Главная / Классному руководителю / Исследовательская работа "Деятельность партизан в Торбеевском лесу в годы ВОв"

Исследовательская работа "Деятельность партизан в Торбеевском лесу в годы ВОв"

МКОУ «Высоковская СОШ»










Краеведческое исследование


«Деятельность партизанских формирований


в Торбеевском лесу


в годы Великой Отечественной войны»





Выполнила Васильева Мария,

обучающаяся 10 класса,

МКОУ «Высоковская СОШ»


Руководитель:

Яковская Светлана Анатольевна


















2014 год

Введение


Есть на Смоленской земле неприметные на первый взгляд места, которые до сих пор хранят тайны героических и трагических событий Великой Отечественной войны. Одно из них – Торбеевский лес. Его еще называли Курцевским. Этот неухоженный, местами заболоченный лес во время Великой Отечественной войны привлекал внимание разведчиков и диверсионных групп своей близостью к Сычевскому большаку и железной дороге Вязьма – Ржев, имевший в 1942 году особо важное значение для войск противника, стремившегося удержать Ржевско-Вяземский плацдарм.

Особенностью партизанского движения в Смоленской области было довольно широкое участие в нем военнослужащих. В большинстве отрядов сложилось удачное сочетание между местными патриотами и военнослужащими, так называемыми окруженцами. Первые прекрасно знали местность, каждую дорожку и стежку, имели тесную связь с населением. Вторые хорошо знали военное дело, владели всеми видами оружия, умели организовать разведки.

Сведений о действиях партизан, дошедших до наших дней, немного. Поэтому есть необходимость в обобщении имеющейся информации о партизанском движении в годы Великой Отечественной войны в Торбеевском лесу.


Цель исследования:

изучить деятельность партизанских формирований на территории Торбеевского леса в годы Великой Отечественной войны.

Задачи:

1. выяснить, какие партизанские формирования действовали в Торбеевском лесу

2. изучить хронологию действий партизанских отрядов

3. получить сведения о деятельности партизан

4.обобщить полученную информацию для пополнения школьного краеведческого музея.



Источники:

  1. 2. Материалы газеты «Сельские зори» за январь-февраль 1983 года.

  2. «Им светили звёзды, рассказ о молодых патриотах, сражавшихся в тылу врага» А.П. Виноградов, А.А. Игнатова.

  3. Материалы школьного краеведческого музея МКОУ «Высоковская СОШ»

  4. Фотоматериалы походов по родному краю

  5. Материалы Интернет

Организация партизанских формирований в 1942 году


Советские люди в борьбе с врагом проявляли мужество и отвагу не только на фронте, но и в тылу. Угроза физической расправы не останавливала людей, сражающихся за свою Родину, на территории, подвергшейся оккупации, нелегально действовали партизанские отряды.

За годы войны было сформировано и действовало более 6 тысяч таких отрядов, более 1 миллиона человек сражались в них. В партизанских отрядах действовали люди различных национальностей СССР, а также других стран. В 1942 году для координации действий партизан был создан Центральный штаб партизанского движения, руководил которым П. К. Пономаренко. За годы войны советскими партизанами были уничтожены, ранены и взяты в плен более 1 миллиона солдат и офицеров противника, а также оккупационной администрации. Партизаны вывели из строя более 4 тысяч танков и бронемашин, 1100 самолётов и 65 тысяч автомашин. Партизанами были повреждены и разрушены 1600 железнодорожных мостов и пущено под откос более 20 тысяч железнодорожных эшелонов противника.

Нынешняя территория Новодугинского района была оккупирована захватчиками 6-10 октября 1941 гола, и почти сразу в крупных лесных массивах стали создаваться партизанские отряды для борьбы с врагом.

