия.

В Новое время изменился подход к философии, это было связано с развитием производства; ростом научных знаний; увеличением роли науки в обществе. В философии начинают преобладать рационалистические начала. Так Томас Гоббс, английский философ и политический деятель (1588-1679) считал, что задача философии – познать свойства предметов из возникновения данных предметов, либо – познать предметы на основании их свойств.

Рене Декарт (латинизированное имя - Картезий) (1596-1650), под философией понимал не только любовь к мудрости, обуславливающей благоразумие в делах, но и совершенное знание всего того, что человек может познать вообще.

Джон Локк, английский философ (1632-1704), утверждал, что философия есть не что иное, как истинное познание вещей.

Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770-1831), представитель немецкой классической философии, по мнению многих исследователей лучше всех обозначил духовные предпосылки становления и генезиса философии. «Философия начинается там, где всеобщее понимание как всеобъемлющее сущее, или, иначе говоря, там, где сущее постигается всеобщим образом, где выступает мышление мышлением…Началом философии собственном смысле мы должны признать тот момент, когда абсолютное уже больше не существует как представление и когда свободная мысль постигает бытие (которое может быть также и самой мыслью)»2. По словам великого русского философа Ивана Ильина (1882-1954): «Согласно общему и основному замыслу Гегеля, философия есть мыслящий рассказ о восходящих победах Божества в мире эмпирического существования»3.

В первой половине XIX века профессор Московской духовной академии Ф.А.Голубинский писал о философии следующее: «В состав понятия философии входят: а) её происхождение, б) предмет, в) источники, г) форма д) разделение, е) цель…Высшая ступень открывается тогда, когда человек…открывает в себе мир мыслей, чувствований и желаний, отделяет своё я от того, что не есть я, и рассуждает: я не есть это; это не есть я, и спрашивает: что же такое я? И что не я? И здесь-то начало философии»4. Данное высказывание позволяет лучше понять специфику и начала философии и философствования.

Таким образом, философию можно понимать вообще как образ мышления, в этом случае ей можно будет дать следующее определение – философия – это особый образ мышления, при котором человек стремится познать сущностные проблемы мира, а также собственные познавательные возможности.

Так же можно рассматривать философию как науку, здесь ей подошло бы следующее определение – философия – это систематизированное знание о мире и человеке, выражаемое в научных терминах и понятиях.

Исходя из всего сказанного, можно дать следующее определение философии, которое отвечает требованиям современности – философия – это научное теоретизирование о мире и месте человека в этом мире. При рассмотрении мира в целом, можно сказать, что философия – это максимальное обобщение, попытка объять весь мир, «ухватить» его в своём сознании; при анализе частных моментов и явлений мира, можно сказать, что философия – это рассмотрение отдельных явлений в их отношении к миру в целом.

Значимость философии в определении индивидуальности; конституировании индивидуального духа; понимании расчленённости мира, его многомерности и многообразия, причинности и закономерности в мире; рефлексии (самопознании) и, по словам М. Хайдеггера: « Радость ведения – врата, ведущие к вечному. Их створ укреплен на петлях, некогда выкованных из загадок здешнего бытия кузнецом-ведуном»5. Здесь ведение – знание, внутренний мир человека, а вечность – бесконечность мира и бесконечность познания, дарующие ощущение и радость жизни.

Специфика философского знания:

  • основная специфика философского знания как уже отмечалось, заключается в его двойственности, так как оно имеет очень много общего с научным знанием (предмет, методы, логико-понятийный аппарат), но в то же время не является научным знанием в чистом виде;

  • главное отличие философии от всех иных наук заключается в том, что философия является теоретическим мировоззрением, предельным обобщением ранее накопленных человечеством знаний;

  • предмет философии шире предмета исследования любой отдельной науки, философия обобщает, интегрирует другие науки, но не поглощает их, не включает в себя всенаучное знание, не стоит над ним;

  • имеет сложную структуру (включает онтологию, гносеологию, логику и т.д.)

  • носит предельно общий, теоретический характер;

  • содержит базовые, основополагающие идеи, которые лежат в основе других наук;

  • во многом субъективно – несет в себе отпечаток личности и мировоззрения отдельных философов;

  • является совокупностью объективного знания, ценностей, нравственных идеалов своего времени, испытывает на себе влияние эпохи;

  • изучает не только предмет познания, но и механизм самого познания;

  • имеет качество рефлексии – обращенности мысли на саму себя (познание обращено как на окружающий мир. Так т и на само себя);

  • испытывает на себе сильное влияние доктрин, вырабатываемых прежними философами;

  • в тоже время динамично – постоянно развивается и обновляется;

  • неисчерпаемо по своей сути;

  • ограничено познавательными способностями человека (познающего субъекта), имеет неразрешимые, « извечные» проблемы (происхождение бытия, первичность материи или сознания, происхождение жизни, бессмертие души, наличие или отсутствие Бога, его влияние на мир), которые на сегодняшний день не могут быть достоверно разрешены логическим путем.

2. Функции философии.

1.Мировоззренческая – способствует формированию целостности картины мира, представлений о его устройстве, месте человека в нем, принципов взаимодействия с окружающим миром;

  1. Методологическая - заключается в том, что философия вырабатывает основные методы познания окружающей действительности;

  2. Гносеологическая – имеет целью правильное и достоверное познание окружающей действительности;

  3. Критическая – подвергать сомнению окружающий мир и существующее знание, искать их новые черты, качества, вскрывать противоречия. Конечная задача данной функции – расширение границ познания, разрушение догм, окостенелости знания, его модернизация, увеличение достоверности знания;

  4. Аксиологическая – заключается в оценке вещей, явлений окружающего мира с точки различных ценностей – морально-нравственных, социальных, идеологических и др. Цель этой функции – быть «ситом», через которое пропускать все нужное, ценное и полезное и отбрасывать тормозящее и отжившее. Аксиологическая функция особенно усиливается в переломные периоды истории (начало средних веков - поиск новых ценностей после крушения Рима; эпоха Возрождения; реформации; кризис капитализма конца Х1Х-начала ХХ вв. и др.)

  1. Социальная - объяснить общество, причины его возникновения, эволюцию, современное состояние, его структуру, элементы, движущие силы; вскрыть противоречия, указать пути их устранения или смягчения. Совершенствования общества.

  2. Воспитательно-гуманитарная распространять гуманистические ценности и идеалы, прививать их человеку и обществ, способствовать укреплению морали, помочь человеку адаптироваться в окружающем мире и найти смысл жизни;

8.Прогностическая заключается в том, чтобы на основании
имеющихся философских знаний об окружающем мире и человеке,
достижениях познания спрогнозировать тенденции развития, будущее
материи, сознания, познавательных процессов, человека, природы и
общества.


ТЕМА 1.1. ОСНОВНОЙ ВОПРОС ФИЛОСОФИИ


Каждая философская теория имеет стержневой, главный вопрос, вокруг которого выстраивается вся система. Так, для милетской школы это вопрос о первоначале бытия, для Сократа - проблема человека, для философов Нового времени - поиск всеобщего метода познания и т.д. Однако нет ни одной философской системы, которая не отвечала бы на вопрос о том, что первично: дух или материя, идеальное или материальное? Именно этот вопрос является главным для философии, составляет основу любого философского построения. В зависимости от ответа на него выделяются такие крупные философские направления, как материализм и идеализм.

Согласно материализму материя вечна, независима, неуничтожима и первична - источник всех вещей; существует и развивается по своим собственным законам, сознание и идеальное - вторично, определяется материальным. Достоинство материализма - опора на науку, логическая доказуемость многих положений. Слабая сторона - недостаточное объяснение сущности сознания (его происхождение, прежде всего) и всего идеального. Виды материализма:

Материализм Древнего Востока и Древней Греции (стихийный и наивный) - это первоначальный вид материализма, согласно которому окружающий мир состоит из материальных элементов (воды, земли, воздуха, огня, всех этих первоначал, атомов и т.д.) и рассматривается сам по себе независимо от сознания человека и богов (Фалес Милетский, Левкипп, Демокрит, Гераклит, Эмпедокл и др.).

Метафизический (механистический) материализм Нового времени - в основе его лежит изучение природы. Однако все многообразие ее свойств и отношений сводится к механической форме движения материи (Г.Галилей, Ф.Бэкон. Дж. Локк, Ж.Ламетри, К.Гельвеций и др.)

Диалектический материализм - представляет органическое единство материализма и диалектики. Вечная и бесконечная материя находится в постоянном движении и развитии, которое происходит по законам диалектики. В результате этого самодвижения материя приобретает все новые и новые формы и проходит различные этапы развития (КМаркс, Ф.Энгельс). Сознание - свойство материи отражать саму себя. Бог - идеальный образ, созданный человеком для объяснения
непонятных явлений

Вульгарный материализм - сводит идеальное к материальному, сознание отождествляет с материей - материя производит сознание как «печень желчь» (Фохт, Молешотт, Бюхнер).

Согласно идеализму первично духовное начало (Бог, дух, идея или индивидуальное сознание), материя возникает из духа и подчиняется ему. Идеализм также неоднороден:

Объективный идеализм провозглашает независимость идеального начала не только от материи (Платон, Фома Аквинский, Гегель).

Субъективный идеализм утверждает зависимость внешнего мира, его свойств и отношений от сознания человека (Дж. Беркли). Крайней формой субъективного идеализма является солипсизм (от лат. solus - один, единственный и ipse - сам), согласно которому с достоверностью можно говорить о существовании только моего собственного «Я» и моих ощущений.

Кроме этого, важным вопросом философии является соотношение сознания и материи; познаваемости мира; смертности и бессмертия человека; конечности и бесконечности мира и т.д. Этим вопросам соответствуют следующие основные разделы философии:

онтология – учение о бытии,

гносеология – учение о познании,

антропология – учение о человеке,

социальная философия – учение об обществе,

философия истории – учение об основных закономерностях развития истории,

аксилогия – учение о ценностях,

этика – учение о морали,

эстетика – учение о красоте,

логика – учение о формах и законах мышления.

В целом философию можно определить как науку, изучающую основные закономерности развития и существования природы, общества, человека и мира в целом.

Место и роль философии в обществе.


Роль философии в формировании индивидуального (личного) мировоззрения.

Философия в обществе носит двойственный характер и рассматривается, во-первых, как одна из форм личного мировоззрения обывателя, во-вторых, как наука - здесь она выступает как мировоззрение учёного, научное мировоззрение философа.

Под мировоззрением вообще понимается совокупность взглядов и убеждений, оценок и норм, идеалов и установок, которые определяют отношение человека к миру. Основными вопросами мировоззрения являются следующие:

Что такое человек и мир?

Откуда он произошел?

Что является первоисточником мира?

Как развивается мир?

В чём смысл жизни человека?

Что такое бессмертие?

Какой смысл в существовании человека и общества?

Известный русский философ Н.А.Бердяев так писал о роли и месте философии в его мировоззрении: «С известного года моей жизни я окончательно вошёл в мир познания, мир философский, и я живу в этом мире и доныне. Это очень богатый мир, мир, непохожий на обыденность, и в нём преодолеваются границы времени и пространства…Моя философия всегда имела этический характер…Моя философская мысль была борьбой за освобождение, и я всегда верил в освобождающий характер философского познания…Философия была для меня также борьбой с конечностью во имя бесконечности»6. Философия формирует целостное, объёмное представление о мире, помогает человеку ориентироваться в сложных ситуациях, выбирать наиболее оптимальное действие или деяние.

В истории человечества выделяют несколько основных форм мировоззрения: мифология, религия, идеология, наука, философия.

Исторически первой была мифология – мировоззрение древнего общества, содержащее в себе как фантастическое, так и реалистическое восприятие окружающей действительности. В мифах соединены зачатки знаний, элементы верований, этические установки, догадки, вымыслы. Основные черты мифа: очеловечивание и одушевление природы (фетишизм); нерасчлененность мира; наличие фантастических богов, их активное и непосредственное взаимодействие с человеком; отсутствие рефлексии – абстрактных размышлений; практическая направленность мифа на решение конкретных задач (хозяйство, защита от стихии, болезней и т.д.); описательный характер.

Религия определяется как вера в существование сверхъестественных сил (богов), которые влияют на жизнь человека и окружающий мир. Во многом схожа с мифологией (наличие богов и эмоционально-образное бездоказательное восприятие действительности): включает в себя мифы. Однако, для религии характерно наличие строгого вероучения (индивидуальной для каждой из религий картины бытия и системы догм), жесткой религиозной организации и обязательного религиозного культа (обряды и традиции). Она носит более обязательный и систематичный характер, чем мифология.

Наука – «процесс построения систематизированного образа части реальности, ориентированный на выявление её общих свойств. Основой этого процесса служит научная методология…научное обеспечение разработки новых технологий»7. Наука может выступать как форма мировоззрения, основанная на использовании жёстких законов мироздания. Главным критерием является соответствие Мира теоретическим данным науки, а также разработка и проверка научных данных на практике.

Идеология выступает как система политических убеждений и предпочтений, основанных (в идеале) на социально-культурных особенностях того или иного общества, народа, нации и т.д. Идеология является мировоззрением убеждения в правильности тех или иных решений, действий, поиске оправдания для них.

Самая поздняя в историческом плане форма, – философия. Это теоретически оформленное, системно-рациональное мировоззрение. Философия в отличие от мифологии и религии основана не на догадках, вымыслах и вере, а на разуме. Она строит рациональную картину бытия, использует понятийный аппарат, стремится к систематичности и внутреннему единству, пытается найти законы и общие принципы бытия и оформляется в виде теории (т.е. опирается на доказательства в обосновании своих положений).

Взаимодействие философии и науки.

Первоначально философия являлась протознанием, единой и единственной наукой – «царицей наук» - включающей в себя все известное на данный момент исторического развития знание о природе, обществе, о человеке - по всем направлениям. Такая ситуация продолжалась до ХV века. В этот период начинается процесс формирования частных наук (физика, химия, биология и т.д.) со своим специфическим предметом. Конкретные науки «отпочковываются» от философии. Предмет частных наук – законы какой-то конкретная области бытия (природа - живая или неживая, психическая организация человека и т.д.), предмет философии – это законы и устройство мира в целом, законы, которые характерны не только для части, но для всего целого. Философия опираются в своем исследовании на данные частных наук, философия служит для частных наук методологией.


ТЕМА 1.2. ФИЛОСОФИЯ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ


Основные вопросы лекции:

1. Философия «физиса». Поиск первоначала бытия. Милетская школа. Пифагорейская школа. Атомизм Демокрита и Левкиппа.

2. Классическая античная философия. Субъективизм Софистов. Метафизика нравственности Сократа.

3. Объективный идеализм Платона.

4. Философские идеи Аристотеля.

5. Философские школы эпохи эллинизма: Киники; Эпикурейская школа и идеи счастья; Стоицизм и философия мужества; Скептицизм.


1. Философия «физиса» (натурфилософия). Поиск первоначала бытия. Милетская школа. Пифагорейская школа. Атомизм Демокрита и Левкиппа.


Первоисточником греческой философии считается мифология. Ранние греческие философы, несомненно, испытали на себе влияние мифологии – они считали первоначальным состоянием Вселенной хаос; с развитием Мир упорядочивается; происходит гибель и вновь рождение Вселенной. Однако все процессы в мире ранние древнегреческие философы объясняли естественными причинами, теми, которые человек способен понять и объяснить. Само познание природы происходило посредством наблюдений за природными явлениями. Происхождение и структура мира, свойства и развитие природы – вот круг вопросов, которые интересовали ранних древнегреческих философов. В настоящее время для характеристики ранней древнегреческой философии используют термин философия «физиса» или натурфилософия.

Первые философские школы возникли в Древней Греции в VI в. до Р.Х. в Ионии – области, расположенной в Малой Азии, центром которой считался город Милет, отсюда общее название различных философских школ – Милетская школа. Основателем этой школы считается Фалес Милетский (ок. 640 – 547 гг. до Р.Х.). Фалес был родом из Финикии, по другим источникам он был коренным и знатным жителем Милета. Он обучался в Египте искусству жрецов, затем вернулся в Милет и занялся государственными делами, однако вскоре это занятие оставил и начал изучать природу, посвятив себя философии. Хотя Фалес не оставил после себя ни каких письменных трудов, его роль в развитии философии весьма велика. Когда говорят о философских взглядах Фалеса, то чаще имеют в виду его космологическую концепцию, суть которой сводиться к следующим положениям:

  1. Начало всего есть вода;

  2. Земля плавает на поверхности воды;

  3. Всё в мире одушевлено;

  4. Природа включает в себя всё сущее и содержит это всё в гармонии и равновесии.

Вода в философии Фалеса является не мифическим существом, праматерью, породившей всё в мире, а своего рода первоматерией, первовеществом, обладающим свойствами естественного материального объекта.

Фалес признавал существование богов, но они живут не на Олимпе, как это было принято считать в Древней Греции, а в природе, ибо всё в мире имеет печать божества. По его мнению, душа по своей природе бессмертна и движет телом, смерть же ни чем не отличается от жизни, ибо всё в мире одушевлено. Философия Фалеса проникнута элементами гилозоизмафилософского учения о всеобщей одушевлённости материи. Фалес считал, что самое сложное в жизни – познание самого себя, а из самопознания развивается этика – культура поведения людей в контексте обусловленности законами свободы.

С именем Фалеса связывают несколько научных открытий по геометрии (углы при основании любого равнобедренного треугольника равны), астрономии (он определил продолжительность года в 365 дней и время солнцестояния и равноденствия; предсказал солнечное затмение 585 г. до Р.Х.).

Из биографии Фалеса известны два интересных случая:

  • Однажды он глядел на звёздное небо споткнулся и упал в яму, на что ему сказали – ты не видишь то, что под ногами, а ещё пытаешься познать то что на небе. На что он ответил – вы не можете упасть в яму, потому что вы изначально лежите в ней и не обращаете своих взоров на небо;

  • Фалес желая показать своё неуважение к мирским материальным заботам и то, как можно быстро разбогатеть, нанял маслодавильню, предвидя большой урожай маслин. В результате чего собрал много денег. Этим самым он показывал, что философы при желании могут быстро разбогатеть, но только это не то, о чём они заботятся.

Другим Милетским философом был Анаксимандр (ок. 610 – 546 гг. до Р.Х.). По некоторым сведениям был родственником Фалеса. Ему принадлежит сочинение «О природе», от которого до нас дошли лишь фрагменты, кроме этого труды – «Карта мира» и «Глобус» - не дошедшие до наших дней.

В отличии от Фалеса, Анаксимандр в качестве первоначала мира называет не какое-то конкретное материальное вещество, а «апейрон» – вечную, неизмеримую, бесконечную субстанцию, из которой все возникает, все состоит и в которую все превращается. Апейрон, являясь первоначалом мира, производит из самого себя все остальные явления. В следствии движения апейрона выделяются противоположные качества – влажное и сухое, холодное и горячее. Вместе с этим Анаксимандр вводит понятие архе – изначальный принцип, неизменно присутствующий во всех явлениях мира.

Развитие мира носит циклический характер, ибо по прошествии некоторого времени, мир вновь поглощается его бесконечным и беспредельным первоначалом – апейроном.

Анаксимандр впервые выдвинул идею о бесконечности Вселенной и о бесчисленных мирах в ней.

Другим представителем Милетской школы был Анаксимен (ок. 588 – 525 гг. до Р.Х.).

Анаксимен первовеществом называет воздух. Именно воздуху свойственен процесс разрежения и сгущения, благодаря которым из него образуется все вещества. Разрежаясь, воздух становится огнем, сгущаясь, он в зависимости от степени сгущения последовательно превращается в воду, землю, камни. По своей физической природе воздух – род пара или темного облака и сродни пустоте. Воздух для Анаксимена не только первоначало, но и источник жизни и психических явлений, сама душа для него – « дыхание», дуновение воздуха. Анаксимен также выдвигает идею пантеизма, в соответствии с которым бог равен природе и присутствует в ней, в её явлениях.

Ещё одним ярким представителем Милетской школы являлся Гераклит (ок. 530 – ок. 470 гг. до Р.Х.). Гераклит происходил из царско-жреческого рода, однако власть его рода была упразднена демосом (демос греч. – народ), в следствии чего, Гераклит отрицательно относился к демократии.

Согласно Гераклиту, мир или природа находятся в беспрерывном процессе изменения, из всех природных веществ наиболее подвижен именно огонь. Поэтому первовещество природы – огонь. Для Гераклита первоначало это не то, что движется и развивается, а само это движение. Мир остается в основе огнем, несмотря на все его превращения. Из огня происходят не только обычные материальные тела, но и души. Душа материальна, это наименее влажный, сухой огонь. Все вещи возникают из огня путем последовательных превращений. Мир есть процесс, в котором всякая вещь и всякое свойство переходят в свою противоположность: холодное становится теплым, теплое – холодным, влажное – сухим, сухое – влажным. Превращение всего в противоположное есть не простой переход, а борьба.

Важнейшим понятием для философии Гераклит считал Логос. Слово Логос имело несколько значений – от «слово», «рассказ», «знание» - до математического соотношения двух величин. Однако в понимании Гераклита Логос – это некий всемирный универсальный закон, который управляет миром. Суть логоса заключается в трёх принципах:

  • Борьба противоположных начал переходящая в их единство;

  • Постоянная изменчивость мира (всё в мире движется);

  • Относительность мира (всё в мире относительно).

По сути, Гераклит сформулировал идею о диалектической природе мира и является основателем диалектики – учения, которое признаёт принцип всеобщей относительности и всеобщего развития на основе единства и борьбы противоположностей.

Некоторые высказывания Гераклита8:

  • «Природа любит прятаться»;

  • «Тайная гармония лучше явной»;

  • «Бессмертные смертны, смертные бессмертны, [одни] живут за счёт смерти других, за счёт жизни других умирают»;

  • «Ослы солому предпочли бы золоту»;

  • «Выслушав не мою, но вот эту-вот Речь (Логос), должно признать: мудрость в том, чтобы знать всё как одно».

Пифагорейская школа.

Другой значимой философской школой Древней Греции была Пифагорейская школа. Основателем этой школы является древнегреческий математик, политик и философ Пифагор (ок. 580 – 500 гг. до Р.Х.). Согласно некоторым данным, личность Пифагора была противоречивой. Так Гераклит Эфесский называл его «предводителем мошенников», а историк Геродот – «величайшим эллинским мудрецом». Пифагор жил в Великой Элладе, в г. Кротон, где основал общество, получившее название Пифагорейский союз, где занимались не только философией, но и скульптурой, архитектурой, музыкой, астрономией, медициной. До наших дней, к сожалению, не дошло сочинений Пифагора, однако мы узнаём о его деятельности из сочинений последователей созданной им школы.

Пифагор большое значение придавал числам, он считал, что число это мера всех вещей, всё можно измерить с помощью числа. По словам исследователя античной философии А.Лосева, число у пифагорейцев рассматривается как «принцип оформления вещи в целях овладения ею в человеческом сознании». Пифагор считал, что музыку, например, можно выразить числом. (Если кузнечные молоты имеют различную массу то и издают различные звуки. Массу можно измерить, следовательно и музыку тоже).

Большую важность представляет для философии учение Пифагорейской школы о «дышащей Вселенной», космогонии. Согласно этому учению, мир образуется в результате взаимодействия «предельного» и «беспредельного». «Беспредельное» мыслилось как бесконечное воздушное пространство – пневма. Эта пневма вдыхается внутрь мира и ограничивается «пределом», после чего она разграничивает природные вещи, положив начало их существованию. Однако беспредельное само выступает пределом, так как ограничивает мир, т.е. создаёт предметы с их различными свойствами.

С именем Пифагора связывают также идею о шарообразности земли. Он представлял Вселенную в виде некоторой геометрической модели, которая стремится к шару или кругу. В центре вселенной находится земля, а вокруг неё в виде сфер, находятся остальные космические объекты – луна, солнце, звёзды и т.д. «Пифагор первый назвал Вселенную «космосом» по порядку, который ему присущ»9.

Высшей ступенью развития мира Пифагор и его последователи считали Гармонию, которую так же можно выразить числом.

Пифагор признавал переселение душ. Душа, по мнению Пифагора, совершает круговращение, но это не результат её греховности и следующего за ним наказания, а естественное состояние, для лучшего всестороннего познания мира.

Атомизм Левкиппа и Демокрита.

Атомизм – материалистическая философская школа, философы которой (Демокрит, Левкипп) «строительным материалом» всего сущего считали микроскопические частицы – «атомы». Весь материальный мир состоит из атомов. Атом – «первокирпичик» всего существующего. Это неделимая плотная непроницаемая самостоятельная, лишенная каких-либо чувственных свойств – цвета, запаха, вкуса. Атомы имеют различную величину (от мельчайших до крупных), различную форму (круглые, продолговатые, кривые, с крючками, вогнутые, выпуклые). Между атомами существует пространство, заполненное пустотой. Атомы находятся в движении, которое невозможно без пустоты. Атомы парят в пустоте, подобно пылинкам, которые мы видим в солнечном луче. Сталкиваясь, атомы изменяют направление своего движения. Мир вещей и явлений реален и состоит из атомов и пустоты. Возникновение и уничтожение вещей атомисты объясняли разделением и сложением атомов, изменение вещей – изменением их порядка и положения (поворота). Атомы вечны и неизменны, вещи преходящи и изменчивы. Так атомисты пытались построить картину мира, в которой возможны возникновение и уничтожение, движение, множественность вещей.

Ярким представителем атомизма был Левкипп (ок. 500 – 440 гг. до Р.Х.). древнегреческий философ из Элеи, он являлся учителем Демокрита. Левкиппу приписывают две работы, которые не дошли до нашего времени: «Великий диакосмос» и «Об уме».

В своём учении Левкипп рассматривал основные вопросы античной космогонии, астрономии и физики. Во Вселенной господствует необходимость – причинная зависимость. Наш мир – это один из бесчисленных миров во Вселенной. Как и все миры, наш мир возник и исчезнет. При движении атомы разогреваются и образуют небесные тела.

Демокрит (ок. 460 – ок. 370 гг. до Р.Х.) был учеником Левкиппа. Демокрит много путешествовал и имел разносторонние знания. Он написал работы по риторике, физике, математике и философии. Его основные работы: «Каноны», «Малый диакосмос». В работе «Каноны» он излагает основы логики, а в работе «Малый диакосмос» он пишет о естественном возникновении и развитии мира на Земле. Всего, согласно Диогену Лаэртскому, Демокриту принадлежит около 70 произведений.

Сущность учения Демокрита состояла в следующем:

  • Живые существа – это временные сочетания особых атомов различной формы. Душа смертна, так как она тоже состоит из атомов, после смерти атомы распадаются и душа погибает;

  • Для объяснения восприятия разработал теорию истечений, согласно которой из крупных тел и предметов отделяются мелкие атомы, которые проникают в организм человека и вызывают различные ощущения – обоняние, осязание, слух и зрение;

  • Ощущения дают смутное познание, мышление даёт более совершенное знание;

  • Нравственный идеал заключается в невозмутимости и внутренней гармонии души.


ТЕМА 1.3. КЛАССИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ АНТИЧНОГО МИРА

  • Софисты. Представители: Протагор, Горгий, Гиппий, Ликофрон, Алкидам. Софисты – платные учителя красноречия и спора. Они ловко и умело манипулируя словами и аргументами, могли ложное доказать, а истинное опровергнуть. Их интересовала не истина, а способы доказательства и опровержения. Софисты пренебрегали законом, моралью, обычаями, не признавая объективности критерия добра и зла. Манифест релятивизма софистов - известное высказывание Протагора: «Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, и не существующих, что они существуют». Нравственность – то, что выгодно обществу и выдумано им. Благо – вообще то, что кому-то выгодно. Нет ничего абсолютного, все относительно – и знание (можно одно и тоже утверждение доказать и опровергнуть) и мораль. Примером древнего софизма является софизм «Рогатый»: «То, что ты не потерял, ты имеешь; ты не потерял рога, следовательно, ты их имеешь». Вот еще пример, как два софиста решили запутать простого человека по имени Ктисипп: «Скажи-ка, есть ли у тебя собака?» - « Есть и очень злая», - отвечал Ктисипп. « А есть ли у нее щенята?» - «Да, тоже злые» - « И их отец конечно, тоже собака?» - « Да» - «Что ж, эта собака твоя?» - «Конечно» - «Значит, этот отец – твой, следовательно, твой отец – собака и ты – брат щенят».

  • Аристотель в качестве софистических приемов называл следующие: софист может быстро говорить, чтобы противник не уяснил смысла его речи, или напротив, нарочито растягивать свою речь, дабы его противнику было трудно охватить весь ход его рассуждений, подменять понятия, принуждать собеседника к частому повторению одного и того же и т.д. Несомненный плюс в истории философии софистики заключается в выявлении противоречивости познавательного процесса

  • Сократ впервые в центр философии поставил проблему человека. Он не оставил значительных философских произведений. Свое учение излагал в форме открытой беседы (диалога), темами которой были проблемы актуальные во все времена: добро, зло, любовь, счастье, честность и т.д.

  • Философия в понимании Сократа не изучение природы, а учение о том, как следует жить. Сократ выступает против ранних физиков. Знать человек может только то, что в его власти. Это не внешний мир, а его собственная душа. Поэтому главная задача познания – самопознание, а принцип философии – «познай самого себя». Что же такое познание и знание? Знание он определяет как понятие о предмете. Предмету необходимо дать понятие, т.е. определить ряд общих признаков, характерных только для него. Сократ отождествляет добродетель со знанием. Поведение человека определяется его понятиями о доблести и благе : нет человека, который, зная, что он может сделать нечто лучшее, стал бы делать худшее. Сократ сводил всякое дурное действие к простому незнанию или к заблуждению. Только тот человек мужественен, кто знает, что такое мужество. Знание того, что такое добро и что такое зло делает людей добродетельными. Зная, что хорошо и что плохо, никто не может поступать плохо. Зло – результат незнания доброго. Нравственность, по Сократу, следствие знания. Задача философии – помочь человеку прийти к правильному пониманию – понятию – предмета или явления (что такое мужество, любовь и т.д.). На это направлен метод, применяемый Сократом – майевтика. Суть его состоит в том, чтобы благодаря наводящим вопросам подвести собеседника к самостоятельному нахождению истины. Он не навязывает свою точку зрения, а помогает родиться истине в душе человека. Майевтика дословно переводится как повивальное искусство. Этика Сократа носит рационалистический характер. Аристотель совершенно справедливо возражал потом Сократу: иметь знание о добре и зле и быть добрым или злым – не одно и то же.

  • Сократ был чрезвычайно популярным философом. Все свое время он посвящал беседам и спорам, которые проходили чаще всего на многолюдном рынке Афин. У него было много учеников. Однако, его разговоры не были понятны официальным властям. Сократ был обвинен в подрыве устоев общества и отрицании богов, приговорен к смерти и вынужден был принять чашу с ядом – цикутой.

  • 3.Объективный идеализм Платона.

  • Платон считается первым древнегреческим философом, создавшим целостную философскую систему, объединившую онтологию, гносеологию и антропологию. Философское учение Платона обнимает широкий круг вопросов: о бытии, о мире и его происхождении, о душе и познании, об обществе и т.д. Философию Платон понимает как учение о сущем, том, что является постоянным в окружающем мире. Мир чувственных вещей непостоянен и изменчив: материальные вещи возникают и погибают, изменяются и движутся, в них нет ничего прочного и истинного. Постоянными, вечными и неизменными являются идеи (эйдосы) материальных предметов. Идея – это сущность предмета, отделенная от него, « вынутая» из человеческого сознания и помещенная в некий идеальный мир, где собраны все идеи всех предметов. Любая материальная вещь является лишь материальным отображением идеи данной вещи. Например, лошади рождаются и умирают, но они лишь являются воплощением идеи лошади, которая вечна и неизменна. Идея образец, модель, по которой создаются, «копируются» предметы. Материальный мир образуется из соединения «идеи» и «материи», того, что придает «идее» оформленность и вещественность. Платон считает, что первичен именно мир идей, мир идей вторичен. Поэтому его называют создателем первой в мире идеалистической системы. Антропология. Философ традиционно выделяет душу и тело в человеке. Тело смертно – душа бессмертна. Душа – это «эйдос», сущность человека. Назначение тела – быть временным вместилищем души (тюрьма души). Душа состоит из трех частей – разумной (ведущей), аффективной (страстной) и вожделеющей. Изначально было сотворено определенное количество душ (сколько звезд на небе). Это число неизменно. После смерти и воздаяния за грехи душа сама выбирает себе будущую жизнь, правда, попадая в тело, она это забывает. Души вселяются как в тела людей, так и в тела животных и растений в зависимости от того, насколько разумной части души удалось победить низшие. Души=идеи первоначально находились в идеальном мире и созерцали сущности=идеи всех предметов. Попав в материальные тела, они все забыли. Отсюда, по Платону, знание есть не что иное, как припоминание того, что они созерцали ранее. Именно поэтому Платон столь парадоксально трактует смерть как благо – особенно для философа, стремящегося познать сущее.

  • Социально-философские взгляды Платона. Платона интересовали условия возникновения и построения справедливого – идеального государства.

  • Платон выделял и подвергал критике следующие типы государств:

  • олигархию (власть богатых); тимократию ( власть военных), тиранию и демократию («безумие большинства»), которая как правило, вырождается в тиранию. Он предлагает свой образец совершенного государства. Платон основывает свои взгляды на идеальное государство исходя из учения о структуре души человека: государство подобно человеку и человек подобен государству. Подобно тому, как в душе три части, так и в государстве должно быть три группы граждан, три сословия. Разумной части души, добродетель которой в мудрости, должно соответствовать сословие правителей – философов; страстной части, добродетель которой в мужестве – сословие воинов, воспитанных в дисциплине; низменной, вожделеющей части души – сословие земледельцев и ремесленников. Каждое сословие должно быть ограничено выполнением своих обязанностей и воздерживаться от вмешательства в дела других. Именно в этом и заключается справедливость по Платону. Каждый занят своим делом и действия всех граждан подчинены общему благу, выразителем которого является государство. Философ пытается предложить модель не только справедливого, но и гармоничного общества. Источником противоположных интересов, подрывающих единство общества, он первый в истории общественной мысли называет частную собственность. Поэтому ни философы-правители, ни стражи не имеют право иметь частную собственность (земледельцы и ремесленники лишь в небольшой степени). Лишены они также семей и детей, воспитанием которых занимается государство. Государство Платона построено по жесткому кастовому принципу, переход из одного сословия в другой невозможен. Это государство, в котором интересы личности подчинены интересам общества, человек лишен свободы выбора (это недостаток также всех последующих утопий).

  • 4.Философские идеи Аристотеля.

  • Ученик Платона Аристотель выступил с критикой своего учителя. Ошибка Платона, с его точки зрения, состояла в том, что он оторвал «мир идей» от реального мира. Сущность предмета в самом предмете, а не вне него. Нет и мира «чистых идей», существуют только единичные и конкретно определенные предметы. Сущность предмета и причина его заключена в форме, которая неотделима от вещи. Форма – ключевое понятие Аристотеля. Именно форма делает предмет тем, чем он является. Бронзовый шар и бронзовая статуя едины по материи, но различны по форме. Материя – это возможность бытия, а форма есть осуществление этой возможности, действительность. Единичное бытие (предмет) есть соединение двух причин бытия: формальной и материальной. Всего их 4:

  • формальная, - сущность вещи;

  • материальная – субстрат вещи;

  • действующая – то, что приводит в движение и обуславливает изменение;

  • целевая – во имя чего совершается действие. Бытие по Аристотелю иерархично и выражается оно в иерархичности форм. Поднимаясь по лестнице форм значение материи ослабевает, а формы возрастает. Форма неживых предметов – растительная форма - животная – форма (душа) человека – Бог (как чистая форма освобожденная от материи вообще). Бог Аристотеля – совершенный Ум , источник всякого движения – Перводвигатель, хотя он сам неподвижен, вечен, не имеет истории, бесстрастен и не принимает участия в делах людей. Бог – как абсолютное совершенство, та целевая, конечная причина, которая влечет к себе весь мир.

  • Этика. Цель человеческой жизни – счастье – это общая установка для античной философии. Счастье, по Аристотелю, заключается не в материальном богатстве, не в наслаждении, и ни в одной добродетели, а в разумной деятельности в согласии с добродетелью. Необходимо реализовать в действительности то, что заложено в нем потенциально. Центральное понятие этики Аристотеля – понятие середины. Добродетель – середина между излишеством и недостатком («ничего слишком»). Великодушие есть середина между тщеславием и малодушием, мужество – между безрассудной отвагой и трусостью, щедрость – между расточительностью и скупостью. Философ особенно высоко ценит такие добродетели, как: разумная мудрость, практическая мудрость, рассудительность, мужество, умеренность, щедрость, правдивость, дружелюбие, любезность.

  • Политология. Так же как и Платон, Аристотель делит формы государства на правильные (когда достигается польза для всех) – это полития, монархия и аристократия; и неправильные (польза для некоторых) – тирания, олигархия и демократия. Хорошими он считает формы, при которых исключена возможность корыстного использования власти, а сама власть служит обществу в целом – это монархия, аристократия и «полития», т.е. власть среднего класса. Аристотель полагает, что и для государственного правления (как и в этике) «умеренное и среднее наилучшее», т.е. именно среднее сословие, владеющее умеренной собственностью, и устанавливают наилучшую форму правления. В отличие от Платона, Аристотель – защитник частной собственности. Он говорит о том, что «одна мысль» о собственности доставляет несказанное удовольствие», отмена ее ничего не даст, так как «общее дело все сваливают друг на друга. Причина несправедливости общества состоит в нежелании управляющих действовать в интересах общего блага. Именно служение общему благу является критерием правильных форм.

  • 5.Философия эпох и эллинизма и Древнего мира. Киники. Учение Эпикура и его жизненные идеалы. Этическая концепция стоиков. Скептицизм.

  • Киники – название школа получила от насмешливого прозвища Пес, данного одному из ее представителей. Основатель кинической школы – Антисфен. Согласно философу счастье – цель человеческой жизни и заключается оно в свободе. Однако, человек не свободен, он находится в зависимости от материальных и социальных потребностей. Для того чтобы стать свободным надо отказаться от того, что делает человека зависимым: имущества, наслаждений, семьи, родины и т.д.

  • Прославил же киническую школу эпатировавший людей своим поведением и презрением к жизненным радостям Диоген Синопский. Его жизнь – образец жизни кинического мудреца. Диоген низвел до крайности потребности, закалял себя, подвергая свое тело испытаниям. Жил он в большой круглой глиняной бочке (пифосе). Приучал он себя и нравственным унижениям, чтобы быть внутренне независимым от людей и их мнений. Философ просил подаяния у статуй, чтобы приучить себя к отказам. Именно он при дневном свете искал с зажженным фонарем Человека (а не раба наслаждений) и он ответил Александру Македонскому, предложившего ему выполнить любую просьбу «не заслонять солнце». Умер мудрец 90 лет от роду, задержав дыхание. Лукиан так описывает беседу Диогена с последователем: «Ты видишь перед собой космополита, гражданина мира. Воюю же я против наслаждений… Я – освободитель человечества и враг страстей»… Если захочешь быть киником.. прежде всего я сниму с тебя изнеженность… заставлю тебя работать, спать на голой земле, пить воду и есть что попало. Богатства свои ты бросишь в море. Ты не будешь заботиться ни о детях, ни о браке, ни об отечестве… Ведя такой образ жизни ты назовешь себя более счастливым, чем великий царь».

  • Эпикур. Представитель атомистического материализма, атеизма и сенсуализма. Учился у Демокрита. Был главой организованной им школы – «сад Эпикура». Основной задачей философии Эпикур считал создание этики – учения о поведении, приводящем к счастью. Этика должна опираться на физику, включающую в себя учение о человеке, физика – на теорию познания.

  • Все, что мы ощущаем, истинно, ощущения никогда нас не обманывают. Ошибки возникают вследствие неправильной оценки того о чем, свидетельствуют органы чувств; сами же органы чувств не судят и поэтому не могут ошибаться. Восприятие – единственный критерий истины. Деятельность логического мышления – обобщение, индукция.

  • Философ выдвигает идею самодвижения атомов. Как человек способен к свободным действиям, так и атомы – к самопроизвольным отклонениям. Существует внутренний, а не внешний (как полагал Демокрит) источник движения атома – его собственная тяжесть. При движении (условием которого является наличие пустоты) атомы отклоняются от прямого пути на небольшой угол и начинают описывать кривые, касаться и задевать друг друга, сплетаться и расплетаться, в результате чего возникает предметный мир.

  • Согласно философу, критерий счастья – в чувстве удовольствия. Благо есть все то, что порождает у довольствие, зло – то, что порождает страдание. Философ различает три вида удовольствия:1) природные и необходимые для жизни; 2) природные, но для жизни не необходимые; 3) не необходимые для жизни и не природные. Мудрец стремится только к первым и воздерживается от всех остальных. Результат такого воздержания – полная невозмутимость, или безмятежность, которая и есть счастье философа (т.о. эпикуреизм – это воздержанность и аскетизм, а отнюдь не безудержное увлечение материальными удовольствиями)

  • Безмятежному состоянию души препятствуют: во-первых, страх перед вмешательством богов в человеческую жизнь; во-вторых, страх перед смертью и загробным миром. Эпикур доказывает несостоятельность этих страхов. Боги не страшны: они не способны вмешиваться в человеческую жизнь, потому что живут не в нашем мире, а в промежутке между мирами. Загробного мира не существует: душа смертна и есть лишь временное соединение атомов – это, во-первых, во-вторых, смерть и жизнь никогда не встречаются: пока мы живы, смерти нет, а когда мы мертвы, то нет жизни. Жизнь Эпикура – это жизнь мудреца, следующего принципам своей философии.

  • Скептицизм. Основатель – Пиррон. Философ стремится к счастью, которое состоит в невозмутимости и отсутствии страданий, безмятежности – атараксии.

  • Суть вещей познать невозможно, поэтому мы не можем говорить ни о прекрасном, ни о безобразном, ни о справедливом, ни о несправедливом. Всякому нашему утверждению о предмете или явлении может быть с равным правом и равной силой противопоставлено противоречащее ему утверждение. Отсюда вывод: воздерживаться от каких-либо суждений о чем-либо. Это тоже проявление атараксии.

  • Стоицизм. Учение стоиков просуществовало более 6 веков. Это говорит о востребованности их взглядов на протяжении всего периода античности. Представители: Зенон Китионский, Посидоний, Панеций, Марк Аврелий, Сенека.

  • Согласно стоикам, человек не рожден для наслаждений. Жизнь полна страданий и катастроф, и человек всегда должен быть готовым к ним. Поэтому мудрецу присущи умеренность, мужественность, рассудительность и справедливость. Это - основные добродетели перед лицом всемогущей Судьбы. Все в мире предопределено, происходит с необходимостью и подчиняется этой необходимости (року, судьбе). Человек должен подчиняться необходимости сознательно – этим ограничивается стоическая свобода. «Судьба согласного с ней ведет, противящегося тащит». Покорность, выносливость и стойкое перенесение жизненных невзгод есть высшее проявление свободы: если все предопределено, если ничего нельзя в мире изменить, то высшие свобода и достоинство человека могут заключаться только в стойкости и непротивлении злу.

ТЕМА 1.4 СРЕДНЕВЕКОВАЯ ФИЛОСОФИЯ (IV-XIII вв.)

И ФИЛОСОФИЯ ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ (XIV - XVI вв.)

Основные вопросы лекции:

  1. Основные черты и этапы средневековой философии.

  2. Патристика: Августин Блаженный. Схоластика: Фома
    Аквинский.

  3. Спор об универсалиях: номинализм и реализм.

  4. Основные направления и проблемы философии Эпохи
    Возрождения.

1.Основные черты и этапы средневековой философии.

Начало зарождения - Римская империя в I-V вв. н.э. на основе раннего христианства, ересей и античной философии; наивысшего расцвета достигла в VIII вв. н.э. (в период между распадом Западной римской империи и началом эпохи возрождения). Отличалась замкнутостью на самой себе, традиционностью, обращенностью в прошлое, оторванностью от реального мира, догматизмом, назидательностью.

Представители: Тертуллиан, Августин Блаженный, Боэций, Фома Аквинский, Ансельм Кентерберийский, Пьер Абеляр, Оккам. Основные черты:

  1. Теоцентризм (главная причина всего существующего, высшая реальность и предмет философского исследования – Бог)

  2. Задача философии – это интерпретация Священного писания («философия – служанка богословия»).

  3. Изучение космоса, природы, явлений окружающего мира отодвигается на второй план

  4. Человек рассматривается как существо двойственное: с одной стороны, несущее на себе божественный образ, как творение Божие (свобода, творчество, красота, любовь); с другой стороны как греховное. Именно человек несет ответственность за грехопадение всего мира.

Основные этапы средневековой философии:

  1. Патристика («патер» - отец (имеются в виду святой отец Церкви) I-VIII вв. (Василий Великий, Августин Блаженный, Григорий Нисский, Тертуллиан, Ориген и др.). Задача – разработка основных догматов христианского богословия. Опираются святые отцы в своих писаниях на античных философов – прежде всего Платона и Аристотеля.

  2. Схоластика («схолэ» - школа) Х-ХIV вв. (И.Эриугена, Фома Аквинский, Ансельм Кентерберийскй). Основные положения христианского богословия уточняются и систематизируются. Схоластика означает «школьную, учебную» философию, преподававшуюся в университетах и школах. В этот период сильным было влияние Аристотеля.

2.Патристика: Августин Блаженный. Схоластика: Фома Аквинский.

Августин Блаженный, IV в. (сильное влияние Платона). Бог высшее Бытие. В Боге пребывают вечные и неизменные истины, определяющие существующий в мире порядок. Бог сотворил мир из ничего по своей доброй воле, а не по необходимости. Мир не однороден, он представляет собой непрерывную лестницу существ, восходящую к создателю мира. Особое место на этой лестнице занимает человек – малый мир, «микрокосм». Он соединяет в себе природу материальных тел – растений и животных, обладает кроме этого разумной душой и свободой воли. Душа нематериальна, бессмертна и свободна в своих решениях. Свобода эта выражается в возможности выбора между добром и злом. Зло – недостаток добра. Зло коренится в человеческой природе. Бог не творил зла, Он – творец гармонии добра, благодати и любви. Человек сам выбирает путь к добру и спасению души или гибели – злу. Субъективно человек действует свободно, но все, что он делает, делает через него Бог. Своим предвечным решением Бог одних людей избрал для спасения и блаженства в будущей жизни, других – для осуждения на вечные муки в аду. В этом суть идеи божественного предопределения, выдвинутой Августином и принятой католичеством впоследствии.

Божественное предопределение является также источником двух противоположных царств (градов): божьего и земного. Земной град основан на войне, завоевании и насилии. Небесное царство – царство Христово. Прообразом на земле его является Церковь. История движется от града Земного к граду небесному. Именно церковь та сила, которая способна объединить людей и мир в любви к Богу, спасти человечество. Поэтому Церковь призвана занять господствующее положение над государством, а Папа Римский – над монархами. Это положение о роли церкви в обществе было тоже воспринято католичеством и определило на столетия взаимоотношения Церкви и государства в западной Европе.

Фома Аквинский (XIV в.) Выступил против распространившейся в христианском богословии положения о противопоставлении духа и природы, что вело к отрицанию земной жизни и всего, что с ней связано («дух – все, тело – ничто» - наследие Платона). Фома утверждал, что человека необходимо изучать целиком, в единстве души и тела. «Труп (тело) – это не человек, но и привидение (дух) - тоже не человек». Человек – это личность в единстве души и тела, а личность - самая главная ценность. Природа – не злое начало, а доброе. Природу создал Бог и в ней отражается, так же как и в человеке. Надо жить в реальном мире, в единстве с природой стремиться к земному (а не только) райскому блаженству.

Фома Аквинский выдвинул 5 доказательств существования Бога (только онтологическое, когда существование бога выводится из существования его творения – окружающего мира):

  1. движение: все, что движется, приводится в движение чем-то (кем-то) другим – следовательно, есть первичный двигатель всего - Бог;

  2. причина: все, что существует. Имеет причину, следовательно есть первопричина всего – Бог;

3. случайность и необходимость: случайное зависит от необходимого – следовательно, есть первоначальная необходимость – Бог;

4. степени качества: все, что существует, имеет различные степени качества ( лучше, уже, больше, меньше и т.д.) – следовательно, должно существовать высшее совершенство – Бог;

5. цель: все в окружающем мире имеет какую-либо цель, направляется к цели, имеет смысл – значит, существует какое-то разумное начало, которое направляет все к цели, придает смысл всему - Бог.

3. Спор об универсалиях: номинализм и реализм.

Одна из основных проблем, рассматриваемая в период схоластики: об отношении общего к единичному или спор об «универсалиях» (общих понятиях). Вопрос ставился так: существует ли общее вне человеческого ума само по себе или нет? Этот вопрос имеет отношение, прежде всего, к обоснованию существования бога в трех Лицах - Бога-отца, Бога-Сына и Бога- Духа Святого и вообще доказательства бытия Божия.

Ансельм Кентерберийский настаивал на том, что то, что есть в мысли, есть и в действительности. Есть понятие Бога в мысли - он есть и в реальности. Направление, придерживающееся такого решения, называется «реализмом». Общие понятия существуют сами по себе, независимо от человеческой мысли и речи. Второе, противоположное первому решение вопроса состояло в утверждении того, что понятия не существуют реально независимо от человека. Это лишь слова и даже «звуки голоса» - «ноумены». Отсюда название этого направления - «номинализм». Нет «общего», есть только «единичное», реально существующее. Нет «человека вообще», только конкретные люди. «Человек» есть общее имя, которым называется каждый единичный человек. Общее - отвлечение, абстракция (если есть только «единичное», то Троица либо состоит из трех Лиц, либо речь идет о трех названиях одного реального существующего Лица). Церковь официально осудила и признала еретическими как «номинализм», так и «так и «концептуализм» (Пьер Абеляр), пытавшийся примирить реализм и номинализм. Согласно Абеляру, общее существует реально, но только в уме человека (тогда получается, что триединый Бог – общее существует только в уме!). Ожесточенные споры по этому вопросу продолжались довольно долго и только Фома Аквинский предложил решение, принятое Церковью. Общее существует вполне реально, не в уме, и не в виде «идей» Платона. «Общее» - в Боге. Бог есть общая полнота бытия - общее в чистом виде.

Основные направления и проблемы философии эпохи Возрождения ( ХIV - ХVI вв.)

Представители: Леонардо Да Винчи, Микеланджело, Эразм Ротердамский, Николо Макиавелли, Томас Мор, Лоренцо Валла, Мишель де Монтень, Николай Кузанский.

Направления: гуманистическое, натурфилософское, неоплатоническое и социально-политическое.

Эпоха Возрождения для наиболее передовых стран Европы – это время зарождения капиталистических отношений, складываний национальных государств и абсолютных монархий, глубоких социальных и религиозных конфликтов, бурного развития естествознания и великих географических открытий.

Само название эпохи говорит о возрождении интереса к античной философии и культуре, в которых начинают видеть образец для современности. Идеалом знания становится не религиозное, а светское. Происходит поворот от проблем религии к человеку и природе. Философская мысль настроена оппозиционно к католической идеологии. Однако здесь нет атеизма. Отрицается не христианство и Бог, а выражается неудовольствие деятельностью Церкви, проявляющей излишнюю властность и жадность в обществе. Переосмысливаются многие положения христианского богословия, в том числе место и положение человека в мире. Если в средневековой философии человек рассматривается прежде всего с греховной стороны (он виноват в грехопадении и себя и мира, отступничестве от Бога – все зло мира на нем!), то в эпоху Возрождения делается акцент на его богоподобии. Разум, творчество, красота, свобода – эти черты не присущи человеку сами по себе, они – отражение Бога в нем. Здесь не темное, а светлое восприятие человека внутри одной христианской традиции.

Главная черта философии эпохи Возрождения – антропоцентризм имеет глубоко христианские корни. Человек восхваляется и предельно возвышается – он вершина мироздания, призван к свободе, творчеству, славе, блаженству не только в загробной жизни, но и в этой земной. Более того, именно земные заботы составляют первейший долг человека . Именно здесь ( в тру де, творчестве, любви) он должен реализовать себя. В этом повороте к земной жизни и ее прославлению кардинальное отличие от средневековой антропологии.

Меняется и понимание Бога. На смену дуалистической, противопоставляющей Бога и природу, приходит пантеистическая картина бытия, в которой бог и природа отождествляются. Бог философии Возрождения лишается свободы, он не творит мир «из ничего, он «совечен миру» и сливается с законом естественной необходимости. А природа из служанки и творения бога превращается в обожествленное, т.е. наделенное всеми необходимыми силами для самосозидания и развития первоначало вещей (Джордано Бруно).

Таким образом, возникает новая система ценностей, где на первом месте стоит человек и природа, а не Бог и его обоснование. Отсюда еще одна особенность ренессансной культуры и философии – «секуляризация» - освобождение от церковного влияния. Проблемы государства, морали, науки перестают рассматриваться через призму теологии. Эти области бытия обретают самостоятельное существование, законы которого должны изучаться светскими науками. В этот период поворота к природе возникают и развиваются естественные науки, дающие истинное знание о природе предлагались как теории религиозных преобразований, так и социального переустройства (Коперник, Галилео Галилей, Кеплер).

Мыслители Ренессанса не анализируют понятия (как это делали схоласты), а пытаются понять сами явления природы и общества, опираясь на опыт и разум, а не на интуицию и откровение.

Мишель де Монтень. Основная работа – «Опыты». Часто прибегает к авторитету античных мыслителей. Однако главный авторитет для него – разум человека. Все, что относится к природе – дело разума, все, что относится к религии – дело веры. Монтень высказывается за строгое разграничение веры и разума. Разум, однако, не всемогущ . Он может и заблуждаться. Девиз Монтеня – « Что я знаю!». Сомнение – двигатель знания и науки. Здоровый скепсис не мешает, а помогает развитию науки. Мы должны считать знание процессом, а не догматом. Наши знания историчны, относительны, ограничены возможностями органов чувств. Т.к. человек – природное существо и подчинен законам природы, он – часть всего живого и должен жить в гармонии со всем живущим на земле и с природой. Отсюда и понимание свободы человека как действий в соответствии с природой и ее законами. Философия, по Монтеню, прежде всего наука о человеке и его морали. Она ведет человека к добродетели, учит жить и умирать. Добродетель состоит не в аскетическом бегстве от мира, а в жизни по законам природы, в стремлении к счастью, покою и физическому комфорту. Жизнь включает и страдания, которые надо уметь принимать. Смерть неизбежна, бессмертие души спорно. Поэтому ради возможности бессмертия души нельзя быть жестоким ни к самому себе, ни к другим.

В эпоху Возрождения предлагались как теории религиозных преобразований, так и социального переустройства.

Томас Мор – основатель утопического социализма. Принцип построения идеального общества, в котором нет социальных противоречий изложен в произведении «Утопия» (место, которого нет). Главным источником социальной несправедливости Т.Мор, вслед за Платоном, называет частную собственность. На воображаемом острове нет частной собственности и труд является обязанностью всех членов общества. Все произведенные продукты поступают в собственность общества и затем равномерно распределяются между всеми жителями Утопии. Продолжительность рабочего дня – 6 ч. От трудовой деятельности освобождаются люди, проявившие особые способности к наукам. Самые грязные работы выполняют рабы (военнопленные и осужденные преступники). Все должностные лица избираются. Мужчины и женщины имеют равные права. Жители верят в Бога, существует полная веротерпимость.

Мартин Лютер – основоположник Реформации. Выступал против господства католической Церкви в обществе. Настаивал на том, что между Богом и верующими не должно быть никакого посредника. Общение между ними должно происходить напрямую (верующий, его вера и Библия, никаких священнослужителей, берущих плату за свое содействие). Церковь же должна стать демократичнее, а обряды понятными людям. Должен быть восстановлен авторитет светской власти. Необходимо запретить индульгенцию, освободить культуру и образование от католических догм. Путь к спасению – не аскетизм и молитвы, а, прежде всего добросовестное отношение к своему делу (профессия). Работай лучше - и будешь ближе к Богу.

Николай Кузанский – известный деятель католической Церкви, кардинал. В работах «Знающее незнание», «Об ученом незнании» философ выступал в пользу изучения естественных наук и невмешательства теологии в область рационального знания. Согласно, Николаю Кузанскому мир создан Богом, но он бесконечен, материален и движется через противоположности. Человека он ставит очень высоко. Бог присутствует в человеке. Бог присутствует во всем, прежде всего в природе. Бог – это центр Вселенной и ее предел. Он – целое, тогда как Вселенная – часть. Мир как бы «свертывается» в Боге и Бог «разворачивается» по мере своего воплощения в мир. Истина – всегда процесс (а не догма), процесс познания, движения к Богу.


ТЕМА 4. ФИЛОСОФИЯ НОВОГО ВРЕМЕНИ (XVIII вв.)

И ФИЛОСОФИЯ ЭПОХИ ПРОСВЕЩЕНИЯ.


Основные вопросы лекции:

  1. Основные проблемы и направления этого периода.

  2. Рационализм и его представители.

  3. Эмпиризм и его представители.

  4. Философия эпохи Просвещения: специфика и направления.

1.Основные проблемы и направления философии Нового времени.

Философия Нового времени охватывает период XVIVIII вв. Это время становления и оформления естественных наук, выделившихся из философии. Физика, химия, астрономия, математика, механика, превращаются в самостоятельные науки. Линия, намеченная в эпоху Возрождения, получает свое дальнейшее развитие. Вместе с тем возникают новые задачи и приоритеты в философии. В центре внимания новой философии – теория познания и выработка общего для всех наук метода познания. Нельзя познавать Бога, природу, человека, общество, считают философы Нового времени, не выяснив, прежде всего законы познающего Разума. В отличие от других наук философия должна изучать именно мышление, его законы и методы, с которого начинается построение всех наук . Этим вопросом занимаются Ф.Бэкон, Т.Гоббс, Р.Декарт, Дж.Локк, Г.Лейбниц.

Для философии данного периода характерен ряд установок:

  1. Выдвижение науки в ранг важнейшего занятия человечества. Именно наука (=разум) способна обогатить человечество, избавить его от бед и страданий, поднять общество на новый этап развития, обеспечить общественный прогресс (Ф. Бэкон).

  2. Полная секуляризация науки. Синтез науки с религией, веры с разумом – невозможен. Никакие авторитеты не признаются, кроме авторитета самого разума (Т.Гоббс).

  3. Развитие наук и конечное подчинение человеком природы возможно тогда, когда будет сформулирован главный метод мышления, метод «чистого разума», способного действовать во всех науках (Р.Декарт).

При поисках нового «суперметода» произошло разделение философов на сторонников эмпиризма («эмпирио» - опыт) и рационализма («рацио» - ум).

Эмпирики (Ф.Бэкон, Т.Гоббс, Дж. Локк и др.) считали, что единственный источник знания – это опыт. Опыт связан с ощущениями, восприятиями, представлениями. Содержание всех знаний человека или человечества сводятся к опыту. «Нет ничего в познании, чего ранее не содержалось в ощущениях» - таков девиз эмпририков-сенсуалистов («сенс» - чувство, ощущение»). В душе и разуме человека нет никаких врожденных знаний, представлений или идей. Душа и ум человека первоначально чисты, как вощеная табличка (tabula rasa - чистая доска), а уже ощущения, восприятия «пишут» на этой табличке свои «письмена». Поскольку ощущения могут обмануть, мы их проверяем посредством эксперимента, который корректирует данные органов чувств. Знание должно идти от частного, опытного к обобщениям и выдвижению теорий. Это индуктивный метод движения ума, наряду с экспериментом, он и есть истинный метод в философии и всех науках. Рационалисты ( Р. Декарт, Б.Спиноза, Г.Лейбниц) считали, что опыт, основанный на ощущениях человека, не может быть основой общенаучного метода. Восприятия и ощущения иллюзорны. Мы можем ощущать то, чего нет (например, боль в потерянной конечности), и можем не ощущать некоторые звуки, цвета и проч. Опытные данные, как и данные экспериментов всегда сомнительны. Зато в самом Разуме есть интуитивно ясные и отчетливые идеи. Главное то, что человек несомненно мыслит. Это основная - интуитивная (доопытная) идея – такова: «Я мыслю, следовательно, существую» (Декарт). Затем по правилам дедукции (от общего к частному) мы можем вывести возможность существования Бога, природы и других людей. Вывод рационалистов: в разуме человека содержится независимо от опыта, ряд идей; эти идеи существуют не на основании ощущений, а до ощущений. Развивая заложенные в уме идеи, человек может получать истинное знание о мир. Конечно. Сведения о мире мы черпаем из ощущений, поэтому и опыт, и эксперимент – важные составляющие знаний о мире, но основу истинного метода надо искать в самом уме. Истинный метод всех наук и философии похож на математические методы. Последние даны вне непосредственного опыта; начинаются с общих, но предельно ясных и четких формулировок. Математика пользуется обычным методом, следуя от общих идей к частным выводам, в ней нет эксперимента.

2.Рационализм и его представители: Р.Декарт, Б.Спиноза, Г.Лейбниц.

Р.Декарт дуалист. Весь мир философ делит на два вида субстанций - духовную и материальную. Основное свойство духовной субстанции – мышление, материальной – протяжение. Модусы первой: чувства, желания, ощущения и т.д. Модусы второй: форма, движение, положение в пространстве и т.д. Человек состоит из двух субстанций. Он является единственным существом, в котором они соединяются и существуют обе одновременно, что позволяет ему возвыситься над природой.

Однако, это субстанции с оговорками. Субстанция в философии определяется как то, что для своего существования ни в чем не нуждается кроме самой себя. С этой точки зрения, очевидно, что подлинной субстанций является только бог - вечный, неуничтожимый, всемогущий, источник и причина всего. По Декарту получается, что субстанция – это то, что для своего существования нуждается лишь в существовании бога. Сотворенные субстанции самодостаточны лишь по отношению друг другу, по отношению к высшей субстанции - богу – они производны, вторичны и зависят от него.

Декарт – рационалист. Он пытается найти точку отсчета познания человека – первое абсолютно достоверное положение, которое является началом любой науки. Можно усомниться абсолютно во всем, что существует. Единственное, что не подвергается сомнению – это собственное существование. Невозможно считать несуществующим то, что осуществляет акт сомнения. Сомнение – свойство мысли. Отсюда известный тезис Декарта: «Я мыслю, следовательно, существую» (Cogito ergo sum). Сам факт сомнения и мысли - самое очевидное и достоверное, что имеется в распоряжении человека. Поэтому именно мысль человека, разум составляет отправную точку познания.

Декарт в качестве идеального научного метода познания предлагает дедуктивный (от общего к частному). Суть его сводится к следующим четырем принципам:

  1. Допускать при исследовании в качестве исходных положений только истинное, абсолютно достоверное, доказанное разумом, не вызывающее никаких сомнений знание («ясное и отчетливое») – аксиомы;

  2. Каждую сложную проблему разделять на частные задачи;

  3. Последовательно переходить от известных и доказанных
    вопросов к неизвестным и недоказанным;

4.Строго соблюдать последовательность исследования, не пропускать ни единого звена в логической цепочке исследования.

Большинство знаний достигается благодаря познанию и методу дедукции, однако существует особый род знаний, который не нуждается ни в каких доказательствах. Эти знания изначально очевидны и достоверны, всегда пребывают в разуме человека. Декарт называет их «врожденными идеями» (Бог, «число», «тело», «душа», «структура» и т.д.)

Конечную цель познания Декарт определяет как господство человека над природой.

Б. Спиноза критикует Р. Декарта. Главным недостатком декартовой теории субстанции Спиноза считал ее дуализм: с одной стороны, субстанция – сущность, которая для своего существования не нуждается ни в чем, кроме самой себя; с другой, все сущности (субстанции), не нуждающиеся для своего существования ни в чем, кроме самой себя, тем не менее, сотворены кем-то иным – высшей и единственной истинной субстанцией – Богом – и в своем существовании полностью зависят от него. Отсюда налицо противоречие между независимостью субстанций и одновременной зависимостью их всех и в отношении сотворения, и в отношении существования от другой субстанции – Бога.

Спиноза считал, что решить это противоречие можно только следующим образом: отождествить Бога и природу. Существует лишь одна субстанция – природа, которая есть причина самой себя (causasui). Природа, с одной стороны есть «природа творящая» (Бог), а «с другой – «природа сотворенная» (мир). Природа и Бог едины. Не существует Бога, находящегося и творящего вне природы, возвышающегося над ней. Бог внутри природы. Единичные вещи существуют не сами по себе, они являются всего лишь проявлениями – « модусами» единой субстанции – Природы-Бога. Внешней причиной существования модусов является единая субстанция, они всецело зависят от нее, подвержены изменениям, движутся во времени и пространстве, имеют начало и конец своего существования. Субстанция же бесконечна во времени и пространстве, вечна (несотворима и неуничтожима), неподвижна, имеет внутреннюю причину самой себя, обладает множеством свойств (атрибутов), главные из которых – мышление и протяжение.

Теория познания Спинозы носит рационалистический характер. Низшую ступень знания, по его мнению, составляет знание, основывающееся на воображении. Это представления, опирающиеся на чувственные восприятия внешнего мира. Недостаток: чувственный опыт беспорядочен. Вторую, более высокую ступень образует знание, основывающееся на уме. Истины здесь выводятся посредством доказательств. Истины достоверны, обладают ясностью и отчетливостью. Ограниченность этого рода знания – в его опосредованном характере. Третий, и самый высший, род знания есть знание, также опирающееся на ум, но не опосредованное доказательством. Это истины, усматриваемые в интуиции, т.е. непосредственные созерцания ума. Они достоверны и отличаются наибольшей ясностью и отчетливостью. Первый род знания – чувственное знание. Второй и третий – знание интеллектуальное.

Г.Лейбниц критиковал и декартовский дуализм субстанций, и учение Спинозы о единственной субстанции. Если бы существовала только одна субстанция, то, по мнению Лейбница, все вещи были бы пассивны, а не активны. Все вещи обладают собственным действием, отсюда каждая вещь – субстанция. Число субстанций бесконечно. Весь мир состоит из огромного количества субстанций. Он называет их «монадами (с греч. - « единое» « единица »). Монада не материальная, а духовная единица бытия. Вместе с тем любая монада есть и душа (ведущая роль здесь) и тело. Благодаря монаде материя обладает способностью самодвижения. Монада проста, неделима, неповторима, подвержена изменениям, непроницаема («не имеет окон»), замкнута, независима от других монад, неисчерпаема, бесконечна, активна. Она обладает четырьмя качествами: стремлением, влечением, восприятием, представлением. Однако, монады не изолированы абсолютно: в каждой монаде отражается весь мир, вся совокупность. Монада - «живое зеркало Вселенной».

Классы монад (чем выше класс монад, тем больше ее разумность и степень свободы):

«голые монады» – лежат в основе неорганической природы (камней, земли, полезных ископаемых);

монады животных – обладают ощущениями, но неразвитым самосознанием;

монады человека (души) – обладают сознанием. Памятью, уникальной способностью разума мыслить;

Высшая монада – Бог.

Лейбниц пытается примирить эмпиризм и рационализм. Все знания он разделил на два вида – «истины разума» и «истины факта». «Истины разума» выводятся из самого разума, могут быть доказаны логически, имеют необходимый и всеобщий характер. «Истины факта» - знания, полученные эмпирическим путем (например, магнитное притяжение, температура кипения воды). Данные знания лишь констатируют сам факт, но не говорят о его причинах, имеют вероятностный характер. Несмотря на это нельзя умалять и игнорировать опытное знание. Познание двояко, оно может носить как достоверный характер (рациональное знание), так и вероятностный (эмпирическое).

3. Эмпиризм и его представители: Ф.Бэкон и Т.Гоббс.

Фр.Бэкон – родоначальник эмпиризма, лорд-канцлер Англии. Два главных труда – «Новый Органон» и « Новая Атлантида». Бэкон ставил задачу реформы науки, противопоставляя свое понимание науки и ее метода тому пониманию, на которое опирался Аристотель в своем «Органоне». Основанием преобразования науки философ считал критику схоластики. Опираясь на логику Аристотеля, схоластика строит знание в форме силлогизма. Силлогизма состоит из суждений, суждения – из понятий. Понятия – результат поспешного и недостаточного обоснованного обобщения. Первым условием реформы науки является усовершенствование методов обобщения, образования понятий. Необходима новая теория индукции.

Ф.Бэкон критикует рациональное познание, т.к. оно недостоверно и ненадежно – разум очень многое привносит в познание от себя. Такие привнесения Бэкон называет «идолами» разума. Необходимо выделить и очистить разум от этих идолов. Их четыре вида – «идолы пещеры», «идолы пещеры», «идолы рода», «идолы площади» и «идолы театра».

«Идолы рода» - это препятствия (заблуждения), обусловленные общей для всех людей природой. Человек судит о природе по аналогии с собственными свойствами. «Идолы пещеры» - это ошибки, связанные с особенностями познающего человека. Предрассудки, заблуждения человека («пещера») отражаются на его выводах в процессе познания. Например, одни склонны верить в непогрешимый авторитет древности, другие напротив отдают предпочтение только новому. «призраки рынка » - неправильное неточное употребление понятийного аппарата : слов , определений, выражений. «Призраки театра» - влияют на процесс познания существующей философии. Зачастую старая философия мешает проявлять новаторский подход, направляет познание не всегда нужное русло (например, влияние схоластики на познание в средние века).

Знание видов препятствий, подстерегающих человека при исследовании природы, помогает избежать ошибок. Однако это знание лишь предпосылка при создании научного метода. Необходима его разработка. Изучая историю науки, Бэкон пришел к выводу, что в ней четко выступают два пути, или метода исследования: догматический и эмпирический. Ученый, следующий догматическому методу, начинает свою работу с общих умозрительных положений и стремится вывести их них все частные случаи. Догматик похож на паука, который из самого себя ткет свою паутину. Ученый, следующий эмпирическому методу, стремится только к максимальному накоплению фактов. Он похож на муравья, который беспорядочно тащит в муравейник все, что ни попадется на пути. Истинный метод состоит в умственной переработке материалов, который доставляет опыт. Это путь «пчелы», соединяющий в себе все достоинства «пути паука» и «пути муравья». Необходимо собрать всю совокупность фактов, обобщив их (взглянуть на проблему «снаружи»), а, используя возможности разума, заглянуть «вовнутрь» проблемы, понять ее сущность. Т.о. лучшим путем познания, по Бэкону, является эмпиризм, основанный на индукции (сбора и обобщение фактов, накопление опыта) с использование рационалистических приемов понимания внутренней сущности вещей и явлений разумом. Главные задачи познания – помочь человеку добиться практических результатов в его деятельности, способствовать новым изобретениям, развитию экономики, господству человека над природой. Отсюда известный афоризм Ф.Бэкона: «Знание – сила!».

Томас Гоббс материалист и эмпирик, продолжатель учения Ф.Бэкона. Гоббс выступает против учения Р.Декарта о врожденных идеях. Опыт показывает, что люди, погруженные в сон без сновидений, не мыслят. Значит, у них в это время нет никаких идей. Поэтому никакая идея не может быть прирожденной: то, что врожденно, должно быть всегда налицо. Источником познания по Гоббсу могут быть только чувственные восприятия внешнего мира. Чувственные восприятия в его понимании – это полученные органами чувств сигналы из окружающего мира и их последующая переработка. Философ называет их «знаками». К ним относятся: сигналы – звуки, издаваемые животными для выражения своих действий или намерений (пение птиц, рычание хищников, мяукание и т.д.); метки – различные знаки, приду манные человек ом для общения; естественные знаки – « сигналы» природы (гром, молния и т.д.); произвольные знаки общения – слова различных языков; знаки в роли «меток» - специальная «закодированная» речь, понятная немногим (научный язык, язык религии, жаргон); знаки знаков – общие понятия.

Т.Гоббс известен своим учением о происхождении государства («Левиафан», что в переводе означает «чудовище»).

Он различает два состояния человеческого общества: естественное и гражданское. Исходный тезис философа – природа человека изначально зла. Поэтому в естественном состоянии люди действуют, руководствуясь личной выгодой , эгоизмом и страстями. Каждый считает, что имеет право на все. Здесь право совпадает с силой, а пренебрежение чужими интересами приводит к «войне всех против всех». Эта война грозит взаимным истреблением. Поэтому необходимо искать мира, для чего каждый должен отказаться от «права на все» (добровольно ограничить свою «абсолютную» свободу). В обществе заключается договор, и с этого момента оно переходит в гражданское состояние. Институт, направляющий людей к общей цели и удерживающий их от действий, нарушающих мир, - государство единой воли. Каждый должен свою частную волю подчинить какому-нибудь одному лицу или группе лиц, воля которых должна считаться волей всех . Так возникает государство. Наиболее совершенной формой государственной власти Т.Гоббс считал абсолютную монархию. Государство он называет «Левиафаном» или чудовищем, которое «пожирает и сметает все на своем пути», оно всесильно ему невозможно противостоять, но оно необходимо для поддержания жизнеспособности общества, порядка и справедливости в нем.

4.Философия эпохи Просвещения: специфика и направления.

Французскую философию ХУ111 в. принято называть философией Просвещения. Такое название она получила в связи с тем, что ее представители разрушали устоявшиеся представления о Боге, окружающем мире и человеке, открыто пропагандировали идеи нарождающейся буржуазии и, в конечном итоге, идеологически подготовили великую французскую революцию 1789-1794 гг. Основные направления:

1. Деизм (Вольтер, Монтескье. Руссо, Кондильяк) – критиковали пантеизм (отождествление Бога и природы), отвергали возможность вмешательства Бога в процессы природы и дела людей - Бог только творит мир и больше в его жизни не участвует.

2. Атеистическо-материалистическое (Мелье, Ламетри. Дидро, Гельвеций, Гольбах) - отвергали сами идею существования бога в любых формах, объясняли происхождение мира и человека с материалистических позиций, в вопросах познания отдавали предпочтение эмпиризму.

3. Утопическо-социалистическое (коммунистическое) (Мабли, Морелли, Бабеф, Оуэн, Сен-Симон) – занимались проблемой разработки и построения идеального общества, основанного на равенстве и социальной справедливости.

Для всех философов Просвещения характерна идея переустройства жизни на разумных началах. Они надеялись на распространение положительных знаний среди образованных людей, особенно среди правителей, которые и должны внедрить разумные принципы в повседневную жизнь своих стран.

Человек, согласно просветителям, – это часть природы, всецело телесное материальное существо. Разум они или отождествляли с чувствами (Гельвеций), или рассматривали как некое общее чувство (Дидро). Жить в согласии с природой и разумом значит жить, избегая страданий и по возможности наслаждаясь.

Человек не является злым по природе. Таким его делает общество: несовершенство общественных отношений и неправильное воспитание. Вывод один: надо изменить общество и систему воспитания! Правильно воспитанный, т.е. просвещенный, человек займет позицию разумного эгоизма, принцип которого – «живи сам и дай жить другим». Соответствующий этому принципу строй должен обеспечить юридическое равенство всех граждан вне зависимости от сословных, национальных, конфессиональных различий между ними.

Такой строй открывает возможность каждому получать выгоду (минимум страданий, максимум удовольствий), не ущемляя личные интересы всех других. Если Гельвеций считал, что по природе человек морально нейтрален и становится разумным эгоистом только благодаря воспитанию, то по Дидро, человек добр по природе, и правильное воспитание развивает и укрепляет эту естественную моральную склонность.

Ж.Ж.Руссо видел в Боге волю и мировой разум, считал, материя, что несотворима и объективно существует всегда, а человек состоит из смертного тела и бессмертной души. Выступал против религии как таковой, против христианства, однако из-за боязни, то в случае исчезновения религии упадут нравы и исчезнут материальные ограничения, предлагал создать заменитель религии - «гражданскую религию», «культ великого существа Бога», «культ мировой воли» и т.д.

Главной причиной противоречий в обществе считал частную собственность. Обосновал право народа на восстание (угнетенное, лишенное прав и собственности большинство имеет право свергнуть паразитирующее меньшинство и властителя и создать общество по собственному усмотрении). В справедливом, идеальном обществе все должны обладать равными правами, а частная собственность равномерно должна быть распределена между всеми гражданами в размерах, необходимых для жизни, но не для обогащения. Власть должна осуществляться не через парламент, а гражданами непосредственно – через собрания и сходы. В будущем государстве должна быть применена принципиально новая система воспитания детей: они должны быть изолированы от окружающего мира в специальных учебных заведениях, где их будут воспитывать люди нового общества – на идеях личной свободы, взаимоуважения, нетерпимости к религии и деспотизму, владеющих профессией и знающих науки.

Ф.Бабеф считается первым коммунистом – теоретиком и практиком. Он решительно отвергал все философские теории, которые носят половинчатый характер и не ставят себе цель принесение народу счастья.. Критиковал существующее общество и государство. Главное социальное зло – частная собственность и разделение общества на противоположные классы – богатых и бедных. Идеальное общество – общество в котором нет классового деления, частной собственности, вся земля разделена поровну между теми, кто на ней работает; существует полное экономическое и политическое равенство, совместный труд и всеобщее, равномерное, государственное распределение произведенного всем обществом продукта между всеми его членами.

Такое общество (коммунистическое) можно построить только путем насильственной революции бедных против богатых и жесткого революционного порядка. Бабеф стал первым философом-коммунистом, который попытался осуществить свои идеи на практике. Он создал революционную организацию «Заговор во имя равенства» для подготовки вооруженного восстания, составил манифест и программу будущего революционного правительства. Однако в 1797 году заговор был раскрыт, а Бабеф и некоторые его соратники были казнены.

НЕМЕЦКАЯ КЛАССИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ.

МАРКСИЗМ.


Основные вопросы лекции:

  1. Немецкая классическая философия. Учения И.Канта и Ф.Гегеля.

  2. Диалектический и исторический материализм К.Маркса и Ф.Энгельса.

1. Немецкая классическая философия.

К немецкой классической философии конца ХУ111-Х1Х вв. относятся И. Кант, И.Фихте, Ф.Шеллинг, Г.Гегель и Л. Фейербах. Все они очень разные философы, но их творчество принято оценивать как единое целое. Их объединяют общие методологические принципы построения философского знания: рационализм, диалектика, историзм.

И. Кант («Критика чистого разума») – родоначальник немецкой классической философии. В его творчестве выделяется два периода: 1) «докритический» - сфера интересов ограничивается проблемами онтологии, космологии, естественнонаучными исследованиями; 2) « критический» - на первый план выходят проблемы гносеологии: познавательные возможности человека, границы научного знания, структура мышления. Решает он эти вопросы с позиции агностицизма.

В докантовской гносеологии трудность познания определялась самим объектом познания – окружающим миром, который содержит в себе бесконечное множество неразгаданных тайн. Кант полагает, что причиной этой трудности является сам человек и его разум (т.е. субъект познания), а не окружающий мир. Познавательные способности человеческого разума ограничены (разум не может все!). Разум постоянно наталкивается на неразрешимые противоречия в процессе познания (антиномии). С помощью разума можно одновременно доказать оба противоположных положения антиномии (например, «существуют только простые элементы и то, что состоит из простых» и «в мире нет ничего простого»). Разум заходит в тупик. Наличие антиномий – доказательство наличия границ познавательных способностей разума.

Однако, разум наталкивается не только на внутренние границы – неразрешимые противоречия, но и на внешние – сущность вещей принципиально непознаваема. Весь мир делится, по Канту, на познаваемый мир «явлений» и мир «вещей в себе», заключающих в себе сущность явлений – он недоступен человеческому разуму.

Философ ставит вопрос: возможно ли вообще всеобщее и необходимое знание?

Все знание Кант делит на апостериорное – то, которое получает человек в результате опыта, оно предположительно, не обладает полной достоверностью и к всеобщности не имеет никакого отношения; и априорное - доопытное, то есть то, которое существует в разуме изначально и не требует никакого опытного доказательства и практического подтверждения (например, «все что случается, имеет причину», «человеческая жизнь протекает во времени»), оно абсолютно достоверно, надежно, обладает качествами всеобщности и необходимости. Априорными являются категории рассудка, законы (сохранения, причинности, взаимодействия), пространство и время как формы. Будучи всеобщими и необходимыми законы принадлежат не самой природе, а человеческому рассудку, пространство и время не формы существования вещей, а формы чувственного созерцания человека – к реальному миру тоже не имеют никакого отношения.

В результате познавательный процесс происходит следующим образом: внешний мир первоначально осуществляет воздействие на органы чувств человека. Органы чувств принимают эти образы внешнего мира в виде ощущений. Человеческое сознание приводит полученные органами чувств разрозненные образы, ощущения в систему, в результате чего в человеческом разуме возникает целостная картина окружающего мира. Однако, по Канту, эта целостная картина мира в нашем сознании ничего не имеет общего с реальным миром! Потому что наше сознание само выстраивает окружающий мир при помощи априорных законов, категорий и форм чувственного созерцания – пространства и времени. Отсюда вывод Канта, что вещи сами по себе непознаваемы, так же как и весь окружающий мир. Более того – философия в той форме, какой она существовала до Канта, невозможна: она изучает сущность бытия, а она-то как раз и непознаваема! Задача философии теперь состоит в критике рациональных способностей и определении границ познавательного процесса.

Г.Гегель («Энциклопедия философских наук») - вершина немецкого идеализма первой половины Х1Х века. Основное понятие Гегеля – это Мировой дух или Абсолютная идея, которое он определяет как объективное, безличное, идеальное начало, основу и субъект развития всего мирового бытия. Весь мир – это грандиозный исторический процесс развертывания мирового разума или Абсолютной идеи. Все, что существует (живая и неживая природа, человек) - это лишь различные воплощения Мирового духа. «Все действительно разумно, все разумное – действительно».

Процесс развертывания мирового разума проходит три ступени: 1) ступень логики – безличное, «чистое», т.е. непредметное мышление, конструирующее само из себя систему логических категорий;

  1. ступень природы - внешняя материальная оболочка идеи, ее противоположность, « инобытие»; на этой ступени появляется и человек - завершение природы, преодолевающий ее материальность своей духовной деятельностью;

  2. ступень духа – история собственно человеческой духовной жизни, в которой продолжается развитие абсолютной идеи, доходящее в итоге до философии, открывающей таинственный источник мирового развития, т.е. абсолютную идею. Мировой разум как бы возвращается в философии к себе самой, познает самое себя. В этом и заключается смысл саморазвития Мирового разума – в самопознании.

Гегель основывает диалектический метод, ключевое его понятие – противоречие – «корень всякого движения и жизненности: лишь поскольку нечто имеет в самом себе противоречие, оно движется». Развитие осуществляется по определенному правилу: утверждение (тезис) – его отрицание (антитезис) – отрицание отрицания (синтез, снятие противоположностей). «Снятие» означает, что первые две стадии развития преодолены, но одновременны сохранены, воспроизведены вновь в новом качестве. Абсолютный дух, также как и все в мире, проходит эту триаду в своем развитии – тезис, антитезис, синтез: сначала чистые логические сущности, затем природа, и, наконец, человеческий дух и его проявления.

Мировой разум в человеческой истории имеет ярко выраженную цель – свободу. «Всемирная история есть прогресс в сознании свободы». В соответствии с этим критерием Гегель различает четыре основных периода всемирной истории : восточный мир ( Китай, Индия, Египет), греческий мир, римский мир, германский мир. Страны Востока не знают свободы, они знают, что свободен один человек, да и тот деспот. Греки уже поднимаются до осознания свободы человека, но она серьезно ограничена – ведь свободны только некоторые те, кто не в рабстве. Римский мир ставит проблему свободы в рамки правовых отношений. Но лишь германские народы в конце концов осознают в полной мере тот факт, что свобода составляет основное свойство человеческой природы, является неотъемлемым правом каждого человека. Нарастание степени свободы в сменяющих друг друга исторических эпох свидетельствует о том, что дух неуклонно движется к своей цели, воплощаясь попеременно в конкретном «духе» того или иного народа, который своим характером, государственным строем, искусством, религией, философией способен наиболее полно представить, выразить требования мирового духа.

2.Диалектический и исторический материализм К.Маркса и Ф.Энгельса. Марксистская философия была создана совместно двумя немецкими учеными К.Марксом и Ф.Энгельсом в середине Х1Х века. Характерные черты:

  1. Диалектический метод рассматривается в неразрывной связи с материалистическим принципом;

  2. Исторический процесс понимается с материалистических позиций как естественный, закономерный и прогрессивный процесс;

3. Мир не только объясняется, но и разрабатываются общеметодологические основы его преобразования.

Марксистская философия состоит из двух частей: диалектического материализма и исторического материализма.

Согласно диалектическому материализму, основной вопрос философии решается в пользу бытия (бытие первично, сознание вторично); сознание не существует как самостоятельная реальность, это свойство материи отражать саму себя (существование бога отрицается); материя находится в постоянном движении и саморазвитии, она вечна и бесконечна; ее развитие происходит по законам диалектики – единства и борьбы противоположностей, перехода количественных изменений в качественные, отрицания отрицания.

В историческом материализме ключевыми понятиями являются экономический базис и политическая надстройка. Базис – это совокупность производственных отношений (отношений по поводу производства, распределения, обмена материальных благ). Надстройка – это идеологические отношения, связанные с ними взгляды и теории, а также организации (государство, партии и т.д.). Надстройка закрепляет и поддерживает интересы господствующего класса в обществе. Экономический базис определяет надстройку, в тоже время она тоже оказывает большое влияние на него. Общество развивается естественным и закономерным путем от одной общественно-экономической формации к другой. В основе оэф лежит определенный уровень производительных сил (средства производства+люди) и производственных отношений. Рост уровня производительных сил приводит к изменению производственных отношений и смене общественно-экономических формаций и общественно-политического строя (через революцию). К.Маркс выделяет пять общественно-экономических формаций:

первобытнообщинная - крайне низкий уровень производительных сил, рабовладельческая - экономика основана на рабстве,

феодальная - экономика основана на крупной земельной собственности и труде зависимых крестьян,

капиталистическая - промышленное производство, основанное на труде свободных, но не являющихся собственниками средств производства наемных рабочих

коммунистическая - общество будущего, основанное на свободном труде равных людей при государственной (общественной) собственности на средства производства.

К.Маркс, продолжая традицию социального утопизма, верил в возможность переустройства несправедливого, простроенного на господстве частной собственности и эксплуатации человеком человека, капиталистического общества. С помощью пролетариата (могильщика капитализма) и пролетарск ой революции (пролетариат – рабочий класс, наиболее активен, ему нечего терять, по сравнению с крестьянством) возможно построение бесклассового общества, основанного на общественной собственности, всеобщем равенстве и принципе «от каждого по способностям, каждому по потребностям».

ПОСТКЛАССИЧЕСКАЯ ЗАПАДНАЯ ФИЛОСОФИЯ

КОНЦА ХIХ-ХХ вв.


Основные вопросы лекции:

  1. Главные черты и направления постклассической философии.

  2. Философия жизни: А.Шопенгауэр. Ф.Ницше, А. Бергсон

  3. Основные философские направления ХХ в.: позитивизм, экзистенциализм, герменевтика.

1. Главные черты и направления постклассической философии.

В начале ХХ века происходит переоценка ценностей и смена философами парадигмы, т.е. характера (модели) постановки философских проблем и их решения. Для классической философии - философии Нового времени - характерна безграничная вера в силу человеческого разума, вера в социальный и научный прогресс и установление на основе открытия всеобщих законов развития природы и общества господства человека над природой, создания общества социальной справедливости и изменения самой человеческой природы. Начиная со второй половины ХIХ века этот тип мышления - рационалистическая парадигма - подвергается жесточайшей критике и начинается переход к неклассической философии. Философия конца ХIХ-ХХ века отказывается от:

  • рационализма как единственного способа философствования, признающего разум основой познания, поведения и деятельности людей;

  • жесткого деления всех философских школ и направлений по принципу: материализм или идеализм;

  • от догматизма в философии - непременной ссылки и опоры на авторитеты, от «партийности» в философии.

Основные черты философии ХХ века:

    • Плюрализм в философском мышлении. В этом период сосуществуют разнообразные направления и концепции: материалистические и идеалистические, рационалистические и иррационалистические, религиозные и атеистические, сциентистские(от лат. scienta - наука - т.е. ориентированные на естествознание) и антисциентистские (на иррационализм и интуитивизм). Современная философия не отвергает ни того, ни другого. Она вообще полагает, что многогранный мир можно познать при помощи различных форм познания (не только разумом!).

    • предметом изучения становятся все новые и новые объекты действительности, что ведет к возникновению принципиально новых направлений: философия культуры, философия политики, философия техники, философия науки и т.д.

    • Терпимость (толерантность) современной философии. Различные школы стараются не вступать в резкое противоборство между собой Диалог - главный способ взаимодействия не только внутри одной философской традиции, но и между Западом и Востоком.

    • Антропоцентризм современной философии - в центре ее идей и размышлений находится человек, его сущность, свобода. Человек рассматривается не односторонне, а во всей целостности и противоречивости. Особенно остро поднимется вопрос о смысле существования человечества в целом, о кризисе человека и истории.

3.Философия жизни: А.Шопенгауэр, Ф.Ницше, А . Бергсон .

Согласно представителям (Ф.Ницше, В.Дильтей, Г.Зиммель, А.Бергсон, О.Шпенглер и др.) этой школы, в основе развития мира и человека лежит не рациональное основание, а иррациональная реальность – «жизнь» как «творческая эволюция», целостный органический «поток» («порыв», «длительность»), в котором неразделимы материя и сознание, сознательное и бессознательное, логика и интуиция. И эта постоянно изменяющийся поток жизни необъясним в рамках рационализма, позитивизма и механицизма предшествующей философии. Такие тезисы-символы рационализма как «мыслю, следовательно, существую», «все действительное разумно» в новой философской парадигме отвергаются. Жизнь и разум не тождественные понятия! Жизнь – это процесс, свободное стихийное и инстинктивное творчество, - она не поддается научному анализу, в котором противопоставляется субъект (человек) и собственно жизнь (объект познания). Жизнь нельзя познать, находясь вне нее, ее можно «схватить» интуитивно, «вжиться», «вчувствоваться» и «пережить». Главное в жизни – не материя, а дух, поэтому на первый план выходят «науки о духе», а не «науки о природе»: музыка, поэзия, миф, метафора, символ и т.д.

Иррационализм А.Шопенгауэра. Мир, согласно Шопенгауэру, не основан на принципах разума. В мире вообще нет разума, в нем все подчинено воле. Воля – это «порыв», существующий в природе и в обществе. В мире животных – это стремление к сохранению жизни, в физическом мире есть «притяжение», тяготение, магнетизм, в обществе существует воля государств, народов и отдельных людей, воля «разлита» в природе и обществе. Воля порождает все явления и процессы в мире, но сама она безосновна и беспричинна. Воля слепа и не имеет разумной цели. Она предстает, как бесцельная потребность выжить. На человеческом уровне воля существует в виде страстей (аффектов): властолюбия, мстительности, любви и т.д. Если основа мира – «воля» -неразумна, то и мир не разумен. История лишена смысла, в ней нет никакого разумного основания. Наука постоянно заходит в тупик, когда пытается обосновать мир из законов разума. Мир не стал лучше из-за развития науки и техники. Последние становятся большим злом.

Время враждебно человеку, оно безжалостно и неумолимо. В религии человек пытается победить время через идею бессмертия души. Но это – иллюзия. Пространство тоже враждебно человеку, оно разделяет людей.

В целом, жизнь людей – это безнадежное длительное угасание и горе. Смысл жизни состоит в понимании того, что мир – это скорбь. Человек может прожить достойно, искоренив в себе «волю к жизни», устранив аффекты, вызванные «волей». Человек может придать своей жизни смысл путем избавления от «воли к жизни» Шопенгауэр ссылается на положения древнеиндийской философии, зовущей человека к отрицанию иллюзорного мира, в стремлении к нирване. Философ приходит к пессимистическим выводам о бессилии человека и безнадежности его жизни и попыток познать законы природы и общества. Ни о каком построении разумного и счастливого государства, а тем более, моральном прогрессе в обществе даже речи нет.

Ф.Ницше - выдающийся немецкий философ, потрясший своими заявлениями современную ему философскую мысль. Суть его взглядов – это гимн сильному человеку. Он считал себя учеником Шопенгауэра и разделял его иррационализм. Мир - вечное становление, вечный поток, в котором все возвращается на круги своя, Человек не должен бояться смерти, потому что мир повторяется во времени с незначительными изменениями. Мир – это жизнь. Основой жизни, по Ницше, является воля к власти или стремление к самоутверждению всего живого. Цель философии заключается в помощи человеку приспособиться к окружающему миру и реализовать себя – самоутвердиться.

Для того, чтобы выжить человек должен быть сильным. Именно этим положением объясняется критика Ницше христианства -идеологии слабых - рабов, а не господ (жизни). Христианство проповедует смирение, сострадание, терпение, кротость, ненасилие. Однако эти моральные принципы не принимаются уже давно в качестве руководства к действию в обществе теми, кто действительно чего-то хочет достичь в жизни – и достигает. Христианская мораль - «сумма условий сохранения бедных, полуудачных и полностью неудачных видов человека», - пишет Ф.Ницше. Христианство умерло (Бог умер!), оно не способно - и никогда не было способно - быть ориентиром для людей. Европейская культура – это культура изнеженных людей, и виновато в этом христианство.

Ф.Ницше призывает к «переоценке ценностей», к замене морали рабов на мораль господ – «сверхлюдей». Философ противопоставляет «простого человека» и «аристократов духа». Простые люди никчемны, слабы, половинчаты, мягкотелы, не способны созидать и властвовать, они рабы от природы и могут лишь подчиняться.

«Сверхчеловек» - это существо высшего биотипа. Он абсолютно свободен, находится вне общепринятых (христианских) моральных норм, вне добра и зла. Его мораль предполагает искусство повелевать, широту воли, правдивость, бесстрашие, ненависть к трусости и малодушию, уверенность в лживости простого народа, жестокость в преодолении тотальной лжи земного бытия. «Сверхчеловек» - это не герой и не великий человек. Это абсолютно новая порода людей, которой еще не было в мире – плод развития всего человечества, не какой-то отдельной нации. «Сверхчеловек» преобразует будущую культуру и мораль человечества, даст народам новые мифы вместо старых. «Слабые» должны погибнуть и освободить место для нового поколения «сверхлюдей».

Ницше выступает против европейского рационализма, противопоставляя ему чувства и инстинкты: разум по своей сути ничтожен, логика абсурдна, т.к. имеет дело с застывшими формами, противоречащими динамике жизни. Истины нет. Познание всегда не более чем субъективное истолкование фактов. Человек «истолковывает» большой мир, создавая свой «маленький» - мир иллюзий.

Анри Бергсон - основатель интуитивизма. Жизнь как становление начинается в результате первоначального взрыва («жизненного порыва») и выступает как поток качественных изменений. Первоначальный взрыв вызвал к жизни интеллект и интуицию как формы жизни и познания. ”Эволюция в дальнейшем привела к их взаимному отчуждению, приобретению противоположных качеств. Жизнь тоже распадается - на дух и материю. Жизнь может быть познана только интуитивно, симпатически. При этом снимаются все противоположности, в том числе и между познаваемым и познающим. Жизнь как бы познает саму себя. Интуиция схватывает живое через «длительности» - субъективно переживаемые состояния жизни. Интеллект познает мертвые вещи, утратившие « длительность», в обмен на пространственную фиксацию.

3.Основные философские направления ХХ в.: позитивизм, экзистенциализм, герменевтика.

Экзистенциализм. Экзистенциализм или философия существования – это одно из самых популярных течений философии ХХ века. Сформировался экзистенциализм в середине века, в период Второй мировой войны, отсюда трагическая и пессимистическая окраска большинства положений. Представители: Мартин Хайдеггер, Карл Ясперс, Жан Поль Сартр, Альбер Камю и др. Основной объект исследования экзистенциализма – человек и смысл его существования. Основание всех построений экзистенциализма – это индивидуальное бытие человека. Человек изначально ничего из себя не представляет, лишен какой-либо природы. Никакой сущности, определяющей бытие человека, до его существования нет вообще. Отсюда основной тезис экзистенциализма – существование предшествует сущности. Человек сначала появляется, и занимает место в мире, и только потом сам себя определяет, т.е. обретает свою сущность, уже существуя. Он есть ничто иное, как проект самого себя и представляет собой лишь то, что сам из себя делает. Человек не только создает себя и свою жизнь, но и ответственность за нее несет он тоже только сам. Человек тотально свободен, он обречен на свободу - свободу выбора себя и мира. Быть свободным – значит быть самим собой. Свобода является основанием его бытия. «Человек – это свобода» - это второй важнейший тезис экзистенциализма.

Третий – человек не только отвечает за себя, но и за весь мир. Человек своими поступками выбирает свое окружение, выбирая – формирует его. Мир людей зависит от человека, он сам его создает. Человек одинок и в своем выборе, и в своей свободе, и в своей ответственности, ему не на кого опереться (Бог умер!). Отсюда основные определения человеческой экзистенции (существования) – забота, страх, тревога, совесть, заброшенность, повседневность, смерть и т.д.

Человек, существуя в современном обезличенном, усредненном, абсурдном (в терминологии А.Камю) мире man, где каждый изолирован от другого и становится объектом воздействия, должен преодолевать его своей свободой и протестом.

Герменевтика. Изначально герменевтика являлась наукой истолкования текстов. Само слово образовано от имени Гермеса – персонажа древнегреческой мифологии, в обязанности которого входило истолкование посланий богов. Начиная с ХIХ в. из филологической дисциплины она становится самостоятельным философским учением. Немецкий философ Ф.Э.Шлейермахер попытался сделать герменевтику общей наукой, занимающейся проблемой понимания. Для него понимание текста заключалось в наиболее точном и полном понимании психологии автора и его характера. Основным методом в данном случае может быть только «вживание» в текст, именно оно позволяет понять, что движет рукой автора; изучение содержания, структуры текста не может привести к тем же результатам.

Другой немецкий философ В.Дильтей рассматривал герменевтику как основу любого гуманитарного знания. Он противопоставил методы гуманитарных и естественных наук: понимание для первых и объяснение для вторых. Для Дильтея как и для Шлейермахера понимание может быть достигнуть только в результате вживания, вчувствования в чужой субъективный мир. История (основной предмет его исследования) рассматривалась им как прошлое, которое посредством понимания – вживания, вчувствования – становится настоящим в своей целостности. Текст с этой точки зрения, выполняет роль посредника между прошлыми событиями и настоящим, т.е. временем интерпретатора.

Для понимания человека, текста, исторического события необходимо, согласно Х.Г. Гадамеру, не только понять психологию данного человека , писавшего или жившего, культурную среду, в рамках которой он сформировался, но и языковую традицию, внутри которой он находился. Гадамер вводит понятие «герменевтического круга»: для того, чтобы понять целое, необходимо понимать части, из которых это целое состоит, а понимание части, в свою очередь невозможно без понимания целого и предполагает его. Таким образом, любое понимание рассматривается как процесс, постоянно движущийся по кругу: внимание интерпретатора переходит от части к целому и обратно, от целого к части, и в результате такого движения формируется понимание. Х.Г.Гадамер объясняет предвзятость в истолковании текстов, поступков и времен. Мир, в котором живет человек, с самого начала «предыстолкован». Человек направляет на реальность свой интерес, а эта реальность уже освоена, т.е. понята, проинтерпретирована. Это приводит к тому, что интерпретатор, выросший в другой социокультурной среде, подходит к предмету понимания уже с предубеждением (предпониманием), из границ которого выйти невозможно.

Позитивизм. Родоначальниковм позитивизма является французский мыслитель О.Конт. Основу его философской программы раскрывает тезис: «Долой метафизику, да здравствует физика!». Поиск первых и последних начал бытия – «абсолютно недоступное и бессмысленное занятие». Их просто нет. Философия, в том виде, в котором она существовала ранее, бесполезна и не нужна. Источником подлинного знания могут быть только частные науки, т.к. все явления подчинены естественным законам. Наука не нуждается в какой-либо стоящей над ней философии, а должна опираться на саму себя. «Наука сама себе философия». Поэтому предназначение новой, положительной философии, с точки зрения, О.Конта – разработка методологии наук и поиск связи между ними. Позитивная философия – это синтез, «совокупность общих научных положений» всего положительного естественно-научного и социального материала.

Конт формулирует закон трех стадий развития ума и показывает, что человечество пришло к позитивной философии в процессе развития своего интеллекта. У м человека в своем развитии проходит три стадии: на теологической – он объясняет природу вещей воздействием различных сверхъестественных сил; на метафизической – сверхъестественные силы заменяет абстракциями (общими понятиями), с помощью которых и объясняет явления окружающего мира; на научной (положительной) – человек, наблюдая за явлениями, пытается установить между ними регулятивные связи (познание внутренних причин явлений невозможно).





ТЕМА 1.6. . ФИЛОСОФИЯ В РОССИИ В ХI - ХХ вв.

( РУССКАЯ РЕЛИГИОЗНАЯ ФИЛОСОФИЯ 19 В)

Русская философская мысль – органическая часть мировой философии и культуры. Она обращалась к тем же проблемам, что и западноевропейская, хотя подход к ним, способы их осмысления носили глубоко национальный характер. Русская философия прошла долгий путь своего развития, в котором выделяются следующие этапы:

  • ХIVII вв. – постановка философских проблем и поиск ответов на них в рамках религиозного сознания (Илларион, Андрей Рублев, Максим Грек и др.);

  • ХVIII в. – первая четверть ХIХ в. – распространение философии в России в форме философского осмысления науки и культуры своего времени – философия русского Просвещения (М.Ломоносов, В.Татищев, А.Радищев, М.Щербатов, П.Чаадаев), философия декабристов (П.Пестель,М.Фонвизин, Н.Муравьева, И.Якушкина и др.)

  • Вторая четверть ХIХ – начало ХХ в. – становление и развитие самостоятельной философии в Росси включает множество направлений: западническое (А.Герцен, В.Белинский, Т.Грановский, Н.Станкевич) и славянофильское (А.Хомяков, И.Киреевский. К.Аксаков, Ю.Самарин), революционно-демократическое (Н.Чернышевский, В.Белинский; анархисты - М.Бакунин, П.Кропоткин; народники – Н.Михайловский, П.Лавров, А.Ткачев; марксисты - Г.Плеханов, В.Ленин), почвенничество (А.Григорьев, Н.Данилевский, Ф.Достоевский; консервативное (М.Н.Катков, К.Н.Леонтьев, К.П.Победоносцев); русский космизм (Н.Федоров, К.Циолковский. В.Вернадский, А.Чижевский); религиозно-идеалистическое (Вл.Соловьев, Н.Трубецкой, Г.Флоровский, П.Флоренский, Л.Шестов (Шварцман), В.Розанов и др.)

  • Русская философия после 1922 г. – философия русского зарубежья (Н.Бердяев, С.Булгаков, И.Ильин, С.Франк, Б.Вышеславцев, Л.Карсавин)

Основные темы и проблемы:

  1. тема человека, его судьбы и смысла жизни;

  2. проблема добра и зла;

  3. критика рационализма, обоснование особого «интуитивно-
    мистического» метода познания действительности (целостным
    духом);

  4. «русская идея» - выяснение особенностей русского духа, русской культуры и русского менталитета;

  5. поиск исторического пути развития России – между Западом и Востоком;

  6. смысла истории человечества, ее будущее;

  7. тема Всеединства и Богочеловечества в русской религиозной
    метафизике – изначального единства космоса, природы, человека и Бога,
    единства жизни, истории и познания;

  8. ХХ веке – осмысление кризиса мировой философской мысли и поиск новых путей философствования.

Илларион, XI в. («Слово о Законе и благодати») – объясняет суть христианского учения; утверждается идея равенства народов перед «благодатью». Эпоха «закона» (до христианства) символизируется образами тени, луны, а эпоха «благодати» – солнца. Прославляется Русь и князь Владимир.