Еще перед оккупацией Смоленским обкомом партии и районными комитетами была проведена большая подготовительная работа по организации на будущих оккупированных территориях складов вооружения, боеприпасов и продовольствия для функционирования партизанских групп и соединений. В сегодняшних границах Новодугинского района после отступления советских войск действовали два подпольных райкома ВКП(б): Андреевский – с октября 1941 года по март 1943 года, Новодугинский – с октября по ноябрь 1941 года, с августа 1942 гола по март 1943 года. Они осуществляли подбор членов партизанских отрядов и групп. Координировали их деятельность, разрабатывали планы боевых операций и агитационных мероприятий.

Постепенно из военнопленных, отпущенных немцами и осевших в деревнях, и окруженцев стали формироваться партизанские группы. В отряды вступали и гражданские из местных жителей.

Чтобы подчинить боевую деятельность партизан оперативным замыслам командования фронта и координировать их действия, в апреле 1942 года при разведотделе штаба Западного фронта было создано отделение по руководству партизанским движением. Возглавлял его подполковник А. А. Прохоров. Отделение планировало для руководства партизанскими силами создать десять оперативных центров во главе с опытными командирами, обеспечить с ними постоянную связь, снабдив оперативные центры рациями, и через них осуществлять взаимодействия партизанских формирований и войсковых соединений. С этой целью были подобраны командиры, имевшие боевой опыт, организована их специальная подготовка, и в середине мая 1942 года оперативные группы, в составе пяти — семи человек каждая, отправились в тыл врага.


18 мая из Москвы в местечко юго-западнее города Торопца прибыли три такие группы командиров. Группа майора И. Ф. Садчикова должна была перейти линию фронта и направиться в район города Витебска, группа майора Н. Н. Боброва — в район г. Ярцева. Группе капитана В. Ф. Артеменко было приказано перейти линию фронта на участке обороны 11-го кавалерийского корпуса, выйти в тыл противника под Вязьму, связаться с партийным подпольем Андреевского, Сычевского, Новодугинского и Вяземского районов, собрать небольшие партизанские группы и отдельных патриотов в партизанские отряды, оказать отрядам помощь в освоении средств и методов борьбы в тылу врага, установить связь со штабом Западного фронта и направлять деятельность созданных партизанских отрядов в соответствии с задачами, поставленными командованием фронта.

Группа Артеменко — это он сам, старшие лейтенанты В. Г. Сафонов, И. С. Богданов, А. С. Степанов и старший, политрук А. П. Крохин — пять командиров, пять коммунистов, совсем молодых, но успевших хлебнуть всего, что выпало на долю солдата за первые десять месяцев войны.

Василий Федорович Артеменко родился в 1916 году в деревне Зимницы Починковского района Смоленской области. Трудовая биография его началась в Донбассе — работал электромонтером на шахте «София» в городе Макеевке, оттуда в 1937-м ушел в Красную Армию. Окончил училище пограничных войск. С июля 1941 года на фронте. 174-я стрелковая дивизия, в которой он воевал, отступала с тяжелыми боями почти до г. Калинина, под Калинином, на берегах неприметной, реки Тьмы, бойцы дивизии, зарывшись в землю, сначала остановили рвавшиеся к. Москве полки 6-й пехотной дивизии врага, а затем перешли в наступление. Артеменко командовал взводом, потом ротой, батальоном. В бою западнее г. Ржева был тяжело ранен. После выздоровления его вызвали и отдел кадров Западного фронта и предложили возглавить оперативную группу, которой предстояло работать в тылу врага.

Старший лейтенант Василий Гурьевич Сафонов родился в Татарской АССР. Война застала лейтенанта Сафонова в лагерях под городом Белёвом, отсюда начался его боевой путь. Отличился в боях под Тулой у Косой Горы,там получил свой первый орден и первое ранение. После выздоровления был назначен помощником начальника штаба 444-го стрелкового полка 108-й дивизии. 10 февраля в бою за село Ощепково, в двадцати пяти километрах юго-восточнее города Гжатска, он поднял и повел в атаку батальон, заменив раненого комбата, и был ранен еще раз. А теперь вот идет в тыл врага.

Старший лейтенант Иван Семенович Богданов воевать начал недалеко от родных мест (родился и рос он в Тунгуде Карельской АССР). Памятной зимой 1940 года молодой командир разведроты И. С. Богданов водил в тыл врага разведчиков 786-го стрелкового полка на одном из участков финского фронта, с января 1942-го он командовал отдельной разведротой, 6 марта был ранен под Сухиничами и попал в госпиталь.

18 мая Артеменко и его друзья приступили к выполнению задания. От Торопца до Вязьмы около двухсот километров. Идти пришлось пешком. Но беспокоило и озадачивало их не расстояние и не пеший, привычный на войне, способ передвижения, а плохая осведомленность о положении дел в районе Вязьмы, где им предстояло действовать.

Вязьма не просто старый, полуразрушенный захватчиками город, сейчас — это центр обороны противника на выступе, прифронтовой, узел железных и шоссейных дорог. Через Вязьму гитлеровское командование держит связь со своими войсками, окопавшимися под Белым, Ржевом, Гжатском и западнее Юхнова. В Вязьму по железной дороге и автомагистрали идет поток военных грузов, и именно здесь он растекается по разным направлениям, по разным путям на север — по железной дороге к Ржеву; на восток — по железной дороге и магистрали в Гжатск; на юго-восток— по железной дороге в Темкино, по большаку к фронту под Юхновом; на юг, по железной дороге...По этой причине в районе Вязьмы сосредоточено много вражеских войск. В городе запеленгованы радиостанции штабов пехотных и танковых соединений, тыловых частей 9-й полевой армии, здесь же расположилось отделение СД, много охранных войск, полиция. На линейных станциях и в селах района размещаются многочисленные гарнизоны тыловых войск, подразделения частей, отведенных с фронта на отдых и переформирование, отряды тюлевой жандармерии и полиции.

Такое обилие войск противника само по себе уже создает огромные трудности и массу опасностей для тех, кто осмелится зажечь пламя партизанской борьбы на этом выступе, превращенном врагами в обширный и укрепленный со всех сторон плацдарм. Но существовало и еще одно обстоятельство, осложнявшее положение группы Артеменко,— у Большой земли не было связи с этим районом. Артеменко и его товарищи шли в тыл врага, не получив никаких сведений о деятельности партизан под Вязьмой, не имея ни одной явки. Им было известно, что Смоленский областной комитет партии направил в тыл врага (руководителей Вяземского района и группу коммунистов под руководством второго секретаря Новодугинского райкома партии П. К. Кузьмина), но, где сейчас находятся вяземские и новодугинские товарищи, Артеменко не знал. Он решил прежде всего разыскать штаб 39-й армии, предполагая, что армейские разведчики имеют сведения не только о противнике, но и о партизанах этого края.

22 мая оперативная группа Артеменко переправилась через реку Межу, прошла вдоль переднего "края севернее и северо-восточнее города Белого, превращенного гитлеровцами в опорный пункт обороны на этом участке фронта, и оказалась в лесу, у того самого перешейка, что соединял части 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса с основными силами Калининского фронта.

Штаб армии нашли без затруднений. В штабе выяснили, что Сычевский и Андреевский райкомы партии вышли на территорию, освобожденную советскими войсками.

Сычевский райком разместился в Починке, небольшом лесном поселке у истоков реки Днепреца, а Андреевский — в деревне Леуздове. Ни армейские разведчики, ни секретари Андреевского и Сычевского райкомов партии не располагали сведениями о положении дел в районах Вязьмы и Новодугино.

Артеменко решил с помощью Андреевского райкома партии и райкома комсомола сформировать небольшой отряд из жителей деревень, освобожденных советскими войсками. Добровольцев было много. Отобрали тридцать человек. Учили их ориентироваться по карте и без карты, владеть отечественным и трофейным оружием, маскироваться, вести разведку, ставить мины и закладывать фугасы. Занятия вели в лесу, за деревней Ашурково. Военная наука давалась нелегко. А время торопило.