Филофей, XVI в. создает религиозное учение о Москве как «третьем Риме». «Старый Рим», бывший центром христианства, был завоеван варварами. «Новый Рим» (Константинополь) погиб под ударами турецких завоевателей. «Третьему Риму» - Москве – предначертано исполнять роль продолжателя христианского вероучения. Падение «старого» и «нового» Рима Филофей объясняет тем, что они подверглись наказанию за измену христианству как подлинной вере.

Иван Грозный и Андрей Курбский (ХУ1в.) - переписка. Иван Грозный, ссылаясь на историю римских императоров, выступал за абсолютную, ничем не ограниченную монархию. Андрей Курбский, обращаясь к просвещенному европейскому монархизму, отстаивал идею государства, основанного на соблюдении законности, ограничении действий царя земским собором. Спор был решен в пользу Ивана Грозного: в России установилась самодержавная форма правления.

Философия Просвещения. М.Ломоносов, XVIII в. – материалист и атомист: сформулировал закон сохранения вещества и движения, разработал корпускулярную теорию строения материи и механическую теорию теплоты. Выступал против норманнской теории образования русского государства.

А.Н.Радищев, XVIII в. («О человеке, о его смертности и бессмертии», « Путешествие из Петербурга в Москву») – человеческая душа бессмертна и возрождается после смерти тела в других телах, поэтому человеческий род существует. Критикует деспотизм и самоуправство помещиков. Крепостное право не только противоречит естественным правам человека, но и неэффективно в экономическом отношении. Самодержавие – тормоз общественного прогресса в России.

Декабристы (П.Пестель, Н.Муравьев, И.Якушкин, М.Лунин, В.Кюхельбеккер и др.) ставили своей задачей положить конец крепостничеству, разрушить самодержавный деспотизм, сословные привилегии. Часть декабристов стояла за конституционное ограничение самодержавия, другая за республику. Свобода личности, слова и печати, свобода вероисповедания, наделение крестьян землей, неприкосновенность частной собственности – первоочередные задачи, которые надо решить в стране. Средство для их решения большинство декабристов видело в военном перевороте (без участия народных масс); некоторые считали целесообразным путь мирных реформ, проводимых сверху.

П.Чаадаев своими «Философическими письмами» буквально взорвал общественное мнение и вызвал бурные дискуссии на долгие годы. В его оценки России увидели ниспровержение национальных святынь. Чаадаев говорит, что Россия вместо того, чтобы объединить Запад и Восток в силу своего географического положения, вообще как бы выпала из исторического прогресса – «мы принадлежим к числу тех наций, которые не входят в состав человечеств …мы никогда не шли вместе с другими народами…мы стоим как бы вне времени». В России нет позитивной идейной традиции, так как в свое время она приняла христианство в его византийской форме (православие) и оказалась исключенной из единства европейских народов, основанного на католицизме. Если и было какое-то движение, то в нарастании рабства: освободившись от татарского ига, русские попали в новое рабство – крепостничество.

Однако, бесплодность исторического прошлого России является по Чаадаеву благом. Если в католичестве заложено некое объединяющее начало, которое сформировало западный мир, создало определенный политический уклад, философию, науку и литературу, улучшило нравы, то православие в России сохранило сущность христианства в первоначальной чистоте. Призвание России в сближении православия и католицизма. Россия станет центром интеллектуальной жизни Европы, если усвоит ценности Запада.

После Чаадаева тема самоопределения России и поиска ее места в системе «Запад-Восток» стала одной из главнейших в общественно-политической и философской мысли России. Возникло два основных направления: западники и славянофилы.

«Славянофилы» (А.С.Хомяков, И.В.Киреевский, Ю.Ф.Самарин, А.Н.Островский, братья К.С. и И.С.Аксаковы) считали, что у России свой путь развития. Русский народ обладает собственными жизненными ценностями: православие с его духом соборности и святости и «крестьянская община», основанная на коллективизме и взаимовыручке. Для европейской культуры в отличие от русской характерны индивидуализм, эгоизм, рационализм, «мещанство» и культ посредственности. Славянофилы критиковали Петра 1 за то, что он направил Россию по ложному пути и поработил всех во имя государства. Они настаивали на необходимости отмены крепостного права и верили в великую миссию русского народа – именно Россия призвана спасти западную цивилизацию от буржуазного разложения и бездуховности.

«Западники» (В.Г.Белинский, В.П.Боткин, А.И.Герцен, Т.Г.Грановский, Н.П.Огарев, К.Д.Кавелин и др.), напротив, были убеждены, что России предстоит пройти тот же путь, что и Западу. Россия отстала от Западной Европы, законсервировалась сама в себе, и теперь должна наверстывать упущенное. Никакого особого «уникального» исторического пути у нее нет. Они одобряли признаки буржуазного общества, которые появлялись тогда в России и положительно оценивали деятельность Петра Великого по европеизации страны. Западная культура привлекала их прежде всего своим гуманизмом и либерализмом: идеей свободы, достоинства личности, жаждой справедливости. Они критиковали деспотическую самодержавную власть и невежество народа. Россия должна освоить западные ценности и стать нормальной цивилизованной страной.

Общее для этих течений попытка нарисовать так ой путь развития России, который отвечал бы национальным интересам России, вывел страну из отсталости и поднял до уровня разрешения не только собственных. Но и общечеловеческих проблем. Славянофилы и западники решали общую задачу, но пути и средства предлагали разные. У них была « одна любовь к России, но не одинаковая» (А.И.Герцен).

Почвенничество. Ф.М.Достоевский как идеолог почвенничества говорил о негативных последствиях петровских реформ. Народ не принял европейскую цивилизацию. Задача русских «создать себе новую форму, собственную, родную, взятую из почвы, из народных начал и духа». Достоевский отмечает противоречивость русского характера. В котором уживаются и смирение и самомнение, и страстность, и совестливость. Русский народ – «народ-богоносец, ему предназначена всечеловеческая миссия – духовное оздоровление Европы и создание новой мировой цивилизации. Русский «коллективизм» и «соборность» – великие преимущества русского народа.

Основная темы произведений Достоевского – человек, свобода, борьба добра и зла в человеке. Человек – микрокосм, центр бытия, вокруг которого все вращается. Человеческая природа противоречива и иррациональна, его душа раздвоена и в ней идет постоянная борьба между добром и злом. Главное в человеке – это свобода. Прийти к добру человек может только через свободу. Именно поэтому Достоевский категорически против насильственного способа приведения к счастью людей - «принудительной гармонии» в обществе (навязывания добра!), будь то католической или социалистической неважно (именно об этом известная притча о «Великом инквизиторе»). Человек должен сделать сознательный свободный выбор. Однако и свобода неоднозначна: она может быть корнем и добра и зла и у нее есть свои пределы (знаменитый вопрос – все ли дозволено человеку?) Нет не все. Достоевский исследует тот случай, когда свобода переходит в своеволие, своеволие ведет к злу, зло к преступлению, а преступление к наказанию. Свобода, переходящая в своеволие не хочет знать никаких ограничений, никаких святынь. Если нет Бога, если есть сам человек – Бог, то все позволено. Но кто в своеволии своем не знает границ своей свободы, теряет свободу, становится одержимым своей «идеей». Страдание – последствие зла. Но страдание и очищает от зла: через покаяние душа преображается и происходит нравственное перерождение личности. Достоевский проводит в своих романах героев через этот процесс: свобода-зло-искупление.

Н.Я.Данилевский («Россия и Европа») для обоснования особого пути России создает оригинальную философско-историческую концепцию, которая положила начало целому направлению в этой области. Нет единой человеческой цивилизации. Человечество – это абстрактная идея. Реально существуют лишь культурно-исторические типы, которые проходят один и тот же путь развития: периоды зарождения, созревания, расцвета, дряхления и гибели. Всякие разговоры о превосходстве той или иной культуры беспредметны: они не хуже и не лучше друг друга, только находятся на разных этапах развития. Европа и Россия – это две разные, не смешиваемые цивилизации, с различными культурными основаниями. «Европа не случайно, а существенно нам враждебна», - настаивает Н.Я.Данилевский. Европейская цивилизация прошла период своего расцвета и теперь находится на пути к дряхлению, ее сменит зарождающаяся славяно-русская цивилизация.

Консерватизм. К.Н. Леонтьев («Византизм и славянство») разделял учение Данилевского о множестве « культурно-исторических типов», однако он значительно видоизменил это учение. Прежде всего, Леонтьев пытался установить законы созревания и гибели культур. Каждая культура проходит три периода: «первоначальной простоты», «цветущей сложности» и «умирания» (через «вторичное упрощение») в процессе «уравнительного смешения». Второй период – цветущей сложности – характеризуется многообразием частей, при единстве целого. Это есть период социального неравенства, образования элиты – родовой и культурной, сильного государства с жесткой централизацией. Для периода смесительного упрощения характерно стремление к всеобщему равенству и демократизации, результатом ее являются: расцвет техники, умирание искусства, опошление жизни, жажда удовольствий, не творчество, а механическая работа. Западная Европа закончила к началу ХIХ века период «цветущей сложности» и находится на пути «эгалитарного процесса», т. е. демократизации и умирания культуры. Перед Россией стоит главная задача – не подчиниться Европе в эгалитарном прогрессе «устоять в своей отдельности». С этой целью он предлагал «подморозить Россию, чтобы она не жила», т.е. застыла в существующем виде до лучших времен. «Пора учиться делать реакцию»,- заявлял идеолог консерватизма. Оплот реакции – византизм, основанный на православии и сильной самодержавной власти.

Л.Толстой - теория «непротивления злу насилием». Толстой считает, что решить существующие социальные проблемы и создать гармоническое общество можно только при помощи нравственной проповеди, обращенной к каждому человеку. Насилие должно быть исключено из социальной жизни, так как оно не способно порождать ничего кроме насилия. Толстой одинаково осуждает за насилие и правительство и революционеров. Нужно нейтрализовать насилие. Для этого:

  1. перестать самому совершать прямое насилие, а также готовиться к нему,

  2. не принимать участия в каком бы то ни было насилии, совершаемом другими людьми (в частности, чтобы нейтрализовать насилие государственной власти, нужно «не участвовать в этом строе, в том, что поддерживает его: в военщине, в судах, податях, ложном учении и т.д.»),

3) не одобрять никакого насилия.

Толстой сомневается в прогрессе общества. Прогресс коснулся лишь меньшинства, которое пользуется достижениями цивилизации за счет огромного большинства. Отрицательно писатель и философ относится и к культуре (!). Он целиком на стороне «природы» против «культуры», а «природа» - это народ. В духе славянофилов Толстой идеализирует народ, называя его носителем истинной веры и чистой нравственности.

Революционно-демократическое направление. А.И. Герцен – концепция «русского социализма». Россия очень отстала от Запада, но русский человек сохранил свою душу и национальный характер. Дух русского народа воплощен в сельской общине в виде основ прямой демократии: мирского схода, совместного труда, совместного бытия. В этом смысле крестьянская община представляет собой как бы «инстинктивный коммунизм», и это поможет России избежать буржуазной стадии развития с ее острыми противоречиями. Но в то же время индивид поглощен и подавлен общиной. Поэтому нужна западная наука, политические свободы и правовые нормы. Социализм должен быть средством освобождения личности. Террор он резко отвергает террор.

Н.Г. Чернышевский («Что делать?») считал, что в истории действует закон нарастания прогресса, роль основного двигателя играет знание, а революция - средство коренного изменения всего общественного строя. Единственный способ решения острейших проблем России Чернышевский видел в крестьянской революции. На смену крепостному праву должен прийти строй производственно-сельскохозяйственных ассоциаций.

М.Бакунин («Государство и анархия») отстаивал идею безгосударственного социализма, анархизма. Вся история человечества представляет собой неуклонное движение из «царства животности» в «царство свободы». Основным угнетателем человеческого рода, источником зла и несчастий является государство. Оно представляет собой организованное выражение насилия и эгоизм чиновников. Осуществлять господство над людьми также помогает религия. Чтобы привести человечество к состоянию свободы, необходимо «взорвать» государство, исключить принцип власти из жизни общества. Бакунин был убежден, что русский мужик всегда готов к революции, так как он бунтарь по своей природе. В связи с этим революционерам следует идти в народ и звать его к бунту. На месте государства должно возникнуть общественное устройство, основанное на началах самоуправления, автономии и свободной федерации индивидов, общин, провинций, наций.

П.Н. Ткачев выступал за террор против самодержавия – «единственное средство нравственного и общественного возрождения России». «Партия меньшинства» должна подталкивать государство к социальной революции, уничтожению существующего государства и созданию нового - государства революционной диктатуры.

П.Л.Лавров («Исторические письма») считал, что главная движущая сила исторического процесса – это критически мыслящие личности, т.е. передовая интеллигенция. Лишь она способна сформулировать социальный идеал и донести его до трудящихся с помощью пропаганды. Он призывал интеллигенцию к активной пропаганде социалистических идей среди русского народа: для подготовки революции надо идти в народ, слиться с ним и разбудить его. Вместе с тем, Лавров прекрасно осознавал, что революция не может быть искусственной – она должна созреть в недрах общества.

Русский космизм – учение о неразрывном единстве человека, Земли, Космоса, о космической природе человека и о его безграничных возможностях по освоению космоса.

Представители: Н.Федоров, Вл. Вернадский, К.Циолковский, А.Чижевский. Два направления: естественно-научный и религиозный.

Основная идея «философии общего дела» Н.Федорова – победа над смертью, достижение человеческого бессмертия и воскрешение всех прежних поколений. Нравственный долг потомков - вернуть жизнь всем предшествующим поколениям. Для воскрешения мертвых необходимо прекращение всякой вражды между людьми, нравственное объединение всех людей и активная регуляция природы путем науки и техники. Задача науки: 1) максимально продлить жизнь человека, сделать его организм бессмертным, 2) обеспечить все воскресшие предшествующие поколения местом для существования – путем освоения космоса и переселения на другие планеты.

К.Циолковский («Грезы о земле и небе») полагал, что жизнь и разум на Земле не являются единственными во Вселенной. Безграничное космическое пространство населено разумными существами различного уровня развития: более «совершенные» и менее «совершенные». Более «совершенные» следят за порядком во Вселенной. Со временем в ходе эволюции будет образован союз всех разумных высших существ космоса. Сначала – в виде союза населяющих ближайшие солнца, затем союза союзов и так далее, до бесконечности, так как бесконечна сама Вселенная. Земля – «поздняя» планета, и ей дано право на самостоятельное развитие. Нравственная, космическая задача Земли – внести свой вклад в совершенствование Космоса. Оправдать свое высокое предназначение в деле совершенствования мира земляне смогут, лишь покинув Землю и выйдя в Космос. Изобретение ракеты для него как ученого не самоцель, а «метод проникновения в глубины Космоса». Суть его космической философии: «в переселении с Земли и в заселении Космоса».

А.Л.Чижевский – основатель гелиобиологии – науки о Солнце и о его влиянии на земные процессы. Ученый доказывает существование природных и космических ритмов, зависимость жизни на Земле от пульса Космоса. Солнце влияет не только на здоровье человека, но и на социальные процессы на нашей планете. Социальные катаклизмы (войны, бунты, революции) во многом предопределяются поведением Солнца. По подсчетам Чижевского во время минимальной солнечной активности – минимум массовых социальных движений 5%, во время пика – 60%. Цикл солнечной активности составляет 12 лет. Фатальные годы для России - 1905, 1917, 1929, 1941, 1953, 1989 – пик солнечной активности.

Религиозно-идеалистическое направление. В.С.Соловьев («Кризис западной философии», «Оправдание добра», «Чтения о Богочеловечестве»). Основные идеи: всеединства, Богочеловечества, цельного знания. Ни одно явление не может существовать и быть познанным вне его отношения к другим явлениям. Любая вещь познается в ее отношении в ее отношении к целому. А целое – это не просто множество вещей, а всеединство. Всеединое существует во всех своих элементах, является носителем всех своих мировых свойств. Всеединство включает безусловное (абсолютное бытие – Бог) и обусловленное (материя). «Всеединство» постигается «цельным знанием», представляющим собой синтез религии, философии и науки, или, иначе – веры, мысли и опыта.

Соловьев строит метафизическую систему «цельного знания», в которой онтология должна раскрыть «всеединство», гносеология – обосновать иррациональное знание, социология найти высший идеал общества.

Мир, созданный Богом, проходит три этапа:

Космогонический процесс: на этом этапе происходят превращение природы мира из хаоса в космос и подготовка условий, необходимых для появления человека.

Исторический процесс: с появлением человека начинается внутреннее преображение космоса, человек – посредник в воссоединении ее с Богом, «связующее звено между божественным и природным миром ». Его задача – в преодолении всех проявлений зла и несовершенства мира. Нравственный смысл жизни человека – служение Добру. Идеал совершенного человека есть – это Иисус Христос. Через человека идет путь возвышения бытия: мертвая материя одухотворятся, становится живой.

Богочеловеческий процесс: история человечества движется к Царству Божиему – преображению и воссоединению с Богом. И указывает этот путь Иисус Христос, соединяющий божественное и человеческое начала в себе. В центре истории стоит божественная личность Христа. Богочеловек побеждает смерть и приобщает мир к вечной жизни. Соединение человека и мира с Богом возможно только в Христе и через него – в Церкви ( теле Христовом). Бог есть любовь и воссоединение с ним человека и мира возможно только через любовь – свободную, это подчеркивается и В.Соловьевым и всеми его последователями. Любовь должна осуществить тройное воссоединение: восстановить индивидуального человека - союз мужчины с женщиной; восстановить общественного человека, присоединяя его к обществу; восстановить универсального человека, его внутреннее живое единение со всей природой мира. И окончательное воссоединение человека и мира с Богом – «в любви, через любовь, с любовью».

Шестов критикует рационализм, столь характерный для западной философии. Мир иррационален и полон бесчисленных тайн. Мы даже не подозреваем, что творится во вселенной. Окружающий нас мир – это мир хаоса, господства стихии и случайности. Наш разум способен познать лишь необходимое, закономерное, а случайное и хаотичное, то, что составляет сущность мира, скрыто от него. Поэтому претензии науки и рациональной философии на познание действительности несостоятельны. Подлинная истина находится по ту сторону разума.

Бердяев Н.А. («Дух и реальность», «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики», «О рабстве и свободе человека») – прошел путь от марксиста до религиозного философа. Бердяев говорит о кризисе философии: бытие рационально, западная же философия пытается познать его рациональным способом.

Основные идеи философии Н.А.Бердяева:

  1. дух и природа противоположны. Дух есть субъект, жизнь, свобода, огонь, творческая деятельность – различия преодолеваются любовью; природа – объект, вещь, необходимость, пассивная деятельность – все, что множественно и делимо. Бог есть дух. Природа вторична и производна. Только человек, обладающий свободой и способность к творчеству, способен преобразить и одухотворить природу.

  2. примат свободы над бытием. Бог не отвечает за зло, творимое в мире – он не сотворил свободу, которая привела человека к грехопадению. Существует три вида свободы: первичная иррациональная свобода, которая существовала до Бога и человека и из которой все возникло; рациональная свобода, т.е. исполнение рационального долга; и свобода, проникнутая любовью. Человек свободно отпадает от Бога, движимой иррациональной свободой и призван свободно вернуться к Богу по своей воле и привести, объединенный любовью весь мир к нему.

2) антроподицея (оправдание) человека. Человек есть точка пресечения двух миров, он отражает в себе мир высший (богоподобие) и мир низший - в этой двойственности заключается сложность его существования. Он венец мироздания и микрокосм. Как образ и подобие Бога, человек является личностью. Личность - категория духовно-религиозная. Как личность он имеет большую ценность, чем общество, нация, государство. Человек – со-творец Бога, он призван к творческой работе, его предназначение состоит в том, чтобы продолжать творение Богом мира. Человек творит из ничего, исходя из свободы как «безосновной основы бытия». И именно в творчестве человек совершает преодоление костной материи и он прорывается в высшую духовную реальность.


ТЕМА 1.7 ФИЛОСОФИЯ xx века.

Современная философия.


Одним из направлений “философии науки” является неокантианство. Неокантианство стремилось возродить некоторые важные принципы философии Канта. Неокантианство зародилось в 60-х годах XIX столетия в Германии. Пик его популярности приходится на конец XIX - начало XX века. Однако и по сей день оно продолжает оказывать довольно сильное влияние на всю европейскую философию. В неокантианстве отчетливо выделяются две философские школы, получившие свое название от имени университетских центров, где работали их представители: Марбургская и Баденская (Фрейбургская). Этим школам присущ ряд общих установок: 1) Положительная оценка ими наследия Канта как учения, опираясь на принципы философствования которого можно в современных условиях решить насущные проблемы науки и общественной практики. 2) Ориентация на исследование методов научного познания, понимание философии как критической теории науки. 3) Приверженность трансцендентальному методу истолкования действительности, в соответствии с которым познание понимается не как отражение действительности и не как описание реальности, а как деятельность по созданию предмета познания вообще и науки, в частности. Истолкование же этих общих принципов подхода в различных школах неокантианства имеет довольно существенные различия. Рассмотрим же конкретно учение Марбургской и Баденской школ.

В Марбургской школе - Г. Коген (1842-1912 гг.), П. Наторп (1852-1922 гг.), Э. Кассирер (1874-1945 гг.) - основные усилия были направлены на разработку трансцендентального метода познания. При разработке основных положений этого метода неокантианцам пришлось переосмыслить ряд пoлoжeний кантовской теории. Они выступили против истолкования “вещи в себе” как объективной реальности, которая, действуя на органы чувств человека, производит ощущения. “Вещь в себе”, по их мнению, не может быть дана познанию. Однако она “задана”, как задаются математической функцией числовой ряд и каждый из его членов. Следовательно, “вещь в себе” не объект, а цель, регулятивный принцип познания, его идея. Вместе с тем, неокантианцы отвергают субъективизм, сводящий все к односторонней активности мышления. В ортодоксальном субъективизме они видят угрозу сведения познания, мышления к психологическим процессам. Трансцендентальный метод в трактовке Марбургской школы сводится к освобождению научного познания от психологизма, то есть от антропологического обоснования единства научного знания.

Источником научного знания, по их мнению, является не структура сознания познающего субъекта, а логическая структура науки. Природа естествознания вытекает из самих естественных наук. Следовательно, местом, где природа обладает реальностью, являются естественные науки. В результате теория познания превращается в логику чистого познания, то есть исследование логической структуры познания независимо от ее связей не только с действительностью, но и с чувственным познанием. В отличие от неопозитивизма, неокантианцы искали пути развития логики научного познания не в формально-аналитической сфере, а в содержательной. Поэтому в их изысканиях присутствует довольно сильный налет гносеологизма. Отсюда вытекают внутренние противоречия неокантианцев. В чем же состоят эти противоречия? Конечной целью философии объявляется исследование логических основ точных наук. При этом утверждается, что логика исследует лишь правильность, закономерность, всеобщность и необходимость знания, но не истинность. Однако в неокантианстве постоянно возникает проблема соотношения знания с действительностью, необходимость ответа на вопрос об объективной основе знания. “Антиметафизическая” направленность их философии исключала возможность идти по пути Гегеля и восстановить абсолют как основу всего бытия, в том числе бытия культуры, однако марбургцы прибегают к допущению Бога (Коген) или Логоса (Наторп) как объективной основе бытия, мышления и нравственности.

Баденская школа - В. Виндельбанд (1848-1915 гг.), Г. Риккерт (1863-1936 гг.). Разделяя с представителями марбургской школы общие установки неокантианства, философы Баденской школы сконцентрировали свое внимание на разработке методологии научного познания и вытекающего из этого переосмысления роли и назначения философии. Они утверждали, что существует принципиальное различие между естествознанием (науками о природе) и обществознанием (науками о культуре или о “духе”). По их мнению, это различие обусловлено не предметом познания, не онтологической основой, а методологией наук. Основную установку Баденской школы сформулировал В. Виндельбанд в своей речи “История и естествознание”: “Опытные науки ищут в познании реального мира либо общее, в форме закона природы, либо единичное, в его исторической обусловленности. Одни из них - суть науки о законах, другие - науки о событиях, первые учат тому, что всегда имеет место, последние тому - что однажды было. Научное мышление в первом случае есть номотетическое (законополагающее - А. Р.) мышление, во втором - мышление идеографическое (описывающее особенное - А. Р.)”. Отправным моментом для этого деления наук служит убеждение, что ни одна наука не может отобразить действительность. Науки только по-разному преобразуют ее. Естествознание преодолевает многообразие действительности путем ответвления (абстрагирования) от частного и особенного, на основе упрощения действительности, формулировании общего, а, точнее, всеобщего закона. Естествознанию не под силу знание индивидуального. Впрочем, оно его и не интересует. Однако, для человеческой истории индивидуальное является главным. Поэтому исторические науки, науки о культуре занимаются исследованием единичных, неповторимых явлений и событий.

Итак, с точки зрения философов Баденской школы, естественные науки изучают общее, повторяющееся, закономерное в явлениях, руководствуясь генерализирующим (обобщающим) или номотетическим (законополагающим) методом, а науки о культуре - индивидуализирующим, идеографическим (описывающим) методом.

Главная проблема, которую предстояло решить этим философам; как возможна наука об индивидуальном, а не об общем. Г. Риккерт предложил такое решение: индивидуальное следует осмысливать через соотнесение с ценностями. Многообразие событий получает свое единство через ценностное восприятие. Однако, по Риккерту, ценности не следует путать с оценкой. Оценка - это субъективное отношение, не выходящее за пределы установленных фактов. Ценности же - это независящая от субъекта реальность. Они действуют сами по себе. Ценности априорны, трансцендентальны, общезначимы.

В каком-то смысле Риккерт прав. Ценности - это характеристика не индивидуального, а общественного сознания - идеальные социальные формы, функционирующие в социальном взаимодействии, но функционирующие через индивидуальное сознание, личность. И здесь требуется детальная проработка, того как этот процесс соотношения индивидуального и общественного сознания реализуется в исторических науках, науках о культуре. Неокантианцы такой проработки не сделали. Они лишь констатировали отнесение к ценностям как важнейшее условие индивидуализирующего метода. Вместе с тем Риккерт признает, что, конечно, и история упрощает и преобразует действительность, но она делает это иначе, чем естествознание. Она относит ее к общезначимой культурной ценности. При такой переработке действительности индивидуальность не утрачивается.

Руководствуясь проведенным Кантом различием теоретического и практического разума, неокантианцы устанавливают различие между наукой и философией. Науки опираются на теоретические суждения и эмпирические данные о сущем. Философия - это нормативное учение, учение о ценностях - аксиология. Ее предмет - изучение отношения субъекта и ценности. Ценности, по Риккерту, образуют совершенно самостоятельное царство, лежащее по ту сторону субъекта и объекта - ”мир трансцендентального смысла”. Неокантианцы устанавливают определенную иерархию ценностей, символизирующую, по их мнению, прогрессивное развитие в процессе самоопределения человека. Риккерт вычленяет шесть сфер духовной жизни: логику, эстетику, мистику, этику, эротику, религию и устанавливает соответствующие им типы ценностей: истину, красоту, надличностную святость, нравственность, счастье, личную святость.

Неокантианство положило начало разработке новой отрасли философского знания - науки о ценностях - аксиологии. Сформулированные в Баденской школе принципы методологии научного познания активно используются в современном обществознании, прежде всего в истории и социологии. На этих принципах в значительной мере базируется течение “понимающей социологии”, связанное с творчеством Г. Зиммеля, М. Вебера, Д. Дильтея и их последователей.

Видное место в разработке методологии научного познания принадлежит позитивизму. Понятие “позитивизм” (производное от лат. positiva положительный) обозначает призыв к философам отказаться от метафизических абстракций и обратиться к исследованию позитивного знания. Позитивисты считают, что философия увлеклась никому не нужными, оторванными от реальной жизни метафизическими изысканиями и спорами. Сейчас, в век расцвета позитивной науки, возрастающей роли во всех сферах жизнедеятельности человека точных и конкретных знаний, необходимо сосредоточить свое внимание на “позитивном” в человеческом знании и познании.

Позитивизм исходит из признания существования некой реальности, которая со всей очевидностью непосредственно дана человеку. Понятия позитивное и данное тождественны. Данное - это то, что поддается проверке эмпирическими или логико-математическими средствами. Эта проверка должна носить общезначимый характер.

Позитивизм возникает в 30-40-х годах XIX в. во Франции. Родоначальником этого философского течения является Огюст Конт (1798-1857 гг.). Идеи Конта заимствовали и развивали в Англии Герберт Спенсер и Джон Стюарт Милль, в России - П. Л. Лавров, Н. К. Михайловский и др. О. Конт в определенной мере является продолжателем идей французского Просвещения. Вслед за Сен-Симоном и Деламбером, он сформулировал закон о трех последовательных стадиях интеллектуальной эволюции человека, которые свойственны ему как в филогенетическом, так и в онтогенетическом развитии: теологической, метафизической и позитивной (научной). На первой, теологической стадии все явления объясняются на основе религиозных представлений, вторая - метафизическая стадия заменяет сверхъестественные факторы в объяснении природы сущностями, причинами. Задача этой стадии критическая: разрушая прежние представления, она подготавливает третью стадию - позитивную или научную. Позитивизм понимает свое предназначение как критику ненаучного знания, основное острие этой критики направлено против метафизического подхода. В данном случае под словом метафизика понимается традиционный, философский подход (“Метафизика” Аристотеля). История “тяжбы” философии с наукой, считает Конт, показала, что всякие попытки приспособить метафизическую проблематику к духу научности заведомо обречены на провал. Поэтому следует отказаться от метафизики. Наука больше не нуждается в стоящей над ней философии и должна опираться сама на себя.

Позитивистский подход предполагает два коренных преобразования. В сфере науки он означает ее отказ от метафизических наслоений. К таким наслоениям Конт относил претензии науки на раскрытие причин явлений и проникновение в их сущность. Он утверждал, что наука не объясняет действительность, а лишь описывает явления. Она не отвечает на вопрос “почему”, а отвечает на вопрос “как”. Последовательное проведение данного тезиса Конта означало бы отказ науки от принципа причинности, отрицание возможности раскрытия объективных, закономерных связей. Конт не делает таких крайних выводов, он пытается сохранить эти бесспорные составные элементы научного подхода, что создает внутренние противоречия в позитивистском подходе к науке и философии.

Отрицая прежнюю “метафизическую” философию, Конт не отказывается от философии как таковой. Он полагает, что для адекватного познания действительности отдельных частных наук недостаточно. Существует объективная потребность разработки общенаучных методов познания, а также раскрытия связи между отдельными науками, создания системы научного знания. Решение этих задач и является прерогативой “новой философии”. А для этого “старая философия” должна быть коренным образом переосмысленна, “очищена от всех метафизических пережитков”. Таким образом, позитивизм претендует на роль “философии науки”. По замыслам Конта, конкретные науки должны выявлять частные закономерности различных предметных областей знания, философия же должна направить свои усилия на познание наиболее общих закономерностей, на систематизацию научного знания. При этом в своей систематизаторской деятельности философия должна ориентироваться на строгие образцы естественнонаучного знания. Философские системы О. Конта и Т. Спенсера, Дж. Ст. Милля носили характер энциклопедических классификаций имеющегося научного знания, большое количество томов, говорящих о богатой эрудиции их авторов, но не дающих ничего нового для науки, не носящих характер творческих изысканий.

Позитивистские системы Конта, Спенсера, Милля создавали определяющую научную картину мира, опирающуюся на принцип механистического истолкования действительности. Прогресс естественно-научного знания на рубеже XIX-XX веков, связанный с развитием квантовой физики, поставил под вопрос механистическую методологию, основанную на принципах Ньютоновской физики, и разрушил прежнюю картину мира. Вместе с этим под вопросом оказалась и эмпирическая методология научного познания, поскольку в ходе исследований выявилась зависимость результатов научных опытов от приборов и органов чувств человека. Интенсивное развитие психологических исследований поставило на повестку дня вопрос о связи этой науки с другими науками, изучающими человека и окружающий его мир. В этих условиях философия, опирающаяся на принципы позитивизма, переживает серьезный кризис. Она вынуждена поставить в центр своего внимания такие вопросы, которые приверженцы контовского учения считали сугубо метафизическими: о природе познания, об отношении субъекта и объекта, о взаимоотношении психического и физического, о характере и истоках “опыта” и т.д. Возникает вторая стадия в развитии позитивизма - эмпириокритицизм (критика опыта) Э. Мах (1838-1916 гг.), P. Авенариус (1843-1896 гг.) и др.

Эмпириокритицизм сохраняет основную установку позитивизма на описание позитивного, опытного знания. Его представители настаивают на необходимости борьбы в науке с засилием метафизических подходов на изъятие из науки таких “метафизических” понятий, как “субстанция”, “причинность”, “материальное”, “идеальное” и т. п. Принципиальное отличие данной стадии развития позитивизма от предшествующей состоит в том, что основную задачу философии ее представители видели не в построении всеобъемлющей системы научного знания, а в создании теории научного знания. На практике же разработка этой теории научного знания означала возврат философии к традиционной гносеологической проблематике, решаемой с позиций субъективного идеализма Д. Беркли и Д. Юма.

Третий этап в развитии позитивизма - неопозитивизм - начинается в 20-х годах XX века. Его родоначальниками являются австрийский физик-теоретик М.Шлик (1882-1936гг.), австрийский философ, логик и математик Л. Витгенштейн (1889-1951 гг.), немецкий философ и логик Р. Карнап (1891-1970 гг), английский философ, логик и математик Б. Рассел (1872-1970 гг.) и др. Как и две предшествующие стадии позитивизма, неопозитивизм начинает свою борьбу за “подлинную философию” с критики метафизики. Неопозитивисты упрекают традиционную философию в неясности рассуждений, в излишней усложненности языка в оперировании полумистическими понятиями типа “чистый разум”, “абсолютная идея” и т. д. Философия, по мнению неопозитивистов, должна быть коренным образом преобразована. К ней необходимо предъявить строгие требования, которые сложились в современном естествознании и математике.

Следует отметить, что неопозитивизм неоднороден: как философское течение он состоит из ряда философских школ и прошел в своем развитии ряд последовательных этапов. Исторически первый и основной вариант неопозитивизма - логический позитивизм. Представители логического позитивизма исходили из предпосылки, что предметом философии не может быть и теория познания, поскольку ее решения вынуждены выходить на мировоззренческую проблематику, а это неизбежно выталкивает философское мышление в сферу “метафизических” проблем. По их мнению, философия вообще не имеет предмета исследования, потому что она не является содержательной наукой о какой-то реальности, а представляет собой род деятельности, особый способ теоретизирования.

В чем же состоит этот способ теоретизирования, с точки зрения неопозитивистов? Представители логического позитивизма считают, что задача философии сводится к логическому анализу научных высказываний и обобщений. При этом неопозитивисты исходят из предпосылок, что все знания выражаются с помощью языка, в виде каких-то высказываний. Центральная задача философии - разработать принципы проверки этих высказываний на соответствие их опыту человека, позитивному данному. Б. Рассел выдвинул положения о том, что все высказывания делятся на три основных категории: 1) логико-математические (аналитические); 2) эмпирические (синтетические); 3) метафизические (научно-неосмысленные). Философия, по мысли неопозитивистов, должна проанализировать высказывания, имеющие хождение в науке.

Томас Кун исходит из представления о науке как социальном институте, в котором действуют определенные социальные группы и организации. Однако главным, объединяющим началом сообщества ученых, с точки зрения Куна, являются не нормы профессиональной этики, а единый стиль мышления, признание данным сообществом определенных фундаментальных теорий и методов исследования. Эти положения, объединяющие сообщество ученых, Кун назвал парадигмой. “Под парадигмой, - писал Т. Кун, - я подразумеваю признанные всеми научные достижения, которые в течение определенного времени дают научному сообществу модель постановки проблем и их решения” (Кун Т. Структура научных революций. М. 1971. С. 11). Из этих моделей, по мнению Куна, возникают конкретные традиции того или иного направления в исследовании.

Парадигмы имеют как познавательную, так и нормативную функции. Они дают ученым как основные принципы их познавательной деятельности, так и формы реализации этих принципов. Парадигмы, по словам Куна, являются источником методов, проблемных ситуаций, стандартов решения проблем, принятых в тех или иных сообществах ученых. Более низким уровнем организации научного знания по сравнению с парадигмой является научная теория. Каждая теория создается в рамках той или иной парадигмы. Теории, существующие в рамках различных парадигм, не сопоставимы. Поэтому одна и та же теория не может входить в разные парадигмы без предварительного серьезного переосмысления. А это означает, что при смене парадигм невозможно осуществить преемственность теорий, то есть какие-то теории перенести из старых парадигм в новые. В контексте новых парадигм старые теории получают новое содержание, иную интерпретацию.

Позднее Кун называет парадигмы дисциплинарными матрицами. Они дисциплинарны, потому что принуждают ученых к определенному поведению, стилю мышления матрицы - потому что состоят из упорядоченных элементов различного рода, причем каждый из них требует дальнейшей спецификации. Дисциплинарная матрица, по Куну, состоит из четырех основных элементов: 1) символические обобщения или формализованные конструкции, используемые членами сообщества ученых без сомнений и разногласий; 2) “метафизические” общеметодологические представления, концептуальные модели; 3) цементирующие данное научное сообщество ценности. Наиболее укоренившимися ценностями являются ценности, касающиеся предсказаний. Они должны быть точными, количественно обоснованны, просты, логичны, с высокой степенью вероятности; 4) “образцы” - признанные примеры.

Развитие науки представляется Куном как скачкообразный, революционный процесс, сущность которого выражается в смене парадигм или дисциплинарных матриц. На каждом конкретном историческом отрезке в рамках сообщества ученых складывается определенная парадигма. Развитие науки какой-то период идет в рамках данной парадигмы: происходит накапливание эмпирического материала, обработка данных, совершенствуются методики исследований и т. д. Этот период развития знания Кун называет “нормальной наукой”.

Однако спокойное развитие науки не может длиться вечно. постепенно возникают причины для сомнения в ясности, очевидности и обоснованности общепринятых теоретических положений. Парадигма как привычный стиль мышления расшатывается и на каком-то этапе наступает кризис основных исходных понятий в данной науке. Кун описывает этот кризис как с содержательной стороны развития науки (противоречия новых данных методик выводам и методикам устоявшейся парадигмы), так и с эмоционально-волевой (утрата доверия к исходным принципам действующей парадигмы со стороны какой-то значительной части научного сообщества). И в переходе к новой парадигме действуют эти же факторы. Переход от старой к новой парадигме, отмечает он, не может основываться на чисто рациoнaльныx доводах, хотя этот элемент значителен. Здесь необходимы волевые факторы - убеждение и вера. “Требуется выбор между альтернативными способами научного исследования, причем в таких обстоятельствах, когда решение должно внедряться больше на перспективы будущего, чем на прошлые достижения. Тот, кто принимает парадигму на ранней стадии, должен часто решаться на такой шаг, пренебрегая доказательством, которое обеспечивается решением проблемы. Другими словами, он должен верить, что новая парадигма достигает успеха в решении большего круга проблем, с которыми она встретится, зная при этом, что старая парадигма потерпела неудачу при решении некоторых из них. Принятие решения такого типа может быть основано только на вере”.

Однако Кун не сторонник иррациональных оснований смены парадигм. Подчеркивая эмоционально-волевой xapaктер принятия решения, он указывает, что это решение, эта вера опираются на определенные рациональные основания, которые заложены в логике научного исследования в тех требованиях, которые предъявляют к стилю и способу мышления новые научные данные. Постепенно эти рациональные основания углубляются и новая пapaдигмa завоевывает в обществе большее количество сторонников до тех пор, пока она нe займет доминирующие позиции и не превратится в “нормальную” науку. Затем цикл снова повторяется. Для Куна развитие науки - это смена парадигм, периодические скачкообразные изменения в стиле мышления, методологии и методике научного исследования.

Близкую по смыслу, хотя и в ряде положений отличающуюся от концепции Куна, теорию развития науки представил профессор Лондонской экономической шолы И. Лaкaтос. Основной структурно-динамической единицей его модели науки является научно-исследовательская программа. По характеристике Лакатоса, исследовательские программы являются величайшими научными достижениями и их можно оценивать на основе прогрессивного или регрессивного сдвига проблем. Прогрессивный “сдвиг проблем” - означает, по Лакатосу, - научную революцию. Каков же критерий прогресса исследовательских программ? Исследовательская npoгpaмма считается прогрессирующей тогда, когда ее теоретический рост предвосхищает ее эмпирический pocт, т. е. когда она с некоторым успехом может предсказать новые факты. Регресс наступает тогда, когда она дает запоздалое объяснение научных открытий или фактов, предвосхищаемых и открываемых конкурирующей исследовательской программой. Если исследовательская программа объясняет больше, нежели конкурирующая, то она вытесняет последнюю из оборота сообщества ученых.

Каждая исcлeдовaтeльскaя программа, считает Лакатос, представляет собой сложную и структурированную систему, состоящую из ряда элементов: “жесткого ядра” - совокупности суждений, которые явно или неявно являются теоретической основой данного стиля мышления, “запретного пояса” - суждений, связывающих исследовательскую npoгpaмму с эмпирическими данными, “негативной эвристики”, указывающей, каких путей исследования следует избегать, и ”позитивной эвристики”, рекомендующей наиболее предпочтительные пути исследования. Утверждения, соcтaвляющиe “жесткое ядро” в рамках данной программы, принимаются как неопровержимые. “3ащитный пояс” предотвращает “жесткое ядро” от опровержении, но изменяется и совершенствуется благодаря правилам “позитивной эвристики”, а также c помощью процедур фальсификация и верификации.

История развития науки, по Лaкaтосу, - это история борьбы и смены конкурирующих исследовательских программ, которые соревнуются на основе их эвристической силы в объяснении эмпирических фактов, предвидении путей развития науки и принятии контрмер процессов ослабления этой силы. По сути дела, здесь И. Лакатос воспроизводит в иных терминах, в более дифференщированном виде куновскую концепцию paзвития науки на основе парадигм. Однако при интерпретации движущих причин смены исследовательских пpогpaмм, конкретных механизмов развития науки Лакатос не разделяет взглядов Куна. Он выделяет в науке внутреннюю и внешнюю историю. Внутренняя история науки базируется на движении идей, методологии, методик научного исследования, тo, что, по словам Лакатоса, cocтaвляeт особенное содержание науки. Внешняя иcтopия - это формы организации науки и личностные факторы научного исследования. Кун подчеркивал огромное значение этих “внешних факторов”, Лакатос же отдает им второстепенное значение.


“Философия жизни” выступила за реабилитацию жизни, против ее ущемления и обеднения рассудочным, политическим, экoномичeским и иными утилитарными подходами. В связи с этим понятие “жизнь” как центральное понятие этого философского течения призвано заменить понятие “бытие”. Представители этого течения противопоставляют “жизнь” “бытию”. Бытие - это статичное состояние. Жизнь - это движение, становление. “Heт бытия, есть только становление”, - заявлял Ф. Ницше. “Философия жизни” выступала против того, чтобы положить в основу становления что-либо устойчивое. Становление, по мнению ее сторонников, это первооснова, предельное понятие. Вместе с тем, ряд ее пpeдcтавитeлeй подчеркивали, что жизнь - это деятельность, твоpческoe созидание, самовыражение человека, формы объективации чeловeкa в культуре, позволяющие ему реализовать и познавать самого себя. Следовательно, жизнь - это и человеческая жизнь, и oснова бытия, и определенное отношение человека к этой основе бытия. Каждый индивид ощущает себя в paмкax какой-то огромной жизни, затрагивающей его и угрожающей ему. Он чувствует себя подчиненным каким-то потокам, потокам жизни. Представители этого философского течения нередко при описании жизни используют образ реки, атмосферных потоков и т. д. Жизнь, как поток, неуловима рассудочными методами познания. Ее познание осуществляется на основе особых познавательных способностей: переживания и сопереживания (понимания); интуиции, веры, любви т.д.

В “философии жизни” можно выделить три основных школы: академическую “философию жизни” (В. Дильтей, Г. 3иммель), “Творческую эволюцию” А. Бергсона (1859-1941 гг.) и его последователей, "Философию воли к власти” Ф. Ницше (1844-1900 гг.) и его последователей.

Академическая “философия жизни”. В. Дильтей и Г. Зиммель определяют жизнь как факты воли, побуждений, чувств и переживаний. С этой точки зрения действительность - это то, что содержится в опыте самой жизни. Следовательно, действительность - это чистое переживание, вне которого действительности не существует. Очевидный объективизм этой позиции, приводящий к солипсизму, заставляет их уточнить свою позицию. В. Дильтей говорит о необходимости веры в реальность внешнего мира, основанную на волевом, “практическом” отношении человека к миру. Г. Зиммель также видит в “жизни” центр, от которого, с одной стороны, идет путь к душе, к “я”, а с другой - к идее, Kосмосу, абсолюту. Тем не менее, определяющие характеристики жизни - это переживание, “жизнeнный опыт”.

“Жизненный опыт” и выступает объектом познания. “Жизненный опыт”, подчеркивают Дильтей и Зиммель, несводим к разуму. Он иррационален. Жизнь - это поток, изменение, творчество. Поэтому представители “философии жизни” отрицают возможность знания как отражение закономерного, всеобщего. Жизнь не может быть постигнута только через индивидуальное. И здесь мы встречаем родственные неокантианству установки. Неокантианцы, как отмечалось ранее, также говорили о необходимости индивидуализирующего метода познания в истории. Однако, неокантианцы, следуя рационалистической традиции, хотя и отвергали понятия “закономерности” применительно к истории, все же считали необходимым применение в историческом исследования рационального метода, основанного на отнесении к ценности. Представители академической “философии жизни” провозглашают методом “науки о духе” непосредственно переживание исторических событий. В их системах “науки о духе” принимают форму герменевтики - искусства “истолкования”, искусства “понимания” письменных текстов, “зафиксированных жизненных откровений”. По Дильтею, историк должен не просто воспроизвести истинную картину событий, но и “пережить” ее заново, “истолковать и воспроизвести в ее жизненности”.

“Творческая эволюция” А. Бергсона. А. Бергсон в отличие от других представителей “философии жизни” в своих работax опирался на естествознание. Он на основе концепции философии “жизни” стремился построить картину мира, которая по-новому бы объяснила эволюцию природы и развитие человека, обосновала бы их единство. Центральное понятие философского учения А. Бергсона - жизненный порыв. C точки зрения Бергсона, жизнь - это непрерывное творческое становление. Материя - косное начало бытия, хотя и оказывает сопротивление, но все же подчиняется жизни. Благодаря этому эволюция мира природы становится творческой эволюцией. В результате мир в изображении Бергсона предстает как единый, непрерывно и необратимо развивающийся, спонтанно и непредсказуемо. Рождая все новые и новые формы, он находится в состоянии непрерывного становления.

Бергсон считал, что человек довольно успешно приспособился к миру материи с помощью интеллекта. Интеллект, по Бергсону, - это разумное и рассудочное познание, достигшее высших форм в методах физико-математических наук. Интеллект разлагает целостность миpa на тела, тела - нa элементы и т. д., а затем конструирует из них искусственные единые картины мира. Бергсон не отрицает познавательных возможностей интеллекта. Но он считает мир и его движение “схватываются” интеллектом примерно так же, как она “схватывается” в кинематографе, где естественное течение жизни заменяется искусственным с помощью движения кинопленки, состоящей из отдельных мертвыx кадров. Интеллект удерживает сходное, повторяющееся, общее ценой утраты уникального, неповторимого. Он обретает способность пpeдвидеть аналогичные процессы в будущем.

Однако интеллект совсем не создан для того, чтобы осмыслить эволюцию в собственном смысле этого слова, то есть непрерывность изменения.

Интеллекту принципиально недоступен “жизненный порыв”. Его познание возможно только на основе интуиции. Интуицией, по Бергсону, называется род интеллектуальной симпатии, посредством которой человек переносится внутрь предмета, чтобы слиться с ним и познать, что есть в нем единственного, и, следовательно, невыразимого. Интуиция позволяет проникнуть в самую суть вещей. Бергсон характеризует интуицию как основу Духа, в известном смысле, как самое жизнь. Это тождественное с Духом состояние он называет первоначальной интуицией. С гносеологической точки зрения, эволюция представляет собой процесс, в ходе которого первоначальная интуиция разделяется на инстинкт и интеллект. В первом случае она лишается самосознания, а во втором - способности проникать в сущность реальности. У человека интуиция почти целиком отдана в жертву интеллекту. Однако, считает Бергсон, утрата человечеством первоначальной интуиции не была полной. В “пограничных ситуациях”, когда речь идет о жизненных интересах пepвоcтeпeннoй важности, интуиция освещает человеческое “я”, его свободу, судьбу и место во Вселенной. К остаткам интуиции Бергсон относит также эстетическую способность, с наибольшей силой проявляющуюся у творцов произведений искусства. Задача философии, на его взгляд, состоит в том, чтобы помочь человеку овладеть paсceивающимися интуициями.

Наиболее сильное влияние “философии жизни” обнapуживается не в онтологии и гносеологии, а в этике. Создателем этической интерпретации "философии жизни” являетоя немецкий филocoф Ф. Ницше. Ницше развивал концепцию “воли к власти” на основе “воли к жизни”.

Понятие Воли как оcновы вcего cуществующего Ницше заимствует у Шопенгауэра. Однако, если для Шопенгауэра воля служит основанием бытия, то Ницше придает этому понятию социально-нравственный оттенок. “Жизнь, - пo его словaм, - стремится к максимуму чувства власти”. “Воля к власти” - это наиболее значимый критерий любого типа поведения, любого общественного явления. “Что хорошо?” - вопрошает Ницше. - Все, что укрепляет сознание власти, желание власти и caмy власть человека. “Что дурно?” - Bce, что вытекает из слабости. - “Способствует ли познание как рациональная деятельность повышению воли к власти?” - Нет, ибо преобладание интеллекта парализует волю к власти, подменяя активность, деятельность рассуждениями. Общепринятая мораль также подрывает “волю к власти”, проповедуя любовь к ближнему.

“Воля к власти” - основа пpaвa сильного. Право сильного превыше всех моральных, религиозных и иных нормативных установлений. Этим правом должен руководствоваться подлинный человек во всех сферах своей жизнедеятельности. В том числе, право сильного - основа власти мужчины над женщиной. Известен афоризм Ницше: “Идешь к женщине - бери плетку”. Всякое стремление к уравнению прав мужчины и женщины - показатель упадка и разложения власти. Такая же характеристика распространяется Ницше и на другие демократические институты, и на демократию как институт в целом, поскольку, по мнению Ницше, в условиях демократии масса составляет оппозицию праву сильного.

Из права сильного, “воли к власти” Ницше выводит все основания морали. Он утверждает, что мораль, определяющими понятиями которой являются понятия добра и зла, возникает как следствие чувства превосходства одних людей над другими: аристократов (лучших) над рабами (худшими). На протяжении всей истории рабы в виде духовной мести пытались навязать свою мораль господам. Начало этому процессу положили евреи в Ветхом Завете. Наивысшее развитие этот процесс получил в христианстве, прежде всего, a Нагорной проповеди Иисуса Христа. По словам Ницше, аристократическое уравнение ценностей (хороший = знатный = могучий = прекрасный = счастливый = любимый Богом) евреи сумели с ужасающей последовательностью вывернуть наизнанку и держались за это зубами безграничной ненависти, ненависти бессилия. По их логике, только одни несчастные, бедные, бессильные, низкие - хорошие; только страждующие, терпящие лишения, больные, уродливые - благочестивы, блаженны. Только им предназначено вечное блаженство, а знатные, могущественные - злые, жестокие и похотливые - отвергнуты Богом и им навсегда быть проклятыми и отверженными.

Ницше считал, что иудео-христианская мораль препятствует полному самовыражению человека и поэтому необходимо провести переоценку ценностей. Смысл этой переоценки состоит в упразднении результатов восстания рабов в морали и возрождении “морали господ”. В основе “морали господ”, с точки зрения Ницше, должны лежать следующие принципы: 1) “ценность жизни” есть единственная безусловная ценность, 2) существует природное неравенство людей, обусловленное различием их жизненных сил и уровнем “воли к власти”, 3) сильный человек свободен от моральных обязательств, он не связан никакими моральными нормами.