Партизаны в Торбеевском лесу


На совещании командиров договорились, что первым перейдет линию фронта старший лейтенант И. С. Богданов с небольшой группой разведчиков. Он выйдет в лес западнее деревни Курцево Новодугинского района (километров 70—75 от Ашуркова), проведет разведку в населенных пунктах вокруг села Торбеева, расположенного на большаке Вязьма — Сычевка, найдет скрытое место для небольшой на первый случай базы отряда, установит места явок и направит оттуда в Ашурково связного с донесением о результатах разведки.

В мае 1942 года в Торбеевском лесу работала группа разведки 5-ой армии. Разведчики вели наблюдение за передвижением противника по большаку и железной дороге: считали машины, вагоны, записывали количество грузов, их назначение, выявляли численность немецких гарнизонов вблизи этих дорог, результаты наблюдений доносили ежедневно в штаб армии. В июне деятельность разведгруппы прекратилась, и судьба ее для нас осталась неизвестной.


В первую же ночь Богданов установил связь с подпольной группой д. Екатеринки, в которую входили будущие партизаны Владимир Гущо, Константин Нилов, Дмитрий Нилов, Д.Я. Бердышев, Саша и Тоня Кудлатовы. В лесу, за железной дорогой у д. Иванчищево Богданов обнаружил небольшую группу бойцов и командиров, старшим среди них был 22-летний лейтенант И.Т. Суетнов.

В лесу поставили шалаши, разбили временный, до прихода Артеменко, лагерь. Вот у этих шалашей произошла первая трагедия Торбеевского леса. 26 июня мужчины ушли в разведку и засаду. В лагере оставались Д.Я, Бердышев и женщины – Зоя Полищук, Полина Кудряшева, Надя Бирюкова, Тоня Кудлатова и разведчица, которую называли тетей Катей. Неожиданно лагерь окружили немецкие солдаты. Бердышеву удалось скрыться. Женщин каратели схватили и отправили в город Сычевку. Дорогой у Тони Кудлатовой начались роды, поэтому ее отправили в больницу, откуда она бежала с только что народившейся дочерью. Девушек и разведчицу Богданову (тетю Катю) гитлеровцы казнили.

2 июля 1942 года в Торбевский лес пришел Артеменко. У оперативной группы не было материальной базы, начинали с нуля: налаживали связи с окруженцами, укрывшимися от плена в деревнях, с населением, разыскивали оружие, уточняли обстановку в районе.

В начале июля немецкое командование начало операцию по ликвидации плацдарма наших войск. Частям 39 армии и 11-го кавкорпуса пришлось с большими потерями пробиваться из окружения. Чтобы разобраться в новой обстановке и помочь андреевским товарищам в те лихие дни к ним отправился комиссар оперативной группы А.П. Крохин. С ним ушли из Торбеевского леса несколько партизан, в том числе Ф.А. Андреев.

В Торбееве, Александрино, Санниках, Васютниках и других деревнях вдоль большака располагались крупные подразделения оккупантов. Общение с жителями этих деревень шло только по линии разведки во избежание карательных акций со стороны немцев.

В середине июля в Торбеевском лесу под командованием оперативной группы собралось 65 бойцов. Из них образовался отряд «За Родину». Однако создавать постоянную базу здесь не стали, потому что близость многочисленных гарнизонов врага мешали материально обеспечить растущий отряд. К тому же каратели могли блокировать Торбеевский лес. Артеменко принимает решение перевести отряд в Вяземский район.

В Торбеевском лесу была оставлена группа лейтенанта Суетнова с целью вести наблюдение за передвижением противника, действовать методом диверсии на большаке и железной дороге.


Партизанский отряд «Реванш»


Капитан Артеменко, как полномочный представитель штаба фронта, утвердил уже сложившийся командный состав отряда: командир — И. Т. Суетнов, комиссар — А. А. Кошечкин, начальник штаба — И. Н. Скрипка. Отряд назвали «Реванш», как символ отплаты за горечь отступления 1941 года, символ возмездия за злодеяния фашистов на нашей земле, за причиненное врагом народное горе, за вдовьи, материнские и сиротские слезы, за разрушенные и сожженные села и города, за искалеченные человеческие души.

Партизанский отряд «Реванш» начал действовать на юге Новодугинского района с весны 1942 года, базируясь в торбеевских лесах, у границы с Вяземским районом. Руководил отрядом лейтенант Иван Тимофеевич Суетнов, попавший в окружение под Вязьмой. Этот маленький лейтенант, которого называли то Петром, то Иваном, то просто Ванюшкой, был умен и находчив, умел быстро оценить обстановку, найти нужных людей, хорошо ориентировался на местности и отлично владел оружием.

Он после нескольких не­удачных попыток перейти линию фронта и выбраться к своим, организовал вокруг себя сначала небольшую группу, переросшую впоследствии в партизанский отряд, который действовал против фашистов в треугольнике между важными железнодорожными линиями Вязьма - Туманово и Вязьма – Ржев. Наносил удары по врагу, пуская под откос эшелоны, укрываясь и противодействуя частям карателей в лесах под Торбеевом, Касней, Минином.

Партизанский отряд «Реванш» был одним из тех, сравнительно небольших отрядов, которые возникли самостоятельно, по велению души и сердца советских патриотов, действовали по своей инициативе и определенное время не были связаны с партийным подпольем или каким-то штабом известного Большой земле партизанского формирования.

Особенностью партизанского движения в Смоленской области, что подчеркивается и в книге «Война народная», было довольно широкое участие в нем военнослужащих. В большинстве отрядов сложилось удачное сочетание между местными патриотами и военнослужащими, так называемыми окруженцами. Первые прекрасно знали местность, каждую дорожку и стежку, имели тесную связь с населением. Вторые хорошо знали военное дело, владели всеми видами оружия, умели организовать разведки. Все это целиком и полностью можно отнести к отряду И. Т. Суетнова «Реванш».

Группа Суетнова почти всегда находилась в движении, лишь иногда партизаны возвращались к землянке в Марковском лесу у деревни Иванчищево, считая этот лес своей базой. Жители Иванчищево и соседних деревень помогали партизанам: собирали для них хлеб, картофель, вели разведку, предупреждали об опасности. Лес, где обосновались партизаны Суетнова, начинается в четырех километрах от станции Касня и тянется на север вдоль железной дороги километров пять-шесть. С востока к нему прилепились деревни Марково, Алхимово, Иванчищево, Минино. Лес сравнительно невелик, и землянки партизан находились всего в трех километрах от железной дороги, по которой шли поезда из Вязьмы на Ржев и обратно. Пересчитывая вагоны громыхавших мимо эшелонов, видя или угадывая, какие грузы они везут к фронту, партизаны молча сжимали кулаки — в отряде не было взрывчатки. Но подрывники уже были. Это Т. А. Антонов и П. Г. Подашков.

Тит Александрович Антонов хорошо знал подрывное дело: в армии он был командиром саперного взвода. Выполняя задание в тылу противника, попал в лагерь военнопленных, трижды бежал, последний раз из лагеря у станции Серго – Ивановской. П.Г. Подашков незадолго до войны окончил танковое техническое училище, знал устройство снарядов и мин.

В сентябре в отряде появилась рация. Теперь у отряда «Реванш» появилась прямая связь с Большой землей. Разведывательная деятельность отряда конкретизировалась и велась по заданиям. А в середине сентября партизаны Суетнова неожиданно встретили комсомольский диверсионный отряд имени Дзержинского, состоящий из 26 комсомольцев. Командовал отрядом старший лейтенант М.Ф. Лопатин. Суетнов и Лопатин договорились действовать сообща.