Всем этим требованиям, по Ницше, удовлетворяет субъект морали господ -сверхчеловек. Сверхчеловек - “белокурая бестия” - центральное и наиболее спорное понятие в этике Ницше. Это понятие, наряду со многими антисемискими и антихристианскими идеями, было заимствовано у Ницше идеологами фашизма. Учение Ницше было объявлено чуть ли не официальным философским учением фашизма. И для этого, как мы видим, были определенные основания. Наряду с генетической характеристикой сверхчеловека как Человека арийской расы, с определенными фенотипическими признаками (“нордический тип”), Ницше пропагандировал двойную мораль сверхчеловеков. По отношению друг к другу - это снисходительные, сдержанные, нежные, гордые и дружелюбные люди. Но по отношению к “чужим” они немногим лучше необузданных зверей. Здесь они свободны от моральных тормозов и руководствуются в своих действиях инстинктами. Внешней особенностью сверхчеловека Ницше считал “врожденное благородство”, “аристократичность”, Он презирал современных господ - буржуа - за их происхождение или занятие, а прежде всего, за недостаток у них этих качеств, способных, по его мнению, автоматически обеспечивать власть над людьми. Ницше считал, что массы готовы повиноваться, если господин доказывает право повелевать уже своей внешностью, манерой держаться. Если же аристократический облик отсутствует, то массу легко навести на мысль, что только случай и нечаянное счастье возвышает одного над другим. А коли так, попытаем и мы однажды счастье и случай, бросим и мы жребий - отберем богатство, построим социализм. Обладатель власти - сверхчеловек - становится не в силу рождения членом определенного сословия или класса, а предназначен к этому самой природой. И эта антибуржуазная направленность учения Ницше, конечно, находилась в полном противоречии с идеологией и практикой фашизма. Ницше был категорическим противником любых форм господства массового сознания, которое наивысшим образом проявилось в фашистской Германии. Его сверхчеловек - это гармонический человек, в котором сочетаются физическое совершенство, высокие моральные и интеллектуальные качества.

Ницше нередко заявляет, что в действительности сверхчеловека еще не было, его необходимо вырастить. И в этом состоит цель человечества. Заратустра - это не сверхчеловек, а “мост” к сверхчеловеку. Обычные люди нашего времени - это исходный материал, “навоз”, необходимый для того, чтобы создать плодородную почву для выращивания сверхчеловека. Сверхчеловек, по сути дела, занимает у Ницще место Бога. Бог умер, мы его убили - возвещает Ницше устами Заратустры и на его место должны прийти сверхчеловеки.

Иррационалистические тенденции “философии жизни” продолжает и углубляет психоаналитическая философия. Эмпирической базой психоаналитической философии является психоанализ. Психоанализ возник в рамках психиатрии как своеобразный подход к лечению неврозов методом катарсиса или самоочищения. Постепенно из медицинской методики он вырос до уровня философского течения, стремящегося объяснить личностные, культурные и социальные явления.

Основоположник психоанализа австрийский врач-психопатолог и психиатр Зигмунд Фрейд (1856-l939 гг.). Основные идеи психоанализа изложены в работах Фрейда “По ту сторону принципа удовольствия” (1920 г.), “Массовая психология и анализ человеческого “я” (1921 г.), “Я” и “Оно” (1923 г.) и др. Классическая психология до Фрейда изучала явления сознания, как они проявлялись у здорового человека. Фрейд, как психопатолог, исследуя характер и причины неврозов, натолкнулся на ту область человеческой психики, которая раньше никак не изучалась, но которая имела большое значение для жизнедеятельности человека, - это бессознательное.

Открытие бессознательного, исследование его структуры, влияния на индивидуальную и общественную жизнь было главной заслугой 3. Фрейда. Бессознательны, по Фрейду, многие наши желания и побуждения. Оно довольно часто прорывается наружу в гипнотических состояниях, сновидениях, в каких-либо фактах нашего поведения: оговорках, описках, неправильных движениях и т. д. Согласно Фрейду, психика человека представляет собой взаимодействие трех уровней: бессознательного, предсознательного и сознательного. Бессознательное он считал центральным компонентом, соответствующим сути человеческой психики, а сознательное - лишь особой интуицией, надстраивающейся над бессознательным. Созданная Фрейдом модель личности предстает как комбинация трех элементов: “Оно” - глубинный слой бессознательного влечения - психическая самость, основа деятельности индивидов, “Я” - сфера сознательного, посредник между “Оно” и внешним миром”, в том числе природными и социальными институтами. Свepx-Я-супер-ego – внутриличностная совесть, которая возникает как посредник между “0но” и “Я” в силу постоянно возникающего конфликта между ними. “Сверх-я” является как бы высшим существом в человеке. Это внутренние усвоенные интериоризированные индивидом социально значимые нормы и заповеди, социальные запреты власти родителей и авторитетов.

Глубинный слой человеческой психики, по мысли Фрейда, функционирует на основе природных инстинктов, “первичных влечений” с целью получения наибольшего удовольствия. В качестве основы первичных влечений Фрейд сначала рассматривал чисто сексуальные влечения. Позднее понятие сексуальные влечения он заменяет более общим понятием “либидо”, которое охватывает уже всю сферу человеческой любви, включая родительскую любовь, дружбу и даже любовь к родине. В конечном счете он выдвигает гипотезу, что деятельность человека обусловлена наличием как биологических, так и социальных влечений, где доминирующую роль играют так называемые “инстинкты жизни” - эрос и “инстинкт смерти” - тонатос.

Поскольку в удовлетворении своих страстей индивид сталкивается с внешней реальностью, которая противостоит в виде “Оно”, в нем выделяется “я”, стремящееся обуздать бессознательные влечения и направить их в русло социально одобренного поведения, обращается за помощью “сверх-Я”. Фрейд не абсолютизировал силу бессознательного. Он считал, что человек может овладеть своими инстинктами и страстями и сознательно управлять ими в реальной жизни. Задача психоанализа, по его мнению, как раз и состоит в том, чтобы бессознательный материал человеческой психики перевести в область сознания и подчинить своим целям.

Фрейд считал, что психоанализ может быть использован и для объяснения и регулирования общественных процессов. Человек не существует изолированно от других людей, в его психической жизни всегда присутствует “другой”, с которым он вступает в контакт. Механизмы психического взаимодействия между различными инстанциями в личности находят свой аналог в культурных процессах общества. Люди, подчеркивал он, постоянно находятся в состоянии страха и беспокойства от достижений цивилизации, поскольку таковые могут быть использованы против человека. Чувство страха и беспокойство усиливаются от того, что социальные институты, регулирующие отношения между людьми в семье, обществе и государстве, противостоят им как чуждые и непонятные силы. Однако, при объяснении этих явлений Фрейд концентрирует внимание не на социальной организации общества, а на природной склонности человека к агрессии и разрушению. Развитие культуры - это выработанная человечеством форма обуздания человеческой агрессивности и деструктивности.

Но в тех случаях, когда культуре это удается сделать, агрессия вытесняется в сферу бессознательного и становится внутренней пружиной человеческого действия. Противоречия между культурой и внутренними устремлениями человека ведут к неврозам. Поскольку культура является достоянием не одного человека, а всей массы людей, то возникает проблема коллективного невроза. В этой связи Фрейд ставил вопрос о том, не являются ли многие культуры или даже культурные эпохи “невротическими”, не становится ли все человечество под влиянием культурных устремлений “невротическим”.

Идеи психоанализа развивал ученик Фрейда, впоследствии один из его критиков Карл Густав Юнг (1875-1966 гг.). Сущность расхождений Юнга с Фрейдом сводилось к пониманию природы и формам проявления бессознательного. Юнг считал, что Фрейд неоправданно свел всю человеческую деятельность к биологически унаследованным инстинктам, тогда как инстинкты имеют не биологическую, а чисто символическую природу. Он предположил, что символика является составной частью самой психики и что бессознательное вырабатывает формы или идеи, носящие схематический характер и составляющие основу всех представлений человека. Эти формы не имеют внутреннего содержания, а являются, по мнению Юнга, формальными элементами, способными оформиться в конкретное представление только тогда, когда они проникают на сознательный уровень психики. Этим формальным элементом, неотъемлемо присущим всему человеческому роду, Юнг дает название “архетипы”. “Архетипы” представляют собой формальные образцы поведения или символические образы, на основе которых оформляются конкретные, наполненные содержанием образы, соответствующие в реальной жизни стереотипам сознательной деятельности человека”. Архетипы действуют в человеке инстинктивно. В своей знаменитой работе “Архетип и символ” Юнг следующим образом разъясняет суть этого понятия. “Под архетипами я понимаю коллективные по своей природе формы и образы, встречающиеся практически по всей земле как составные элементы мифов и в то же время являющиеся автономными индивидуальными продуктами бессознательного происхождений”. Архетипические мотивы берут свое начало от архетипических образов в человеческом уме, которые передаются не только посредством традиции и миграции, но также с помощью наследственности. Эта гипотеза необходима, так как даже самые сложные архетипические образы могут спонтанно воспроизводиться без какой-либо традиции. Прообраз или архетип является сформулированным итогом огромного технического опыта бесчисленного ряда предков. Это, так сказать, психический остаток бесчисленных переживаний одного и того же типа”.

Понятие “архетипы” Юнг разъясняет на основе учения о коллективном бесознательном. Юнг проводит четкое разделение между индивидуальным и коллективным бессознательным. Индивидуальное бессознательное отражает личностный опыт отдельного человека и состоит из переживаний, которые когда-то были сознательными, но утратили свой сознательный характер в силу забвения или подавления. Коллективное бессознательное - это общечеловеческий опыт, характерный для всех рас и народов. Оно представляет собой скрытые следы памяти человеческого прошлого, а также дочеловеческое животное состояние. Оно зафиксировано в мифологии, народном эпосе, религиозных верованиях и проявляется, то есть выходит на поверхность у современных людей через сновидения. Поэтому для Юнга главным показателем действия бессознательного являются сновидения и его психоаналитическая деятельность, в том числе и как врача-психоневролога, концентрировалась на анализе сновидений.

Основоположники психоаналитической философии Фрейд и Юнг ставили перед собой задачу прояснить индивидуальные поступки человека. Их последователи неофрейдисты А.Адлер (1870-1937 гг.), К.Хорни (1888-1959 гг.), Э. Фромм (1900-1980 гг.) на основе базовых идей этой философии стремились объяснить социальное устройство жизни людей. Так, если Фрейд в объяснении мотивов поведения личности сосредотачивал свое внимание на выявлении причины действий человека, то А. Адлер считал, что для этого необходимо знать конечную цель его устремлений, “бессознательный жизненный план”, при помощи которого он старается преодолеть напряжение жизни и свою неуверенность. Согласно учению Адлера индивид из-за дефектов в развитии своих телесных органов (несовершенства человеческой природы) испытывает чувство неполноценности или малоценности. Стремясь преодолеть это чувство и самоутвердиться среди других, он актуализирует свои творческие потенции. Эту актуализацию Адлер, используя понятийный аппарат психоанализа, называет компенсацией или сверхкомпенсацией. Сверхкомпенсация - это особая социальная форма реакции на чувство неполноценности. На ее основе вырастают крупные личности, “великие люди”, отличающиеся исключительными способностями. (Так, замечательная карьера Наполеона Бонапарта на основе этой теории объясняется попыткой этого человека за счет своих успехов компенсировать физический недостаток - низкий рост).

Один из крупнейших представителей неофрейдизма Э. Фромм попытался соединить идеи психоанализа, марксизма и экзистенциализма. Фромм считал, что в личности нет ничего прирожденного. Все ее психические проявления - это следствие погруженности личности в различные социальные среды. В отличие от марксизма Фромм выводит характер формирования того или иного типа личности не из прямого воздействия социальной среды, а из двойственности человеческого существования: “экзистенциальной” и “исторической”. К экзистенциальной составляющей человеческого бытия он относит два факта: 1) Человек, по его словам, изначально находится между жизнью и смертью, “он брошен в этом мире в случайном месте и времени” и “выбирается из него опять же случайно”. 2) Существует противоречие между тем, что каждое человеческое существо является носителем всех заложенных в нем потенций, но не может реализовать их в результате кратковременности своего существования. Человек не может избежать этих противоречий, но реагирует на них различными способами, соответственно своему характеру и культуре.

Совершенно иную, по Фромму, природу имеют исторические противоречия. Они не являются необходимой частью человеческого существования, а создаются и разрешаются человеком или в процессе его собственной жизни, или в последующие периоды истории. Устранение исторических противоречий Фромм связывал с созданием нового гуманистического общества. В книге “Революция надежды” (1968 г.) Фромм излагает свои представления о путях гуманизации современного общества. Он возлагал большие надежды на введение “гуманистического планирования”, “активизацию индивида путем замещения методов “отчужденной бюрократии”, методами “гуманистического управления”, изменения способа потребления в направлении увеличения “активации” человека и устранения его пассивности, распространения новых форм “психодуховной ориентации”, которые должны быть “эквивалентами религиозных систем прошлого”. Одновременно Фромм выдвигает идею создания небольших общностей, в которых люди должны иметь свою собственную культуру, стиль жизни, манеру поведения, основанную на общих “психодуховных ориентациях”, напоминающих результаты и символы церковной жизни.

Одним из крупнейших и влиятельных течений современной философии является экзистенциализм (философия существования).

Экзистенциализм сформировался в Западной Европе в период между двумя мировыми войнами. Он опирается на антрополого-персоналистскую традицию, которая берет свое начало от Сократа и софистов. Наибольшее влияние на идеи экзистенциализма оказали работы датского религиозного философа середины XIX в. С. Кьеркегора (Киркегора), а также немецкого философа начала XX века Э. Гуссерля. Непосредственными родоначальниками экзистенциализма являются немецкие философы Мартин Хайдеггер (1888-1976 гг.), К. Ясперс (1883-1969 гг.), французские философы и писатели Жан Поль Сартр (1905-1980 гг.), Габриэль Марсель (1889-1973гг.), Альбер Камю (1913-1960 гг).

Экзистенциализм характеризуется в отечественной литературе как философское выражение глубоких потрясений, постигших западноевропейскую цивилизацию в современную эпоху. У поколения западной интеллигенции, пережившей первую мировую войну, обманчивую стабилизацию 20-30-х годов, приход фашизма, гитлеровскую оккупацию, эта философия вызвала интерес прежде всего потому, что она обратилась к проблеме критических и кризисных ситуаций, в которые зачастую попадает человек в период жестоких исторических испытаний. Экзистенциализму даже был приклеен ярлык “философии кризиса”.

Экзистенциализм действительно отталкивается от наиболее типичных форм радикального разочарования в истории, которые приводят к истолкованию современного общества как периода кризиса цивилизации, кризиса разума и кризиса гуманности. Но экзистенциализм не выступает в качестве защитника и оправдателя этого кризиса. Напротив, он протестует против капитуляции личности перед этим кризисом. Экзистенциалисты считают, что катастрофические события новейшей истории обнаружили неустойчивость, хрупкость не только индивидуального, но и всякого человеческого бытия. Индивиду, чтобы устоять в этом мире, необходимо прежде всего разобраться со своим собственным внутренним миром, оценить свои возможности и способности. На передний план они выдвинули проблему человека. Крупный французский философ-персоналист Э. Мунье в книге “Введение в экзистенциализм” так характеризует это течение: “Наиболее общим образом это мышление можно было бы охарактеризовать как реакцию философии человека против крайностей философии идей или философии вещей”. Экзистенциализм сосредоточивает свое внимание на духовной выдержке человека перед лицом враждебного ему мира. Его представители отказываются превращать человека в инструмент, которым можно манипулировать: в инструмент познания или производства. Человек, по их мнению, это не объект, а субъект, свободное, самодеятельное, ответственное бытие. Первый призыв этой философии: “Человек, пробудись!”. То есть, займи активную жизненную позицию, действуй в этом мире и противостои ему всеми своими силами.

Однако, если в различных школах философского рационализма человек осмысливает себя прежде всего как полномочный представитель человеческого рода, суверенная личность, то экзистенциализм переносит акцент на познание качественной специфичности, индивидуальной неповторимости личности. Преимущественным объектом философского осмысления в экзистенциализме выступает бытие индивидуальности, смысл, знания, ценности, образующие “жизненный мир” личности. Жизненный мир, с позиций экзистенциалистов, - это не фрагмент предметного материального мира, а мир духовности, субъективности.

Одна из главенствующих установок экзистенциализма - это противопоставление социального и индивидуального бытия, радикальной разорванности этих двух сфер человеческого бытия. Это противопоставление выливается в способ решения проблем человеческого существования в форме антитез и парадоксов. Развернутые в различных плоскостях: сущности и существования, бытия и обладания, познания и понимания - они отражают трагизм положения человека в мире.

Экзистенциалисты утверждают: человек не определяется шкалой никакой сущностью - ни природой, ни обществом, ни собственной сущностью человека, ибо такой сущности, по их мнению, не существует. Имеет значение только его существование. Основная установка экзистенциализма, по словам Ж.П. Сартра, - существование предшествует сущности. Это означает, что человек сначала существует, появляется в мире, действует в нем, а уж потом определяется как личность.

В немецком языке термин “существование” обозначается словом Dasein (буквальный перевод “тут - бытие”). Выводя этот термин, немецкий экзистенциалист М. Хайдеггер хотел подчеркнуть, что человека можно рассматривать как историческое существо, пребывающее “здесь и теперь” в этом остановленном моменте времени. Следовательно, и задача философии определялась им как анализ наличного бытия человека, застигнутого “здесь и теперь”, в непроизвольной сиюминутности переживаний. Исследования сиюминутного переживания, опыта времени - одна из ведущих тем основной работы М. Хайдеггера “Бытие и время”. В этой работе М. Хайдеггер ставит вопрос о создании новой онтологии. Исходный пункт этой онтологии “тут бытие” - экзистенция. Экзистенция, по М. Хайдеггеру, определяется конечностью человека, его положением в мире и коммуникацией (общением) с другими людьми. Согласно экзистенциализму, человек - это временное, конечное существо, предназначенное к смерти. Представление о смерти как самоочевидной, абсолютной границе любых человеческих начинаний занимает в экзистенциализме такое же место, как и в религии, хотя большинство представителей этой философии не предлагают человеку никакой потусторонней перспективы. Экзистенциалисты считают, что человек не должен убегать от сознания своей смертности, а потому высоко ценить все то, что напоминает индивиду о суетности его практических начинаний. Этот мотив ярко выражен в экзистенциалистском учении о “пограничных ситуациях” - предельных жизненных обстоятельствах, в которые постоянно попадает человеческая личность. И главная “пограничная ситуация” это ситуация перед лицом смерти, “ничто”, “быть или не быть” - в секулярной разновидности экзистенциализма или перед миром трансценденции - Бога - в религиозной разновидности экзистенциализма.

Пограничные ситуации ставят человека перед необходимостью выбора. Человек постоянно должен выбирать ту или иную форму свoeгo поведения, орнентироваться на те или иные ценности и идеалы. Для религиозного экзистенциализмa главный момент выбора “за” или “против” Богa. “За” - значит путь веры, любви и смирения. В результате человека ждет бесконечное блаженство. “Против” - означает отречение от Бога, чреватое божественной карой.

В секулярной разновидности экзистенциализма главный момент выбора связан с формой самореализации личности. Эта самореализащия определяется фактом случайности человеческого бытия, его заброшенностью в этот мир. Заброшенность означает, что человек никем не создан, не сотворен. Он появляется в мире по воле случая, и ему не на что опереться. Бога нет, Бот умер - утверждают представители секулярного экзистенциализма. Ни христианская мораль, ни любая другая светская мораль не укажет, человеку, как ему действовать. “В мире нет знамений”. Мы, не можем опираться ни нa какие предписания, которые бы oпpaвдывaли наши поступки. Человек сам их формирует в ходе своей деятельности и общения. Выбирая те или иные ценности и идеалы, делая те или иные поступки, индивид формирует себя как личность. Ничто не определяет и не может определить характер его выбора. Как выражается Ж. П. Сартр: “Человек сам себя выбирает”. Но выбирая себя, он выбирает всех людей. Каждое наше действие создает образ человека, каким он должен по нашим представлениям быть. Выбрать себя одновременно означает утвердить те ценности, которые мы выбираем. Отсюда вытекает чувство тревоги за будущее всего человечества. Поскольку каждый человек делает свой выбор caм и у него нет никаких целеуказаний, нет никаких знамений, то для каждого человека все происходит так, как будто взоры всего человечества обращены к нему и будто все сообразуются c его поступками.

Способность человека творить самого себя и миp других людей, выбирать образ будущего мира является, с точки зрения экзистенциализма, следствием фундаментальной характеристики “человеческого существования - его свободы. Человек - это свобода. Экзистенциалисты подчеркивают, что человек свободен совершенно независимо от реальных возможностей осуществления его целей. Свобода человека сохраняется в любой обстановке и выражается в возможности выбирать, делать выбор. Речь идет не о выборе возможностей для действия, а выражении своего отношения к данной ситуации. Taким образом, свобода в экзистенциализме - это прежде всего свобода созидания, свобода выбора духовно-нравственной позиции индивида.

Следует признать сильную сторону в постановке проблемы свободы у экзистенциалистов. Она заключается в стремлении подчеркнуть, что деятельность людей направляется прежде всего не внешними обстоятельствами, а внутренними побуждениями, что каждый человек в тех или иных обстоятельствах мысленно реагирует не одинаково. От каждого человека зависит очень многое и не надо в случае отрицательного развития событий ссылаться на “обстоятельства”. Люди обладают значительной свободой в определении целей своей деятельности, в каждый конкретно-исторический момент существует не одна, а несколько целей. В наличии реальных возможностей развития события не менее важно и то, что люди свободны в выборе средств для достижения поставленных целей, А цели и средства, воплощенные в действия, уже создают определенную ситуацию, которая сама начинает оказывать влияние.

тема 2.1 ЧЕЛОВЕК как главная философская проблема

Происхождение и сущность человека


Возникновение человека является чудом, так же, как и возникновение жизни. Прежде чем возник человек, должна была возникнуть жизнь на Земле, а это возникновение не меньшее чудо, поскольку десятки факторов должны были совпасть, чтобы создались благоприятные условия: крайне редко встречаются системы с одной звездой, обычно существует две звезды - а значит большая радиация и избыток света; наша система находится на самом краю нашей Галактики, в относительно спокойном районе; Земля находится на оптимальном расстоянии от Солнца (на Венере слишком жарко, а на Марсе слишком холодно); у нее оптимальная масса (малые планеты не удерживают атмосферы, а на больших она находится в жидком состоянии) и т.д.


До сих пор неизвестно, была ли жизнь в виде спор занесена на Землю из космоса или возникла химическим путем. Но как бы то ни было, возникшая жизнь не обязательно должна была развиваться до человека, она вполне могла существовать в виде грибов или плесени. Во Вселенной, по-видимому, нет какого-то однонаправленного развития в сторону усложнения, скорее, наоборот - Вселенная изменяется от космоса к хаосу.


То, что возник человек, было совершеннейшей случайностью, непредсказуемой мутацией. Природа наобум пробовала десятки вариантов: были питекантропы, неандертальцы, синантропы, зинджантропы, родезийские люди и, наверное, множество других, не известных нам видов. И вот возник вид человекообразных обезьян, кроманьонцы, у которых был чуть-чуть больше мозг, быстрее скорость реакции. Они начали с того, что перебили своих конкурентов и стали быстро распространяться по Земле. А могли бы и не возникнуть или не выжить, поскольку у них были мощные противники, например неандертальцы. Есть гипотеза, что "снежные люди" это последние выжившие неандертальцы. Это могучие люди (имеются кадры кинохроники), до сих пор не знающие огня и прекрасно приспособленные к природе.


Человек сегодняшний, homo sapiens (человек разумный), совершенно к природе не приспособлен и не должен был бы выжить. Ученые считают, что для того, чтобы человек рождался совершенно готовым к жизни (жеребенок или теленок через несколько часов после рождения могут самостоятельно передвигаться, питаться и т.д.), он должен проводить в утробе матери 21 месяц. Иначе говоря, мы все рождаемся как бы недоношенными. Ребенок много лет не может жить самостоятельно, ни одно животное не может позволить себе такой роскоши - до 10 - 15 лет кормить и обучать собственное дитя.


Но эта неприспособленность обернулась необычайным преимуществом для человека. Ребенок, в отличие от детеныша животного, рождается с совершенно открытой программой, в нем почти ничего не заложено наследственно кроме некоторых инстинктов и неявных предрас-положенностей. Ребенок формируется не во чреве матери, а здесь, в мире, когда слышит человеческую речь, чувствует материнскую любовь, видит краски и звуки мира. Любое животное, любое неразумное существо не может чего-то не делать, в нем все или почти все жестко запрограммировано природой. Ласточка не может не летать и не кормить своих птенцов, она делает по 200 вылетов в день, и, даже если птенцы вдруг погибнут, она все равно будет носить червяков и пытаться кормить ими птенцов, пока не распадется инстинктивная связь действий. А человек может вообще ничего не делать.


Поскольку человек рождается с такой открытой программой, то из него можно вылепить что угодно, в его наследственности ничего жестко не записано. Вырастет среди волков - будет волком, среди обезьян - обезьяной, а среди людей, если повезет, может стать человеком. Правда те, кто росли с первых дней своей жизни среди животных, вернувшись к людям, больше людьми не становятся. Человеческий мозг формируется под влиянием человеческого окружения с первых часов жизни.


Много лет в исторической науке, антропологии, философии господствовала точка зрения, согласно которой труд сделал человека человеком. Человек поднялся над животным состоянием только тогда, когда стал производить орудия труда, и в этом его главное отличие от животных. Однако подобное положение дел сейчас представляется неверным: примитивные каменные орудия - топоры, дубины просуществовали почти миллион лет, не подвергаясь значительным изменениям, за это время, согласно данным археологии, не произошло существенного усовершенствования техники обтесывания камней.


Животные в этом преуспели значительно больше, они оказались более искусными строителями и изобретателями. Плотины бобров, геометрически правильные ульи, термитники свидетельствуют о том, что животные значительнее прогрессировали в такого рода деятельности, чем человек. Если бы техническое умение могло быть достаточным основанием для определения интеллекта, то, по мнению известного американского философа Л. Мэмфорда, человек долгое время рассматривался бы как безнадежный неудачник.


Благодаря чрезмерно развитому и постоянно активному мозгу, человек с самого начала обладал большей умственной энергией, чем ему было необходимо для выживания на чисто животном уровне. И он давал выход этой энергии не только при добывании пищи и размножении, но и в производстве очень странных, с точки зрения насущных потребностей, вещей: наскальных рисунков, культовых предметов (тотемных столбов, которым поклонялись как духам рода, молитвенных дощечек и т.д.). "Культурная работа" заняла более важное положение, чем утилитарный ручной труд.


Далеко не всегда при раскопках древних стоянок человека археологи находят орудия труда, но почти всегда - предметы религиозного культа или образцы примитивного искусства. Человек оказался не столько животным, производившим орудия труда, сколько животным, производившим символы, - символическим животным. Например, первобытная семья, перед тем как идти на охоту, три раза обегала вокруг тотемного столба и пять раз приседала. Считалось, что после этого охота будет удачной. Если бы животное могло размышлять, то оно решило бы, что люди ведут себя подобно сумасшедшим. Но, с точки зрения человека, это было важнейшее символическое действо, в котором он вводил себя в особое состояние, творил себе невидимых, символических покровителей, т.е. совершал чисто человеческие действия, развивал свою специфическую человеческую природу.


Так, у некоторых народов сохранился древнейший обряд похорон, когда на них приглашаются плакальщицы. Эти женщины ведут себя артистически, рвут на себе волосы, бьются головой о гроб, жалобно кричат, хотя на самом деле никаких чувств к покойнику не испытывают, их наняли разыграть действо. Дело в том, что этот "спектакль" имеет огромный символический смысл: родственники после такой встряски уже никогда не забудут умерших, особенно дети родителей. Этот ритуал способствует образованию и закреплению памяти, потому что забывать естественно, а помнить - искусственно. Человек - существо искусственное, его не рождает природа, он сам себя рождает и творит. Человек должен был пройти через человекообразующую машину (миф, ритуал), чтобы стать человеком.


Особенно быстро человек стал развиваться с возникновением языка - теперь уже производство "культурных" предметов намного обогнало создание орудий труда и, в свою очередь, способствовало быстрому развитию техники. Расширявшая границы жизни культурная "работа" заняла более важное положение, чем утилитарный ручной труд. До этого ничего уникального в технической деятельности человека не было, не было ничего специфически человеческого в орудиях труда. Главным орудием, потрясающим и великолепным, было его тело. Удивительно пластичное, приспособленное к любому виду деятельности, управляемое разумом, оно могло создавать гораздо более важные и сложные вещи, чем примитивные топоры и деревянные колья. "Даже рука, - полагал Л. Мэмфорд, - была не просто мозолистым рабочим орудием: она ласкала тело возлюбленного, прижимала ребенка к груди, делала важные жесты или выражала в упорядоченном танце и в совместном ритуале некоторые иным образом невыразимые чувства жизни или смерти, о запомнившемся прошлом или желаемом будущем" [1].


1 Мэмфорд Л. Техника и природа человека // Новая технократическая волна на Западе. М., 1986. С.228.



Любая культурная деятельность человека, любое производство орудий были направлены не столько на подчинение окружающей среды, на увеличение добычи пищи, сколько на укрощение самого себя. Ему нужно было реализовать громадную внутреннюю энергию, суперорганические потенциальные возможности. Когда человеку не угрожало враждебное окружение, его расточительная гиперактивная нервная организация, часто неразумная и неуправляемая, служила скорее препятствием, чем помощью в его выживании. Контроль над своей психикой с помощью создания символической культуры был более существенным, чем контроль над внешней средой.


Пока человек не сотворил самого себя в своем человеческом образе, он мало что мог сделать в окружающем его мире. К счастью, борьба за существование не завладела полностью энергией и жизнеспособностью первобытного человека и не отвлекла его от более насущной потребности - внести порядок и значение в каждую часть своей жизни. В решении этой задачи ритуал, танец, песня, рисунок, резьба и более всего дискурсивный язык играли решающую роль.


Многие русские философы также пытались внести свою лепту в разрешение проблемы происхождения человека. Во Франкфурте-на-Майне, вспоминал в "Опавших листьях" В.В. Розанов, он впервые увидел в зоологическом саду шимпанзе и поразился ее способностям - она помогала сторожу собирать на стол, сметала крошки, стлала скатерть. Дарвину, подумал тогда Розанов, повезло, если он произошел от такой умной обезьяны. Он мог бы произойти и от более мелкой, более позитивной породы. По мнению Льва Шестова, есть две гипотезы происхождения человека: библейская и дарвиновская. Библейская выдумка, полагал он, более правдоподобна: об этом свидетельствует неутолимая тоска и вечная жажда человека, его вечное неумение найти на Земле то, что нужно. Если бы человек произошел от обезьяны, он по-обезьяньи умел бы найти то, что ему нужно. Но на свете очень много людей, сумевших по-обезьяньи приспособиться к жизни. Из этого следует только, что и Дарвин и Библия правы. Часть людей произошли от согрешившего Адама, чувствуют в своей крови грех предков, мучаются им, а другие - от не согрешившей обезьяны, их совесть спокойна, они не терзаются и не мечтают об избыточном.


Современное "научное", "просвещенное" сознание с его принципами доказательства не хочет, согласно С.Л. Франку, ничего принимать на веру, для всего ищет объяснения. Только одно, самое главное, оно оставляет: спокойно примиряется с тем, что наше Я, наша личность, наша внутренняя жизнь со всеми ее потребностями, упованиями и мечтаниями совершенно случайно, неведомо откуда затесались в мир бытия и остаются в нем совершенно инородными, одинокими, бесприютными существами, обреченными на крушение и гибель.


Наука сводит бытие человека лишь к его природному существованию и дает беспомощные объяснения по поводу его происхождения. С точки зрения теории эволюции, человек с его душой, разумом постепенно развился из амебы или протоплазмы. Это все равно, как если бы мы сказали, что круг постепенно развился из треугольника или точки, а машина - из какой-нибудь гайки. Теория эволюции - это наивная мифология, полагал Франк. Человек не может развиться из того, что в принципе ему чуждо, он возникает совсем из другого источника. Можно даже сказать, что он не возникает, а в определенном смысле всегда есть. И если человек остается одиноким перед лицом холодного и равнодушного к нему космоса, если он в нем беззащитный скиталец, то это лишь значит, что он имеет родину совсем в иной сфере реальности.


Об этом, например, свидетельствует само рождение и первые младенческие годы существования человека. Удивительные строчки посвятил В. Розанов человеку, только что появившемуся на свет. Маленький человек, считал он, явственно обнаруживает бездонную тайну своего происхождения. Младенец - это не только сияние жизни, не только свежесть и чистота, которую мы утрачиваем с годами, но это еще явление той единственно бесспорной безгрешности, какую на Земле знает и испытывает человек. Мало сказать, что младенец невинен, (ни в чем не виновен и камень). Младенец обладает положительной невинностью, в нем есть не только отсутствие греха, но и присутствие святости. Понимающий человеческую природу не может смотреть на младенца без слез, без "переполненного сердца" (Гете).


Откуда же это странное волнение в нас? Глядя на дитя, считал Розанов, мы и в себе как будто пробуждаем видение "миров иных", только что оставленных этим человечком, свежесть, яркость и святость этих миров. Младенец - это "выявленная мысль Божия". Около младенца всякая взрослая добродетель является ограниченной, почти ничтожной, и человек, чем дальше отходит от момента рождения, тем больше "темнеет". В раннем детстве почти все дети обладают гениальными способностями: поражают их память, непосредственная яркость к свежесть восприятия, удивительное чутье по отношению к окружающим людям. Это все как бы дано ребенку от рождения. Его изначальная одаренность действительно представляется даром свыше, а потом ее уже невозможно специально удержать никаким воспитанием и обучением. В сиянии младенца есть глубинная святость, словно влага, еще не сбежавшая с его ресниц. Став взрослыми, люди вспоминают свое гениальное детство, свою память, свои способности к языкам и спрашивают себя: было ли это? Ведь взрослому человеку так трудно выучить хотя бы один иностранный язык, так трудно "расшевелить" свое воображение, так быстро все забывается и совершенно не верится, что когда-то в детстве мы все были гениями, по крайней мере в наших задатках.


Ф. Ницше считал, что человек вообще еще не возник, в массе своей он еще остается супершимпанзе. Именно "супер", потому что в сравнении с обезьяной он более умный, более хитрый, более ловкий, но все равно - обезьяна. Как и русские мыслители, Ницше полагал, что теория Дарвина не подтверждается никакими серьезными фактами. Естественный отбор действительно способствует выживанию, но отнюдь не самых лучших и самых значительных особей. В результате естественного отбора никакого прогресса не происходит. Все яркое, красивое, талантливое вызывает зависть или даже ненависть и погибает - это особенно характерно для общества, но и в природе творится то же самое. Потомство дают лишь серые, невзрачные индивидуумы. У гениальных людей вообще редко бывают дети. Яркие люди, сильные и смелые, всегда идут вперед, не боятся рисковать жизнью и потому чаще всего рано сходят со сцены истории.


Единственными представителями истинной человечности являются, согласно Ницше, лишь философы, художники и святые. Только им удалось вырваться из животного мира и жить целиком человеческими интересами. Расстояние между обычным человеком (супершимпанзе) и обезьяной гораздо меньше, чем между ним же и истинным человеком. Здесь наблюдаются уже качественные различия, тогда как в первом случае только количественные. Но Ницше говорил о философах или художниках, конечно, не в профессиональном плане. Философ у Ницше - это тот, кто живет философски, обдумывает свою жизнь, предвидит последствия всех своих поступков, сам выбирает свой жизненный путь, не оглядываясь на стандарты и стереотипы. Так же и художник - это не только артист или писатель, это человек, который все, что бы он ни делал, делает мастерски, все у него получается добротно и красиво. Ну а святой - это по определению человек, ибо он совершенно избавился от страстей, жадности, эгоизма, полон любви и сострадания к любому человеку.


К сожалению, большинство людей - это слишком люди, слишком заземленные, слишком погруженные в свои мелочные дела и заботы, в то время как они должны, согласно Ницше, стремиться к сверхчеловеческому, к тем сверхчеловеческим (значит, не животным) качествам, которыми обладают философы или святые. Такие люди чаще всего похожи на обломки ценнейших художественных эскизов, где все взывает: придите, помогите, завершите, соедините! Они как бы еще не произошли и существуют как истинные люди только потенциально.


Но каким образом жизнь отдельного человека может иметь высшую ценность и глубочайшее значение? При каких условиях она менее всего растрачивается даром? Надо, считал Ницше, чтобы человек смотрел на себя как на неудавшееся произведение природы, но вместе с тем как на свидетельство величайших намерений этой художницы. Каждый должен сказать себе: на этот раз ей не удалось, но я буду стараться, чтобы когда-нибудь у нее это получилось. Я буду работать над воспитанием в себе философа, художника или святого.


Проблема Я


Люди в одной стране, одном обществе живут в более или менее одинаковых условиях - в условиях одной культуры, одних нравов и обычаев, одного языка, но люди все равно все разные, непохожие друг на друга. Даже в одной семье дети вырастают разными, хотя воспитываются в одинаковых условиях.


Что делает всех людей разными, неповторимыми и уникальными?


Во-первых, особенности психического склада: темперамент, скорость психических реакций, сообразительность. Все это дается человеку по наследству.


Во-вторых, опыт детства и воспоминания о детстве. У каждого человека свой опыт детства, свои переживания, каждому по-своему открывался мир, каждый по-своему переживал детские страхи, неудачи или радости. Опыт детства накладывает отпечаток на всю дальнейшую жизнь человека. Возможно, все наши таланты и способности заложены в родительской (прежде всего материнской) любви. Ребенок, который с детства чувствует эту любовь, живет в атмосфере любви, всю свою жизнь, словно броней, защищен от невзгод и напастей. У него, как правило, все получается в жизни, он талантлив или обладает многими незаурядными способностями. Наоборот, тот, кто вырос без любви, в холодной и суровой атмосфере равнодушия, всю жизнь чувствует себя одиноким, даже если окружен семьей или родственниками, у него все в жизни складывается трудно и тяжело. Воспоминания детства сопровождают человека до самой смерти, и с годами, что интересно, не только не тускнеют, но становятся ярче. Старые люди с трудом вспоминают, что с ними было вчера, но до мельчайших подробностей помнят свое детство с самых ранних дней.


В-третьих, особенности индивидуальной биографии: каждый проживает свою жизнь, и все, что с ним случается, и то, как он к этому относится, совершенно не похоже на жизнь других людей.


В-четвертых, противоречивость жизненных ролей. У каждого в жизни одновременно несколько ролей, которые он "играет". Например, студент, когда разговаривает с преподавателями, и особенно с ректором, - это один человек, внимательный, почтительный, глаза его так и светятся знанием и усердием. Но стоит ему выйти на улицу, где его ждут друзья, он - совершенно другой. Третьим человеком он становится дома, с родителями. Это не значит, что он всякий раз притворяется - у человека много лиц, вернее, много сторон его личности, много ролей. Часто эти роли даже противоречат друг другу и тем не менее образуют единый комплекс его личности, совершенно своеобразный.


Все эти четыре момента делают каждого человека как личность неповторимым и уникальным. И эта уникальность выражается в понятии Я. Я у человека появляется с трех-четырех лет, когда он начинает понимать, что есть Я, а есть другие люди. До этого почти все дети говорят о себе в третьем лице. К 10 - 12 годам складывается образ Я. У каждого человека есть образ самого себя, сумма представлений о самом себе, каким он сам себя видит, и этот образ человек проносит через всю жизнь, немного его исправляя и дополняя. Это, как правило, довольно симпатичный образ - каждый нормальный человек считает себя более или менее интересным, умным, способным, честным, добрым и т.п.


Самая страшная трагедия человеческой жизни - распадение образа, когда человек убеждается, соглашается, что он не добрый, не умный, что он, например, дурак или подлец. Как правило, жизнь после этого кажется конченой, в этом случае человек может даже убить себя.



Существуют механизмы защиты Я, которые действуют бессознательно, сохраняя личность от разрушения. Например:


- механизм вытеснения. Человек испытывает большое горе или столкнулся с чем-то настолько страшным, что его психика может не выдержать и разрушиться, срабатывает механизм, и человек либо теряет сознание, либо вдруг забывает о постигшем его несчастье;


- механизм инверсии, переворачивающий импульс на прямо противоположный. Так, у мальчиков в 12 - 13 лет просыпается половое чувство, им начинают нравиться девочки, но ребенок не может это осознать, психика может быть травмирована, и она переворачивает все отношения: мальчики начинают считать девочек своими первыми врагами и воюют с ними - дерутся, толкают, выбивают портфель из рук.

- механизм переориентации. Психика бессознательно переключает эмоции с одного объекта на другой, более доступный. У школьника большие неприятности в классе, и, придя домой расстроенным, он вымещает свое раздражение на младшем брате или на любимой собаке. В некоторых странах по советам психологов в каждом цехе на заводе оборудуют комнату, в которой стоят чучела мастера, начальника цеха: на них можно выместить свое раздражение.



И еще целый рад механизмов имеет психика, защищающая свою целостность и гармоничность, чтобы человек не чувствовал себя в разладе с миром и окружающими.


Можно сказать, что у человека два Я - внешнее и внутреннее. Внешнее Я знакомится с людьми, учится в университете, набирается знаний, делает какие-то дела и совершает поступки. Внешнее Я - это совокупность знаний, правил действия, поведения, приемов мышления.


Внутреннее Я - это интимное, скрытое ядро личности, это все наши мечты и надежды, воспоминания о первой любви и первой весне, все наши страсти, желания, которые мы прячем глубоко в душе. Это то, о чем нельзя рассказать другому, передать в виде слов или знаков. Человек часто сам не знает, что в нем заложено. Р. Декарт говорил, что тот, кто сможет все рассказать о себе, тот опишет всю Вселенную. Но попробуй расскажи. Для простого смертного это вещь невозможная. Для этого нужен талант. Любой роман, любая картина или симфония - это рассказ художника о себе. Внутреннее Я и делает нас личностью, без него мы только мыслящие машины.










Попытки классификации человека


Ученые, философы издавна замечали, что каждый человек относится по преимуществу к какому-нибудь типу личности, и всех людей можно разделить, конечно, весьма условно, на различные типы. Например, замечено, что любой человек, перед тем как ответить на какой-нибудь важный вопрос, сначала посмотрит или налево или направо и потом ответит. Следовательно, всех людей можно делить по такому признаку - на тех, кто смотрят налево перед ответом, и на тех - кто направо. Но это, конечно, шутка.


Первым серьезную попытку классификации личностей предпринял греческий врач Клавдий Гален, живший во II в. н.э. Исследуя человеческие характеры, он пришел к выводу, что по своему темпераменту все люди делятся на четыре типа: холерики, сангвиники, флегматики и меланхолики. Любого человека можно отнести к тому или другому типу.


Холерик - человек легко возбудимый, нервный, остро переживающий все, что с ним случается. Меланхолик всегда печален, угрюм, считает, что мир к нему несправедлив. Типичный меланхолик - ослик Иа-Иа. Флегматик - человек равнодушный ко всему, что случается вокруг, погружен в себя, апатичен, как древний стоик, и ни во что хорошее не верит. Сангвиник - наиболее уравновешенный психический тип. В нем все соразмерно - и печаль, и радость, и апатия, и меланхолия. Конечно, в чистом виде не бывает ни флегматиков, ни меланхоликов, но по преимуществу любой человек тяготеет к какому-нибудь одному типу.


Не менее интересный пример классификации личностей дает американский психолог Л. Шелдон. Он делит всех людей на три типа: мозговой (церебротоник), мускульный (соматоник) и желудочный (висцератоник). Мозговой тип - это человек, живущий исключительно головой, интеллектом. В детстве это хилый, физически неразвитый ребенок, в школе отличник, все время решает какие-нибудь головоломные задачи, замкнутый, стеснительный, но гордый своими достижениями.


Для мускульного типа главное - его тело. Он все время занимается спортом, тренируется, плохо учится, списывает задачки у мозгового приятеля и за это покровительствует ему.


Наконец, для желудочного типа главное - еда. Он постоянно думает о еде, у него в портфеле пирожки или бутерброды и замасленные тетради. Став взрослым, он готовит пищу сам, жене не доверяет. Он гурман и знает тысячи рецептов приготовления всяких блюд. Каждый человек в себе или в своих знакомых может увидеть склонность к тому или иному типу.


Русский физиолог И. Павлов делил всех людей на два типа: научный и художественный. Первый - человек замкнутый, необщительный, погруженный в себя, трудно знакомится с новыми людьми. Художественный тип - полная противоположность научному: живой, общительный, яркий, эмоциональный, он друг всем, и все ему друзья.


Первый тип чаще всего встречается в среде ученых, а второй - в среде художников, артистов, хотя в любом человеке, чем бы он ни занимался, можно найти черты одного или другого типа. Но в целом это тоже довольно бедное и упрощенное деление.


Более серьезное и детальное обоснование деления людей на разные психологические типы дал знаменитый швейцарский психиатр К. Юнг. Одна из его книг так и называется "Психологические типы". Все люди, по мнению Юнга, делятся на две группы: экстраверты и интроверты. Причем, это различие возникает очень рано, настолько рано, что, возможно, имеет наследственный характер. Экстраверт - это человек, ориентированный во вне, в мир, это открытый тип; интраверт оринтирован внутрь себя, это тип замкнутого, закрытого человека.


Ребенок-экстраверт очень рано приспосабливается к окружающей среде, он не боится никаких вещей и предметов, любит играть с ними и через это быстро обучается. Для него характерны бесстрашие, склонность к риску, его привлекает все неведомое и неизвестное. В то же время он ни над чем серьезно не задумывается и не любит одиночества.


Экстраверт характеризуется отзывчивостью и интересом ко всем внешним событиям: кричит кто-нибудь во дворе или идет где-нибудь в мире война - он полностью этим поглощен. Он способен выносить суматоху и шум любого рода, поскольку находит в этом удовольствие. Он все время хочет быть в центре внимания и даже согласен изображать из себя шута, над которым смеется весь класс, лишь бы не остаться в тени. Он заводит много друзей и знакомых без особого разбора. Всегда любит быть рядом с каким-нибудь известным человеком, чтобы демонстрировать себя. У него нет секретов, он не может их хранить долго, поскольку всем делится с другими. Он живет в других и для других и боится любых размышлений о себе.


Интроверт с самого детства задумчив, застенчив, боится всего неизвестного, внешние влияния обычно воспринимает с сильным сопротивлением. Ребенок-интроверт желает все делать по-своему и не подчиняется правилам, которые не может понять. Его реальный мир - внутренний. Он держится в отдалении от внешних событий, ему не по себе, когда он оказывается среди множества людей, в больших компаниях он чувствует себя одиноким и потерянным.


Такой человек обычно выглядит неловким, неуклюжим, зачастую нарочито сдержанным. Поскольку он мрачно недоступен, на него часто обижаются. В его картине мира мало розовых красок, он сверхкритичен и в любом супе обнаружит волос. Для него сущее удовольствие - размышлять о себе самом. Его собственный мир - безопасная гавань, заботливо опекаемый и отгороженный сад, закрытый для публики и спрятанный от посторонних глаз. Тем не менее он часто добивается больших успехов в науке, если сумеет преодолеть свои комплексы [1].


1 См.: Юнг К. Психологические типы. СПб. - М., 1995. Гл. X.



ТЕМА 2.2. ПРОБЛЕМА СОЗНАНИЯ.

ФИЛОСОФСКОЕ ПОНИМАНИЕ СОЗНАНИЯ

  1. Понятие и структура сознания.

  2. Происхождение и сущность сознания.

  3. Сознание и язык. Проблема искусственного интеллекта.

Приступая к изучению первого вопроса «Понятие и структура сознания», важно уяснить, что человеческое сознание – явление сложное, многоплановое и многоаспектное. Оно является объектом изучения многих наук.

Философия, используя и обобщая достижения различных форм познания, сосредотачивает свое внимание на анализе таких важных проблем сознания как сущность, происхождение и структура сознания, возможности и пути его познания. Вокруг этих вопросов с древности и до наших дней ведутся споры, дискуссии, поиски.

Идеалисты отстаивают мысль о первичности сознания по отношению к материи, считают его самостоятельной, созидающей сущностью всех вещей. Дуализм (или психофизиологический параллелизм) рассматривает сознание и тело как независящие друг от друга начала и не видит взаимосвязи психических и физиологических процессов в организме.

В отличие от идеализма и дуализма, материализм рассматривает сознание не как нечто автономное, независимое от материи, а, напротив, как ее свойство. Свойство это в отличие от таких атрибутов материи, как движение, пространство, время, не всеобщее. Оно присуще особому виду высокоорганизованной материи – человеческому мозгу. Однако, осознает, мыслит не мозг как таковой, а человек, обладающий мозгом, при том, человек в единстве с системой - природной, социальной, культурной - в которую он включен как активно действующий элемент.

Материализм исходит из того, что материя существует вне и независимо от сознания, сознание же не существует вне материи. Сознание вторично (но не второстепенно), производно от материи. Вторичность сознания рассматривается в трех аспектах: 1) историческом (сознание как особое свойство материи возникает на определенном этапе ее эволюции); 2) психо-физиологическом (сознание – функция головного мозга человека); 3) гносеологическом (сознание – высшая форма отражения внешнего мира, отличающаяся осмысленностью и целенаправленностью).

Сознание имеет сложную внутреннюю структуру, включающую различные уровни и элементы своего существования. И, вместе с тем, сознание есть целостный процесс, так как все его составляющие находятся между собой в закономерных связях.

В самом общем виде сознание представляет собой совокупность психических процессов, активно участвующих в осмыслении человеком внешнего мира и своего собственного бытия. К ним относятся: ощущение, мышление, воля, память, эмоции, интуиция.

Так, ощущение дает человеку непосредственное отражение явлений, внешней стороны предметов. Мышление противопоставляется чувственному познанию как опосредованное отражение внутренней, сущностной стороны предметов.

Воля – это практическое обнаружение сознания. Это не только умение желать, но и способность действовать, осуществлять намеченное.

Исключительно важное место в структуре сознания занимает память, как способность запечатлевать, сохранять и воспроизводить информацию. Тем самым память придает связность и устойчивость жизненному опыту человека и является необходимой предпосылкой формирования личности.

Эмоции – это сфера личностных, субъективно-психологических переживаний (предчувствия, смутные видения, стрессы, гнев, страх, восторг, любовь, ненависть, симпатия, антипатия).

Огромный познавательный потенциал обнаруживается в интуитивной способности сознания человека. Интуиция – это способность непосредственного постижения истины путем прямого ее усмотрения без соответствующего доказательства. Особенность интуитивного «видения» («озарения», «вспышки») сознания проявляется в неожиданности решения проблемы, в неосознаваемости путей и средств ее решения, в непосредственности постижения истины. Это сфера сознания, где представлены духовные идеалы и способности к творчеству в виде фантазии, продуктивного воображения.

Студенту необходимо знать, что единство и всесторонняя активизация названных выше и многих других психических процессов обеспечивают достижение истины, адекватное отражение мира.

Во втором вопросе «Происхождение и сущность сознания» необходимо осмыслить, что сознание как свойство материи возникает на определенном этапе ее эволюции. История возникновения сознания – одна из составляющих общего процесса развития материи, в ходе которого возникает и развивается жизнь, все многообразие живой природы, а затем и мыслящий человек.

Сознание есть высшая форма и результат развития всеобщего свойства материи – отражения. Отражение – это изменение одного предмета под воздействием другого, или, иными словами, передача особенностей одного предмета другому в процессе их взаимодействия.

Способность к отражению и его характер зависит от уровня организации материи. В качественно различных формах отражение проявляется в неорганическом мире, в мире растений, животных и, наконец, у человека. В простейшем случае отражение в неорганической природе – это механические деформации, физико-химические изменения.

С возникновением жизни формируются качественно новые формы отражения. Простейшей формой отражения в живой природе является раздражимость, представляющая собой ответную реакцию организма на внешнее или внутреннее воздействие среды в виде возбуждения. Эта форма отражения, имеющая приспособительный характер, широко распространена у растений и простейших животных.

Более высокой формой биологического отражения, по сравнению с раздражимостью, являются рефлексы и ощущения. Рефлексы и ощущения появляются у животных, обладающих нервной системой. На этой ступени эволюции возникают психические формы отражения, отличающиеся избирательностью и активностью. Рефлекс – это закономерная реакция организма на внешнее раздражение, которая осуществляется при участии центральной нервной системы.

По мере морфологического усложнения организмов в процессе органической эволюции наряду с безусловными (или врожденными) рефлексами и на их основе у животных появляются и условные (или приобретенные) рефлексы, возникает высшая нервная деятельность.

Дальнейшее развитие присущего материи свойства отражения происходило у наших предков под определяющим влиянием социальных факторов. Точнее, процесс возникновения сознания протекал в единстве с возникновением общества. Решающая роль в этом процессе перехода биологической формы движения материи к социальной принадлежит трудовой деятельности. Она способствовала формированию абстрактного мышления и возникновению высших, сугубо человеческих форм отражения.

Сознаниеэто специфически человеческое, неразрывно связанное с мозгом, свойство высокоорганизованной материи отражать материальный мир в идеальных (субъективных) образах.

Сознание характеризуется целеполаганием. Прежде чем что-нибудь сделать, человек делает это мысленно, в идеальной форме. Идеальное свойство сознания, обусловленное социальной природой человека. Оно представляет собой специфический способ существования (бытия) объекта, отраженного в психике субъекта в чувственных и мыслительных образах, проектах и схемах деятельности, духовных ценностях, идеалах и программах.

Идеальное есть характеристика сознания как противоположности материи. В этом плане она предстает как субъективная реальность, противостоящая реальности объективной. В отличие от материального, обладающего свойствами вещности, пространственности, временности, идеальное обозначает непротяженность, невещественность, содержательное сходство образа и соответствующего предмета.

Иными словами, сознание двуполюсно. С одной стороны, оно опирается на материальное, имеет его в качестве своей предпосылки и в этом отношении оно вторично. С другой - оно устремлено на новое материальное, опредмечиваясь и объективируясь в новых результатах человеческой деятельности, выступает в этом плане как первичное.

Сознание имеет творческий, активный характер. Оно направлено на преобразование мира и создание нового.

Многие философы определяют сознание как величайший дар человеку, чудо из чудес мироздания, отмечая при этом, что сознание одновременно и крест, и тяжесть, ибо в нем дана вся боль мира. Не случайно, чтобы унять боль (душевную и физическую) отключают сознание.

Изучая третий вопрос «Сознание и язык. Проблема искусственного интеллекта», необходимо раскрыть сущность и значение языка как важнейшей характеристики сознания.

Нередко сознание определяют как знание человека об окружающем мире и о самом себе, которое с помощью слов, математических символов, образов художественных произведений может быть передано другим людям, в том числе другим поколениям в виде памятников культуры. По мнению лингвистов, в частности Эмиля Бенвениста, языковая форма является не только условием передачи мысли, но и условием ее реализации. Люди постигают мысль уже оформленную языковыми знаками. Вне языка имеются только неясные побуждения, волевые импульсы, выливающиеся в жесты и мимику. Сознательное – это событие, обрабатанное языковой системой мозга.

Язык человека качественно отличается от «языка» животных (жестов, звуков), выражающего их эмоциональное состояние, желания, потребности. «Язык» животных – это замкнутая система, строго ограниченная приспособленческим отношением к природе. Язык человека - саморазвивающаяся система, отражающая предметный мир, его свойства и отношения, а также отношения людей. Он дает возможность человеку осмыслить мир и собственную деятельность в нем.

Сущность языка выражается в основных его функциях: номинативной (способность языка называть вещи, явления); познавательной (участие в процессе познания); информативной (способность хранить и передавать информацию); коммуникативной (способность общения на самых различных уровнях).

Язык такой же необходимый искусственный посредник в отношении человека к миру как и орудие его преобразования – техника. Родившийся человек пока не овладеет этими двумя основными посредниками – орудием труда и языком – не становится человеком в полном смысле этого слова. В тоже время сознание не исчерпывается тем, что может быть выражено в языке, рационально усвоено.

Напомним попутно, что коммуникативное происхождение сознания обуславливает способность мысленного диалога с самим собой, т. е. ведет к появлению самосознания (рефлексии).

Самосознание –это особый уровень сознания, на котором осуществляется функция контроля за деятельностью сознания и поддержания его целостности. Оно предполагает выделение и отличие человеком самого себя, своего «Я» в окружающем мире. Это способность человека посмотреть на себя как бы со стороны, осознать свои действия, чувства, мысли, мотивы поведения, интересы, свое положение в обществе.

Оно возникает под влиянием определенных общественных условий, которые всегда жестко требовали от людей умения оценивать свои поступки, слова и мысли с точки зрения определенных социальных норм. Регулируя свои действия, предусматривая их результаты, самосознающий человек берет на себя ответственность за них.

Проблема сознания и языка с появлением компьютерных технологий оказалась тесно связанной с проблемой искусственного интеллекта. Мышление животных, их «язык» – остаются на уровне элементарного мышления. У животных есть память, им свойственны зачатки анализа, синтеза и других мыслительных операций, осуществляемых на уровне предметных образов, а не понятий. У человека же сознание связано с абстрактным понятийным мышлением.

В отличие от человека и животных «думающая» машина, обладающая так называемым искусственным интеллектом, оперирует не образами, а знаками. Здесь может осуществляться процесс «самонаучения» (самообучающиеся, самопрограммирующиеся ЭВМ). Однако это «научение» особого рода. То, что ЭВМ, скажем, способна доказывать математические теоремы, еще не означает ее умения также играть в шахматы или решать научные проблемы.

Студенту следует знать, что проблема искусственного интеллекта имеет многовековую историю. Ранее, при создании вычислительных устройств, как правило, шли путем имитации предметных действий человека или его мышления. В настоящее время работы, посвященные искусственному интеллекту, ведутся по трем основным направлениям:

1) воспроизводство творческих способностей человека;

2) применение диалоговых форм «общения» человека с

компьютерными системами (например, с целью перевода

формализованных текстов на естественные языки);

3) создание робототехники, важнейшим элементом которой является

искусственный интеллект.

В заключение отметим, что человек с его сознанием и ЭВМ идут навстречу друг другу. Техника все активнее начинает выступать партнером человека в его жизнедеятельности. Естественный интеллект, сопряженный с «искусственным» усиливает творческие возможности человека, ставит его перед необходимостью новой парадигмы мышления, способной обеспечить их единство и целостность в интересах сохранения и дальнейшего развития человечества.

* * *

В справочной литературе по проблеме сознания смотрите следующие статьи:

Новая философская энциклопедия. В 4-х т. - М., 2001. Ст.: “Сознание”, «Бессознательное», “Искусственный интеллект”.


hello_html_m38e55c7b.gif

Общественное сознание и его структура


1. Взаимосвязь общественного и индивидуального сознания.

2. Структура общественного сознания. Идеология и

общественная психология.

3. Формы общественного сознания.


При изучении первого вопроса “Взаимосвязь общественного и индивидуального сознания” следует понять, что сущность общественного сознания можно раскрыть, только решив вопрос о соотношении общественного бытия и сознания.

Общественное бытие - это реальный процесс жизни людей, те общественные отношения, которые складываются в обществе на основе данного способа производства и культуры.

С точки зрения идеализма сознание определяет бытие. Такая точка зрения, получившая свое концентрированное выражение у Гегеля и его последователей, опирается на так называемый “здравый смысл”. Люди участвуют в общественных действиях, руководствуясь определенными взглядами, чувствами, побуждениями, и исследователи делают отсюда вывод об определяющей роли сознания. При этом, недооценивается роль экономики, техники и технологии в жизни людей, игнорируется тот факт, что человеку, несмотря на его сознание, не дано предвидеть в полном объеме результаты своей деятельности (вспомним крылатую фразу: “Хотели как лучше, а получилось как всегда”).

Для материалистов общественное сознание производно от бытия,

т.е. бытие определяет сознание. С этой точки зрения, общественное

сознание - это совокупность существующих в обществе идей, теорий, взглядов, воззрений, чувств, настроений отражающих бытие людей, условия их жизни.

Общественное сознание не функционирует вне сознания конкретных людей, но это не свидетельство тождественности индивидуального и общественного сознания. Индивидуальное сознание - это внутренний (духовный) мир личности, ее жизненный опыт, мироощущение и мировосприятие. Оно отражает через призму конкретных условий жизни человека не всю реальность, а лишь отдельные ее стороны и черты, фиксируя много частного, неповторимого, ценного для данного человека.

Возникновение, функционирование и развитие индивидуального сознания есть функционирование и становление конкретного человека. Со смертью человека индивидуальное сознание завершает свой цикл, хотя те или иные результаты деятельности индивида, его сознания в той или иной форме передаются другим людям, продолжают жить в их памяти или в конкретных видах духовного бытия: музыкальных произведениях, стихах, фразах, афоризмах.

В отличие от индивидуального, общественное сознание выступает коллективной, всеобъемлющей памятью, разносторонним духовным опытом общества. До тех пор пока будет существовать человечество, будет существовать и функционировать общественное сознание. Отвлекаясь от частностей, свойственных индивидуальному сознанию, оно выступает как обобщающая картина человеческого мировидения.

Студенту необходимо разобраться во взаимосвязи общественного и индивидуального сознания, понять, что общественное сознание по своему происхождению (генетически) формируется из важнейших достижений индивидуального сознания. Те или иные идеи, концепции, прогнозы проходят через “сито” общественного мнения. Затем, имеющейся сгусток очень придирчиво проходит испытание временем, эпохами с их постоянно изменяющимися ценностями, установками,

подходами к пониманию достижений человеческой мысли.

В свою очередь, индивидуальное сознание является общественным сознанием, так как каждый человек становится личностью только в процессе социализации, усваивая то, что человечество накопило в общественном сознании в предшествующий период.

При рассмотрении второго вопроса “Структура общественного сознания. Идеология и общественная психология” следует исходить из того, что общественное сознание представляет собой многогранное, очень сложное явление социальной жизни. Оно имеет определенную структуру, под которой понимается расчлененность сознания на

составные элементы и характер взаимосвязи между ними.

Существует множество подходов к анализу общественного сознания. Один из них следующий. Структуру общественного сознания рассматривают в трех основных аспектах:

  1. Конкретно-историческом, выделяя типы сознания: сознание

первобытного общества; сознание предшествующих эпох: античности, средних веков, Нового времени; сознание современного общества.

2. Гносеологическом, выделяя виды: эмпирическое, теоретическое, художественно-образное, профессиональное, массовое - и уровни сознания: обыденное (познание явлений) и научное (познание сущности).

3. Социологическом, выделяя сферы: идеологию и общественную психологию - и формы сознания: политическое, правовое, нравственное (мораль), эстетическое, религиозное.

Далее студенту следует сосредоточить свое внимание на социологическом аспекте и разобраться в первую очередь с тем, что собой представляет идеология и общественная психология и как они взаимодействуют между собой.

Идеология - это целостная система идей и взглядов, отражающая условия жизни людей, их бытие с позиции определенных социальных сил, а также цели (программы), направленные на укрепление или развитие (изменение) существующих в обществе отношений.

Идеология возникает благодаря деятельности теоретиков: ученых, писателей, религиозных, общественных и политических деятелей. Главная ее особенность - лозунговость, направленность на массовое сознание, когда фактор веры преобладает над фактором знания. Кроме того, она должна предлагать определенный образ жизни, без него она на может быть принята людьми, не может их увлечь.

Идеология находит свое выражение в Конституции государства, в программных заявлениях политических партий, в религиозных писаниях, в других документах и материалах.

Общественная психология представляет собой систему чувств, эмоций, отдельных не систематизированных мыслей, убеждений, установок, в которых отражаются, в первую очередь, ближайшие условия бытия людей.

Общественная психология, в отличие от идеологии, есть продукт жизнедеятельности всего общества или конкретных больших групп людей. Она не существует вне психологии индивидов и развивается в тесной связи с развитием индивидуальной психологии. Однако если явления индивидуальной психологии присущи только определенной личности, то явление и процессы общественной психологии носят коллективный характер и проявляется как психология определенных

социальных групп, партий, общества, наций.

Студенту необходимо уяснить, что определяющим в становлении психологии людей выступает общественное бытие и особенно состояние экономики, культуры, образования, традиций. Немаловажное влияние на общественную психологию оказывает и идеология.

В свою очередь общественная психология оказывала и оказывает заметное влияние на идеологические процессы и политическую практику. В условиях Украины и стран СНГ это иногда выступает в форме популизма, движения (и идеологических построений), апеллирующего к сознанию широких народных масс, отражая все его противоречия, играя на минутных настроениях людей, обещая простым путем решить заведомо трудноразрешимые задачи.

Рассмотрение третьего вопроса “Формы общественного сознания” целесообразно начать с характеристики политического сознания.

С возникновением гражданского общества появляется государство и зарождается новый вид человеческой деятельности - политика.

Политика - это деятельность социальных групп, наций, партий, государства, ядром которой является проблема власти. Заниматься политикой - значит отстаивать интересы определенных групп людей, управлять политическими процессами.

Политика как определенные отношения и действия находит свое отражение в политическом сознании.

Политическое сознание представляет собой совокупность идей, теорий, взглядов, чувств, настроений, отражающих отношения к власти социальных групп, партий, общества.

Оно включает в себя политическую идеологию и психологию.

Политическая идеология находит свое теоретическое выражение в конституциях, в программных заявлениях, лозунгах партий, национальных группировок.

Политическая психология включает с себя главным образом

чувства, настроения, эмоции, поведенческие установки той или иной социальной группы или общества в целом в ходе реализации политических целей и задач.

Политическое сознание не является постоянным, неизменным. Оно функционирует, развивается и изменяется в зависимости от состояния общественного бытия, от изменений в социальной практике.

Правосознание - это совокупность убеждений людей относительно правомерности или неправомерности обязанностей, прав и поступков людей в обществе.

Правосознание специфично. Каждая социальная группа,

национальное сообщество и другие объединения имеют свои правовые

воззрения на социальные процессы, свое правосознание. Несмотря на это все вынуждены считаться с существующими в обществе законами, правом.

Право - это система обязательных норм, правил поведения людей, выраженная в юридических законах.

Право является продуктом конкретного экономического, социального, политического, экологического, культурного состояния общества, исторических традиций, состояния и расстановки политических сил в обществе. Оно охраняется силой государства.

Право, как и политическое и правовое сознание, появляется с возникновением гражданского общества и государства.

В отличие от них моральное сознание (нравственность) является наиболее древней формой сознания и социальной формой регуляции деятельности людей. Мораль - это совокупность взглядов, представлений, норм и оценок поведения людей в обществе с точки зрения добра, зла, справедливости, несправедливости, чести и бесчестия.

Студенту следует иметь четкое представление о механизмах действия правовых норм и морали. Если нарушается право, то государство с помощью аппарата принуждения заставит человека подчиниться требованиям закона. За моралью, где наиболее четко выражены элементы общественной психологии, стоит сила убеждения, примера, традиций, общественного мнения. Требования права и морали не во всем совпадают. В праве на первом плане - наказание, в морали - воспитание.

Также как и право, мораль исторична, конкретна. В ней присутствует целый ряд общечеловеческих элементов. Типа “Не укради!”, “Не убий!”. Однако наряду с ними немало элементов, которые у различных социальных сил в разные исторические эпохи имеют разные ценностные оценки.

Одной из древнейших форм сознания, наряду с моралью, является эстетическое сознание. Основная его особенность состоит в эмоционально-ценностном восприятии действительности с позиций комического и трагического, прекрасного и безобразного, величественного и низменного.

Важнейшей частью эстетического сознания выступает искусство. Искусство - есть форма отражения действительности в художественных образах.

Искусство выполняет следующие функции:

  • познавательную (например, о Великой Отечественной войне люди знают больше из произведений искусства, чем из исторических

документов);

  • эстетическую (произведения искусства заставляют людей

радоваться и восхищаться, ненавидеть и негодовать, воспринимать прекрасное и определяться по отношению к низменному и безобразному);

- воспитательную (общение с миром прекрасного учит людей отличать благородное от пошлого, высокомерное от моральной красоты);

- социальную, идеологическую (произведения искусства в определенной мере иногда специфически выражают определенные интересы, эмоциональный настрой, чувства, мироощущение и мировосприятие определенных социальных групп, их политические, правовые, моральные и иные взгляды, идеи, концепции).

Религиозное сознание - одно из древних форм осознания мира и регуляции человеческой деятельности. В его основе лежит вера в сверхъестественные силы и поклонение им.

История человечества знала великое множество различных типов и вариантов религий: от язычества, с верой в большое количество богов, до религий признающих единого бога. Однако каждая религия включает в себя три обязательных элемента: мифологический - веру в реальное существование тех или иных сверхъестественных, чудодейственных сил; эмоциональный - религиозные чувства, возникающие под воздействием веры; нормативный - требования по соблюдению религиозных предписаний.

Сущность религии состоит в том, что верующие совершают определенные действия с целью расположить к себе сверхъестественные силы и с их помощью отвратить от себя и других людей различные бедствия, получить какую-то пользу.

В последние годы в духовной жизни Украины происходят глубокие изменения взглядов на роль религии в социальной жизни. Слово “религия” еще недавно, переводя с латинского, толковали как “вера в существование сверхъестественных сил”, “предмет культа”, “набожность”. Сейчас религию нередко трактуют и как “тщательное обдумывание, перечитывание, “объединение”, сюда же добавляют: “совестливость”, “благочестие”, “добросовестность”, “набожность”.

Студенту следует знать, что собой представляет деятельность миссионеров нетрадиционных религий. Как правило, рецепты этих религиозных функционеров, с одной стороны, отличаются простотой и доступностью, с другой, предлагаются «здесь и сейчас» проекты радикального переустройства мира. Деятельность этих миссионеров, хотя и кажется порой странной и назойливой, но по своей сути не многим отличается практики современного менеджмента, а более отдаленно от практики коробейников, носивших свои торбы по домам и селам. Останавливая людей на улицах, в транспорте, в жилых домах эти миссионеры фактически осуществляют рекламу товара и услуг, хотя товар у них весьма специфический.

* * *

Более подробно в справочной литературе смотрите статьи:

Новая философская энциклопедия. В 4-х т. - М., 2002. Ст.: «Массовое сознание», «Мораль», «Политика», «Право», «Эстетика», «Этика», «Религия».

hello_html_m38e55c7b.gif


ТЕМА 2.3 УЧЕНИЕ О ПОЗНАНИИ.

ПОЗНАНИЕ И ЕГО ОСНОВНЫЕ ФОРМЫ


1. Познание как философская проблема.

2. Чувственное и рациональное познание и их формы.

З. Проблема истины в философии и науке.


При изучении первого вопроса «Познание как философская проблема» следует понять, что изучение сущности познания является одной из основных задач философии. Теория познания (гносеология) являются важнейшим разделом многих философских систем, а порой и основным ее компонентом.

Познание - это совокупность процессов, благодаря которым человек получает, перерабатывает и использует информацию о мире и о самом себе.

Познавательная активность в конечном счете направлена на удовлетворение исторически формирующихся материальных и духовных потребностей и интересов людей, и в этом плане, неразрывно связана с целесообразной практической деятельностью. Последняя представляет собой историческую предпосылку, основу и важнейшую цель познания.

Те конкретные вещи, явления, процессы, на которые непосредственно направлена познавательная активность людей, принято называть объектом познания. Тот, кто осуществляет познавательную деятельность, называется субъектом познания.

Субъектом может выступать отдельный индивид, социальная группа (например, сообщество ученых) или общество в целом. Отсюда познание - это специфическое взаимодействие между субъектом и объектом, основная цель которого заключается в обеспечение в соответствии с потребностью субъекта моделей и программ, управляющих освоением объекта.

Таким образом, гносеология изучает особый тип отношений между субъектом и объектом - познавательный. “Отношения познания” включают в себя три компонента: субъект, объект и содержание познания (знание). Для уяснения сущности познания следует проанализировать отношения между: 1) получающим знание субъектом и источником знания (объектом); 2) между субъектом и знанием; 3) между знанием и объектом.

В первом случае задача заключается в том, чтобы объяснить, как возможен переход от источника к “потребителю”. Для этого необходимо теоретически объяснить то, как содержание познаваемых вещей и явлений переносится в человеческую голову и преобразуется в ней в содержание знания.

При рассмотрении второго, из указанных выше видов отношений, возникает комплекс вопросов, связанных, с одной стороны, с освоением человеком уже готовых, имеющихся в культуре массивов знаний (в книгах, таблицах, кассетах, ЭВМ и т.д.) С другой - с оценкой субъектом тех или иных знаний, их глубины, адекватности, усвоения, полноты, достаточности для решения тех или иных задач.

Что касается отношения между знанием и объектом, то оно подводит к проблеме достоверности знания, истины и ее критериев.

Решение гносеологических проблем в философии базируется на следующих принципах.

Принцип объективности. Он утверждает: объект познания (вещи, природные и социальные явления, знаковые структуры) существует вне и независимо от субъекта и самого процесса познания. Отсюда вытекает методологическое требование - вещи и явления нужно познавать объективно, т.е. такими, каковы они есть сами по себе. В получаемые результаты познания человек не должен привносить ничего от себя.

Принцип познаваемости. Он утверждает, что реальность надо познать такой какой она есть. Данный принцип является выводом из всей истории познания и практики человечества. Человек способен адекватно, с необходимой в каждом конкретном случае полнотой познавать природное и общественное бытие. Не существует никаких принципиальных границ на пути бесконечного движения субъекта к более адекватному и исчерпывающему постижению реальности.

Принцип отражения. Этот принцип неразрывно связан с понятием отражения, в котором выражена сущность материалистического понимания познания. Первое условие научного понимания и объяснения познания - признание его отражательного характера. Принцип отражения можно сформулировать так: познание объекта есть процесс отражения его в голове человека.

В гносеологических концепциях прошлых эпох отражение рассматривалось: во-первых, как пассивный процесс, подобный зеркальному отражению; во-вторых, как процесс, в основе которого лежит механическая причинность (появление образов детерминируется воздействием на органы чувств конкретных причин); в-третьих, как исчерпывающая характеристика способа и конкретных механизмов формирования объективно-истинного знания. Все это приводило к трактовке различных форм познания в духе метафизического и созерцательного подходов.

Сохраняя рациональное, что было в понимании принципа отражения в прошлом, современная гносеология вкладывает в этот принцип качественно новое содержание. В настоящее время, отражение понимается как всеобщее свойство материи и определяется как способность материальных явлений, предметов, систем воспроизводить в своих свойствах особенности других явлений, предметов, систем в процессе взаимодействия с последними.

Принцип творческой активности субъекта в познании. Духовно-теоретическое и духовно-практическое освоение мира человеком включает в себя не только отражательную деятельность, связанную с получением информации о мире и самом себе, но и разнообразные формы творчества, конструирование новых предметных реалий “мира культуры”.

Введение принципа практики и творческой активности субъекта в решение гносеологических проблем позволяет на качественно новом уровне понять подлинную природу субъекта и объекта познания, с одной стороны, и конкретный механизм их взаимосвязи в структуре познавательного акта - с другой.

В гносеологии субъект не есть только система, получающая, хранящая и перерабатывающая информацию (подобно любой живой системе). Субъект - это прежде всего общественно-исторический феномен, наделенный сознанием, способный к целеполагающей, предметной, творчески преобразующей деятельности. С этой точки зрения, субъект познания - это не только отдельный человек, но и социальная группа, слой, общество в ту или иную историческую эпоху.

Качественно по-новому подходит современная гносеология и к рассмотрению объекта. Для субъекта не безразлично, является ли нечто актуальное объектом познания или нет. С гносеологической точки зрения это различие представляет специальный интерес.

В связи со сказанным можно сформулировать общую закономерность познания, гласящую о том, что степень предметного освоения реальности в практике людей вычленяет ту совокупность измерений объекта, которая выступает в каждую данную эпоху основой его отражения в головах людей. Человек вступает в контакт с объектами (вещами, явлениями, процессами) природного и общественного бытия, во всей их бесконечной сложности. Побуждаемый к деятельности своими материальными и духовными потребностями, ставя те или иные цели, он всегда берет их как некоторый “частичный объект”, или “предмет”.

Субъект и объект как противоположные стороны образуют противоречивое отношение. Субъект не может воздействовать на объект иначе, как предметным образом. Это значит, что в своем распоряжении он должен иметь материальных посредников своих воздействий на познаваемый объект - руки, орудия труда, измерительные инструменты, химические реактивы и т.п. Прогресс познания был бы невозможен без постоянного расширения и усложнения этого “мира посредников”. Равным образом механизм воздействия объекта на субъект предполагает свою систему посредников - непосредственная сенсорная информация, различные знаковые системы и, прежде всего, человеческий язык.

Основным познавательным отношением является отношение “образ - предмет”. В широком смысле слова образом можно назвать то состояние сознания, которое тем или иным способом связано с объектом. По отношению к объекту можно выделить три типа образов: 1) образы-знания, отражающие объективную реальность; 2) образы-проекты, представляющие собой мысленные конструкции, которые должны быть или могут быть воплощены на практике; 3) образы-ценности, выражающие потребности и идеалы субъекта.

Рассматривая второй вопрос «Чувственное и рациональное познание и их формы» следует исходить из того, что чувственное познание содержит в себе образы, которые дают органы чувств человека.

Основные формы чувственной ступени познания - ощущения, восприятия и представления. В ощущениях каждый из органов чувств человека специфическим для него способом отражает отдельные свойства, стороны вещей (цвет, звук, запах, твердость). Восприятие –целостное отражение свойств и признаков предмета. Представление - наглядный целостный образ вещи, возникающий на основе воображения и прошлого чувственного опыта, сохраняющийся и воспроизводимый в памяти.

Чувственные образы человека, в отличие от образов, которые дают органы чувств животных, опосредствованы социальным опытом и обладают внутренней активностью (представляют собой именно живое созерцание).

Базовой формой чувственного познания служат ощущения. Они обеспечивают непосредственную связь сознания с объективной реальностью и являются единственным внешним каналом, по которому можно получить информацию о мире.

Рациональное познание. Человек получает информацию посредством естественных сигналов, идущих от объектов и искусственных сигналов, передаваемых от субъекта к субъекту и функционирующих в системе человеческого языка. Развитие и совершенствование языка тесно связано с развитием рациональной ступени познания. Язык - важнейший информационный посредник между субъектом и обществом. Без него невозможно оперирование готовыми знаниями. Рациональное мышление - это функционирование существующих в языке знаний, связанных с реальностью через посредство чувственных образов, способных отражать то, что недоступно органам чувств.

Элементарные формы рационального (логического) мышления - понятие, суждение и умозаключение. В них выделяются и фиксируются в знаках языка предметные признаки вещей.

Понятие отражает существенные признаки вещей, т.е., которые необходимы и достаточны для их отличия в определенном отношении. В понятиях как бы концентрируются, подытоживаются наши знания. Суждение, фиксируя любые признаки предмета, утверждает или отрицает что-либо об объекте познания: “роза красная”, “метафизика отрицает противоречие как источник развития”, “атом неисчерпаем”.

Умозаключение представляет собой связывание суждений (оперирование с ними), дающее новое знание без обращения к показаниям органов чувств. Например, уже в древности был сделан вывод (суждение) о том, что Земля имеет форму шара. Этот вывод получили следующим образом. Известно, что шарообразные тела отбрасывают тень в форме диска. Земля во время лунных затмений отбрасывает тень в форме диска. Значит - она круглая.

Человеческое познание есть единство чувственного и рационального. Люди ставят задачи познания и толкуют его результаты на уровне рационального мышления, а необходимую информацию получают с помощью органов чувств. Ученый не просто смотрит в микроскоп, он проверяет какое-то предположение (гипотезу), выполняет логически обоснованную программу исследования, истолковывает увиденное в свете определенных понятий и теорий.

При изучении третьего вопроса «Проблема истины в философии и науке» следует исходить из того, что основными противоположными характеристиками отношения познавательного образа, человеческих знаний к объекту выступают истина и заблуждение.

Истинным является образ, адекватный отражаемому объекту. Образ, не соответствующий своему объекту, рассматривается как заблуждение. Эти на первый взгляд простые определения порождают сложные проблемы, как только зададимся вопросом, что такое соответствие и каков механизм его установления.

Соответствие означает совпадение признаков образа и объекта. Если с каждым из признаков понятия соотносится признак объекта, и наоборот, то понятие соответствует объекту. Любой объект много качественен, многомерен, неисчерпаем в своих свойствах, связях и отношениях. Знание же о нем содержит конечное количество информации. Исходя из сказанного, можно сформулировать основную проблему теории истины: как можно установить соответствие конечного по своему содержанию знания бесконечному объекту? Для ее решения необходимо рассмотреть основные характеристики истины: объективность, абсолютность, относительность, конкретность и проверка практикой.

Под объективностью истины понимается такое содержание наших знаний, которое, отражая действительное положение вещей, не зависит от субъекта познания, не зависит ни от человека, ни от человечества.

Признание объективной истины с необходимостью влечет за собой признание в той или иной форме абсолютной истины (абсолютного момента) в человеческом познании, и наоборот, отрицание этого абсолютного момента влечет за собой отрицание и самой объективной истины, что ведет к агностицизму.

Абсолютная истина означает полное, исчерпывающее знание об объекте. Однако момент абсолютности истины подвижен, является определенным историческим пределом, к которому бесконечно приближается познание. При дальнейшем прогрессе общества то, что казалось абсолютной истиной, превращается в относительную истину.

Абсолютная истина есть полное соответствие образа предмету; относительная истина выражает зависимость всякой истины от тех или иных объективных условий, от пределов приближения наших знаний к реальности; заблуждение выражает несоответствие знаний предмету.

Истинность любого знания оценивается по отношению к предмету, выделяемому субъектом в определенных объективных условиях. В силу этого само отношение между относительной истиной и абсолютной таково, что первая именно потому выступает как истина, что в ней содержится момент абсолютной истины; вторая - выступает в определенной степени как сумма, итог относительных истин.

То важнейшее обстоятельство, что характеристика любого образа как абсолютной истины, относительной истины или заблуждения может быть дана не вообще, а только по отношению к определенным условиям познания, к тому или иному срезу объекта, выражается в положении о конкретности истины, согласно которому абстрактной истины нет, истина всегда конкретна.

Соответствие образа предмету устанавливается посредством практической деятельности. Практика - объективный критерий истины. Существует непосредственная и опосредованная практическая проверка истины. Если исследуемый предмет на деле проявляет себя именно так, как предполагалось, это значит, что наши представления о нем истинны.

* * *

В справочной литературе по данной теме смотрите статьи:

Новая философская энциклопедия. В 4-х т. - М., 2001. Ст.: «Истина», «Заблуждение», «Интуиция», «Теория информации», «Рационализм», «Сенсуализм», «Теория познания», «Объект», «Субъект».

Философский энциклопедичний словарь. - К., 2002. Ст.:

«Истина», «Интуиция», «Раціоналізм», «Теория познания», «Субьект», «Объект».



hello_html_m38e55c7b.gif

Научное познание


1. Специфика научного познания.

2. Соотношение эмпирического и теоретического знания.

3. Формы и методы научного познания.


При изучении первого вопроса «Специфика научного познания» следует уяснить сущность и значения науки как феномена духовной культуры.

Наука, представляет собой специфическую сферу человеческой деятельности, направленную на получение нового знания. Кроме того, наука - это система знаний, система социальных организаций (институтов и учреждений) и непосредственная производительная сила.

Науку характеризует относительная самостоятельность и внутренняя логика развития, способы (методы) познания и реализации идей, а также социально-психологические особенности объективно-сущностного восприятия действительности, то есть стиль научного мышления.

Непосредственными целями науки являются исследование, описание, объяснение, предсказание процессов и явлений действительности, составляющих предмет ее изучения.

Мировоззренческим основанием науки служит материализм, идеализм, натурализм, диалектика, метафизика, агностицизм и пр.

Научная проблематика зависит от потребностей, интересов и надежд общества, от уровня развития материального производства и духовных запросов народа, от культурных традиций и политических институтов.

Специфика науки как познавательной деятельности человека характеризуется следующим составляющими: цель; конечный продукт; методы и средства получения конечного продукта; направленность на определенные объекты; системность и обоснованность; определенная социальная направленность; тесная связь с практикой.

От всех способов освоения мира наука отличается выработкой специального языка для описания объектов исследования и процедурой доказательства истинности результатов научного поиска.

Научное познание представляет собой разновидность субъектно-объектных отношений. Оно включает в себя совокупность взглядов, идей, теорий; совокупность норм и культурных образцов устойчивого поведения и действия субъекта; совокупность научных организаций и творческих объединений; деятельность людей по адекватному отражению действительности, а также систему их взаимоотношений.

Как составная часть духовного производства, наука способна превратиться в непосредственную производительную силу в форме знаний и новых технологий, принципов организации труда, новых материалов, оборудования.

В заключение студенту следует обратить внимание еще на одну особенность научного познания. Оно выступает в качестве меры развитости способностей человека к творческому созиданию, к конструктивно-теоретическому преобразованию действительности и самого себя.

Рассматривая второй вопрос “Соотношение эмпирического и теоретического знания”, следует помнить, что знания в любой области науки имеют два тесно взаимосвязанных уровня: эмпирический и теоретический. Без экспериментальных данных теоретические знания не могут иметь научной силы, так же как и эмпирические исследования не могут не учитывать пути, прокладываемого теорией.

В тоже время, эмпирическое и теоретическое знание не только едино, но и отличается одно от другого.

Эмпирический уровень познания - это уровень накопления знаний и фактов об исследуемых объектах. В эмпирическом познании объект отражен со стороны связей и отношений, доступных живому созерцанию, наблюдению.

На теоретическом уровне достигается синтез научного знания в виде научной теории. Теоретический, концептуальный в своей основе, уровень научного знания призван систематизировать, объяснить и предсказать факты, установленные в ходе эмпирического исследования.

Факт представляет собой зафиксированное эмпирическое знание и выступает как синоним (т.е. тождествен или близок по значению) понятий "истина", "событие", "результат".

Факты – это не только источник и эмпирическая основа теоретических рассуждений, но и действенный критерий их истинности. Несоответствие фактам – свидетельство ущербности или ложности теоретических знаний. В свою очередь, теория формирует концептуальную основу факта: выделяет изучаемый аспект действительности, задает язык, на котором описываются факты, детерминирует средства и методы экспериментального исследования,

По схеме: проблема - гипотеза – теория разворачивается, как правило, выявление закономерностей изучаемых объектов, установление принципов, посредством которых раскрывается их предметное содержание.

Проблема – выступает исходным пунктом исследования. Это то, что еще неизвестно, но требуется познать, это вопрос исследователя к объекту. Если познание не начинается с постановки проблемы, то оно оказывается беспредметным. Проблема представляет собой: 1) трудность, преграду в решении познавательной задачи; 2) противоречивое условие вопроса; 3) задачу (программу) исследования; 4) концептуальный (идеализированный) объект теории; 5) форму выражения объективной необходимости; 6) объективно возникающий в ходе развития познания вопрос или целостный практический или теоретический интерес.

Гипотеза - вводное допущение или предположение относительно сущности объекта. Она проходит две стадии: выдвижение и последующая проверка. По мере того, как гипотеза проверяется и обосновывается, она может быть отброшена как несостоятельная, но может быть, и “отшлифована” до истинной теории.

Теория - это форма научного знания, которая дает всестороннее отображение закономерных и существенных связей исследуемого объекта.

Теория как целостная развивающаяся система знаний имеет соответствующую структуру и функции. В структуру теории входят: а) аксиомы, принципы, законы, фундаментальные понятия; б) идеализированный объект - абстрактная модель связей и свойств объекта; в) логические приемы; г) закономерности и утверждения, выводимые из основных положений теории и соответствующие ее принципам.

К основным функциям теории относятся: описательная, объяснительная, прогностическая (предсказательная), синтетическая, методологическая и практическая.

Описание есть первоначальное, не совсем строгое, приблизительное фиксирование, вычленение и упорядочение признаков черт и свойств исследуемого объекта. К описанию того или иного явления прибегают в тех случаях, когда невозможно дать строго научное определение понятия. Описание играет важную роль в процессе становления теории, особенно на начальных его этапах.

Объяснение осуществляется в форме вывода или системы выводов с использованием тех положений, которые уже содержатся в теории. Этим отличается теоретическое объяснение от обыденного объяснения, которое базируется на обыденном, повседневном опыте.

Прогноз, предвидение. Научная теория позволяет увидеть тенденции дальнейшего развития объекта, предвидеть, что будет с объектом в будущем. Наибольшими прогностическими возможностями обладают те теории, которые отличаются широтой охвата той или иной области действительности, глубиной постановки проблем и парадигмальностью (т.е. комплексом новых принципов и научных методов) их решения.

Синтезирующая функция. Научная теория упорядочивает обширный эмпирический материал, обобщает его, выступает как синтез этого материала на основе определенного единого принципа. Синтезирующая функция теории проявляется также и в том, что она устраняет раздробленность, разобщенность, фрагментарность отдельных компонентов теории, дает возможность обнаружить принципиально новые связи и системные качества между структурными компонентами теоретической системы.

Методологическая функция. Научная теория пополняет методологический арсенал науки, выступая в виде определенного метода познания. Совокупность же принципов формирования и практического применения методов познания и преобразования действительности и есть методология освоения человеком мира.

Практическая функция. Создание теории не является самоцелью для научного познания. Научная теория не имела бы большого значения, если бы она не являлась мощным средством для дальнейшего совершенствования научного познания. В этом плане, теория, с одной стороны, возникает и формируется в процессе практической деятельности людей, а с другой - сама практическая деятельность осуществляется на основе теории, освещается и направляется теорией.

Переходя к изучению третьего вопроса “Формы и методы научного познания”, нужно уяснить, что научное познание не может обойтись без методологии.

Метод - представляет собой систему принципов, приемов и требований, которыми руководствуются в процессе научного познания. Метод - это способ воспроизведения в мышлении изучаемого объекта.

Методы научного познания подразделяются на специальные, общенаучные и универсальные. В зависимости от роли и места в научном познании фиксируют формальные и содержательные, эмпирические и теоретические, методы исследования и изложения. Существенным в современной науке остается подразделение на методы естественных и методы гуманитарных наук. Специфика первых (например, методы физики, химии, биологии) приоткрывается через стратегию объяснения явлений и процессов природы, вторых (например, методы герменевтики, структурализма) – через стратегию понимания человека и его мира.

В арсенал методов и приемов научного познания входят:

анализ - разложение изучаемого объекта на составные части, стороны, тенденции с целью рассмотреть частное;

синтез - операция, объединяющая в целое стороны, части и тенденции, для выявления существенных связей и отношений объекта;

абстрагирование - мысленное выделение, вычленение отдельных признаков, свойств и отношений при одновременном отвлечении от других свойств, признаков и отношений предмета;

индукция - движение мысли от частного к общему;

дедукция - от общего к частному;

аксиоматический метод – выдвигаются аксиомы, т.е. суждения, которые принимаются без доказательства и, опираясь на которые, делаются соответствующие доказательства и выводы;

аналогия - установление у объектов сходства некоторых признаков, свойств и отношений, а на этом основании выдвижение предположения о сходстве у них других признаков;

моделирование - метод исследования, при котором объект исследования замещается другим объектом (моделью), находящимся в отношении подобия с первым. Суть метода заключается в том, что модель, находясь в отношении подобия к объекту, позволяет подвергнуть ее специальному теоретическому анализу или эксперименту, с тем, чтобы извлечь необходимые знания, которые, в свою очередь, подвергают оценке и прилагают к изучаемому объекту;

наблюдение - это систематическое, целенаправленное восприятие предметов и явлений, опирающиеся на чувственные познавательные способности человека (ощущения, восприятия, представления);

эксперимент - прием исследования, при котором объект ставится в точно учитываемые условия или искусственно воспроизводится с целью выяснения тех или иных свойств;

формализация - исследование объекта со стороны формы с целью более глубокого познания содержания, что позволяет оперировать знаковыми системами (формализованными языками);

идеализация - предельное отвлечение от реальных свойств предмета, при одновременном введении признаков нереализуемых в действительности (“абсолютно твердое тело”, “идеальная жидкость”).

К этим приемам и методам научного познания тесно примыкает метод восхождения от абстрактного к конкретному, а также исторический и логический методы познания.

Под абстрактным понимается неполное отражение объекта в познании в виде понятий и категорий. Конкретное - многостороннее знание о предмете. Метод восхождения от абстрактного к конкретному (в отличие от перечисленных выше) в первую очередь, применяется на теоретическом уровне познания.

Этот метод применим и в познании той или иной научной дисциплины, где идут от отдельных понятий (абстрактного) к многостороннему знанию (конкретное).

Исторический метод - требует брать предмет в его развитии и изменении со всеми мельчайшими деталями и второстепенными признаками. Логический метод является отражением исторического, но он не повторяет историю во всех деталях, а берет главное существенное в ней, воспроизводя развитие объекта как бы по прямой - от низшего к высшему и обратно.

Среди научных методов исследования особое место занимает системный подход, представляющий собой совокупность общенаучных требований (принципов), с помощью которых любые объекты могут быть рассмотрены как системы. Системный анализ объектов дает возможность представить их четырьмя категориальными планами: 1) процессом какого-либо вида (например, эволюционно-генетического); 2) функциональной структуры (например, естественного или искусственного языка); 3) морфологии (организации материала); 4) конкретного образа объекта.

Системный подход имеет большую эвристическую ценность, поскольку он применим к анализу естественно-научных, социальных и технических объектов.

Системный подход используется в сочетании со структурно-функциональным, поскольку сверхсложные самоуправляемые системы (например, общество) характеризуются полифункциональностью и наличием крупных структур.

* * *

Для более детального ознакомления с темой в справочной литературе обратитесь к статьям:

Новая философская энциклопедия. В 4-х т. - М., 2001. Ст.: «Метод», «Наука», «Интуиция», «Эмпирическое и теоретическое», «Познание» и др.

hello_html_m38e55c7b.gif

ТЕМА 2.4 ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЧЕЛОВЕКА


Философы все время сталкивались с невозможностью определения человека, хотя всегда были попытки дать таковое. "Человек разумный" (homo sapiens), "человек делающий" (homo faber), "человек играющий" (homo ludens), Маркс говорил о человеке как о животном, производящем орудия труда, Гегель - как о млекопитающем с мягкой мочкой уха (в шутку, конечно), Ницше считал, что человек - это животное, умеющее обещать и т.д. и т.п.


Видимо, человека нельзя определить однозначно и окончательно, слишком он многогранный, разносторонний в своих мыслях, делах и свершениях и ни одно из его многочисленных свойств не является главным и решающим для его понимания. Определить его можно только отрицательно, через такие качества, которые несут в себе отрицание: несводимость, непредопределенность, незаменимость, неповторимость, невыразимость. Эти пять "не" свидетельствуют не об ограниченности или ущербности человеческой природы, а об ее исключительном характере, особом месте человека среди других предметов или явлений окружающего мира.


Несводимость


Выше уже говорилось о том, что человек несводим к своему биологическому виду: вырастет среди волков - станет волком, среди обезьян - обезьяной. Но, в отличие от животного, он не привязан ни к климату, ни к пище - может жить почти в любом климате, любых географических условиях, приспосабливается к любой пище.


В случае с человеком можно говорить об абсолютной несводимости. Он никогда не совпадает ни с одной своей телесной или психологической особенностью, ни с профессией, ни с работой, ни с делом. Ни в одной вещи, которую он создает, он не выражает себя полностью, он всегда выше, значительнее любого своего дела и свершения. Если он отождествил себя со своей профессией - он уже не человек в полном смысле слова. Его уже можно называть через дефис: человек-токарь, человек-банкир, человек-депутат. Всем известен роман-антиутопия О. Хаксли "Прекрасный новый мир", в котором, в частности, описывается, как в будущем людей будут выращивать в лаборатории, в пробирках, заранее программируя их особенности, выводя их будущую породу. Может быть, наука в будущем и достигнет такого уровня, когда можно будет выводить определенную породу из человеческого материала, но только это будут уже не люди, а человекообразные роботы.


Сущностью человека является ничто. Он ничто в сравнении со всеми другими видами жизни, окостеневшими в строгих и неизменных формах. Ни крокодил, ни обезьяна не могут быть другими - они уже миллионы лет не меняются, застыли в данной им природой форме и всегда делают одно и то же. Человек всегда меняется, всегда преодолевает свое сегодняшнее состояние. Он ничто, которое не есть что-то (законченное и ограниченное), а есть условие всякого что-то, которое позволяет ему быть кем угодно, не совпадая ни с одной воплотившейся формой. Его ничто - это признак его универсальности, возможность свободы. Для обозначения сути человека нет другого слова, кроме ничто, так как все положительные определения ограничивают его.








Непредопределенность


Человек никогда не бывает абсолютно свободным. Он постоянно зависит от тысячи факторов, обусловливающих его поведение, отношение к окружающим: от наследственности, климата, культуры, государственного строя, зарплаты, семьи и т.д. и т.п. Пересечение этих зависимостей создает такой водоворот случайностей, предугадать которые просто невозможно. Человек может рассчитать движение планет на сотни лет вперед, но не знает, что с ним будет завтра. В результате этого незнания он часто бессилен предотвратить многие события своей жизни.


Мы зависим от многих вещей внешне, но мы не должны ни от чего зависеть внутренне. Мало ли причин влияет на меня, но если я живу, потому что решил так жить, то я - главная причина моей жизни, а не внешние обстоятельства.


В философии существует понятие "собранный человек", собранный не в психологическом, а в философском смысле. Собранный человек не имеет "хвостов", т.е. это человек мудрый в житейском смысле. Обычно у человека много выставленных наружу хвостов: богатство - это хвост, ибо у богатого все мысли только о том, как его сохранить или приумножить; высокий пост - это хвост: чем выше, тем дольше падать вниз, тем больше вокруг зависти или ненависти, глупость - это хвост: всегда можно попасть впросак, что-то сделав и при этом не подумав о последствиях. Но у человека мудрого таких хвостов нет. Что бы ни случилось в мире - государственный переворот, финансовый кризис, еще какие-нибудь социальные катаклизмы - это его никак серьезно не коснется, он может этих потрясений даже не заметить. Недаром в древнеиндийском эпосе "Бхагавадгита" говорится: "Кто не собран, не может правильно мыслить, у него нет творческой силы. У кого нет творческой силы - нет мира, а если нет мира, откуда быть счастью?"






Незаменимость и неповторимость


Незаменимость человека прежде всего выражается в том, что он должен найти свое дело, ради которого он пришел в мир. У каждого человека есть такое дело, которое, кроме него, никто не сделает. А если и он не сделает, то во Вселенной так и будет пустое место, дыра, не заполненная чьим-либо трудом, усилием. Это дело может быть любым - от открытия новых физических законов до вбивания гвоздя. Вбивать гвоздь, писал Г. Торо, надо так прочно, чтобы, и проснувшись среди ночи, можно было думать о своей работе с удовольствием, чтобы не стыдно было за работой взывать к Музе. Тогда и только тогда Бог тебе поможет. Каждый вбитый гвоздь должен быть заклепкой в машине Вселенной, и в этом должна быть и твоя доля.


Вся проблема в том, чтобы найти такое дело, такое место, встав на которое, можно занять свою уникальную, неповторимую позицию. Если человек не пытается найти свое место, значит, он занимает чужое, повторяет уже известные мысли и делает дела, которые могут делать многие. И тогда он не отвечает своему человеческому назначению, потому что человеческое назначение заключается в том, чтобы оставить свой след на земле, свою заклепку в машине Вселенной.



Ведь все мысли, все идеи и все дела были когда-то кем-то впервые высказаны, впервые сделаны. И эти, впервые сделавшие или выдумавшие, принимали участие в творении мира, благодаря им мир продолжается. Но если я не буду продолжать его существование своим оригинальным незаменимым делом, своей собственной незаменимой позицией - мир может кончится. Если все будут повторять чужие дела и чужие мысли, не тратя собственного сердца, собственной крови, не пытаясь участвовать в творении мира, то он рухнет.


Ф. Ницше считал, что христианство - это сказки, выдумки, ерунда, в той мере, в какой это не вырастает из души каждого. Вера в Христа не имеет никакого значения, если ты не породил заново образ Христа в своем сердце. Вся цивилизация построена на песке, поскольку не воссоздается оригинальными и неповторимыми усилиями каждого человека. Все это, по Ницше, рухнет, поскольку ни на чем не основано, т.е. не порождено каждым внутри себя. А устойчиво только то, что порождено каждым. Или порождено заново. Следовательно, незаменимость, - это фундаментальное качество человеческого существования, на котором и благодаря которому держится весь мир, создаваемый человеком.


Точно так же и неповторимость является фундаментальной характеристикой человека. Каждый человек уникален и неповторим. Это особенно хорошо видно на примере великих людей. Если бы Наполеон погиб в самом начале своей военной карьеры в 1796 г. на Аркольском мосту, то история Франции наверняка была бы иной, Наполеон своим неповторимым военным и политическим гением существенно изменил облик Франции и даже характер французского народа. И никто в те десятилетия не смог бы сделать ничего подобного.


Никто не написал бы за Шекспира его пьес и сонетов, никто вместо Пушкина не создал бы "Евгения Онегина" или "Бориса Годунова". Но точно так же любой человек, хотя он и не создал ничего великого в культуре или политике, может сказать о своей жизни: "Я чувствовал и переживал так, как никто еще не переживал и не чувствовал, и мои переживания, мое понимание мира так же дополняют Вселенную как переживания Шекспира или Пушкина, без них мир бы был беднее, был бы незавершенным". И он будет прав, потому что каждый, если он живой человек, а не запрограммированный робот, по-своему любит, по-своему чувствует, по-своему переживает и надеется.


Любая жизнь достойна, пусть внешне незаметная и неинтересная, если человек проживает ее как свою жизнь, никого не копирует, ничему не подражает, а просто живет самобытно, живет, как сказал бы М. Хайдеггер, в стихии своей четырехугольности, живет поэтически: сохраняя для себя землю, небо, божественное и смертное. Живущие таким образом развертывают себя четырехкратно - в спасении земли, восприятии неба, провожании смертного и ожидании божественного.





Невыразимость


Объяснить нечто можно лишь через другое - свет через длину волны, звук - через частоту колебаний. Но как объяснить что такое человек? Поскольку он не сводим ни к чему - ни к вещам, ни к теориям, ни к идеям, ни к нервным или физическим процессам, то объяснить, выразить его через другое невозможно. Человека нельзя изучать объективно как некий внешний предмет. Изучить, познать что-либо объективно можно, лишь развернув его в пространстве, вывернув наизнанку. Понятно, что с человеком этого проделать нельзя.


Существуют всевозможные тесты, определяющие характер и склонности человека и кажется, что так можно что-нибудь о человеке узнать. Но только при условии, что он будет отвечать на вопросы честно и искренне. А если он будет валять дурака, нарочно говорить в ответ на вопросы всякие глупости, фантазировать?


Человека можно познать и описать только косвенно, прежде всего по продуктам его творчества. Выше уже говорилось, что если писатель пытается рассказать о себе, то получается художественное произведение, так же как музыка любого композитора - попытка такого рассказа. Человек хочет выразить себя самого, свою сущность, но поскольку она не сводима ни к словам, ни к нотам, ни к картинам, то никогда полного выражения не получается. Человек пытается познать себя, движется вглубь себя, а это движение по вертикали всегда откладывается на плоскости в виде книги, картины или теории.


Нам очень много известно о человеке благодаря науке, философии, искусству, но он все равно продолжает оставаться для нас непостижимой тайной. Не загадкой, которую мы в конце концов разгадаем, а "явственной тайной", по выражению Гете. Мы знаем, как на биохимическом уровне зарождается жизнь, как устроена клетка, как связаны белок и нуклеиновые кислоты, но зарождение жизни, появление нового человека всегда непостижимое чудо. Оно не сводится ни к белку, ни к нуклеиновым кислотам. Мы знаем, как работает мозг, с какой скоростью от клетки к клетке мозга идут электрохимические реакции, но не знаем, и, видимо, никогда не узнаем, как приходит в голову мысль. Если бы знали, то были бы гениями.


Любая самая точная и самая тонкая теория, изучающая человека как вещь, как организм, как функцию, так же соответствует его сущности, как, по словам Гете, "хорошо сколоченный крест соответствует живому телу, на нем распинаемому".


Познание самих себя, разгадывание этой вечной загадки и составляет основное содержание человеческой истории и культуры. Если мы эту загадку разгадаем, то вся наша история закончится. Не будет больше смысла продолжать ее дальше.



ТЕМА 2.5. КАТЕГОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО БЫТИЯ


Основные категории бытия человека, определяющие его жизнь - это прежде всего свобода, поиски смысла жизни, творчество, любовь, счастье, вера, смерть. Творчество, любовь, смысл жизни рассматриваются в других главах учебника. Здесь мы рассмотрим остальные категории, не менее ярко выражающие смысл человеческого бытия.




Счастье


Ф. Ницше считал, что мудрый человек не обязан быть счастливым: если человек знает, зачем он живет, ему не важно, как он живет. Но большинству людей, особенно в юном возрасте, такие рассуждения покажутся чересчур суровыми, чересчур пессимистичными. Как это нет счастья, когда каждый день приносит столько радости? А сколько таких радостей, сколько счастья нас ожидает впереди!


Никто, конечно, не знает точно, что такое счастье, и разные люди понимают его по-разному. Наиболее распространенная точка зрения подменяет счастье удовольствием. Удовольствие - это имитация счастья. Самым крайним видом такого иллюзорного счастья является наркотическое опьянение: человек полностью отрешен от мира, полностью растворен в чистом удовольствии, он абсолютно счастлив и доволен, и больше ничего ему в данный момент не нужно. Правда, потом наступит очень тяжелое похмелье, человека ждут тяжкие страдания, но сейчас он об этом не думает.


Многие отождествляют счастье с полным удовлетворением своих потребностей: у них все есть, они богато живут, им легко доступны физические и духовные удовольствия - что еще надо для счастья? Есть старая древнегреческая легенда, в которой повествуется, как богатый царь Крез спросил мудреца Солона, видел ли когда-нибудь Солон счастливого человека. На что Солон ответил, что никогда не видел и вообще видеть счастливого человека нельзя. "Но ведь я перед тобой, - возмутился Крез, - самый счастливый, потому что я самый богатый". Но Солон ответил, что об этом еще рано судить, так как Крез еще жив. Действительно, вскоре на Креза напали враги, разгромили и разграбили его государство и убили его самого. Греки считали, что лишь смерть придает жизни законченный вид. Жизнь должна завершиться, и тогда можно ответить, счастлив ли человек. А пока она продолжается, сказать этого нельзя.


Некоторые люди связывают свое представление о счастье с карьерой, прежде всего с политической: им кажется, что настоящее счастье - иметь власть, управлять другими людьми, все время быть на виду, слушать крики одобрения. Но, как показывает жизнь, политические деятели редко бывают счастливы - власть быстро развращает и опустошает человека.


Ни забвение, ни наслаждение, ни удовлетворение всех потребностей, ни власть не приносят, видимо, настоящего счастья, они дают лишь имитацию счастливой жизни, после которой быстро наступает пресыщение и разочарование. Мудрецы считали, что единственно возможный вид счастья - это жизнь в согласии с самим собой, без страха, без напрасных надежд и мечтаний, в спокойном и ясном видении проблем и невзгод. Счастье - это внутренняя умиротворенность, когда вместо страха и забот жизнь проникнута пониманием святости каждой прожитой минуты, святости и красоты окружающего мира, которые отражаются в его душе.


Счастье возможно только сейчас, в эту минуту, в настоящем. Но обычно мы никогда не задерживаемся в настоящем, - утверждал Б. Паскаль. Мы вспоминаем прошлое, мы предвкушаем будущее, словно хотим поторопить его слишком медленный шаг. Мы так неосмотрительны, что блуждаем по недоступным нам временам и вовсе не думаем о том единственном времени, которое нам принадлежит. Мы так легкомысленны, считал Паскаль, что мечтаем только о воображаемых временах и без рассуждений бежим от единственно существующего в действительности. Это потому, что настоящее обычно ранит нас. Мы его прячем с глаз долой, потому что оно нас удручает, а если оно нам приятно, то жалеем, что оно ускользает. Мы пытаемся удержать его в будущем и предполагаем распоряжаться такими вещами, которые отнюдь не в нашей власти, в том времени, до которого мы вовсе не обязательно доживем.


"Пусть каждый, - призывал он, - разберется в своих мыслях. Он увидит, что все они заняты прошлым или будущим. Мы почти не думаем о настоящем, а если и думаем, то лишь для того, чтобы в нем научиться получше управлять будущим. Настоящее никогда не бывает нашей целью. Таким образом, мы вообще никогда не живем, но лишь собираемся жить и постоянно надеемся на счастье, но никогда не добиваемся его, и это неизбежно" [1].


1 Паскаль Б. Мысли. С. 90.



Пока человек не нашел ничего святого в своей жизни, не почувствовал глубину, волнующую красоту настоящего мгновения, его жизнь поверхностна. Он может жениться, иметь детей, хороший дом и деньги, может быть умным и удачливым. Но его жизнь будет лишена того аромата мудрости и спокойствия, без которого все похоже на тень.





Вера


Вера, полагал русский философ С.Л. Франк, - это возможность сверхчувственного опыта. Но для очень большого числа людей такой опыт - пустой звук. И даже люди, которым он доступен, часто не улавливают присущего ему сверхчувственного характера. Можно наслаждаться красотой и при этом воображать, что красота исчерпывается приятными эмоциями. Можно верить в Бога, но сомневаться в религиозном опыте, считать его иллюзией, чем-то призрачным, что только пригрезилось. Ведь Бог не каменная стена, о которую можно, не заметив ее, разбить голову и в которой поэтому нельзя сомневаться. Он есть реальность незримая, открывающаяся только глубинам духа.


Вера есть воля открывать душу навстречу истине, прислушиваться к тихому, не всегда различимому голосу Божию, как мы иногда среди оглушающего шума прислушиваемся к доносящейся издалека тихой мелодии. Это воля, рассуждал Франк, заставляет нас пристально вглядываться в ту незримую и в этом смысле темную глубь нашей души, где тлеет "искорка", и в этой искорке увидеть луч, исходящий от самого солнца духовного бытия [2].


2 См.: Франк С.Л. С нами Бог // Франк С.Л. Духовные основы общества. М., 1992. С. 253-254.



Вера, полагал Франк, в своем первичном существовании есть не мысль, не убеждение в существовании трансцендентного личного Бога как такового, а некое внутреннее состояние духа, живая полнота сердца, подобная свободной радостной игре сил в душе ребенка. И это состояние духа определено чувством нашей неразрывной связи с родственной нам божественной стихией бесконечной любви, с неисчерпаемой сокровищницей добра, покоя, блаженства, святости.


Жить в вере, таким образом, значит жить в постоянном напряжении всех своих сил, целиком жить в настоящем, жить сердцем, для которого любой предмет, любая внешняя данность открывается в ее не-сказанности, значительности, таинственной глубине. Вера - это горение сердца силой, которая по своей значительности и ценности с очевидностью воспринимается как нечто высшее и большее, чем я сам. Вера не есть ни идея, ни система идей. Она есть жизнь и источник жизни, самосознание, которое само испытывается и действует как живая и животворящая сила.



Люди без веры, писал русский мыслитель Лев Шестов, - это обладающие сознанием камни, они мыслят, говорят и действуют по законам их каменного сознания, они-то и создали то окружение, ту среду, в которой приходится жить всему человечеству, т.е. не только обладающим и не обладающим сознанием камням, но и живым людям. Бороться с большинством очень трудно, почти невозможно, особенно ввиду того, что камни более приспособлены к условиям земного существования и всегда легче выживают. Поэтому вера - всегда подвиг, всегда "безумие", которое только и может пробудить человека от оцепенения. Поэтому верующим душам предстоит великая и последняя борьба, которой нет конца. Царство Божие берется силой. И в этой борьбе будет тебе дано по вере твоей, если ты веришь, что ты от Бога, то ты - от Бога, если веришь, что от обезьяны, то ты - от обезьяны.


Когда человек достигает внутреннего преображения, духовной просветленности через усилия веры, то ему открывается реальность, которая по своей очевидности, ошеломляющей силе красоты и мудрости так захватывает и потрясает его, что любые эмпирические факты существования, все радости и невзгоды повседневной жизни кажутся чем-то случайным и совершенно не важным. Состояние веры отличается от состояния повседневной озабоченности, как поэтическое вдохновение от физически тяжелого и бессмысленного труда.







Смерть


Смерть - важнейший фактор человеческого существования. Только вглядываясь в лицо смерти, мы начинаем любить жизнь. Если бы не было смерти, жизнь была бы бессмысленна. В древнегреческой мифологии самое страшное наказание, к которому боги могли приговорить человека - это бессмертие. Что может быть страшнее бессмертия, хотя в тысячах книг, романов, трактатов бессмертие преподносилось как главная мечта человечества. Представьте себе, что вы бессмертны: уже умерли все ваши родственники и друзья, дети и дети ваших детей, а вы все живете и живете, абсолютно одиноким и заброшенным в чужые, непонятные вам время и культуру.


В каждой культуре свое специфическое отношение к смерти. В Индии, как в древности, так и в наше время, умершего человека сжигают на костре, прах развеивают по ветру и от него ничего не остается. А в древнеегипетской цивилизации был настоящий культ мертвых - набальзамированные египетские императоры до сих пор лежат в европейских музеях. Европейские кладбища - это сложнейшая архитектура памятников, надгробий, склепов.


Смерть, как и рождение, формирует границы человеческой жизни. Все, что вне этих границ, для человека не существует. Смерть сопровождает человека с момента его рождения. Какое бы время его жизни мы ни взяли, человек всегда достаточно зрел для того, чтобы умереть. Смерть представляет собой как бы тень человека, самую верную и привязчивую. Человек в этом смысле - самое несчастное из животных, поскольку знает заранее о своей будущей смерти. Но в то же время это дает огромное преимущество человеку, поскольку смерть организует человеческую жизнь, заставляет человека в краткие годы найти смысл и оправдать перед самим собой свое существование.


Смерть не конец, а венец жизни, она с самого начала присутствует в ней как упорядочивающий жизнь элемент. Но человек в обыденной жизни живет так, как будто он бессмертен. Он старается не думать о смерти, всячески отгоняет мысли о ней или же полагает, что смерть где-то очень далеко от него. Мудрецы же с древних времен говорили: "Помни о смерти!" Для чего нужно помнить о смерти? Разумеется не для того, чтобы отравлять себе жизнь и постоянно мучиться страхом. Помнить о смерти - значит каждый день жить так, как будто это последний день твоей жизни (ведь он и в самом деле может оказаться последним). Предполагается, что хоть в последний день дурной человек постарается прожить по-человечески: не лгать, не воровать, не убивать.


Смерть - фундаментальное свидетельство нашего "неодиночества". Мы всегда находимся под ее пристальным взглядом. Ощущая ее присутствие, ее реальность за каждым поворотом, мы не позволяем себе распускаться, поддерживая себя на уровне, превышающем тот, к которому склоняет нас наша животная природа. Разумеется, это тяжкая ноша. Осознание нашей смертности требует от нас немалого усилия.


Смерть предполагает высший уровень ответственности. Лишить человека смерти означает, помимо всего прочего, устранить этот уровень ответственности. Человек, будучи конечным существом, отличается от всех животных тем, что прилагает к своей конечности масштаб безусловного и бесконечного. Он должен жить так, говорит философия, как если бы впереди его ожидала вечность, только не в обыденном смысле, когда человек просто не думает о смерти, а в том смысле, что он брал и будет брать на себя задачи, для выполнения которых заведомо не хватит собственной жизни. В этом смысле творя, любя, делая добро, он прорывается в вечность, побеждает смерть.


Многие, бравшие на себя такие бесконечные задачи, остались жить в вечности, в прямом смысле этого слова. Сократ, Эпикур, Ницше, Пушкин гораздо более живые, чем многие ныне здравствующие наши современники. К любому из них можно отнести слова В. Соловьева:


...Средь суеты случайной,

В потоке мутном жизненных тревог,

Владеешь ты всерадостною тайной:

Бессильно зло. Мы вечны. С нами Бог.










Для дополнительного чтения


Брюнинг В. Философская антропология // Западная философия (итоги тысячелетия). Екатеринбург, 1997.

Ортега-и-Гассет X. Человек и люди // Избранные труды. М., 1997.

Шелер М. Положение человека в космосе // Шелер М. Избранные произведения. М., 1994.















ТЕМА 2.6 МЫШЛЕНИЕ, ЕГО ИСТОКИ И СУЩНОСТЬ


Мышление – процесс обобщенного и опосредованного отражения действительности, выраженный в системе абстракций (понятий, категории).

Уровни мышления: 1) рассудок; 2) разум или диалектическое мышление Рассудок – исходный уровень мышления, на котором оперирование абстракциями производится посредством установленных шаблонов. Сюда относится способность ясно рассуждать, систематизировать факты Функция рассудка – расчленение и исчисление. Логика рассудка – формальная (связана с осмыслением «готового» знания, без учета его изменения).

Разум – высший уровень рационального познания, способность к творческому оперированию абстракциями и сознательному исследованию их собственной природы. Логика разума – диалектическая (связана с изучением знания в его развитии).

Мышление – взаимопереход рассудка и разума.

Отражение человеком действительности осуществляется посредством взаимосвязанных абстракций. Этот процесс находит выражение в формах мышления.

Выделяют следующие формы мышления

  • Понятие – форма мышления, отражающая общие закономерные связи, существенные стороны и признаки явлений, закрепленные в их определении. Виды понятий: 1) общие (человек); 2) единичные (В.И. Ленин); 3) собирательные (лес); 4) абстрактные (белый); 5) соотносительные (верх – низ); 6) тождественные (ключ и родник); 7) обобщенные (материя, сущность).

  • Суждение – форма мышления, отражающая свойства вещей, их связи и отношения, выражаемая в повествовательных предложениях. Виды суждений: 1) истинные (Франция – часть Евросоюза) и ложные (Венера – обитаема): 2) простые (состоящие из понятий) и сложные (состоящие из простых суждений).

  • Умозаключение – форма мышления, посредством которой, из ранее установленного знания (одного или нескольких суждений) выводится новое знание (также в виде суждения).

Пример умозаключения:

Все металлы – теплопроводны (первая посылка)

Медь – металл (вторая посылка)

Медь – теплопроводна (заключение)

Истинность умозаключения определяется истинностью посылок и соблюдением правил вывода.

Виды умозаключений: 1) индуктивные (движение от частных посылок к общему); 2) дедуктивные (движение от общих посылок к частному выводу).

Рациональное познание тесно взаимосвязано с иррациональным.

Иррациональное – то, что находится за пределами разума, не соизмеряясь с логическим мышлением (предрассудки, эмоции, интуиция, мистические озарения и т.д.); это способность нахождения истины, не обращаясь к логическому мышлению.

Современная теория познания не исключает возможность открытия истины, обращаясь к иррациональным методам познания.

Познание связано с пониманием и объяснением.

У Дильтея, понимание – это проникновение в духовный мир автора интерпретируемого текста. У Хайдеггера – специфически человеческое отношение к действительности, способ бытия человека в мире. У Гадамера – способ интерпретации авторского текста отдельным субъектом.

Выделяют три типа понимания: 1) понимание, возникающее в языковой коммуникации (результат зависит от значений слов, употребляемых собеседниками); 2) понимание, связанное с переводом слов с одного языка на другой (результат зависит от трактовки слов и предложений); 3) понимание, связанное с интерпретацией текстов, произведений искусства, поступков (результат зависит от умения оперировать внерациональными и логическими методами трактовки).

Понимание основано на герменевтическом круге: для понимания целого необходимо понять его части, а для понимания частей необходимо знать смысл целого.

Объяснение – подведение конкретных фактов под некоторое обобщение (закон, причину).

В естественных науках используется дедуктивно-нозологическая модель, объяснения (дедукция явлений из законов). В гуманитарных – рациональное и телеологическое объяснение (в первом случае объяснение поступка строится на основе поиска руководящих мотивов его совершения, во втором – на познании цели, которой руководствуется индивид).

Понимание и объяснение тесно взаимосвязаны (понимание характеризует переход от незнания к знанию, объяснение связано с углублением, детализацией знания).

ТЕМА 3.1ФИЛОСОФИЯ И НАУЧНАЯ КАРТИНА МИРА


Вопрос о перспективах и плодотворности процесса сциентизации человеческой жизни и культуры, затрагивающего не только внешние условия существования людей, но и посягающего на ведущую роль в формировании мышления человека, остается одним из наиболее дискутируемых в наши дни. В этой связи проблема взаимоотношения философского и научно-теоретического мировоззрения представляет вполне самостоятельное и важное значение.


Такое взаимоотношение находит свое выражение прежде всего в понятии "научная картина мира", под которой понимаются общие знания о мире, сложившиеся в качестве известного итога совокупного развития научного знания. Как особая культурная реальность "научная картина мира" начала складываться и приобретать значимость в XVII - XVIII вв. При этом в качестве мировоззренческого образа она вырабатывается не только общей совокупностью наук. Если бы последние были единственными участниками этого процесса, то его результат вряд ли мог бы принять сколько-нибудь цельный характер, так как картины мира главных научных дисциплин - физики, биологии, социологии, истории - трудно совместимы друг с другом. Из общих законов, которые описывают неживую или, как раньше выражались, "косную" природу, не следует существование жизни. А общество и мир человеческой культуры подчиняются иным закономерностям, чем биологический и физико-химический мир. Поэтому в факте существования "научной картины мира" сказывается не только участие в ее выработке основных наук о природе и человеке, но и интегрирующее действие доминирующих в обществе философских представлений. Здесь имеет место двоякий процесс: философское мировоззрение впитывает в себя результаты крупных научных открытий, но и само оно оказывает очень существенное влияние на направление научного поиска. Этот факт отмечали многие ученые. Так, один из крупнейших естествоиспытателей XX в. В. Гейзенберг писал: "Философское мышление, господствующее в данном веке или культурной среде, определяет то развитие естествознания, которое становится решающим".


Следует также отметить, что в формировании научной картины мира вклад и философии, и науки опосредован сложными процессами, происходящими в социальном сознании. Так, определение доминирующего воздействия на формирование научной картины мира той или иной науки или научной теории (например, ньютоновской механики в XVIII в. или дарвиновской теории эволюции во второй половине XIX в.) не является просто следствием теоретических и философских дебатов в научном сообществе. Это скорее своеобразное резюме практического и культурного значения этих наук и теорий в жизни общества. Важно также подчеркнуть, что научным картинам мира свойственна определенная инерционность, как бы предусматривающая необходимость серьезного испытания новых идей, поставляемых развивающимся научным знанием, их отбора и согласования друг с другом при включении в состав целого. Чтобы более конкретно представить характер этих взаимодействий философии и науки рассмотрим перемены, которые претерпели в составе научной картины мира такие важные категории, как пространство, время и причинность.


Пространство и время в научной картине мира


Проблемы пространства и времени привлекали внимание философов и ученых с давних времен. Это неудивительно, поскольку все, что существует в мире имеет отношение к пространству и времени, они незримо охватывают и входят во все сущее. Однако понять, что собой представляют пространство и время, весьма непросто, и разные мыслители по-разному объясняли эти всем нам знакомые и одновременно загадочные феномены. Платон описывал время как движущийся образ вечности, Аристотель видел в пространстве и времени проявления отношений вещей. Некоторые отказывали времени и пространству в реальном существовании. Например, Кант считал основной ошибкой наших обычных представлений о времени и пространстве их понимание как "реальных сущностей", на самом же деле они есть только формы нашего созерцания мира. Но были и те, кто, подобно французскому философу А. Бергсону, считали время реальной и действенной сущностью, которая "вгрызается в вещи и оставляет на них следы своих зубов".


На уровне здравого смысла мы понимаем время как нечто, похожее на большую реку - на "реку времени". Время предстает как поток, текущий с постоянной скоростью и только в одном направлении. Захваченные этим потоком вещи по мере движения изнашиваются, стареют и распадаются в предназначенные им сроки. Исток этой реки скрыт в глубине тысячелетий, неясно также куда течет эта наполненная событиями река и чем она может закончиться. Пространство же мы обычно представляем себе как гигантский и неподвижный сосуд - вместилище, в котором движутся все вещи и происходят все события.


В научном познании были разработаны две основные концепции пространства и времени, которые получили название субстанциональной и реляционной. В рамках первой пространство и время понимаются как самостоятельные, существующие независимо от материи субстанции, внутри и на фоне которых происходят все движения и взаимодействия вещей. В науке эта концепция представлена абсолютным пространством и временем механики Ньютона. Вторая концепция связывает свойства пространства и времени с отношениями между материальными системами и явлениями. Эта концепция, как уже отмечалось, отстаивалась Аристотелем, позднее - Лейбницем, в современной трактовке она соответствует тем понятиям пространства и времени, которые были разработаны в теории относительности Эйнштейна.


Нужно отметить, что Ньютон был глубоко религиозным человеком и считал, что мировое пространство и время являются огромными "чувствилищами" Бога. Люди же со своими малыми "чувствилищами" могут только приблизительно воспринимать временные и пространственные отношения. Но в своих научных трудах, рассуждая о пространстве и времени, Ньютон апеллировал не столько к теологическим аргументам, сколько к атомистическому учению. Материя состоит из атомов, но кроме них должно существовать их вместилище - пространство и время. В своих знаменитых "Математических началах натуральной философии" Ньютон следующим образом описывал их сущность. "Время, пространство, место и движение составляют понятия общеизвестные. Однако необходимо заметить, что эти понятия обыкновенно относятся к тому, что постигается нашими чувствами. Отсюда происходят некоторые неправильные суждения, для устранения которых необходимо вышеприведенные понятия разделить на абсолютные и относительные, истинные и кажущиеся, математические и обыденные... Абсолютное, истинное, математическое время само по себе и по самой своей сущности, без всякого отношения к чему-либо внешнему протекает равномерно и иначе называется длительностью... Абсолютное пространство по своей сущности, безотносительно к чему бы то ни было внешнему, остается всегда одинаковым и неподвижным".


Итак, субстанциальная концепция рассматривает абсолютное время и абсолютное пространство как особые сущности, которые существуют сами по себе, независимо от материальных объектов. Они являются как бы ареной - системой отсчета, в которой находятся все вещи и протекают все явления. Но эта арена может существовать и без вещей и по сути не взаимодействует с ними.


В начале XX в. на смену ньютоновской механике пришла теория относительности Эйнштейна, которая отказалась от понятий абсолютного пространства и времени. Для Эйнштейна время и пространство определяются свойствами и отношениями вещей и структурой Вселенной в целом. В реляционной концепции вне отношений между различными материальными объектами и процессами пространства и времени не существует.


Следует отметить, что в последние десятилетия XX в. наметился новый сдвиг в понимании времени и пространства. Он связан с тем, что современная наука все более переходит от изучения простых форм движения к исследованию эволюции сложных, открытых материальных систем. Этот переход заставил ученых отказаться от господствовавшей в естествознании с XVII в. картины мира как гигантского механизма, части которого синхронизируются некоторыми едиными пространственно-временными соотношениями. Некоторые части Вселенной действительно могут действовать как механизмы. Но таковы только замкнутые системы, которые составляют лишь часть реальности. Большинство же материальных систем являются открытыми - они обмениваются энергией, веществом с окружающей средой, в связи с чем их внутренняя организация постоянно меняется. К числу таких открытых систем принадлежат сложные физико-химические, биологические и социальные системы.


Открытый характер большинства систем во Вселенной заставляет отказаться от мысли, что в реальности господствуют стабильность и равновесие. В мире значительно большую роль играют неустойчивость и неравновесность, переход от хаоса к порядку и от порядка к хаосу. Поэтому простое геометрическое пространство и время классической и даже эйнштейновской физики уже недостаточно для понимания процессов самоорганизации и взаимодействия неравновесных открытых систем. Пространство и особенно время стали соотноситься с нелинейными и необратимыми процессами становления порядка из хаоса и представать все более реальными и действенными сущностями, которые и в самом деле могут "вгрызаться в вещи и оставлять на них следы своих зубов".


Причинность и детерминизм


Понятие причины традиционно относится к числу основных категорий науки и философии. Оно широко используется и в нашем обыденном мышлении. Мы говорим о причине, когда стремимся объяснить, почему нечто происходит или начинает существовать, в чем заключается источник или мотив нашего действия и т.п. Вероятно, наше обыденное представление о причинности несет на себе значительную печать антропоморфизма, поскольку опирается на образ человеческих усилий по созданию или изменению вещей. Ученые и философы стремятся преодолеть этот антропоморфизм и выработать более строгое и объективное понимание причинности.


Как уже отмечалось в предыдущей главе, Аристотель считал, что существует четыре вида причин: формальная, материальная, движущая и целевая. Начиная с Галилея, ученые стали доказывать, что в науке должны применяться объяснения только с помощью движущих (действующих) причин. Правда в науках о живых организмах сохранилось представление о целевых причинах (цель сердца - перекачивание крови, цель системы кровообращения - снабжение органов кислородом и питательными веществами и т.п.). Но все же считалось, что главное в науке - установить движущие причины и выразить причинные связи в форме строгих законов.


В соединении с рассмотренными выше представлениями об абсолютном пространстве и времени такое понимание причинности вело к классическому механистическому детерминизму. Детерминизм - это такая картина мира, в которой нет места случайности. Все вещи и события в таком мире состоят в причинных связях, все его части и детали тщательно подогнаны друг к другу и приводят друг друга в движение подобно шестерням некоей гигантской космической машины. И в самом деле, такое представление возникает, если предположить, что любое событие однозначно определяется его положением в едином абсолютном пространстве и времени, а все события связаны между собой строгими причинными законами. Именно такое мировоззрение лежит в основе знаменитого рассуждения французского ученого Лапласа о том, что если бы всеведущий наблюдатель знал положения всех частиц в определенный момент времени, а также все законы, управляющие их движением, он мог бы точно предсказать все будущие события во Вселенной, а также рассказать всю ее прошлую историю.


Конечно, никто не мог и даже не пытался дать подробное описание такого полностью пронизанного причинными связями мира. Но лапласовский детерминизм показывает принципы, которые лежат в основе классического понимания причинности. Во-первых, это принцип универсальности причинности: каждое событие имеет причину. Во-вторых, это единообразие причинности: одинаковые причины всегда производят одинаковые следствия. Стоит их сформулировать в таком общем виде, как становиться ясно, что они представляют собой философские, метафизические положения. Очевидно также, что их невозможно ни вывести из эмпирического опыта, ни рационально доказать.


Все это оставляет место для альтернативных трактовок причинности в философском мировоззрении. Рассмотрим кратко некоторые из них. Против представления о господстве в мире непреложной необходимости прежде всего выступают те, кто считает, что жесткий детерминизм явно противоречит тому, что обычно называется свободой воли. Человеческие существа, подобно всему остальному, принадлежат миру, в котором, как предполагается, господствует причинность. Однако трудно отрицать тот самый обычный факт, что наше поведение невозможно предсказать наподобие того, как мы предсказываем движение шаров, скатывающихся по наклонной плоскости, или планет, вращающихся по своим орбитам. Человеческая свобода и возможность выбора могут опровергнуть любые предсказания относительно нашего поведения.


Это не означает, что возможность свободного выбора вообще отрицает причинность. Например, мы не можем сделать выбор свободно летать, поскольку невозможность летать подобно птице детерминирована нашей биологической природой. Но все же представление о том, что наши действия полностью детерминированы, противоречит нашей интуиции. Свобода воли обнаруживается тогда, когда у нас есть выбор между реальными вариантами поведения. А такие реальные альтернативы возможны для человеческих существ. Люди обладают сознанием, являются активными живыми существами, что определяет их способность служить причиной собственных действий. Когда они делают выбор, то они сами действуют как порождающие причины тех действий, которые они осуществляют.


Другим направлением критики классического детерминизма является отказ от отмеченных выше принципов универсальности и единообразия причинности как метафизических и эмпирически недоказуемых положений. Начал эту критику английский философ Д. Юм, который заявил, что в нашем эмпирическом опыте мы реально не наблюдаем универсальной причинной необходимости. Все что мы можем наблюдать, это то, что, во-первых, существует неоднократное соединение одних событий с другими событиями, во-вторых, смежность этих событий в пространстве, в-третьих, предшествие одних событий другим по времени. Все остальное, а именно, существование неких сил, связывающих причину и следствие, строгую необходимость причинности, мы не наблюдаем, а примысливаем к эмпирически фиксируемым событиям. Если отказаться от этих метафизических по своей сути домысливаний, то обнаруживается, что идея причинной необходимости есть не что иное, как привычное ожидание того, что за сходными причинами будут следовать сходные действия. Итак, согласно Юму, необходимость причинности - это вымысел нашего ума. Соединение событий может наблюдаться, а необходимость - нет.


Философская концепция причинности Юма имеет недостатки, она не может объяснить, например, почему физики говорят о действиях на больших расстояниях, а историки - о причинах единичных, уникальных событий (в этих случаях отсутствуют смежность в пространстве и многократное повторение событий). Вместе с тем юмовский антикаузализм, утверждающий по сути, что в природе нет причинности, а есть лишь регулярности, с которым события одного рода следуют за событиями другого рода, получил значительное распространение и среди ученых, и среди философов, прежде всего позитивистского направления. Их привлекало то, что при таком понимании причинности уже нет нужды разыскивать механические толчки или некие таинственные силы. В природе нужно искать не причины, но только регулярности, выражаемые в законах. Вполне присоединяясь к позиции Юма, один из лидеров неопозитивизма Р. Карнап отмечал: "С моей точки зрения, было бы более плодотворным заменить всю дискуссию о значении понятия причинности исследованием различных типов законов, которые встречаются в науке. Когда будут анализироваться эти законы, вместе с тем будут анализироваться и типы причинных связей, которые наблюдались" [1].


1 Карнап Р. Философские основания физики. М., 1971. С. 273.



Но этот переход от причин к законам еще не решает вопроса о правомерности детерминистской картины мира. Действительно ли (если оставить в стороне сферу человеческих поступков) в мире природы все события предопределены с абсолютной точностью и в мельчайших деталях?


Строгий детерминизм, как уже отмечалось, связан с механицизмом - представлением о том, что все в природе подвластно законам механики, что природа - огромный механизм, состоящий из множества более мелких механизмов. Это представление возникло в XVII в., но его влияние прослеживается и до сих пор. Однако современная наука обнаруживает, что реально в природе не так уж много механизмов. Лишь немногие естественные системы похожи на машины. Например, это наша солнечная система. Планеты действительно движутся "подобно часам", повторяя одни и те же циклы движений. Однако ураганы или извержения вулканов, также подчиняющиеся физическим законам, мало напоминают работу механизмов.


Обсуждая проблему детерминизма, К. Поппер предложил образ таких различных объектов, как облака и часы [2]. Часы символизируют собой физические системы, поведение которых регулярно и точно предсказуемо. Но разве возможно столь же точно предсказывать появление и исчезновение облаков и другие "капризы погоды"? Представим теперь, что все огромное разнообразие вещей, естественных процессов и явлений природы располагается между этими крайними полюсами - облаками и часами. Например, животных, видимо, логичнее поместить ближе к облакам, а растения - поближе к часам. Строгий детерминизм лапласовского типа утверждает, что все "облака" на самом деле есть "часы". Но данные современной науки не подтверждают такую точку зрения. Мир природы управляется не только строгими законами механики, но и закономерностями случая, становления порядка их хаоса. Можно сказать, что наш мир является взаимосвязанной совокупностью из облаков и часов, в котором даже самые лучшие часы имеют нечто "облакоподобное".


2 Поппер К. Об облаках и часах // Поппер К. Логика и рост научного знания. М., 1983.



Важный вклад в преодоление механистического детерминизма и становление новой картины мира внесли уже упомянутые выше исследования в области самоорганизации открытых неравновесных систем. Один из создателей теории таких систем И. Пригожин в работе, написанной в соавторстве с философом И. Стенгерс, отмечает: "В традиционном понимании законы природы были законами, описывающими замкнутую детерминистическую Вселенную, прошлое и будущее которой считались эквивалентными. Такое положение рассматривалось как триумф человеческого разума, проникшего за кажимость изменения... Теперь мы понимаем, что детерминистические симметричные по времени законы соответствуют только весьма частным случаям. Они верны только для устойчивых классических и квантовых систем, т.е. для весьма ограниченного класса физических систем. Что же касается несводимых вероятностных законов, то они приводят к картине "открытого" мира, в котором в каждый момент времени в игру вступают все новые возможности" [1].


1 Пригожин И. Стенгерс И. Время, хаос, квант. М., 1994. С. 11.



Итак, с точки зрения современной научной картины мира мы живем не только в открытом социально-историческом мире, где всегда существует свобода выбора, но и в открытом мире природы, не похожем на монотонно двигающиеся гигантские космические часы, которые изображались в механицистской картине мира.


Мировоззрение людей в современной культуре отличается значительным разнообразием, оно черпает идеи из самых различных областей науки, религии, искусства, политической идеологии и т.п. Как это было показано, философия также предлагает свой язык, на котором могут обсуждаться мировоззренческие проблемы. Своеобразие философского подхода к мировоззренческим выборам, помимо прочего, состоит в том, что философия не дает человеку готового мировоззрения. Ее функция здесь скорее аналитическая и критическая. Философия также демонстрирует, что всегда возможны мировоззренческие альтернативы, что идейные противостояния неизбежны и даже продуктивны в такого рода вопросах. В принципе философия призвана прояснять и одновременно снимать напряжение с мировоззренческих споров, обнаруживая их неизбежно неисчерпаемый и открытый характер.








Для дополнительного чтения


Вольф Р.П. О философии. М., 1996.

Райл Г. Категории // Райл Г. Понятие сознания. М., 1999. СёрльДж. Сознание, мозг и наука // Путь. 1993. № 4. Карнап Р. Философские основания физики. М., 1971. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. М., 1986.





Глава 3. Философия религии


Что такое "философия религии". Две основные ее формы


Понятие "философия религии" может рассматриваться в широком и узком смыслах. Философия религии в широком смысле слова - это совокупность актуальных и потенциальных философских установок по отношению к религии, осмысление ее природы и функций, а также философские обоснования существования Бога, рассуждения о его природе и отношении к миру и человеку.


Притязания философии религии определяются самим существом философии. Европейская философия осознает себя как универсальное или как высшее познавательное усилие. Всякая реальность и всякий вид познания и деятельности должны - в соответствии с фундаментальной культурной установкой относительно философии - получить оправдание и санкцию со стороны философского разума. Такая установка, разумеется, подвержена историческим модификациям, и степень ее выраженности варьируется. Однако как раз применительно к религии эта фундаментальная культурная установка воспроизводится постоянно.


Философия религии в узком смысле слова предстает либо как специальная тема, специальный раздел крупных философских систем, либо как обособившаяся философская дисциплина. (Разумеется, одно не исключает другого.)


Единодушия в понимании природы и функции философии религии среди философов нет. Тем не менее философия религии обладает объективно устанавливаемой предметной сферой, постоянно воспроизводящимися формами осуществления, довольно устойчивыми отличиями от других областей философского знания, а также от теологии и религиоведческих дисциплин. Она представляет собой особый тип философствования, демонстрирующий многообразие исторических форм реализации.


Общую предметную область подавляющего большинства разновидностей современной философии религии образуют исследование и осмысление теизма в самых различных аспектах, а также обоснование традиционного, "классического" теизма или конструирование философских альтернатив классическому теизму. Под теизмом следует понимать набор определенных религиозно-метафизических утверждений, ядро которых - представления о Боге. Бог постигается как бесконечная, вечная, несотворенная, совершенная личностная реальность. Он сотворил все, что существует вне его. Он трансцендентен по отношению ко всему сущему, но сохраняет действенное присутствие в мире.


В своем историческом существовании философия религии являет некоторые устойчивые формы. Она всегда предстает либо как философское религиоведение, либо как философская теология (философский анализ "религиозного отношения", отношения человека к Богу), либо как попытки разработать философское учение о Боге.






Философское религиоведение


Философское религиоведение - это совокупность философских рассуждений, предметом которых является "религиозное отношение" человека или "религиозное сознание человека". Таково, в нашем понимании, минимальное определение предметной сферы философии религии в ее религиоведческой функции.


Специфика философии религии как религиоведения состоит в том, что она ограничивается исследованием религии и не занимается описанием или концептуализацией сверхъестественной реальности или сверхъестественного измерения единой действительности. Иными словами, философское религиоведение не обращается непосредственно ни к исследованию, ни к концептуализации объекта религии.


Это вовсе не означает, что философия религии как философское религиоведение ставит под сомнение существование Бога или библейские содержания. Философское религиоведение как бы отвлекается от этого. Отношение к Богу, божественному есть реальное отношение для верующих, но философия религии дистанцируется от этого отношения в том смысле, что считает себя вправе не только описать, эксплицировать его, но и подвергнуть проверке. В результате тот или иной момент, аспект религиозного отношения может получить оправдание или вопрос остается открытым.


Рассмотрение религиозного отношения философия религии сосредоточивает на религиозном знании, на том, что называют "идеационным компонентом религии". А религиозное отношение в своей целостности есть и познавательное отношение. Ведь каждый момент и аспект этого отношения, т.е. отношения к божественной реальности, включает в себя определенное знание об этой реальности, а также связанное с ним знание человека о мире и самом себе.


В нашем представлении специфика философии религии в ее религиоведческой форме должна заключаться в приоритетном внимании к религиозному отношению, религиозному сознанию, взятому в его познавательном аспекте. Соответственно перед нами встает задача указать, какое же религиозное знание становится объектом изучения и осмысления в философии религии. Это знание, выраженное в религиозных верованиях.


Под верованиями подразумевается религиозное знание, причем такое, которое считается само собой разумеющимся. Верования - это то, что верующие, приверженцы той или иной религии, знают о божественной реальности, о мире и о себе. Это знание лежит в основе религиозной практики и вообще действия верующих. Поэтому, как полагает современная философия религии, понятие "верования" правомерно применять и при обращении к тем религиозным традициям, в которых оно не употребляется.


Философское изучение религиозных верований может быть ориентировано на решение двух противоположных задач. Во-первых, прояснение и оценка религиозных верований могут приводить к выводу о противоречивости и философской несостоятельности этих верований; во-вторых, они могут быть нацелены на философское оправдание верований. В этом случае философское религиоведение предстает как философская апологетика.


Стержень философского религиоведения, по крайней мере новейшего, образует эпистемологическая проблематика. Речь идет о проблемах обоснования и оправдания религиозных верований, преимущественно теистических верований.


Эти проблемы давно находятся в центре идейных споров вокруг религии. И это неудивительно, поскольку в рамках культуры, ориентированной на определенные стандарты в постижении мира и организации социальной жизни, неизбежна постановка вопроса о соответствии этим стандартам всех видов духовной, интеллектуальной и практической деятельности. Вследствие целого ряда исторических факторов вопрос о соответствии религии утвердившимся стандартам рациональности для европейской культуры всегда был особенно острым.


В рамках проблематики обоснованности и рациональности религиозных верований возможны две основные позиции: 1) философски аргументированное сомнение, отрицание правомерности этих верований с точки зрения разума; 2) философское подтверждение соответствия религиозных верований принятым или новаторским стандартам рациональности. Обе эти позиции противостоят фидеизму (утверждение безусловной правомерности содержания религиозных верований - безотносительно к оценкам разума, философского в том числе).


Первая позиция в новейшей философии религии представлена весьма слабо. Немногочисленные критические концепции не выходят за пределы традиционных агностических воззрений. По существу, после "неопозитивистской атаки" не было предложено какого-либо новаторского критического подхода [1].


1 Кимелев Ю.А. Современная западная философия религии. М., 1989. С. 29 - 61.



Вторая позиция может быть представлена в двух аспектах. Первый заключается в утверждениях о том, что религиозные верования и рассуждения соответствуют тем же эпистемологическим стандартам, что и другие виды знания и познавательной деятельности. Чаще всего такой подход принимает форму оправдательного эпистемологического сопоставления религии и науки.


Эпистемологический анализ в нынешних условиях неизбежно предполагает сопоставление религиозного знания и рассуждения с процессом и результатами научного познания. Это обусловлено тем, что научное знание в современной культуре признается парадигмой обоснованного и рационального знания, по крайней мере теоретического знания.


Можно выделить два основных момента в философско-эпистемологическом сопоставлении религии и науки. Во-первых, это сопоставление носит форму уподобления религии науке (а не наоборот). Во-вторых, оно преследует, главным образом, апологетические цели, хотя в полной мере сохраняет исследовательский характер.


Подходя же с иных позиций к вопросу об обоснованности и рациональности религиозных верований, можно отметить стремление показать, что религиозные верования являются вполне обоснованными, оправданными и рациональными, даже если они не соответствуют определенным традиционно принятым философским стандартам обоснованности и рациональности религиозного знания. В центре философско-эпистемологической дискуссии последних лет относительно религиозных верований оказались как раз те концепции, в которых представлена эта позиция.


Утверждения о несоответствии религиозных верований принятым критериям обоснованности и рациональности знания не означают, что эти верования следует считать необоснованными, неоправданными или иррациональными.


Согласно традиционным воззрениям, религиозные верования или представления правомерны и оправданны только в том случае, если опираются в качестве свидетельств в свою пользу на нерелигиозные верования и представления, считающиеся в силу тех или иных причин самоочевидными. Подобные традиционные воззрения обозначаются как фундаментизм. Философско-религиозный фундаментизм является специфическим преломлением соответствующей общей эпистемологической позиции.


Концепции, которые мы выделили в качестве второй разновидности, отрицают фундаментизм, провозглашают сами религиозные верования базисными в том смысле, что они не нуждаются в обоснованиях через соотнесение с какими-то другими верованиями. Такие концепции не полагают наличия или отсутствия надежных внешних, т.е. нерелигиозных, свидетельских, оснований в качестве критерия рациональности или иррациональности веры в Бога, соответственно критерия ее принятия или отрицания. Итак, мы говорили о философском анализе религиозных верований.


Другим важнейшим направлением философско-религиоведческого исследования является изучение религиозного опыта. В философской литературе религиозный опыт понимается в основном как определенное состояние сознания, всей интеллектуально-эмоциональной сферы, соотносимое субъектом опыта с высшей божественной реальностью. Иными словами люди, обладающие религиозным опытом, считают причиной этого опыта божество. Поэтому философы, обращающиеся к изучению религиозного опыта, занимаются главным образом исследованием различных аспектов этого убеждения.


Все философы, обращающиеся к изучению религиозного опыта, подчеркивают "огромное", "неслыханное", "озадачивающее" многообразие такого опыта. Тем не менее сам выбор религиозного опыта в качестве объекта философского рассмотрения свидетельствует о том, что предполагается существование каких-то общих характеристик, позволяющих дать более или менее строгое определение.


Объектом исследования становятся "обычный религиозный опыт" или "мистический опыт". Такая типологизация религиозного опыта преобладает в современном философском религиоведении. Можно выделить следующие основные направления философского исследовании обычного религиозного опыта: изучение средств выражения религиозного опыта; решение вопроса - может ли этот опыт удостоверить существование Бога.


Индивидуальный религиозный опыт может получить отчетливое выражение только через соотнесение с существующими в данном социальном пространстве религиозными верованиями. Иными словами, верования, по существу, являются единственным средством интерпретации религиозного опыта. Истинность или ложность этого опыта могут быть оценены через верования. В то же время наличные верования являются важнейшим условием возникновения и воспроизводства самого религиозного опыта. Это очень существенный момент в воспроизводстве той или иной религиозной традиции. Исследователи в общем и целом признают роль существующих религиозных верований в возникновении и оформлении религиозного опыта.


В рамках проблематики религиозного опыта особое значение для философии религии имеет проблема того, можно ли удостоверить существование Бога на основе религиозного опыта. В условиях, когда все шире распространяется убеждение о бесперспективности всяких попыток доказать существование Бога, некоторые философы склонны считать, что знание о существовании Бога, а также другое, сопряженное с этим, религиозное знание можно получить только посредством некоего акта сознания или интуиции, т.е. посредством опыта.


Философское изучение мистицизма образует относительно автономную область исследований, в чем-то совпадающую, а в чем-то расходящуюся с общим изучением религиозного опыта. Изучение мистицизма носит преимущественно компаративистский [1] характер. Исследователи мистицизма могут опереться на результаты изучения внеевропейских культур и религии и вообще на исследовательский опыт в индологии, буддологии, синологии и т.д. При этом наиболее интенсивно используются свидетельства из индуистской, буддийской, иудаистской, христианской [2] и исламской традиций.


1 Изучение мистицизма предполагает сравнение ряда факторов.

2 Следует отметить, что в качестве христианских свидетельств привлекаются преимущественно данные из западнохристианской традиции. Существенным недостатком, на наш взгляд, является невнимание к мистической традиции в православии, в частности к исиахизму (покой, безмолвие, отрешенность).



Мистический опыт традиционно воспринимается и самими мистиками, и теми, кто судит о нем с их слов, как опыт непосредственного, живого контакта с так или иначе представляемой высшей, божественной реальностью, абсолютом. Такой контакт предстает в религиозном сознании как "единение" с этой реальностью, "растворение" в ней, "погружение" в нее, "восхождение" или "нисхождение" к ней. При этом обозначаемые так состояния-переживания воспринимаются как уникальные бытийные ситуации и способы отношения к реальности, почти не имеющие аналогов в обычных сенсорных и интеллектуальных функциях сознания.


Разумеется, в различных религиозных традициях по-разному понимается как сама божественная реальность, так и характер мистического контакта с ней. Различно и отношение к мистицизму. Если в одних религиозных традициях мистический опыт вообще трудно и условно отделим от религиозно-метафизического опыта в рамках этих традиций, то в других, прежде всего монотеистических, традициях, понимание мистицизма и соответственно отношение к нему никогда не были однозначными. Неоднозначность проистекала прежде всего из того факта, что это "религии откровения", предполагающие известную нормативную регламентацию религиозного переживания. Мистический опыт может являться здесь, с одной стороны, как инстанция, подтверждающая принципиальные мифологические и доктринальные компоненты этих традиций, а с другой - мистики могут выступать в качестве своего рода религиозных анархистов, ставящих под сомнение некоторые из этих компонентов. Но даже в последнем случае, как правило, признается своеобразное достоинство мистического переживания и тем более достойным представляется мистический опыт, содержание которого не расходится с принципиальным содержанием данной традиции.


При изучении мистицизма в современной философии религии внимание сосредоточивается прежде всего на методологии; попытках установить универсально-конститутивные характеристики мистического опыта; разработанных классификациях этого опыта; проблеме отношения мистического опыта и его интерпретации и, наконец, на проблеме онтологического и эпистемологического статуса мистического опыта. Сегодня это основные направления в изучении мистицизма в рамках философии религии.







Философская теология


По нашей классификации вторая основная форма философии религии - философская теология. В историческом плане именно эта форма явно преобладала. До эпохи Просвещения философия религии выступала в основном как философская теология, что, естественно, не исключало наличия в ней религиоведческих компонентов.


Как вид философско-религиозного теоретизирования "философская теология" может быть обозначена как "естественная теология", "религиозная философия", "религиозная метафизика", "христианская философия", "христианская метафизика", "рациональная теология".


Мы отдаем предпочтение обозначению "философская теология" в силу следующих причин. Прежде всего, этот термин наиболее отчетливо показывает, что речь идет о попытках каким-то образом использовать элементы именно философского рассуждения в религиозных целях. Сразу же подчеркивается, что основная, принципиальная задача данного типа философии заключается в философском богопознании.


Традиционно в соответствующих целях использовался термин "естественная теология". Основная причина предпочтения термина "философская теология" термину "естественная теология" заключается в том, что первый термин может применяться как к конфессиональным, так и к внеконфессиональным философско-религиозным построениям. Термин "естественная теология" обычно использовался для обозначения философско-апологетических и философско-конструктивных усилий, сопряженных с конфессиональной теологией. Таким образом, "естественная теология" может рассматриваться как разновидность "философской теологии".


Философскую теологию можно понимать в широком и в узком, или строгом, смыслах. В принципе, обозначение "философская теология" может соотноситься со всем спектром позитивных отношений между философией и религией, философией и теологией в истории европейской мысли.


Если подходить к философской теологии таким образом, то рассмотрение философской теологии, по существу, совпало бы с написанием в определенном ключе истории христианской теологии, с одной стороны, и истории европейской философии - с другой.


Философская теология в узком, или строгом, смысле - это усилия создать учение только философскими средствами, только опираясь на данные "естественного опыта", т.е. опыта существования человека в природно-космической и социально-исторической средах, а также экзистенциального опыта индивидуально-жизненного существования.


Создание такого учения предполагает решение следующих трех взаимосвязанных задач: во-первых, продемонстрировать или подтвердить существование Бога; во-вторых, определить, по возможности, природу Бога; в-третьих, охарактеризовать отношения между Богом и миром, Богом и человеком.


Философское обоснование существования Бога заключается в предоставлении философских аргументов в пользу наличного, "реального" бытия Бога. Во всех случаях средством обоснования выступает рационально-философское рассуждение, опирающееся на те или иные природно-космические, социально-исторические и индивидуально-жизненные явления, данные в человеческом опыте.


Таким образом, из трех главных источников верования в существование Бога (откровение, разум и опыт) философско-теологические попытки удостоверить существование Бога основываются на опыте и разуме. Соответственно поиски новых опытных и мыслительных ресурсов всегда образуют суть попыток подтвердить наличные или создать какие-то новаторские способы обоснования существования Бога.


Многообразные усилия обосновать существование Бога можно классифицировать следующим образом: философско-теологические и философско-антропологические.


Здесь необходимо сказать несколько слов о терминологии. Для обозначения усилий, предпринимаемых с целью теоретически подтвердить или обосновать существование Бога, используются понятия "доказательство", "аргумент" и "указание". Доказательство в современном смысле не следует понимать ни в соотнесении с классической философской теорией, ни по аналогии с естественнонаучным или математическим доказательством. Оговорки, с которыми используются понятия доказательства и аргумента, призваны показать известную проблематичность самого предприятия по теоретическому обоснованию существования Бога.


Правомочность теизма чаще всего ставится в зависимость от правомочности трех традиционных теистических доказательств: онтологического, космологического и телеологического. Эти доказательства демонстрируют удивительную историческую устойчивость, не в последнюю очередь обусловленную строгостью и четкостью их аргументации.



Онтологическое доказательство обосновывает существование Бога исходя из понятия Бога как реальности, совершеннее которой нельзя помыслить ничего. Представить такую реальность, такое существо, не имеющим реального бытия - означало бы впасть в противоречие, мысля величайшее и всесовершенное существо лишенным совершенства существования.


Таково онтологическое доказательство в его классической форме. Оно становилось объектом многих интерпретаций, попыток корректировки и усовершенствования, предпринимавшихся в истории с помощью все новых философско-аргументативных и логических средств. Оно становилось и объектом критики, и контраргументации, принявшей наиболее известный вид у Канта. Кантовская критика заключается в отрицании того, что существование является предикатом, сопоставимым с другими свойствами, которыми может обладать или не обладать какая-либо сущность.


Казалось, Кант и многие другие мыслители окончательно опровергли онтологическое доказательство. Это опровержение воспринималось как весьма чувствительный удар по естественной теологии. И все-таки, онтологическое доказательство пережило свое возрождение в последние десятилетия. Оно вновь стало активно обсуждаться в философской и теологической литературе. В новых реконструкциях онтологического доказательства был сделан упор на то, что понятие Бога - это понятие существа, которое или необходимо существует, или необходимо не существует. Понятие существа, совершеннее которого нельзя представить что-либо, - это понятие существа, которое необходимо обладает существованием. Его несуществование просто невозможно представить. Понятие наисовершеннейшего существа не может быть понятием существа, которое может существовать, а может и не существовать. Таким образом, из самого понятия Бога явствует, что его существование или необходимо, или невозможно. Это существование, если следовать логике подобного рассуждения, было бы невозможным только тогда, если бы понятие Бога было внутренне противоречивым. До тех пор, пока не показана внутренняя противоречивость понятия Бога, его существование необходимо явствует из его понятия.


Как видно, новая версия онтологического доказательства существования Бога опирается на логико-модальное различение между случайностью и необходимостью. Бог или необходимо существует, или необходимо не существует. Поскольку понятие максимально совершенного существа когерентно, то его существование логически необходимо.


Космологическое доказательство в своей сути - это постановка вопроса о Боге, в основе которой - побуждение к осмыслению мира. В обобщенном виде это прежде всего вопрос о том, почему вообще есть действительность, а не ничто. Речь идет о знаменитом вопросе, наиболее удачно сформулированном Лейбницем, "почему существует нечто, а не ничто". Говорить следует скорее не о "космологическом доказательстве", а о "космологических доказательствах", поскольку речь идет о группе схожих доказательств, объединенных рядом общих оснований. Важнейшим основанием является то обстоятельство, что все они исходят из "действительности мира", точнее, из определенных сущностных характеристик этой действительности. Другими словами, космологические доказательства отталкиваются от тех свойств, которыми обладает всякий пространственно-временной порядок.


Исторически сложилось так, что обсуждение и использование космологических доказательств свелось в основном к обсуждению и использованию той версии космологического доказательства, которая исходит из относительности или случайности мирского сущего. О случайном существовании чего-либо можно говорить в том случае, если логически возможно, что оно существует, и логически возможно, что оно не существует. Актуальное существование какого-то нечто можно объяснить только как результат деятельности другой сущности, существование которой логически необходимо. Так можно кратко выразить суть современных подходов к космологическому доказательству.


Важнейшей посылкой космологического доказательства является представление о том, что никакое случайное существование, никакой случайный факт не могут быть удовлетворительно объяснены посредством случайных причин. Это же правомерно и относительно совокупности случайных фактов. В данном контексте не имеет значения, обладает ли совокупность случайного существования временным началом в том смысле, что у нее есть первая инстанция, первое звено.


Эта посылка теснейшим образом связана с "принципом достаточного основания". Данный принцип в истории философской мысли получил различное толкование. Его понимали и как необходимую истину, и просто как эмпирическое обобщение, и как предпосылку всякой рациональной деятельности, в том числе познавательной. В связи с проблематикой космологического доказательства важно то, что вообще признается принцип достаточного основания в какой-либо форме.


Если, исходя из такой реконструкции, посмотреть на нынешнюю ситуацию обсуждения космологического доказательства, то можно констатировать, что ни та, ни другая посылка не были удовлетворительно опровергнуты. Соответственно теоретически не перечеркнуто право космологического доказательства бытия Бога на существование.


Телеологическое доказательство существования Бога зиждется на идее, что наблюдаемый в природе порядок является результатом замысла и действия разумного всемогущего устроителя. Суть доказательства заключается в утверждении, что порядок в природе не может быть случайным. История телеологического доказательства - это не только история попыток дать соответствующее истолкование многообразным формам порядка и целесообразности жизни природы, но и история стремлений включить в "опытную основу" этого доказательства новые сферы природного, социального, личностного бытия.


В XVIII столетии телеологическое доказательство стало основой всего строения философской теологии как физико-теологии. Особенностью последней являлось стремление придать толкованию природы антропоцентрическую направленность. Телеологическое доказательство, образовавшее основу физико-теологии такого вида, было, по существу, более дерзким и претенциозным нежели у Фомы Аквинского.


Варианты телеологического доказательства, которые предлагались в XVIII и XIX столетиях, обращались к тем же природным явлениям и антропологическим данностям, что и наука. Научные теории далеко не всегда согласовывались с интерпретациями, требуемыми самим принципом телеологического доказательства. Это обстоятельство в сочетании с философской критикой привело к значительной интеллектуальной дискредитации данного доказательства в тот период.


В первой половине нашего столетия были приняты усилия с целью расширить опытную основу телеологического доказательства. Было предложено рассмотреть в перспективе телеологического доказательства то обстоятельство, что природа могла бы и не содержать все те условия, которые требуются для появления животной жизни и сознания; тот факт, что вселенная демонстрирует наличие определенной рациональной структуры и в известной мере интеллигибельна для человеческого разума; эстетические аспекты природы; наличие морального сознания и возможность реализации моральных идеалов. Суть аргументации заключается в утверждении того, что мир вполне представим и без всех этих явлений, и есть основания считать их наличие свидетельством в пользу существования могучего и благоволящего разума.


Следует отметить, что все попытки разработать телеологическое доказательство, предпринимаемые в настоящее время, ориентируются на одну из указанных сфер опыта. При этом преимущественное внимание уделяется условиям появления жизни, прежде всего человеческой жизни. Сочетание структурных компонентов и эволюционных процессов Вселенной, являющихся специальными условиями возникновения человеческой жизни, получают истолкование, которое целесообразно назвать "провиденциальным" [1]. Отмечается, что эти условия образуют слишком сложную связь, чтобы их можно было объяснить простым случайным стечением обстоятельств или неорганической и органической эволюцией. Такая связь может быть осуществлена только мудрой божественной мощью, реализующей определенный замысел.


1 Провиденцианализм (от лат. providentia провидение) - религиозное понимание истории как проявления воли Бога, осуществления заранее предусмотренного плана "спасения" человека.



Философско-антропологические обоснования существования Бога строятся в основном посредством осмысления образа человека [2]. Христианская традиция, как и всякая другая религиозная традиция, обладает определенными базисными антропологическими представлениями, т.е. своим образом человека, и философско-религиозная антропология стремится к воспроизведению философскими средствами этих представлений.


2 См.: Кимелев Ю. А. Современная философско-религиозная антропология. М., 1995.



Христианская традиция утверждает прежде всего богоподобие человека. Все христианские антропологические представления и учения являются, по сути, попытками осмысления этого основополагающего утверждения, призванного охарактеризовать сущность человека. Сама драма существования человека в христианском понимании обусловлена его богоподобием. Поскольку в христианской традиции Бог "трансцендентен" по отношению к миру, постольку и фундаментальные структурные компоненты образа человека, такие, как дух, душа, физические структуры, также должны явить какую-то "трансцендентность". Единственный способ философского обоснования этого видится в такой концептуализации указанных компонентов, при которой они предстали как нечто, по крайней мере частично, необъяснимое в рамках природной и исторической реальности. Если удастся показать необъяснимость определенных фундаментальных компонентов образа человека, то она может быть выдана за свидетельство "трансцендирования" мира и, следовательно, сверхъестественного происхождения данного антропологического факта.


Проинтерпретированные подобным образом эти факты должны, во-первых, выступить в качестве указания на существование иной, трансцендентно-божественной реальности, через призму которой они якобы только и могут получить объяснение, и, во-вторых, должны предстать как воспроизведение определенных моментов традиционного христианского образа человека. Нетрудно видеть, что здесь происходит взаимное обоснование: определенная философско-антропологическая концепция указывает на существование Бога, а существование Бога оправдывает и подтверждает содержание соответствующей философско-антропологической концепции.


Богоподобие человека, его метафизическое достоинство в христианской идейной традиции всегда виделось по преимуществу в его духовности. Именно дух в христианской идейной традиции предстает как то, что способно вывести человека за пределы мира, сделать его причастным божественному. Иными словами, дух выступает как условие возможности трансценденции человека, что, в свою очередь, обусловливает и объясняет всю драму его земного существования.


Естественно, что именно на философскую концептуализацию в соответствующем ключе духа человека и направляются основные усилия представителей философско-религиозной антропологии. Хотя они по-разному решают задачу концептуализации духа человека, общим является стремление отождествить духовность с "открытостью человека миру", а последнюю истолковать в смысле его открытости Богу и соответственно представить как нечто богоданное. Открытость человека миру в современной философской антропологии понимается в основном как априорная поведенческая структура, определяющая специфику отношения человека к миру. Это понятие осмысливается главным образом в космологической перспективе, т.е. через соотнесение с иными формами жизни, прежде всего с формами поведения животного. А в такой разновидности философской антропологии, как философско-религиозная антропология, открытость миру предстает как соответствующий божественный проект относительно человека, как основа его богоподобия.


Феликс Хаммер (р. 1932) - американский философ, теолог. Автор работы "Theonome Anthropologie?: Max Schelers Menschenbild und seine Grensen" (Den Haag, 1972). Исходным моментом своего философского построения Хаммер использует то очевидное, по его мнению, обстоятельство, что повседневный опыт позволяет констатировать неодинаковую степень интенсивности проявления основных видов жизнедеятельности у различных людей, и особенно таких характеристик, как способность мышления, моральное чувство, которые Хаммер называет основными "измерениями человека". Опыт недостаточности, незавершенности многообразных способов самореализации человека возможен, как считает Хаммер, только на основе постижения полной, завершенной сущности всех этих способов. Человек как бы априорно обладает знанием полноценной сущности того или иного вида жизнедеятельности, в соотнесении с которой его конкретная реализация воспринимается как неполноценная, недостаточная. Главный вывод, который делает Хаммер из этого, заключается в указании на конечность, "недостаточность" человека. Философско-конкретный опыт конечности, недостаточности человека должен быть, по замыслу Хаммера, использован для указания на существование Бога.


Однако опытная основа сама по себе еще недостаточна в данной проблемной сфере. Требуется некий общий финальный, или смысловой, принцип, который заключается в посылке о том, что испытываемое человеком стремление к полной реализации постигнутого сущностного содержания является "объективной смысловой данностью", которая нуждается в объяснении. Объективность этой данности, считает Хаммер, по крайней мере столь же велика, как и объективность природы и ее законов.


Финальный принцип в сочетании с постулируемой им сущностной идеей человека позволяют Хаммеру, как он считает, сделать завершающий шаг в философско-антропологическом доказательстве существования Бога. Человек, как утверждается, не может пребывать в самом себе, он постоянно нуждается в дополняющем его партнере, который испытывает такую же потребность. Обе стороны, однако, на опыте убеждаются, что другой не может дать всего, что требуется, поскольку сам не обладает всем требуемым. Постоянно ощутимая недостаточность приводит к убеждению, что встреча в том объеме, в каком она нужна человеку, может состояться только с партнером, который сам совершенно ни в чем не нуждается. На основании этих рассуждений Хаммер делает вывод: "Встреча, которая возникает не из потребности, но из чистого совершенства, возможна только с бесконечным личностным существом Бога".


Наряду с обоснованием существования божественной реальности важнейшими задачами философского богопознания являются определение, по мере возможности, природы этой реальности и осмысление характера ее отношения с мирской действительностью.


Философско-теистические концептуализации природы Бога исторически весьма разнообразны. Воспроизведение в полном объеме истории этих концептуализаций во многом совпало бы с историей европейской метафизики в ее философско-теологическом аспекте. Однако, с эпохи средневековья и особенно после Декарта, философско-теологическое понятие Бога воспроизводится в более или менее устойчивых содержательных контурах. Можно сказать, что именно это понятие доминировало в истории теологической и философской мысли.


Характеризуя классическое философское понятие Бога, представляется целесообразным прибегнуть к одному различению, использовавшемуся в поздней схоластике - к различению между метафизической и физической сущностью Бога.


Бог является праосновой мира. В нем коренится все, поскольку все исходит из него как первопричины и влечется к нему как последней цели, поскольку все участвует в его полноте и потому является его подобием или, по крайней мере, хранит следы его величия. Сама праоснова как таковая коренится не в чем-то ином, но только в самой себе. Первая и последняя причина всего должна быть причиной самой себя. Бог как такая причина существует в силу абсолютной необходимости своей собственной сущности. Это из самого себя бытие. Поэтому в Боге полностью совпадают сущность и наличное бытие. Он не только обладает бытием как сущее, т.е. имеющее бытие, но есть само бытие, или есть субсистирующее бытие. В этом заключается метафизическая сущность Бога, посредством которой он конституируется и посредством которой отделяется от всего, что не является им самим.


Физическая сущность Бога охватывает вместе с субсистирующим бытием все его совершенства. Они определяют конкретное субсистирующее бытие, их называют свойствами, или атрибутами, Бога. В самом Боге они не образуют множество, но суть простая и вместе с тем бесконечная полнота.


Богу мы можем приписать лишь чистые совершенства, которые означают чистое бытие (мудрость, благо, мощь), но не смешанные совершенства, в сущности которых бытие смешано с небытием или с несовершенством.


Как само бытие Бог есть вся полнота бытия и потому бесконечен. Бог несказанно превосходит конечное, подверженное становлению сущее, т.е. он трансцендентен по отношению к сущему, хотя и пребывает одновременно в нем как его праоснова (имманентен сущему). Поскольку телесное бытие содержит небытие, то Бог есть чистый дух. Вместе с тем Бог есть личностное существо.


Если применить использованное здесь различение в целях характеристики современных концептуализаций философского понятия Бога, более или менее позитивно соотносящихся с классическим философским понятием, то ситуация представляется следующим образом.


В характеристике метафизической сущности Бога во все большей степени используется концепция Бога как всесовершенного существа или совершеннейшей реальности. Максимально совершенная реальность может быть определена как реальность столь большая и совершенная, что никакая актуальная или возможная реальность не будет большей. Утверждать, что Бог максимально совершенен, значит, заявлять не только то, что ничто в актуальном мире не превосходит его, но и то, что ничто не превосходит его в каком-либо возможном мире.


Можно утверждать, что если какое-либо свойство является совершенством и никакое равное или большее совершенство несовместимо с ним, то максимально совершенная реальность будет обладать им.


Усилия современной философской теологии сосредоточены на проверке того, является ли когерентным понятие абсолютно совершенного существа, каким его утверждает традиционный философский теизм.


Стремление к познанию физической сущности Бога заключается в постижении атрибутов как его сущностных свойств. Ни систематическая теология, ни философская теология в христианской традиции не претендуют на исчерпывающее и полное постижение природы Бога. Всякое постижение понимается как ограниченное по охвату и глубине.


В рамках такого ограничения философская теология налагает на себя еще одно ограничение. Философская теология призвана указать лишь некоторые основные атрибуты божества, в принципе доступные "естественному" человеческому разуму, сознательно отвлекающемуся от того знания, что стало достоянием человека благодаря самораскрытию Бога, божественному откровению. Традиционно приписываемые Богу атрибуты в различной мере поддаются философскому осмыслению.


Следует отметить, что современная философская теология не занимается концептуализацией каких-либо ранее не известных атрибутов как сущностных свойств Бога. Разработка классического философско-теистического понятия Бога в современной философской теологии - это по преимуществу концептуальный анализ божественных атрибутов, их совместимости, сочетаемости. При таком подходе традиционные атрибуты воспринимаются как сугубо религиозные данности, которые можно анализировать без соотнесения с нерелигиозной сферой.


В то же время демонстрация концептуальной несостоятельности, логической непоследовательности, несовместимости божественных атрибутов является основным средством критики религии и теологии в рамках академической философии.


В подходе современной философской теологии к традиционному философскому теизму можно вычленить два основных направления. Первое образуют попытки рассматривать всемогущество, всеведение, всеблагость, вездесущность, неизменность, нематериальность как независимые, уникальные свойства, образцово представленные в Боге.


Второе направление видит эти свойства в тесной взаимосвязи, причем представляет каждое как отличный аспект одного и того же первичного свойства, а именно божественного совершенства. Приверженцы второго направления предполагают, что Бог воплощает каждое из своих свойств в степени не меньшей, но и не большей, чем требуется его совершенством.


Наиболее влиятельной альтернативой традиционному философскому теизму является неклассический теизм, представленный в учении о Боге процесс-теологии. Спор между классическим теизмом и процесс-теизмом образует ядро современной философско-теологической дискуссии. Этот спор давно вышел за пределы англоязычной философской теологии, где он первоначально велся.


Философская процесс-теология представляет собой попытку создать целостное метафизическое построение, могущее послужить альтернативой классическому теизму. Соответственно процесс-теизм как основа такого метафизического учения призван быть альтернативой классическому философскому теизму как основе классического метафизического мировоззрения. Философская процесс-теология ориентирована на создание философского учения о Боге в традиционном понимании этого термина; ее нерв образует дискуссия с классическим философским теизмом.


Исходным материалом процесс-теологии являются прежде всего опыт, мир, естественная действительность, в которой действительными являются процессы, события, а не субстанции мира. Процесс означает не только переход к какой-либо актуальности - процессуальными по природе являются существование и жизнь всех актуальных событий.


Весь космический процесс предполагает Бога как творца и как творческую силу. При этом процесс-теологи придерживаются разных воззрений относительно того, каким образом сам Бог включен в этот процесс. В философской теологии могут предприниматься попытки так концептуализировать божественную реальность, что результат будет являть весьма незначительное сходство с философско-теистическим понятием Бога. Общие моменты сведутся к ограниченному набору свойств, которые позволят квалифицировать реальность, концептуализируемую в новаторском философско-теологическом построении, как "божественную". В конечном итоге это будет определенная трансцендентность по отношению к природному и прочему сущему, к суверенности по отношению к этому сущему, а также к абсолютной или безграничной мощи той реальности, что концептуализируется как "божественная". В XX в. наиболее интересной представляется теория В. Вайшеделя.


Вильгельм Вайшедель (р. 1905) - немецкий философ, теолог. Автор работы "Der Gott der Philosophen: Grundlegung einer philosophishen Theologie im Zeitalter des Nihilismus" (Munchen, 1979. Bd. 1-2).


Реализовать программу философской теологии как действительно философскую, т.е. исходящую из своих собственных проверенных предпосылок, возможно, согласно Вайшеделю, только если будет обретена опытная основа для философской теологии. Такой основой является "радикальная сомнительность действительности", предстающая как ее наиболее общая и глубинная характеристика.


Сомнительность реальности в целом проявляется в сомнительности отдельных реальностей, примерами которых могут служить жизненные неудачи, измены друзей и близких, быстротекучесть жизни, страх перед болезнями, смертью, потрясения от неожиданного и резкого нарушения уклада вещей и т.п. Эти виды опыта, эти реальности не исчерпывают содержание совокупного опыта действительности. Однако они позволяют отчетливо осознать, что мир, в котором они встречаются, "в высшей мере сомнительный мир". Опыт сомнительности реальности обозначается как "фундаментальный опыт". Фундаментальный опыт является опытом сомнительности действительности в первую очередь потому, что она находится в колеблющемся состоянии между бытием и небытием.


Всякое "есть" испытывается как находящееся под знаком и угрозой небытия и в то же время не исчезающее в него. Всякое "ничто" со своей стороны испытывается как находящееся в какой-то таинственной связи с бытием. Истина существующего - "колебание его действительности".


Фиксация содержания опыта еще не есть его понимание. Понять что-то - значит прежде всего постичь условия его возможности. В первую очередь необходимо заменить чисто формальное выражение "условия возможности" конкретным понятийным обозначением, причем следует учитывать, что речь идет о "чем-то", предшествующем действительности.


С целью избежать все возможные недоразумения статического, вещного и субстанционалистского характера предлагается слово "откуда". Это слово не указывает ни на какое сущее. Оно только показывает направление, откуда нечто "происходит". "Как последнее и абсолютное, что можно сказать о действительности, подчеркивает Вайшедель, - "откуда" радикальной сомнительности занимает место, принадлежащее в традиционном словоупотреблении Богу. Слово "откуда" соответствует единственно возможным сегодня способом тому, что под именем "Бог" искалось во всей философии". В эпоху нигилизма, когда явили свою бездоказательность и несостоятельность традиционные представления о Боге, "откуда" - "единственно возможное понятие Бога философов".


"Откуда" Богу, как процессу, обусловливающему, вызывающему сомнительность реальности, присуща безграничная мощь. Этот могущественный процесс не следует понимать как какое-то могущественное сущее. Это могущественность самого процесса, держащего реальность в состоянии колебания между бытием и небытием.


Соответственно три структурных момента радикальной сомнительности реальности - бытие, небытие и колебание между ними - предстают как три аспекта явления "откуда".


1. Действие "откуда", ставящее всякое сущее на грань небытия, показывающее непрочность и недостоверность вещей и "я", испытывается как "потрясение".

2. "Откуда", поставив сущее на грань небытия, удерживает его в бытии. Оно - "удержание-в-бытии".

3. "Откуда" осуществляет колебания между двумя крайностями. Сущее не есть чистое небытие. Оно и то и другое в модусе сомнительности или колебания.


Еще одной важнейшей задачей философской теологии, как и всякого богопознания, является определение, по мере возможности, отношений между Богом и мирской действительностью.


Философская теология в своем осмыслении отношений между Богом и мирской действительностью исходит из определенных устоявшихся представлений о природе этих отношений. В христианской теологической и философской традиции вопросы отношения между Богом и творением, Богом и миром, разумеется, играли очень значительную роль. В процессе многовекового осмысления этих вопросов была разработана дифференцированная типология отношений между Богом и миром. Эта типология опирается на два источника - библейские содержания и философскую рефлексию.


Теологическая традиция при определении отношений между Богом и миром всегда стремилась избежать двух крайностей: пантеизма, т.е. отождествления Бога и мира, с одной стороны, и дуализма, т.е. полагания Бога и мира как двух совершенно раздельных и различных видов бытия - с другой.


Основные понятия, с помощью которых христианская теология во всех ее разновидностях осмысливает отношения между Богом и миром, - это понятия "теизм", "деизм", "пантеизм" и "панентеизм".


Теизм подчеркивает полную независимость и самодостаточность Бога. Только теизм в полном смысле утверждает творение мира Богом. Деизм отрицает действенное присутствие Бога в мире после сотворения мира.


Пантеизм утверждает тождество Бога и Вселенной. Бог предстает как универсальное присутствие, но не представляется как какая-то конкретная сущность. Пантеизм не отождествляет Бога с космосом, но и не разделяет их. Сущее есть часть Бога, но не сам Бог. Все эти виды понимания отношений между Богом и миром имеют множество нюансов.


Приведенные здесь краткие характеристики достаточны с философско-теологической точки зрения. Рассмотрение отношений между Богом и миром в систематической теологии предполагает рассмотрение всего спектра проблематики "теологии творения".


Устоявшиеся базисные воззрения, нашедшие отражение в данной типологии, определяют содержание философско-теологической дискуссии по проблемам отношений между Богом и миром даже в тех случаях, когда не используются понятия "теизм", "деизм", "пантеизм", "панентеизм".


Все позиции в дискуссии, ведущейся в настоящее время по этим проблемам, можно разделить на две основные группы. Одну группу образуют концепции, авторы которых предпринимают попытки показать, что отстаиваемое ими какое-то отклонение от традиционных воззрений на отношения между Богом и миром ведет не к ереси, а наоборот к единственно адекватному пониманию подлинной христианской интуиции. К другой группе относятся концепции, в которых ставится цель обосновать истинность традиционного понимания отношений между Богом и миром. Этой цели они стремятся достичь главным образом посредством критического анализа предлагаемых новаций.


Выбор между этими позициями зависит от общего характера той или иной философско-теологической концепции. Понятно, что при позитивной разработке или просто воспроизведении традиционных доказательств существования Бога будут воспроизводиться и традиционные воззрения на отношения между Богом и миром. В то же время попытка альтернативной по отношению к классической концептуализации природы Бога может вести или даже предполагает определенные изменения в понимании характера отношений между Богом и миром.







Для дополнительного чтения


Кимелев Ю.А. Современная философско-религиозная антропология. М., 1985.

Кимелев Ю.А. Современная западная философия религии. М., 1989.

Кимелев Ю.А. Философский теизм. М., 1993.

Никонов К.И. Критика антропологического обоснования религии. М., 1989.

Contemporary Classics4n_Phflosophy of Religion. La Salle, 1991.

Philosophy of Religion. An Anthology of Contemporary Views. N.Y., 1996.



ТЕМА 4.2. ФИЛОСОФИЯ И ИСТОРИЯ


Наш век с его небывалыми историческими катаклизмами, срывами в варварство, казалось бы, окончательно утвердившимся в своем прогрессивном движении европейским человечеством вновь радикально поставил вопрос о сути истории, о природе самого феномена историчности. Естественно поэтому, что мыслители, историки XX века оказались перед необходимостью всмотреться в бытие через призму истории. Мы остановимся на двух значительных философско-исторических концепциях нашего века - немца К. Ясперса и англичанина А. Тойнби.


Центральным положением исторической концепции Ясперса является понятие осевого времени.

Что такое осевое время?


Согласно Ясперсу, осевое время есть вполне конкретная историческая эпоха, начинающаяся в VII в. до н.э. и продолжающаяся вплоть до начала нашей эры, до явления Христа. Эта эпоха определяется небывалыми ни до, ни после в истории человечества прорывами духа к подлинному бытию, выразившимися в фейерверке идей, учений, религиозных реформ, в появлении новых, доселе неведомых человеку духовных образований. Именно в этот исторический период возникают все мировые религии. Их основатели в своем творческом усилии определяют основные русла духовной жизни, в которых человечество существует по сей день. Появляется такой феномен как философия. Причем независимо друг от друга в разных культурных ареалах - античной Греции, Индии и Китае.


Эта исключительная духовная продуктивность реализуется усилиями лучших представителей человечества, ибо историческое бытие, если понимать под ним арену, на которой действует человеческий дух, только и возможно через посредство лучших его представителей. Для Ясперса (как и для Тойнби) история представляет собой результат творчества личностей, вне личности никакой истории быть не может. "История, - пишет немецкий мыслитель, - это постоянное и настойчивое продвижение вперед отдельных людей. Они призывают других следовать за ними. Те, кто их слышит и понимает, присоединяются к этому движению" [1].


1 Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 73.





Но почему все-таки осевое время?


По Ясперсу, подлинная реальность, "объемлющее" мира, то, что собственно и имеет в виду любой акт действительного философствования, не может быть адекватно выражен с помощью языка мысли. "Объемлющее" не может стать "объемлемым". В то же время мы можем открываться миру, быть в сознании своей причастности миру, своей "объемлемости" им. Такая реальность - это и есть подлинная ось бытия, в том числе и бытия исторического. Мы, вернее наша мысль, можем приближаться или отдаляться от нее. Будучи в ней, будучи ею как бытие, мы удалены от нее в качестве мыслящих о ней. Приближение или удаление от оси мира, наша открытость или закрытость по отношению к ней образуют некий универсальный ритм исторического процесса. С точки зрения Ясперса, история есть своего рода пульсация. И осевое время является такой фазой в исторической пульсации, когда человечество ближе всего к оси бытия, когда оно (опять-таки далеко не в полном своем составе, но через отдельные личности) открыто ему. Эта открытость реализуется во вдохновении, которое само по себе сродни некоей светлой немоте. Она, однако, преобразуется в текст, в широком смысле слова, в некоторую культурную форму. Более того, она порождает новую культурную форму, ибо всякое вдохновение превышает устоявшуюся культурную форму и требует ее трансформации. Близость по отношению к "объемлющему" нас миру вызывает невиданный творческий импульс, но культурный текст, возникающий на основе такого рода импульса, не есть адекватное описание мира. Согласно Ясперсу, Христос, Будда, Конфуций, Пифагор не говорят нам о том, каков сам мир, в котором мы живем, но скорее о том, как жить в мире, чтобы быть достойными его. Отсюда принципиальное разнообразие языка их обращений к нам, вызывающее чрезвычайное разнообразие исторической фактуры, прежде всего в сфере культурной истории.


Ясперс описывает нам пульсирующий мир истории, который достаточно укладывается в рамки традиционного циклизма. Правда, этот цикл у него единственный. Свои надежды на будущее человечества он связывает с возможностью нового осевого времени. Но такая возможность может так и остаться возможностью, если дух не проснется. Для Ясперса человеческая история есть в первую очередь история человеческого духа. А материальное воплощение ее - следствие духовной истории. История не дает гарантий потому, что дух не воспроизводится автоматически, но требует вечных усилий.


Как и для Ясперса, для Тойнби исторический процесс в конечном счете - процесс личностный. История, как она видится английскому историку, образуется из ритма, который задается некоторыми вызовами мира, направляемыми человеку. Можно сказать, что мир, в котором человек живет, представляет собой не столько среду обитания (ведь и животные живут в мире, но у них нет истории), сколько генератор всякого рода вызовов, бросаемых человечеству и представляющих собой географические, климатические, культурные, политические, экономические по форме побуждения к трансформации человечества. В той мере, в какой эти вызовы внятны человеку, т.е. представляют для него проблему, осознаются им в качестве таковых, в той мере, в какой они решаются им, человек живет в истории. Человек историчен лишь тогда и до тех пор, пока он творит - вот что подчеркивает Тойнби, когда он обращается к ритмике мировой истории. В отличие от природных ритмов, ритмы истории - духовного происхождения.


Арнолд Джозеф Тойнби (1889 - 1975) - британский историк, дипломат. Его 12-ти томный труд "Исследование истории" (1934 - 1961) представляет собой попытку уяснить смысл исторического процесса на основе систематизации огромного фактического материала в контексте определенной схемы философии истории. Тойнби отличает ощущение реальной возможности гибели всех тех завоеваний разума, которые составляют богатство западной цивилизации. В этом отношении он, как и большинство интеллектуалов его поколения, сформировался под влиянием опыта первой мировой войны, нанесшей удар по идеологии прогресса. Другая фундаментальная установка Тойнби - культурологический плюрализм, убеждение в многообразии форм социальной организации человечества. Каждая из них, по Тойнби, имеет своеобразную систему ценностей, вокруг которых складывается жизнь людей - от самых грубых ее проявлений до высочайших взлетов творческого воображения.


Как и все в историческом пространстве, ответ на вызов мира не есть нечто происходящее автоматически. Если бы это было так, то раз возникающая цивилизация (а всякая цивилизация, согласно Тойнби, и возникает из усилия ответить на вызов мира) существовала бы неопределенно долго. А это не так, цивилизации склонны к увяданию и гибели по мере исчезновения в личностях, образующих их духовный авангард, творческой реакции на внешние раздражители.


Те народы, которые не отвечают на вызов, как бы выпадают из истории. Один из примеров самого Тойнби - минойская цивилизация с центром на острове Крит, существовавшая как непосредственная предшественница цивилизации эллинистической. Сама гибель минойской цивилизации была неким вызовом народам, жившим либо географически, либо культурно по соседству с ней. Эллины были единственным народом, который, по мнению Тойнби, осознал гибель минойской цивилизации в качестве вызова для себя. Он не прошел мимо этой возможности стать историческим народом. Другие народы, например, фракийцы, просто не заметили этой катастрофы, этого приглашения стать частью истории. Их энергия оказалась незадействованной, и они погибли для истории.


История описывается Тойнби как сверхприродный феномен, реализующийся посредством действий сверхприродных существ - людей. Их сверхприродность заключается в том, в частности, что их мир излишен с точки зрения чисто природного существования. Можно хоронить умерших, и это будет оправдано с точки зрения природных причин - иначе может начаться эпидемия. Природа диктует такую форму обращения с умершими. Но украшать могилы цветами (а на это, по некоторым данным, оказались способны уже неандертальцы), придумывать в своем культурном творчестве топографию загробного мира - на это не требуется санкции природы. Это новая духовная реальность, которая порождает и новый ряд необходимостей - сверхприродных, требующих духовного усилия. Возникает необходимость своеволия, которая создает цивилизацию, цивилизованность.


Рисуя схему цивилизационного процесса, Тойнби выделяет несколько стадий: возникновение цивилизации, связанное с успешным ответом на некоторый первоначальный для данной цивилизации вызов; далее - рост цивилизации, который возможен только, если она будет успешно отвечать на последующие вызовы времени.


Говоря об эллинистической цивилизации, Тойнби указывает ее в качестве примера успешных и не столь успешных цивилизационных ответов на способы, которыми различные греческие полисы пытались разрешить проблему перенаселения. Большинство греческих полисов решало ее, выводя за пределы Эллады свои колонии. Другие, такие как Лакедемон, предпочитали решать проблему путем военной экспансии. Но оптимальный способ был найден Афинами, что и обеспечило им не только главенствующее положение во всей Элладе, не только роль "учителя Эллады", но и роль духовного локомотива всей цивилизации на стадии роста. Афины трансформировали свое хозяйство, переориентировав его таким образом, что стало необходимым развивать торговлю, флот.


С точки зрения Тойнби, в каждом возникающем и растущем общественном организме присутствуют два элемента: творческое меньшинство, которое в действительности и находит ответы на вызовы мира - и абсолютное большинство, которое и вызовов не видит, да и не в состоянии найти на них оптимальный ответ. Социальное поведение абсолютного большинства определяется тем, что Тойнби называет мимесисом - имитацией. Оно имитирует поведение, систему ценностей и целей творческого меньшинства, а это означает - следует за ним.


Следующую стадию в. эволюции цивилизации Тойнби обозначает словом "надлом". Цивилизационный надлом не является неизбежной судьбой всякого исторического образования. Так, например, английский историк в своей схематике всемирной истории выделяет так называемые "задержанные общества", т.е. такие, которые столь "удачно адаптировались в своем окружении, что утратили потребность преобразовывать его по своему подобию. Равновесие сил здесь столь точно выверено, что вся энергия общества уходит на поддержание ранее достигнутого положения. Для движения вперед нет ни стимула, ни необходимого энергетического запаса... В этих условиях движение замирает на мертвой точке" [1]. Такого рода исторические образования могут существовать неопределенно долго, но история творится не ими. Она творится теми обществами, которые по-прежнему готовы идти на риск собственной трансформации. Правда, с точки зрения Тойнби, творческая элита, обеспечившая адекватный ответ на вызов мира, редко бывает способна на последующие вызовы. Но она может уступить свое привилегированное (и опасное) место новой элите, способной ответить на следующий вызов. Но чаще бывает так, что бывшее творческое меньшинство, утрачивая свою творческую способность, утрачивая свое энергетическое лидерство в обществе, вовсе не собирается утрачивать и свое формальное лидерство, свое привилегированное положение. Когда золота не остается, его заменяет бумага. Эти прежние лидеры становятся жертвами "пассивной аберрации". Они остаются таковыми номинально - физически, но не морально и не духовно. Меньшинство перестает быть творческим, им движет стремление, "совершив однажды творческий акт, почить на лаврах в своем сомнительном рае, где, как ему кажется, оно будет до конца дней своих пожинать плоды обретенного счастья" [2]. Подобное исчерпание правящей элитой своего творческого потенциала и вызывает цивилизационный надлом.


1 Тойнби А. Дж. Постижение истории. Сборник. М., 1991. С. 305.

2 Там же. С. 308.



Оказавшись более неспособной к творческим решениям, правящая элита стремится тем не менее сохранить свое лидерство, но уже другими средствами. В первую очередь - насилием. Вообще говоря, для Тойнби насилие в государственном и межгосударственном масштабе, внешняя экспансия, склонность вести дела, опираясь в первую голову на грубую силу - все это признаки надломленной и приходящей в упадок цивилизации. Не случайно эпохи великих империй с их внешним блеском и безудержным самовосхвалением неизменно признаются им продуктами вырождающихся обществ. Внешнее величие возникает и культивируется там, где уже нет места для величия истинного, т.е. духовного, творческого.


Примером здесь может служить все та же особо любимая английским историком эллинистическая цивилизация, в историю которой Тойнби включает и историю римского государства. Коллективный лидер этой цивилизации - Афины - завоевал свое право на лидерство на редкость удачными ответами на природные и социальные вызовы мира. Именно данное обстоятельство привело к сотворению изумительной культуры, которая стала образцом для всей последующей европейской культурной истории. Но те же Афины оказались неспособными ответить на очередной политический вызов (кризис, вызванный Пелопонесской войной) и тем самым вызвали цивилизационный надлом не только по отношению к себе, но и ко всему эллинскому миру. С точки зрения Тойнби, Еврипид, Сократ, тем более Платон - уже герои надлома. Их величие заключается в том, что они ясно видят тот кризис, в котором оказались величественные Афины "века Перикла". Они апеллируют к лидирующему афинскому меньшинству, оставаясь всю жизнь в оппозиции к нему, но оно их не слышит. Оно почило на лаврах и предпочитает насилие. И пример Сократа самый известный, но далеко не единственный.



А потом приходит черед римской мировой державы - апофеоза силового решения мировых проблем. Этот способ бытия в истории уже не оставляет места ни для развития личности, ни для духовного совершенствования.


Приближаясь к распаду, цивилизации лихорадочно ищут возможности для приостановления этого процесса. Тойнби указывает на некоторые из них, в действительности являющиеся псевдовозможностями. Таков архаизм, или стремление закрыть проблему будущего, целиком оборотившись в прошлое, увековечив его. Таков футуризм, который, напротив, отбрасывает настоящее ради иллюзии быть причастным желаемому будущему. Но и архаизм, и футуризм объединяет отчаянное желание закрыть глаза на настоящее, отрицание необходимости трансформации, необходимости работы духа в историческом творчестве.


Конечной стадией на пути к распаду цивилизаций, завершающих свой исторический путь, являются, по Тойнби, универсальные государства - последние попытки излечения умирающего общественного тела. В конце концов эти социальные образования гибнут: либо вследствие военного поражения, нанесенного им другим универсальным государством, либо вследствие естественных катастроф, либо, наконец, вследствие внутренних катаклизмов, вытекающих из полного раскола между правящим меньшинством, навязывающим свою власть силой, и отчужденным от власти большинством, которое английский историк называет внутренним пролетариатом. Между той и другой социальными стратами не остается ничего общего. Союзника в свержении власти деградировавшей элиты внутренний пролетариат находит в, казалось бы, цивилизационно чуждом ему мире варварской периферии. Однако в данном случае обитатели последней выступают как "внешний пролетариат" данного универсального государства.


Тойнби был далек от того, чтобы абсолютизировать свою схему мировой истории. Он никогда не отрицал ограниченность чисто цивилизационного подхода, обращая к концу жизни все более пристальное внимание на проблему межцивилизационных контактов. Это ставило всю философско-историческую проблематику в некую новую плоскость - пути истории определялись в зависимости от способности субъектов исторического процесса к взаимонаучению и взаимоуважению. Будущее мира Тойнби связывал с ликвидацией цивилизационной обособленности и, следовательно, с отрицанием предыдущих форм исторического бытия, переходом человечества в некую постисторическую фазу в своем развитии.


Историософских концепций подобных тойнбианской в истории философии нашего столетия было (и есть) довольно много. Искушение, связанное с созданием широких исторических полотен, объясняющих всю историю, выводящих ее из некоего единого принципа или совокупности принципов, весьма велико. Но ясно и другое: XX в. - это эпоха кризиса историософской мысли, если понимать под ней моделирование единообразной, следовательно, умопостигаемой, логики исторического процесса. Термин "процесс" уже говорит о подобной логике, предполагает прозрачное для разума движение от некоторого исходного пункта к некоторому конечному. В нем всегда имеется в виду известное направление движения. Для историков нашего столетия, так же, как и для многих философов, уже не характерен безбрежный познавательный оптимизм (равнозначный эпистемологической наивности), свойственный историографии прошлого века, известной расцветом особого жанра - всемирной истории. Нынешние историки, умудренные критикой гегелевского исторического логоцентризма (в частности необоснованного, с учетом самой фактуры истории, притязания разума на безусловную разумность истории, на ее субстанциальное единство), с оправданным недоверием относятся к максимально широким обобщениям, генерализациям, характерным для традиционных философий истории, поскольку практически всегда подобная широта основывается на весьма избирательном отношении (явном и в случае с гегелевской философией истории) к "сырому" историческому материалу. Это не означает тем не менее, что современная историческая наука вообще против генерализаций. Без них исторический рассказ был бы вовсе невозможен. Понятно, что всякий рассказ (или, как сейчас говорят, нарратив) предполагает цельность позиции самого рассказчика, а также единство излагаемого материала. Историческое время имеет своей предпосылкой уверенность исследователя в том, что между прошлым и будущим существует связь; определенная уверенность в том, что настоящее есть продолжение и, следовательно, выявление прошлого. Настоящее, с этой точки зрения, образует некую абсолютную точку отсчета, позволяющую обозревать прошлое через призму его линейного движения к эмпирически фиксируемому настоящему. Прошлое доступно нам в той мере, в какой оно соотносится с настоящим. Вопрос, однако, в том, насколько убедительна сущностная соотнесенность прошлого и настоящего.


Ответом на этот вопрос озабочена, в частности, герменевтика (в XX в. ее лидером является немецкий философ Г.Г. Гадамер). В отличие от исторической герменевтики В. Дильтея, исходившей из того, что исследователь культурно-исторических феноменов прошлого в состоянии адекватно постичь их так, как он понимает, т.е. переживает изнутри жизнь духа, оживляющую всю историю человека, и поэтому, следовательно, способен "вжиться" в события прошлого, верно представить себе побуждения и переживания их участников, герменевтика Гадамера видит пределы такого рода "вчувствования". Не в том дело, что оно в принципе невозможно, но в том, скорее, что всякое "вчувствование" есть психологический феномен, обусловленный жизненной конкретикой данного человека. Оно тем самым не может быть в полной мере сведено к психологической конкретике другого человека, в особенности человека далекого прошлого. Чем же тогда занимается историк? Он восстанавливает прошлое, т.е. сопрягает его с настоящим. Но получается при этом не столько реконструкция того, что прошло (тем более не полная его реконструкция), сколько выявление смысла, который это прошлое имеет для нас - "насельников" настоящего. Гадамер, будучи учеником Гуссерля и Хайдеггера, воспроизводит в своей концепции основные установки феноменологии, для которой основополагающим философским предметом являются интенции сознания, выражающие его смыслообразующую активность. Исторические события (как мы их видим, понимаем) суть корреляты сознания. Без предваряющей направленности последнего, которая и создает собственно смысл всякой вещи, всякого явления в мире, создает сам мир как связное целое, не может быть никакой науки (в том числе и науки истории). Эмпирический материал историка, с этой точки зрения, не имеет непосредственного характера. Цель исследования феноменологической метаистории (аналитики предпосылок самой исторической науки) - обнаружить, что в функционировании сознания сделало возможным данный эмпирический материал. Гадамер обращает внимание на "предрассудки" сознания самого современного историка, т.е. на те исходные установки, культурно-исторические предпосылки, которые и обусловливают то, что называется современным взглядом на вещи. И это делается не для того, чтобы далее от этих "предрассудков" избавиться. Как раз стремление от них избавиться характерно для классической нововременной философской парадигмы. В последней ставилась задача достичь положения абсолютного наблюдателя, освободившегося от всего временного, исторически ограниченного, условного. Делалась попытка взглянуть на вещи с точки зрения вечности. Классическая философия истории - попытка того же рода. Не случайно ее иногда называют теологией истории. Гадамер же исходит из того, что временность - это и есть главная характеристика человека. "Предрассудки" - это условие самого функционирования данного сознания, без которых оно просто невозможно. Задача поэтому заключается не в том, чтобы устранить предпосылки, делающие современного исследователя именно современным, т.е. имеющим "современные предрассудки", и затем, вынеся за скобки свою современность, слиться с прошлым. Задача в том, чтобы, оставаясь осознанно современным, повернуться к прошлому для того, чтобы произошла встреча несводимых друг к другу прошлого и настоящего. Чтобы из этой встречи возник новый смысл, новая культурная ценность, произошли аккумулирование и приращение той сферы смыслов, которая и определяет ценность любой культуры.


Герменевтическая философия XX в., следуя той значительной трансформации, которую претерпела, благодаря феноменологии, классическая европейская философия, сделала упор на историчности (Geschichtlichkeit) человека в противоположность истории как совокупности внешних по отношению к сознанию особого рода фактов, которые имеют характер предметов, ничем принципиально не отличающихся от предметов, как их понимают естественные науки. История принимает эти факты за исходное, эмпирически данное, безусловное. Историчность же есть характеристика человеческого бытия, выражающая его временность как условие всякой предметности. История есть описание человеческого мира посредством "конституированного времени", т.е. времени, самого ставшего предметом естественнонаучного исследования (физического времени), чего-то объективированного, превращенного в независимое от человека условие существования природы (в том числе и той части природы, которая называется историей). Временность как историчность выражает коренной способ существования человека - не внешний, безразличный ему, но составляющий его основу, выражающий именно человеку присущую проективность, направленность в будущее, его текучесть, его не-самотождественность, принципиальную незавершенность и, наконец, его конечность. С этой точки зрения историчность человека есть трансцендентальная предпосылка истории как объективированной реальности, так же, как интенциональность сознания - есть предпосылка "позитивных" наук. Не было бы человеческой историчности, не была бы возможна и объективная история. Браться за объективную историю как за эмпирически первичное означает оставлять вне внимания основное - человеческую временность как условие всякого эмпирического опыта. Отсюда традиционная философия истории, остающаяся в рамках классической парадигмы, не имеет перспективы. "Философия истории так же, как и история философии, нацелены на то, что находится позади индивида и события. Они сочетают тождественность и длительность, разделяя временность и историчность, ради какого-то безвременного времени... Возвращенное время (прошлое время, описываемое через время настоящее. - B.C.) есть не столько время прошедшее, сколько время извращенное" [1]. Иными словами, традиционная философия истории не может воспроизвести в своих построениях именно временность человека, его проективную изменчивость, его историчность. Вместо них речь в ней идет об общих схемах, опирающихся на надиндивидуальную логику, неизменность, тождественность, сводимость прошлого к настоящему. Идеал такой философии - вненаходимость. Ее субъект - некий абсолютный наблюдатель. Время, которое принимается в ней в расчет, обратимое, цикличное. Отсюда неизбежное тяготение к цикличности историософских схем и построений. История принимает вид природного (в естественнонаучном смысле) либо сверхприродного явления. Человеку с его живой временностью, с его экзистенциальностью в ней места нет.


1 Gouhier H. L'histoire et sa philosophie. Paris, 1952. P. 82.



Коренящаяся в феноменологии возможность недоверия к историософскому способу построения метаистории была еще более радикализирована структурализмом и постструктурализмом. В феноменологии речь идет о "вещах". Хотя это и не вещи, с которыми имеет дело обыденное сознание (они не являются вполне автономными по отношению к субъекту, но ему коррелятивны), и все же это - некие субстанциальные единицы. Их субстанциальность обусловлена связью с трансцендентальным субъектом. Структурализм упраздняет автономность "вещи", ставя на первое место "отношение". Структура (главный объект структурализма) есть устойчивая форма отношений. Но структура конечна, замкнута. Она, кроме того, самодостаточна. Бесконечная структура не очевидна именно как структура. Она не может быть объектом исследования. Несамодостаточная структура должна быть лишь элементом другой более сложной структуры, т.е. ее описание как этой вот конкретной структуры недостаточно и требует выхода за ее пределы. Вполне поддается описанию лишь та структура, у которой есть известные нам пределы. Лишь она собственно и подпадает под определение структуры, поскольку в структуре, границ которой мы не видим, сама ее структурность, упорядоченность может быть поставлена под сомнение. Как в случае игры, правила которой нам неизвестны, нельзя утверждать, что это именно игра, нечто имеющее правила.


Структурализм предположил возможность рассматривать историю как совокупность всякого рода конечных, самодостаточных структур (как систем отношений к детству, смерти, власти и т.п.). Но если история представляет собой совокупность конечных структур, то это означает ее (истории) дискретность (ее не-единство, не-цельность, разобщенность). Прежде всего, пожалуй, такая дискретность была установлена в истории науки (Г. Башляр, Т. Кун) которая выявила некуммулятивный характер движения научного познания, т.е. его непоследовательный, неединый характер. Она отныне мыслилась как смена познавательных парадигм, обусловленных возникновением одной идеи (группирующей вокруг себя все остальные идеи, образующие данную парадигму) или системы идей. Отсюда возникли предпосылки сомнения в безусловности представления о непрерывности истории. Появились основания противопоставления истории как рассказа (единого и непрерывного, истории как книги) истории как действительности - "разрывной", не поддающейся универсальным обобщениям. Это делало невозможным существование всемирной истории как научного (а не литературного) жанра. Это ставило под сомнение и возможность философии истории в той мере, в какой в ней делаются обобщения, касающиеся истории как таковой, ее универсальной логики, ее общего направления. Это также ставило под сомнение возможность определения истории как прогрессивного либо, напротив, регрессивного движения (что так характерно для историософских концепций, например, эпохи Просвещения). А ведь "важнейшая характеристика классического историзма - представление о всемирном единстве истории и ее прогрессивном движении. Идея прогресса - стержень, организующее начало новоевропейской исторической мысли" [1]. Единая история, в принципе, означает нечто доступное для мысли, поскольку мысль схватывает именно общее. Идущая от Плотина мысль о том, что реально лишь то, что причастно единому, утверждает основоположность тождества мышления и бытия. В случае классической философии истории - тождества мышления и истории. Но примат дискретности в истории, постулируемый структурализмом и постструктурализмом, не означает признания бессмысленности истории. Скорее, речь идет о констатации невозможности (если оставаться на почве фактов, а не заниматься необоснованными спекуляциями) единого субъекта истории и единого ее объекта.


1 Мучник В.М., Николаева И.Ю. От классики к постмодерну: о тенденциях развития современной западной исторической мысли // К новому пониманию человека в истории: очерки развития современной западной исторической мысли. Томск, 1994. С. 8.



С этой констатацией связано провозглашение смерти "автора" (Р. Барт), смерти "человека" (М. Фуко), соотносимое со знаменитым высказыванием Ницше "Бог умер". Разумеется, речь идет не о физической кончине человека, но о кончине того воззрения, согласно которому творцом истории является некое "я", личность (тоже "вещь", с точки зрения Фуко) - источник всех "практик" и движений. Это означает "обращение к приемам безличного, деперсонализированного подхода, когда историческое полотно можно анализировать анонимно и "позиционно", не прибегая ни к индивидуальной психологии, ни вообще к личностям и именам как самоактивным центрам истории" [1]. Согласно Фуко, реальны (как предметы исторического исследования) именно "практики", именно системы взглядов, а не конкретные лица, не массы. Люди "встроены" в эти "практики", они им подчиняются, следуют им, и поэтому нельзя говорить о них как о "производителях" такого рода "практик", хотя, конечно, это не означает, что "практики" могут существовать сами по себе, без участия человека. Речь идет именно об ориентации внимания исследователя, чем, собственно, и занимается современная метаистория. Это представляет позицию, согласно которой простой биографизм, берущий за основу как раз личность в ее уникальности, есть подход малопродуктивный. Он должен быть предварен изучением социальных, поведенческих, ментальных структур, определяющих изучаемую эпоху. Фуко предлагает в качестве методологического принципа примат "внешнего" над "внутренним", т.е. фактически преимущественное внимание к безличным общественным процессам, а не к внутренним переживаниям субъекта с его особой формой адаптации к этим процессам (на что, как известно, предлагал обращать главное внимание В. Дильтей, а позже экзистенциальные философы).


1 Визгин В.П. Постструктуралистская методология истории // Одиссей. Человек в истории. 1996. М., 1996. С. 44.



По мнению современного французского историка М. де Серто, прежняя история исходила из примата тождественного. Она "сшивала" разрывы во времени, признавая за ними этапы некоего поступательного единого по сути своей процесса. Философия истории создавала собственную модель восприятия истории. Она исходила из наличия во всех этих этапах единого смысла. Она унифицировала историческую реальность. Современный же исследователь концентрирует внимание именно на "отступлениях", "разрывах" (например, на критических точках изменения графиков роста народонаселения, заработной платы и т.п.). Он исходит из того, что раньше было не то, что теперь. Методика исторического исследования отныне культивирует дистанцию по отношению к своему объекту. Подобная дистанция является не исходным пунктом исследования, который следует затем устранить, связав прошлое с настоящим, посредством единой схемы, но конечным пунктом. Историческая работа выявляет не правило, а исключение. "Работа заключается в том, чтобы производить негативное, являющееся значимым" [2].


2 Certeau de M. L'operation historique // Faire de 1'histoire. Nouveaux problemes. Paris, 1974. P. 32.



Следует обратить внимание еще на один важный пункт постструктуралистской метаисторической модели - переоценку самого объекта исторического исследования. Вопрос о том, что такое исследование собственно должно изучать. В последние десятилетия "история перестает быть для историка простой совокупностью подлежащих систематизации кирпичиков-фактов, подверженной аналитическим процедурам, внешней по отношению к познающему мертвой данностью, неотъемлемой частью которой осознается историк. Современные методологии все в большей мере отталкиваются от постулата о предпосылочности познавательной активности" [3]. Что это значит? Выше уже отмечалось, что для традиционной историософии история является чем-то безоговорочно объективным, имеющим характер данного, непосредственного. Скажем, в той мере, в какой объект истории - прошлое, оно неприкосновенно, существует само по себе. Вроде книги, которая уже написана, дана сознанию исследователя и остается только ее интерпретировать, пытаться понять сокрытый в ней автором смысл. С точки зрения постструктуралистов, однако, объект историка нельзя всерьез признавать объективным, независим от того, кто историю изучает, а кто к ней просто обращается. Иначе говоря, в истории нельзя реально (но можно в абстракции) отделить субъекта от объекта. Субъект до известной степени делает возможным объект. Постструктурализм достаточно убедительно обосновывает необходимость включения субъекта познания в поле исследования. Речь идет в данном случае не о человеке как творце истории. Все согласны, что люди, их действия, их помыслы образуют событийную канву истории. История не творится какими-то анонимными силами за спинами людей. Но речь идет о другом - о том, что история как наука, описывающая эту событийную канву, невозможна без учета познавательной активности историка. В истории как предмете имеется теоретическая компонента, которая привносится в нее осмысливающим историю теоретиком. Поэтому теоретическая история должна включать в себя и исследование того "возмущения", которое вносит исследователь в его "чистый" объект. Сегодня история должна обращать внимание на самого исследователя, описывая его концептуальную установку. Таким образом, постструктуралистская метаистория выделяет в качестве особой задачи изучение предваряющих всякое историческое исследование теоретических предпосылок, которые формируют, придают определенный смысл непосредственному материалу истории. Классическая философия истории представляется образцом практики исторического исследования, поскольку в ней с наибольшей силой выражено "возмущающее" сырой материал истории стремление автора такой философии, т.е. стремление "управлять историей". С этой точки зрения прошлое невозможно без настоящего. Прошлое как прошлое, в его оторванности от настоящего, абсолютно недоступно. Зато оказывается возможным (и даже неизбежным) "кроить" историю в соответствии с какими-либо исходными установками (например, идеологическими). Историческое исследование превращается в инструмент власти. Задавая ориентиры прошлому, мы в какой-то степени задаем их и будущему.


3 Мучник В.М., Николаева И.Ю. Указ. соч. С. 7.



Философия истории XX в. с особой силой поставила проблему коммуникации как сущностной характеристики исторического бытия и, говоря шире, как основания человеческого существования вообще. История возможна лишь в той мере, в какой люди открыты миру и друг другу. Точно так же и целые сообщества жизнеспособны вследствие их терпимости по отношению к другим общественным организмам. Настроенность на диалог создает предпосылки для будущего, открывает пространство для исторического творчества. История реализуется через общение. Она требует от человека неустанного внимания к бытию, являющемуся критерием и одновременно стержнем любого исторического события. Этот диалог с миром есть также и основание для понимания нами нас самих. История в этом смысле есть предпосылка прорыва к нашей подлинной сути.







Для дополнительного чтения


Философия истории: Антология. М., 1994.

БаргМ.А. Эпохи и идеи: становление историзма. М., 1987.

Коллингвуд Р.Д. Идея истории: Автобиография. М., 1980.

Лооне Э.Н. Современная философия истории. Таллин, 1980.

Риккерт Г. Философия истории. СПб., 1908.

Тойнби А. Дж. Постижение истории. М., 1991.

Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991.

Aron R. La philosophic critique de l'histoire. P., 1964.

CarrE.H. What Is History. L, 1986.

Dray W. Philosophy of History. Englewood Cliffs, 1993.





ТЕМА 4.2. ФИЛОСОФИЯ И КУЛЬТУРА


Что означает понятие "культура"


Культура - одно из двух-трех самых сложных слов, имеющихся в нашем практическом и научном обиходе.


Непосредственным предшественником его появления в различных европейских языках было латинское cultura, происходившее от colere. Colere имело множество значений: населять, культивировать, покровительствовать, поклоняться, почитать. Некоторые из значений постепенно отделялись, образуя самостоятельные термины. Так, значение "населять" через латинское colonus развилось в колонию. "Почитать", "поклоняться" через латинское cultus переработалось в культ. В английском языке слово первоначально имело смысл "развивать", "культивировать", хотя и с оттенком "служение", "почитание". В средневековом английском culture иногда прямо употреблялось как служение. В старофранцузском формой латинского cultura стало сначала couture, позже приобретшее совершенно самостоятельное значение ("от кутюр"), и лишь затем culture [1].


1 Williams R. Keywords. A vocabulary of culture and society. N.Y., 1976. P. 76-82.



Дальнейшая эволюция осуществлялась посредством перенесения представлений о культивировании с естественных процессов на человеческое развитие, причем агрикультурный, сельскохозяйственный смысл сохранялся. Так, Френсис Бэкон прямо говорил о "культуре и удобрении умов".


Два изменения в понимании слова "культура" нужно отметить особо. Первое: метафора становилась все более привычной, затем, наконец, такие термины, как культура ума, начали восприниматься прямо и непосредственно, а не как перенесение. И второе: все более широко распространенным становилось применение слова, относящегося к частным процессам, - развития и совершенствования вообще. Это означало универсализацию термина. Именно с этого и началась - на рубеже XVIII - XIX вв. - сложная современная история слова культура.


Тогда же сформировалось устойчивое значение термина цивилизация. В основе этого слова латинские термины civis - гражданин и civilis - принадлежащий, относящийся к гражданину. Пройдя долгую эволюцию, оно стало выражать смысл исторического процесса и его достижений: очищение нравов, воцарение законности и социального порядка, т.е., в принципе, оно получило то же значение, что и слово культура. Тогда же во Франции и в Англии оно стало использоваться во множественном числе - стали говорить о цивилизациях.


Примерно те же процессы происходили, правда, с определенными задержками и в русском языке. Слово культура впервые зарегистрировано в Карманном словаре иностранных слов, изданным Н. Кирилловым в 1845 г. [2] Уже в 60-е годы оно полноправно обосновывается в словарях русского языка, а в 80-е и далее получает широкое распространение, причем в том же богатстве значений, что и в западноевропейских языках. Культура, согласно В.И. Далю, это "обработка и уход, возделывание, возделка; образование, умственное и нравственное; говорят даже культивировать вместо обрабатывать, возделывать, образовать" [3].


2 Будагов. История слов в истории общества. М., 1974

3 Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4-х тт. М., 1979. Т. 2.



Подобным же образом и цивилизация проникала в Россию вместе с соответствующими переводными книгами. Под цивилизацией (а иногда цивилизованность или civility) стали понимать общее состояние общества или даже уровень воспитания, поведения или манер конкретных персон, противопоставляемое дикости или варварству. Вместе с тем рост сравнительных исследований породил весьма расширенную и нечеткую трактовку этого понятия в таких сочетаниях, как западная цивилизация, российская цивилизация, индустриальная цивилизация, современная цивилизация и т.д.


Но вернемся к понятию "культура". Важный поворот в интерпретации этого термина произошел в Германии. Сначала понятия культура и цивилизация развивались там так же, как в других странах, но в конце XVIII в., прежде всего И.Г. Гердером, было сделано едва ли не решающее нововведение в истории изучения культуры: он заговорил не о культуре, а о культурах. Другим важным нововведением несколько более позднего времени стало характерное для Германии и редко встречающееся как в обыденной, так и в научной лексике прочих европейских языков противопоставление понятий "культура" и "цивилизация" [2]. О том, что это означало для видения культуры человечества и для философского осмысления культуры, речь пойдет ниже.


2 Об этом пойдет речь далее в этой главе в разделе "Культура и цивилизация".



Если попробовать подвести итог лингвистического развития за эти несколько столетий, то можно выделить четыре основных смысловых составляющих слова культура в современных европейских языках:


1) абстрактное обозначение общего процесса интеллектуального, духовного, эстетического развития как человечества в целом, так и общественных групп и даже отдельных личностей;

2) обозначение состояния общества, основанного на праве, порядке, мягкости нравов и т.д.;

3) абстрактное указание на особенности способа существования или образа жизни, свойственных какому-то обществу, какой-то группе людей, какому-то историческому периоду;

4) абстрактное обозначение форм и продуктов интеллектуальной, и прежде всего художественной деятельности: музыка, литература, живопись, театр, кино и т.д.



Интерпретация культуры в истории философии шла в известном смысле параллельно изменениям этих "общекультурных" значений слова.





"По природе" и "по установлению"


Человек, живущий всю жизнь, с рождения до смерти, в собственной однородной культурной среде, может оказаться вообще не в состоянии понять, что он живет "в культуре", а тем более тематизировать, объективировать культуру как предмет исследования. Чтобы поставить вопрос об изучении того, что отличает мою жизнь и жизнь моих соплеменников, соотечественников, современников от жизни других больших групп людей прошлого и нынешнего времени, при всем кажущемся единообразии универсальных жизненных характеристик, таких, как рождение, взросление, смерть, властные отношения, семейные структуры и так далее, необходимо прежде всего столкнуться с этим другим, увидеть и пережить его воочию. Из такого столкновения и переживания еще в античные времена зародилась философская интерпретация культуры.


Как информируют нас энциклопедические издания по истории философии, впервые эту проблематику осознали софисты, выдвинувшие антиномию природного и нравственного (понимаемого как культурное). Согласно софисту Гиппию, человеческие установления (обычаи, законы) "...насилуют нас часто вопреки природе" [1].


1 Гомперц Т. Греческие мыслители, Т. 1, СПб., 1913. С. 346



Платон, в противоположность софистам, стремился гармонизировать оба начала. Он был уверен, что государство (город-государство, полис) есть критерий всех ценностей и единственно возможная форма общежития, что понятия индивида и гражданина совпадают, и что сущность человека - это его душа. Душа человека, считал Платон, состоит из трех частей: страсти, воли и разума. Соответственно и государство строится из трех классов. Низший класс состоит из людей, в душах которых преобладает страстная, "вожделеющая" часть. Это работники и торговцы. "Средний" класс - это воины, стражники. В них преобладает волевая часть души. Высший класс - это мудрецы, они же - правители; рациональная часть преобладает в их душах. В результате социальная стратификация, как мы бы сказали сегодня, оказывается построенной на естественных основаниях. Общественное устройство справедливо "по природе", а не создается вопреки природе, по мнению софистов. Общественные обычаи и законы государства не "насилуют" человека, а выражают строение его души, свидетельствуя о высшей гармонии. Разумеется, культурфилософская интерпретация есть модернизация мысли Платона, сколько-нибудь систематических представлений о культуре тогда не существовало.


Киники, прежде всего Антисфен и Диоген Синопский, не восприняли предложенную Платоном идею гармонии природы и культуры, а, наоборот, развили линию софистов, доведя ее до логического вывода о необходимости возврата к природе и простоте изначальных человеческих отношений. Таким образом, отмечает Ю.Н. Давыдов, они выступили в качестве первых на европейском континенте критиков культуры [2]. Впоследствие именно на подобного рода критике "испорченности" и "искусственности" общественного состояния человека основал свои рассуждения Ж.-Ж. Руссо.


2 Давыдов Ю.Н. Философия культуры // Философская энциклопедия. Т. 5. М., 1970. С. 353.



В христианстве, прежде всего у Фомы Аквинского, вместо характерной для античной мудрости антиномии культуры и природы возникла антиномия культуры и Бога. Возрожденческий гуманизм создал как бы предпосылки для реставрации свойственной античности культурфилософской постановки вопросов, но в подлинном своем виде философия культуры возрождается (или, лучше сказать, возникает) в XVII в., в трудах Дж. Вико в Италии, Руссо во Франции и особенно Гердера в Германии. Этих выдающихся мыслителей можно считать подлинными основоположниками философии культуры.


Джамбатиста (Джованни Батиста) Вико родился 23 июня 1668 г. в Неаполе и умер там же в возрасте 76 лет. Внешних событий в его жизни было немного. Он изучал право, историю, филологию и философию в университете Неаполя, а в 1697 г. стал там же профессором риторики. За 10 лет до смерти был возведен в ранг официального историографа короля неаполитанского. Но его сочинения совершили подлинную революцию в царстве духа. Он открыл новые пути в философии культуры, философии истории, заложил основы сравнительного исследования мифов и психологии народов. Его "Новая наука о природе наций" до сих пор остается источником вдохновения для историков и философов.


Вико соединил культуру с историей; после него стало невозможно рассматривать философию культуры в отрыве от философии истории. Если для греков было характерно абстрактное противопоставление природы и культуры (человеческих установлений - законов, обычаев), то Вико пришел к выводу о том, что человеческие установления - законы, обычаи - сами постепенно изменяют человеческую природу. Например, институт брака научил современного человека удовлетворять свои страсти иначе, чем это делает дикарь, в результате чего природа человека обогатилась новым чувством - любовью, опытом новых эмоциональных состояний. Это чувство порождает другие чувства, например, чувство собственности, которое, в свою очередь, становится основой новых установлений - обычаев, законов, социальных институтов. Все это означало, что культура имеет историю, она не природна и не является точным оттиском божественного "плана", а создана и продолжает создаваться людьми. Поэтому и познание культуры отличается от познания природы - оно есть познание того, что "человек создал сам", а не того, что создано Богом. Этот крайне важный для философии культуры мотив был развит впоследствии философами XIX и XX столетия.


Афоризм Ж.-Ж. Руссо "Человек рожден свободным, а повсюду он в оковах" - ключ к пониманию соотношения природы и культуры, как оно понималось философами Просвещения. Руссо разделил все социальные неравенства на две группы: 1) природные неравенства; 2) неравенства, как он выражался "политического", а мы бы сказали культурного характера. Как писал мыслитель: "Я вижу в человеческом роде два неравенства: одно, которое я называю естественным или физическим, потому что оно установлено природою и состоит в различии возраста, здоровья, телесных сил и умственных или душевных качеств; другое, которое можно назвать неравенством условным или политическим, потому что оно зависит от некоторого рода соглашения и потому что оно устанавливается или, по меньшей мере, утверждается с согласия людей. Это последнее заключается в различных привилегиях, которыми некоторые пользуются за счет других: как то, что они более богаты, более почитаемы, более могущественны, чем другие, или даже заставляют их себе повиноваться" [1].


1 РуссоЖ.-Ж. Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми // Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М., 1969. С. 45.



Жан Жак Руссо родился 28 июля 1718 г. в Женеве, скончался 2 июля 1778 г. в Эрменонвилле под Парижем. Он метеором ворвался в философскую иерархию, написав в 1753 г. парадоксальное сочинение "Рассуждение о происхождении и основах человеческого неравенства", выигравшее приз Дижонской академии. Политические и правовые идеи он реализовывал в проектах конституции Женевской республики, мысли о природе морали, воспитания, пола - в воспитательных романах. Ни один человек до того не обнажал потаенные места собственной души, как Руссо в "Исповеди". Он стал одним из величайших философов Просвещения, идейным вдохновителем Великой французской революции, одним из основоположников демократической философии и политики.


И.Г. Гердер в работе "Идеи к философии истории человечества" [1] первым поставил вопрос об активном приспособлении племен и народов к их естественной среде, рассмотрев культурное творчество как ответ несовершенного и природноущербного человеческого существа на вызовы природы, он же задался вопросом о самопознании через познание других как одной из основных целей философии культуры и эмпирических наук о культуре. Выработанную Гердером программу можно свести к трем главным пунктам:


1) дать как можно более точное описание культур и народов;

2) анализировать разные культуры как альтернативные ответы на требование приспособления человеческой природы к окружающей среде;

3) познавать самих себя, т.е. собственную культуру, через познание других культур.


1 Гердер И.Г. Идеи к философии истории человечества. М., 1977.



В этой программе констатировано единство человечества как единство природы человека, природное в человеке противопоставлено культуре как функции приспособления человеческой природы к различным условиям, в которых живут люди, и, наконец, сделан шаг за пределы собственного, замкнутого мира, в котором в течение многих веков существовало европейское человечество и который был "единственным" миром для подавляющего большинства анализировавших культуру философов. Был совершен и идеологический скачок. "Познание себя через познание других" означало признание равенства себя другим. Для европейцев это было достаточно ново и необычно; это был своего рода философско-мировоззренческий культурный шок для западного человека, выросшего внутри европоцентристского и христианоцентристского мира. Люди внезапно поняли, что их история и культура, их бог и религия, их устройство жизни и социальный порядок, вообще весь их социокультурный мир - лишь один из многих, и отнюдь не безусловно и само собой разумеющийся, и несамоочевидно самый лучший из возможных миров.


Обычно говорят о двух мировоззренческих революциях, отнявших у человека право претендовать на исключительность своего места в мире и статус высшего существа. Первая из них - коперниканская революция, когда на смену геоцентрической системе Птолемея пришла гелиоцентрическая система Коперника, отодвинувшая Землю - место жительства человека - на периферию мира. Вторая - фрейдианская революция, когда в результате открытий Фрейда выяснилось, что человек движим бессознательными инстинктами животного характера, а потому не может претендовать на статус существа, высшего по отношению к прочему тварному миру. Представляется, что в этом последовательном сбрасывании человека с возведенного им самому себе пьедестала была еще одна ступень, которую можно назвать культурфилософской или, может быть, культурологической революцией. Если коперниканс-кая революция отняла у человечества право считать, что оно пребывает в центре мироздания, а фрейдианская - право человека считать себя существом разумным, то антропологическая революция отняла у каждой, и прежде всего у европейской, культуры право считать себя центром и высшей ступенью социокультурного развития.


И еще одно важное последствие имела гердеровская программа. Она повлекла за собой проявления пристального внимания не только к чужим культурам, но и к собственной. Собственный мир утратил ореол исключительности, святости, самоочевидности и открылся как предмет исследования.


Итак, открытие понятия культуры стало возможным тогда, когда были открыты культуры (во множественном числе). Открытие культур сделало культуру как таковую предметом научного изучения.








Культура и природа человека


Именно человеческая природа в ее специфике делает человека культурным существом. Быть культурным существом означает:


а) быть существом недостаточным;

б) быть существом творческим.


Недостаточность, писал Гердер, заключается в том, что человек, лишенный свойственных животному безошибочных инстинктов, - самое беспомощное из всех живых существ. У него нет темного врожденного инстинкта, влекущего его в его собственную стихию, да и самой "его" стихии не существует. Нюх не приводит его к травам, которые необходимы, чтобы побороть болезнь, механический навык не побуждает его строить гнездо... и т.д. Иными словами, из всех живых существ человек - самое неприспособленное к жизни.


Но именно это отсутствие изначальной приспособленности делает его творческим существом. Для того чтобы восполнить собственную недостаточность, отсутствующие способности, человек производит культуру. Культура здесь носит инструментальный характер, оказывается инструментом приспособления к природе и покорения природы. При помощи культуры человек овладевает средой, подчиняет ее себе, ставит на службу, приспосабливает к удовлетворению потребностей.


Если выразить те же самые идеи языком современной антропологии, можно сказать, что человек, в отличие от прочих живых существ, лишен специфических видовых реакций. У животных реакции на стимулы внешней среды формируются по инстинктивным программам, специфичным для каждого вида. Эти программы отсутствуют у человека. Поэтому он как бы вы -падает из природы, снабдившей прочие виды специфическими видовыми программами реагирования на стимулы специфической для видов среды.


Поскольку выживание человека не гарантировано самой природой, оно становится для него практической задачей, а среда и он сам в ней - предметом постоянной рефлексии. Человек оказывается вынужденным анализировать свою среду, выделять те ее элементы, которые необходимы для удовлетворения его инстинктивных потребностей (у животных потребности и средства их удовлетворения изначально скоординированы). Так происходит приписывание значений элементам среды; ориентация на значения делает поведение осмысленным и понимаемым как для самого действующего индивида, так и для наблюдателя.


Именно такое осмысленное поведение и явилось источником культуры, потому что все, что становилось результатом такого осмысленного, ориентированного на значения поведения, само по себе являлось осмысленным и содержало значения, на которые могли ориентироваться уже другие индивиды. Так создавалась "вторая природа", т.е. культурная среда, которая стала специфической видовой средой для вида homo sapiens.


Забегая вперед, отметим, что словосочетание "вторая природа" имеет метафорический характер. Каждый человек рождается в мире уже готовых значений, из которых складываются предметы его культурной среды. Поэтому он рассматривает их как объективные реальности, равные по своему онтологическому статусу реальностям природы. На самом же деле они - смысловые реальности и как таковые обусловлены в своем существовании человеческой активностью и человеческим поведением. Они - культурные реальности, культурные вещи, культурные объекты. Все, чем и в чем человек живет - от мифа до современных технических устройств, от поэзии до основополагающих социальных институтов, - все это культурные реальности, родившиеся из осмысленного социального поведения и имеющие смысл для каждого человеческого существа. Общество в целом также является культурным установлением, ибо оно основано на осмысленном поведении, а не на инстинктивном реагировании, свойственном животному миру.






Культура и цивилизация


Противопоставление культуры и цивилизации возникло в Германии в XVIII - XIX вв. Эта философская конструкция имела вполне очевидные социально-исторические корни. Германия в тот период состояла из множества карликовых феодальных государств и не имела национального политического самосознания, хотя ощущение единства национальной культуры было весьма ярко выражено. Противопоставление культуры и цивилизации стало, таким образом, результатом осмысления германской наукой состояния культурного единства при одновременной политической раздробленности собственной нации [1].


1 Важно заметить, что противопоставление культуры и цивилизации - это целиком немецкая идея, Все, сказанное на эту тему ниже, относится целиком к немецкой науке и философии. Во французской и английской традиции эти понятия взаимозаменяемы и не несут в себе столь глубоких различий.



Немецкий социолог Ф. Теннис в конце XIX столетия сформулировал представление о направлении эволюционирования социальной организации от "общины" (Gemeinschaft) к "обществу" (Gesellschaft). Соответственно имеются два типа социальных отношений: общинные и общественные. Отношения первого рода коренятся в эмоциях, привязанностях, душевной склонности и сохраняют собственную самотождественность как сознательно, в силу следования традиции, так и бессознательно, в силу эмоциональных уз и благодаря объединяющему влиянию общего языка. Это отношения, характерные для таких общностей, как семья, соседство, род, даже этнос или нация. Главное здесь - органичность, конкретность отношений, их укорененность в традиции. Эти отношения и есть отношения в рамках общей культуры.


В основе отношений второго рода, или общественных отношений, лежит рациональный обмен, смена находящихся во владении вещей. Они имеют вещную природу и характеризуются противоположно направленными устремлениями участников. Они, конечно, могут частично основываться и на общинных отношениях, но могут существовать также между разделенными и чуждыми друг другу людьми, даже между врагами. Отношения такого рода имеют целиком рациональную структуру. Их субъектами могут быть не только индивидуумы, но и группы, коллективы, даже сообщества и государства, рассматриваемые как формальные "лица" [1]. Это отношения в рамках цивилизации.


1 См.: Очерки по истории теоретической социологии XX столетия. М., 1994.



Констатировав развитие от "общины" к "обществу", Теннис, таким образом, утверждал, что общественный прогресс происходит в результате утраты культурного компонента отношений, разрыва традиционных связей, непрерывного снижения доли тепла, родственности, взаимной душевной склонности в отношениях людей друг к другу. Их место заступают холодный расчет и рационализм.


Подобные оценки состояния и перспектив развития культуры вели к идеализации отношений типа общинных, необратимо уходящих в прошлое, возникновению концепций культурного пессимизма и так называемой критике культуры, т.е. по существу к критике современности, якобы ведущей к распаду и гибели культуры. Основоположником критики культуры был Ф. Ницше, а вся эта традиция, иногда называемая неоромантической, вела, хотя и косвенным образом, к выводам вполне реакционным, совмещающимся с направлением активно развернувшейся в Германии после первой мировой войны нацистской пропаганды.


О. Шпенглер, опубликовавший в 1919 г. знаменитую книгу "Закат Европы", увидел в цивилизации свидетельство грядущей гибели Запада.


"Гибель Запада... представляет не более и не менее как проблему цивилизации... Цивилизация есть совокупность крайне внешних и крайне искусственных состояний, к которым способны люди, достигшие последних стадий развития. Цивилизация есть завершение. Она следует за культурой, как ставшее за становлением, как смерть за жизнью, как окоченение за развитием, как духовная старость и каменный и окаменяющий мировой город за господством земли и детством души, получившими выражение, например, в дорическом и готическом стилях. Она неотвратимый конец; к ней приходят с глубокой внутренней необходимостью все культуры" [2]. Для Шпенглеpa, как и для Тенниса и многих других, противопоставление культуры и цивилизации - это противопоставление духовной, идеалистической стороны существования - технологической и утилитарно-материалистической. К культуре относится все созданное духом, органичное, творческое, конкретное. К цивилизации - нетворческое, неорганичное, всеобщее.


2 Шпенглер О. Закат Европы. М., 1993. С. 41 - 42.



Уже в наше время Г. Маркузе противопоставил цивилизацию культуре как жесткую и холодную повседневность - вечному празднику, как реальность - утопии. Культура для него - это плоды работы литературы, искусства, музыки, философии, накапливающиеся и пронизывающие всю историю человечества. Духовный труд культуры противостоит материальному труду цивилизации как будний день противостоит выходному, работа - досугу, царство необходимости - царству свободы и природа - духу [1].


1 Marcuse H. Kulturund Gesellschaft. Bd. 1 - 2. Frankfort/Main., 1965.



Парадоксальным образом учение о противостоянии культуры и цивилизации легло в основу обеих существовавших в XX в. версий тоталитарной идеологии. Налицо связь критики культуры с нацистской пропагандой. Ход мысли, ведущий от критики культуры к национализму, расизму, антисемитизму и прочим нацистским "измам", прослеживается довольно отчетливо. Если мы хотим покончить с пагубным влиянием цивилизации, разлагающей человеческие отношения, то мы должны противопоставить безликому и бесчувственному космополитизму эмоциональную близость членов рода, нации, расы ("мы одной крови - ты и я..."), обязаны осудить и уничтожить еврейство как символ торгашества и расчетливости, противопоставить демократии как торжеству рациональной процедуры принцип фюрерства, где горячо любимый фюрер воплощает собой идею нации и народа. Затем последует критика загнивающего Запада, "германская" наука будет противопоставлена "западной" науке, германское искусство, воспевающее романтические ценности семьи, народа, расы, окажется бесконечно выше "вырожденного" абстрактного искусства Запада, вследствие чего последнее будет подлежать презрению и уничтожению: картины и книги - в огне, художники - в концлагерях.


В марксистской традиции тоже можно увидеть элементы критики цивилизации, а именно: торгашеской буржуазной цивилизации, уничтожающей подлинность человеческих отношений. Об этом - весь "Манифест коммунистической партии". В нем же - и решение проблемы. Пролетариат - продукт безжалостной и рациональной технической цивилизации, но его задача - преодолеть эту цивилизацию путем социалистической революции, а затем, "обогатив себя всем культурным богатством, которое накопило человечество", воссоединить цивилизацию и культуру. Это как бы программа возвращения "потерянного рая" культуры на новом витке исторического развития. Г. Маркузе, представитель неомарксистского направления, выражает именно это утопическое представление о скачке из царства необходимости в царство свободы.


Разумеется, сами критики культуры от Ницше и Тенниса до Шпенглера и более поздних вовсе не собирались делать таких радикальных выводов из своих теорий, какие делали нацисты, с одной стороны, и большевики - с другой. Там, где речь идет о практической политике на основе культуркритических идей, мы имеем дело с вульгаризацией философских и культурологических положений.







Культура и культуры


В XX в. внимание философов все больше стало переключаться от рассмотрения культурных констант, т.е. постоянных устойчивых элементов, существующих в более или менее неизменном виде во всех культурах и тем самым дающих возможность говорить о культуре вообще, на многообразие культурного оформления человеком своего существования и на различия, наблюдающиеся в разных культурах. Благодаря этому изменился сам предмет исследования: не культура человечества стала предметом, а конкретные культуры.


Такой подход постепенно привел к отказу от глобально-эволюционистских построений, популярных в XIX - начале XX в. и имевших основания в работах таких философов, социологов, этнологов, как Г. Спенсер, Э. Дюркгейм, Э. Тэйлор, хотя не к отказу от идеи эволюции вообще; последняя стала наблюдаться и улавливаться уже в отдельных культурах. Культурфилософской основой такого рода исследований в эмпирических науках о культуре стали так называемые циклические теории культурного развития. Под культурными циклами при этом понимается определенная последовательность фаз изменения и развития культуры, которые следуют закономерно одна за другой и при этом мыслятся как возвращающиеся и повторяющиеся. Здесь налицо аналогия с человеческой жизнью. Человек проходит детство, юность, зрелость, старость и умирает. То же самое происходит с культурами: каждая культура проходит свой цикл и умирает.


Разные представители циклизма по-разному подходили к определению жизненного субстрата культуры, по-разному описывали фазы ее существования, по-разному классифицировали и распределяли живые и умершие культуры. Русский историк и культуролог Н. Данилевский, изложивший свою теорию в книге "Россия и Европа", впервые изданной в 1871 г., говорил о "культурно-исторических типах", выделяя 10 таких типов: египетский, китайский, ассирийско-вавилоно-финикийский или древнесемитский, индийский, иранский, еврейский, греческий, римский, новосемитский или аравийский, германо-романский или европейский [1]. Каждый их этих культурно-исторических типов, или цивилизаций, переживает собственную историю. Нет общей или универсальной истории человечества; когда мы говорим о древней, средней или новой истории, то имеем в виду только историю Европы. На самом деле каждый из культурно-исторических типов имеет собственную древнюю, среднюю и новую историю. Некоторые из них уже завершили свой цикл, другие живут и развиваются, находясь на разных ступенях развития.


1 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М., 1991. С. 88.



Н. Данилевский сформулировал пять "законов исторического развития", вытекающих из идей циклизма:


1. "Всякое племя или семейство народов, характеризуемое отдельным языком или группой языков, довольно близких между собою, ...составляет самобытный культурно-исторический тип...";

2. "Дабы цивилизация, свойственная самобытному культурно-историческому типу, могла зародиться и развиваться, необходимо, чтобы народы, к нему принадлежащие, пользовались политической независимостью";

3. "Начала цивилизации одного культурно-исторического типа не передаются народам другого типа. Каждый тип вырабатывает ее для себя при большем или меньшем влиянии чуждых... цивилизаций";

4. "Цивилизация, свойственная каждому культурно-историческому типу, тогда только достигает полноты, разнообразия и богатства, когда разнообразны этнографические элементы, его составляющие...";

5. "Ход развития культурно-исторических типов всего ближе уподобляется тем многолетним одноплодным растениям, у которых период роста бывает неопределенно-продолжителен, но период цветения и плодоношения - относительно короток и истощает раз навсегда их жизненную силу" [1].


1 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М., 1991. С. 91 - 92.



Данилевский стал родоначальником циклических теорий в современной историографии и науке о культуре. За ним следовали уже упоминавшийся О. Шпенглер, А. Тойнби, П. Сорокин, наш соотечественник и современник Л.Н. Гумилев. Общим для них всех и многих других неназванных представителей циклического взгляда было представление об "исторических индивидуальностях", каковыми являются все культурные целостности, и наличии жизненного цикла у каждой из этих целостно-стей (для Шпенглера, как мы помним, этот цикл состоял в развитии от культуры к цивилизации; последняя свидетельствовала об умирании культурной целостности).








Культура и модернизация


В XX в. особенно популярными стали теории модернизации. В большинстве своем теории модернизации сохранили главные черты эволюционистских построений XIX в., в частности марксистских.


Основными категориями, в которых анализируется социальное и культурное изменение в рамках теории модернизации, являются категории "современный" и "традиционный". Знаменитый политолог С. Хантингтон писал, что еще в начале семидесятых годов все прочие категории: демократия, олигархия и диктатура, либерализм и консерватизм, тоталитаризм и конституционализм, социализм, коммунизм и капитализм, национализм и интернационализм, - все ушли на задний план теоретического мышления [2].


2 Huntington S. The change to change // Comparative politics in the post-behavioral era. Colorado: Lynne Rienner, 1988. P. 357.



Итак, мост из "отсталости" в "современность" лежит через модернизацию. С. Хантингтон называет девять главных характеристик модернизации, которые он обнаруживает в явном или скрытом виде практически у всех авторов в этой области [3].


3 Huntington S. Change to change. P. 360 - 363.



1) Модернизация - революционный процесс, ибо он предполагает кардинальный характер изменений, радикальную и тотальную смену всех институтов, систем, структур общества и человеческой жизни;

2) Модернизация - комплексный процесс, ибо он не сводим к какому-то одному аспекту, одной стороне, одному изменению общественной жизни. Она захватывает общество целиком;

3) Модернизация - системный процесс, потому что изменения одного фактора, одного фрагмента системы побуждают и определяют изменения в других факторах и фрагментах; в результате происходит целостный системный переворот;

4) Модернизация - глобальный процесс. Зародившись когда-то в Европе, она приобретает ныне глобальный размах. Все страны были когда-то традиционными, все страны ныне либо стали современными, либо состоят в процессе движения к этому состоянию;

5) Модернизация - протяженный процесс. Хотя она революционна по масштабам изменений, но не делается в одночасье. Темпы изменений сейчас увеличиваются, но все равно модернизация требует времени;

6) Модернизация - ступенчатый процесс. Все общества, модернизируясь, должны пройти одни и те же стадии. Сколько каждому обществу осталось идти, зависит от того, на какой стадии оно находится, когда начинает модернизационный процесс;

7) Модернизация - гомогенизирующий процесс. Традиционных обществ много, и все они разные; говорят, что у них одно общее - то, что они не современные. Современные же общества в основных своих структурах и проявлениях одинаковы;

8) Модернизация - необратимый процесс. Могут быть задержки на этом пути, частичные отступления, снижение темпов и т.п. Все это частности; главное же в том, что начавшись, модернизация не может не завершиться успехом;

9) Модернизация - прогрессивный процесс. Хотя на пути может быть много зла и страданий, в конечном счете все окупится, потому что в модернизированном современном обществе неизмеримо выше культурное и материальное благополучие человека.






Культура и современный мир


Помимо теоретических рассуждений есть еще и окружающая повседневная реальность, присмотревшись к которой, замечаешь, насколько "окультурилась", наполнилась культурными содержаниями наша жизнь. У нас как бы исчезла наивная вера в объективность и предопределенность общественных процессов. Изменилась роль культуры в обществе, и при этом изменилось само понимание культуры. Она уже не столько пассивное отражение, пассивный слепок с реальных процессов поведения, сколько их активная "форма". "Кодируя", "драматизируя" свое поведение, соотнося его с мифом и архетипом, индивиды сознательно используют культуру для организации и нормализации собственной деятельности. Поэтому сейчас было бы глупо ссылаться на популярные несколько десятилетий назад представления о "культурном лаге", отставании культурного осмысления от реальных общественных процессов; наоборот, культура оказывается логически и фактически впереди того, что происходит "в реальности". Как заостренно сформулировал один немецкий ученый: "Там, где раньше было "общество"... стала "культура"" [1]. Попытки концептуально выразить эту новую культурную ситуацию неизбежно приводят исследователей к понятию постмодерна.


1 BerkingH. Kultur-Soziologie: Mode und Methode // Berking H., Faber R. (Hg.) Kultursoziologie - Symptom des Zeitgeistes. Wuerzburg: Koenigshausen & Neumann, 1989. S. 19.



Термин "постмодернизм" возник в 30-е годы в контексте художественной критики, а слово "постмодерн" впервые употребил в 1947 г. знаменитый историк А. Тойнби для обозначения нового периода в развитии западной цивилизации [2]. Не углубляясь в философские, искусствоведческие и культурологические интерпретации постмодерна, остановимся на проявлениях постмодерна применительно к общим принципам постижения и организации жизни.


2 Hassan I. The culture of postmodernism // Theory, Culture & Society, 2/3, 1985.



Прежде всего, это распад "метаповествований", характерных для эпохи модерна, т.е. распад грандиозных идеальных целостностей, во взаимодействии которых и складывался модернизм. Это наука, религия, гуманизм, философия, социализм и так далее, т.е. идейные образования, претендовавшие на полную и исчерпывающую интерпретацию мира, или, по крайней мере, открывающие перспективу создания тотального мировоззрения. Самое важное здесь, пожалуй, - отказ от метаистории (универсальной исторической концепции), выстраивающей всю историю в одну стройную и последовательную схему. В этом смысле критика эволюционизма, как раз и представляющего собой такую универсальную объяснительную схему, и возникновение плюралистической парадигмы в науках о культуре и стало проявлением антимодернистской реакции и предвестием постмодерна.


Далее, это отказ от попыток расколдовывания мира. Расколдовыванием мира М. Вебер называл процесс рационализации мира и человеческой жизни, освобождения их от магии, религии и всяческих других предрассудков. Мир становится "прозрачным", доступным рациональному познанию и манипулируемым путем рационально организованной деятельности. Это расколдовывание началось с философии Просвещения и ознаменовало собой культурно-историческую эпоху модерна. И вот постмодерн кладет конец этой тенденции. Явился ли этот отказ вынужденным или добровольным - другое дело. То, что оказалось тупиком для модерна (возникла, по выражению Ю. Хабермаса, "новая непрозрачность"), стало выходом для постмодерна. Невероятная усложненность семантических, технологических и социальных систем, утрата ими в процессе их развития основополагающих организационных основ, смешение разнообразных принципов и стилей в рамках одной и той же системы как результат ее развития - все это просто исключило возможность рационального познания многих систем, возникших в результате человеческой деятельности. Кроме того, тенденция многих систем и групп к закрытости, сознательно культивируемая эзотеричность означают просто нежелание расколдовываться, т.е. сознательный вызов духу модерна. Сюда же можно отнести расцвет и приумножение иррационалистичес-ких движений, сект, кругов именно в конце XX столетия.



Меняется и содержание культуры. Казавшаяся когда-то прочной культурная иерархия исчезает. Скорее, бывшая "высокая культура" обретает субкультурный статус. Культура дифференцируется на мало зависимые, или вовсе независимые друг от друга культурные стили, формы и образы жизни. Культурная индустрия, которая раньше рассматривалась как производительница непрестижной и "дешевой" массовой культуры, оказывается приобретающей новую, не присущую ей ранее функцию, - функцию производителя и распространителя не просто "легкой музыки" и "эстрадных песенок", а жизненных форм и жизненных стилей. В этой же функции к ней присоединяются масс-медиа.


Неоднократно отмечался гигантский рост в последние десятилетия масштабов шоу-бизнеса, оборот которого на Западе сравним с крупными отраслями промышленности. Такой же или сравнимый рост мы наблюдаем сегодня в России, только он происходит на фоне промышленного спада. Это означает, что едва ли не единственной по-настоящему процветающей производственной отраслью является у нас производство жизненных форм и стилей, причем производимые "модели" меняются здесь безостановочно вместе со сменой поп- и рок-идолов, рэпа, рейва и прочих поп- и рок-стилей.


Постмодерн - это и жизнь, и философия. Выше показано, как практика жизни становится "постмодернистской". Теоретические основы постмодернизма как своеобразной философии культуры заложены в философии французского постструктурализма - у М. Фуко, затем - Лиотара, Бодрийара и других.







Есть ли столбовая дорога в философии культуры?


Независимо от того, подходить ли к культуре критически или позитивно, надо усвоить основной урок развития как философии культуры, так и всех прочих наук, изучающих культуру, - социологии культуры, этнологии, культурной антропологии и других. Этот урок - релятивизм. Сквозная линия в философии культуры тянется от софистов через Вико, затем Дильтея, Кассирера, Витгенштейна и других ученых до наших дней - до постструктуралистов, деконструктивистов, постмодернистов. Разумеется, есть и другая линия в понимании культуры, которую можно назвать натуралистической и в рамках которой культура с точки зрения ее происхождения и возможностей познания, рассматривается как продолжение природы, как область, лишенная самодетерминации и детерминируемая либо естественными процессами, либо божественной волей. Одним из первых таких "натуралистов" был Платон, затем - томисты, затем К. Маркс, трактовавший культуру как "надстройку" в системе общества как "естественно-исторического процесса" (хотя в марксизме есть и типично культур-философские, релятивистские мотивы). В нынешней философии натуралистический подход к культуре представлен и теориями модернизации, и натуралистическим культуризмом американских ученых X. Матураны и Ф. Варелы и их последователей, основавших свое видение культуры как развития и продолжения природных процессов на новейших достижениях молекулярной биологии, химии, теории информации [1].


1 См: Metodischer Kulturalismus. Zwischen Naturalismus und Postmoderne. Hrsg. von D. Hartmann und P. Jantsch. Frankfurt/Main, 1996.



Бессмысленно, конечно, говорить, что одна, мол, линия (скажем, натуралистическая, или, наоборот, релятивистская) правильная, а другая - ложная. Очевидно, они будут существовать всегда, взаимно обогащая и дополняя друг друга, создавая вместе полный и всесторонний образ человеческой культуры.


Стоит, однако, отметить парадоксальную закономерность, проявляющуюся в философии культуры едва ли не с самого ее возникновения. Она состоит в том, что исследователь, обратившийся к изучению культуры, занимает, как правило, релятивистскую позицию, а тот, кто хочет основать свою практическую работу на определенном видении культуры (в области культурной политики, модернизации, просто в политической области, например, в области пропаганды всеобщих прав человека), становится на позиции натурализма. Это можно наблюдать и у Платона, и у Маркса, и у современных модернизаторов и борцов за универсальные права человека. Парадокс этот можно выразить еще и так: чем больше философии культуры, тем меньше оснований для культурной работы, и наоборот. Получается все же, что столбовая дорога философии культуры - это релятивистская философия, дающая очень мало или совсем не дающая оснований для "культуртрегерской" деятельности. Там же, где философия культуры делает попытку воплотиться в социальную практику, культура неизбежно редуцируется до "надстройки", "эпифеномена", некоего необязательного дополнения к грандиозному природному целому жизни.


В конце концов ничего удивительного в этом нет: именно человеческие цели и задачи определяют образ мира, в котором они и будут реализовываться. Как таковая, натуралистическая интерпретация культуры только подтверждает относительность, релятивность культурных образов мира.






Для дополнительного чтения


Библер В. С. От наукоучения - к логике культуры: два философских введения в XXI век. М., 1990.

Губман Б.Л. Западная философия культуры XX века. Тверь, 1997.

Гуревич П.С. Философия культуры. М., 1993.

Ильенков Э.В. Философия и культура. М., 1991.

Ионин Л.Г. Социология культуры. М., 1996.

Каган М.С. Философия культуры: становление и развитие. СПб., 1995.

Культура в свете философии. Тбилиси, 1979.

Культурология сегодня: Основы, проблемы, перспективы. М., 1993.

Межуев В.М. Проблемы философии культуры. М., 1984.

Сильвестров В.В. Философское обоснование теории и истории культуры. М., 1990.

Философия культуры. Самара, 1993.

Философия культуры: Философское понимание культуры. М., 1993.




ТЕМА 4.3. Социальное прогнозирование. Глобальные проблемы современности


1. Понятие социального прогнозирования.

2. Глобальные проблемы современности и пути их решения.

3. Перспективы социального развития.


При рассмотрении первого вопроса «Понятие социального прогнозирования» следует обратить внимание на то, что проблема прогнозирования связана с изучением законов материального мира и с применением этих знаний на практике.

Получение социальных прогнозов в различных сферах общества очень важно. Для понимания сущности этих прогнозов необходимо выяснить содержания таких понятий, как “предвидение”, “предсказание”, “прогнозирование”, “прошлое”, “настоящее”, “будущее”.

В таких понятиях как “предвидение, предсказание”, “прогнозирование” зафиксирована способность видеть существенное в процессах и явлениях до того, как это обнаружено в опыте, на практике, способность познающего субъекта к опережающему отражению действительности (в социальном предвидении - познание будущего). Прогноз означает предсказание, предположение, прогностическую модель, представляющую собой научно-обоснованное суждение о возможном состоянии объекта в будущем и об альтернативных путях и сроках их достижения.

Социальные прогнозы представляют собой разработки, параллельные планированию, программированию, проектированию, управлению социальными процессами. Их цель заключается в повышении эффективности планов, программ, проектов, решений.

Прогнозирование разделяется на следующие виды:

1) поисковое, т.е. определяющее наиболее вероятное состояние процесса в будущем на базе выявленных тенденций;

2) нормативное, т.е. определяющее оптимальное, желательное состояние на базе определенных социальных идеалов, потребностей, норм;

3) комплексное, т.е. содержащее элементы поискового и нормативного прогнозирования;

4) системный прогноз, т.е. системное представление об объекте прогнозирования;

5) интервальный прогноз, т.е. характеристика объекта прогнозирования в виде определенного интервала.

Существуют и другие виды прогнозов, например, оперативный, краткосрочный, среднесрочный, долгосрочный, общегосударственный, глобальный.

Исторически сложились следующие типы мировоззренческих подходов к проблеме будущего явлений и процессов: религиозный, утопический и философский.

Религиозный подход основан на вере в то, что будущее определяется сверхъестественными силами, что будущее можно познать путем гадания или божественного откровения и, что на будущее можно влиять, обращаясь к сверхъестественным силам.

Утопический подход отрицает настоящее, абсолютизирует будущее. Несправедливому и «неразумному» настоящему устройству общества утописты противопоставляют, детально расписанные, созданные силой их воображения, порядки справедливого будущего.

Философский подход основан на предвидении будущего как следующей стадии развития природы и общества в рамках познания общих закономерностей этого развития.

Обращаясь к сущности социального прогнозирования следует сказать о его методах. Метод анкетирования. Он позволяет с помощью анкет выявить необходимую информацию и использовать ее в выработке прогноза. Метод экстраполирования основан на распространении выводов, полученных из наблюдения над одной частью явления на другие его части. Моделирование - позволяет с помощью модели сделать прогноз будущего состояния объекта.

Изучая второй вопрос “Глобальные проблемы современности и пути их решения”, следует обратить внимание на то, что указанные проблемы являются проблемами общечеловеческого масштаба.

Глобальные проблемы - это проблемы, которые охватывают весь мир и представляют угрозу для существования цивилизации. Решить их силами одного государства или даже группы государств нельзя. Здесь необходимо мировое сотрудничество на основе полного равноправия, уважения, суверенитета каждого участника, выполнения принятых обязательств, норм международного права.

Ученые сгруппировали глобальные проблемы в три основные группы. К первой группе относятся: проблемы мира, войны, разоружения, выживания. Вторая группа - это проблемы использования достижений научно-технического прогресса, демографические, развития образования, здравоохранения, культуры. Третья группа - это проблемы, связанные с природными ресурсами, энергией, продовольствием, экологией.

Система глобальных проблем носит конкретно-исторический характер. Их обострение может вызвать кризис цивилизации. Сегодня как никогда создалась возможность тотального уничтожения цивилизации, необратимого нарушения механизмов биосферных процессов Земли и околоземного пространства. Человечество не может больше полагаться на процесс неупорядоченной стихийности в эволюции миропорядка. Современному миру нужна устойчивость, демократия, цивилизованность, ненасильственность, создающие условия человеческого выживания.

При рассмотрении третьего вопроса “Перспективы социального развития” следует исходить из того, что решение глобальных проблем требует нового подхода к пониманию взаимодействия государств и общественных движений.

Социальный прогресс - это непрерывное поступательное развитие общества, в котором достигаются новые, более высокие рубежи, уровни и лучшие качественные его состояния.

Важной особенностью социального прогресса является его необратимый характер. Научное предвидение позволяет на основе знаний определенных закономерностей и тенденций исторического развития находить практические средства для решения социальных проблем. Второй особенностью социального прогресса является возрастание его темпов, динамики, стремительности поступательного развития. Для него характерны так же: насыщенность переменами и интенсивность научных открытий, технических изобретений, международного обмена в сфере науки и культуры.

Ссылаясь на ограниченность природных ресурсов, исследователи сегодня говорят о пределах социального прогресса. Однако история свидетельствует о том, что наличие “определенных” пределов роста социального прогресса скорее может послужить стимулом обществен-ного развития, нежели тормозом, ибо будущие поколения, как это было и в прошлом, найдут выход из трудностей.

Интеллектуальный прогресс человечества поможет разумно распорядиться знаниями и найти выход из тупиков и кризисов. Человек усилит свою мощь, как в прошлом письменностью и книгопечатанием, теперь - компьютерами, в будущем - новыми изобретениями и нововведениями. Социальному прогрессу не грозит исчерпание интеллектуальных способностей человека и в этом весь смысл.

Практика подтверждает, что ведущими тенденциями социального прогресса является возрастание свободы человека, рост гуманистических ценностей, согласование личных и общественных интересов, консолидация демократических сил в борьбе за мир, интернационализация общественных отношений, стремление к справедливости, равенству, к гармонии отношений человека с природой.

Социальный прогресс не застрахован от зигзагов и попятных движений, однако научное предвидение и сознательная деятельность людей помогают выправить искривления на пути социального прогресса.

На пути социального прогресса сегодня стали глобальные проблемы. Мир встал перед выбором - погибнуть или выжить. Никогда в прошлом исторический выбор не был таким ясным и однозначным. Ныне живущие поколения должны найти выход не в трагическом эпилоге, а вдохновляющем прологе общечеловеческой солидарности.

Гуманистическая миссия социального прогресса обеспечить реальный поступательный процесс развития человечества в соответствии с объективными закономерностями и тенденциями.

* * *

В справочной литературе по данной теме смотрите статьи:

Новая философская энциклопедия. В 4-х т. - М., 2001. Ст.:

«Глобалистика», «Глобализм», «Прогноз», «Прогресс».































1Аристотель. Метафизика // Соч.: В 4 т.- М., 1975.-Т.1.-С.69.

2Гегель Г.В.Ф. Лекции по истории философии // Введение в философию: Хрестоматия. Ч.1., Уфа 2009. С.8-9.

3Ильин И.А. Философия Гегеля как учение о конкретности бога и человека // Собрание сочинений. Т 2. М.: Русская книга. 2002. С.271.

4Голубинский Ф.А. Лекции по философии, умозрительному богословию, умозрительной психологии. С.-Петербург, 2006. С.19-20.

5 Хайдеггер М. Проселок // Работы и размышления разных лет. – М.: Гнозис, 1993. – С.241.


6Бердяев Н.А. Самопознание.- М.: Мир книги.- 2006.- С.109-111.

7 Словарь философских терминов. – М.:Инфра-М, 2007. С.347



8Гераклит Эфесский. О природе // Перевезенцев С.В. Практикум по истории западноевропейской философии. – М. 1997. С.40-41.

9 Изречения Пифагора // Фрагменты ранних греческих философов. Ч.1.- М., 1989. С. 147

Курс лекций по дисциплине: "Основы философии"
  • Обществознание
Описание:

                 Данное пособие адресовано студентам очной и очно-заочной формы обучения с целью более качественного и всестороннего ознакомления с основными философскими понятиями. Сжатость и простота изложения помогут студентам лучше усвоить учебный курс философии. Учебное пособие снабжено планом и тематикой семинарских занятий, а также вопросами для проведения экзамена и написания контрольной работы.

                 Понимание философии поможет студентам лучше усваивать другие общеобразовательные предметы.


Автор Гнатюк Марина Владимировна
Дата добавления 20.11.2014
Раздел Обществознание
Подраздел Другое
Просмотров 975
Номер материала 4014
Скачать свидетельство о публикации

Оставьте свой комментарий:

Введите символы, которые изображены на картинке:

Получить новый код
* Обязательные для заполнения.


Комментарии:

↓ Показать еще коментарии ↓