Разведчики по-прежнему наблюдали за передвижением войск и грузов противника по железной дороге Вязьма — Ржев, разрушенные участки которой гитлеровцы восстанавливали, и по большакам. Чтобы знать обстановку в районе и вести работу среди местного населения, партизаны использовали всякую возможность: встречи с проверенными людьми, вечеринки, на которые в летнее время молодежь собиралась под открытым небом, беседы с жителями на полях и токах.

Были и непредвиденные встречи. Однажды партизаны, возвращаясь с задания, остановились у небольшой деревеньки. Витя Медведев пошел разведать обстановку. Поднялся на крыльцо дома. Постучал. Хозяин молча открыл дверь. Витя вошел в хату и от неожиданности оторопел — в комнате разбирали вещи двое гитлеровцев. В какие-то секунды он оценил обстановку. Заметил автомат, ремень с портупеей и пистолетом. Вскинул свой автомат и приказал: «Хенде хох!» Фашисты на мгновение застыли на своих местах от шока, пораженные дерзостью партизана. А затем кинулись к оружию. Но Виктор опередил их. Короткая очередь из автомата прикончила обоих гитлеровцев. Забрав оружие, Медведев быстро покинул дом. Когда фашисты по тревоге схватились искать партизан, их и след простыл.

8 сентября партизаны провели крупную операцию на перегоне Касня-Александрино. Вражеский эшелон с военными грузами был частично уничтожен взрывом, частично – огнем. Движение по дороге остановлено.

Вторая крупная диверсия была совершена подрывниками в ночь на 24 сентября южнее станции Касня. Был подорван немецкий эшелон и вновь на дороге движение остановлено.

Группа Т.Антонова подготовила третью диверсию на перегоне Мещерская-Туманово. Шестью партизанами под командованием Петра Куранина и Ани Матвеевой был взорван фугас под колесом паровоза. Подрывники не вернулись назад в лагерь. Позднее от местных жителей партизаны узнали, что после взрыва вокруг загремели выстрелы: стреляла немецкая охрана по всему перегону, стреляли со стороны соседних деревень – позади, справа и слева от бегущих подрывников. Куранин, Розанов и Суханова где-то недалеко от деревни Приказниково в темноте столкнулись с отрядом немцев, бежавших к месту взрыва. Юноши велели Маше Сухановой отходить к оставшимся позади товарищам и прикрывали ее, пока не расстреляли все патроны. Чтобы не попасть в плен они подорвали себя гранатой. Матвеева, Чибисов и Медведев не встретили Машу, потому что свернули сразу на север. Маша успела выйти из зоны огня, но была ранена, укрылась в кустарнике около деревни Ефремово. Там ее обнаружили и окружили гитлеровские солдаты. Почему она не пошла дальше? Может быть, не знала о гибели товарищей и ожидала их, может быть не могла идти. Рассказывали, что ее страшно пытали и повесили на железном крюке.

Три диверсии в короткий срок! Немецкое командование готовила большую облаву на партизан. Понимая это, вечером 7 октября отряды ушли из Марковского леса. А утром следующего дня деревни Мининского сельсовета заполнили оккупанты. Силы, вполне достаточные для боя с хорошо вооруженной воинской частью, окружили лес. Партизаны перебазировались в Торбеевский лес.

Торбеевский лес в 2—3 раза больше Марковского. Тут и болота, и чащобы, и участки сравнительно чистого зрелого леса, и лесосеки, где под конвоем гитлеровских солдат заготовляли древесину схваченные во время облав люди,— и в этом лесу легче укрыться, запутать следы. Но от железной дороги его отделяет шоссе, вдоль которого размещались гарнизоны противника. Больше того, партизаны оказались отрезанными двумя охраняемыми дорогами от деревень Мининского, Демидовского, Шуйского и Вятсковского сельских Советов, где остались их друзья и источники снабжения продовольствием. Население больших деревень — Торбеева, Санников, Васютников, Дрожжина, расположенных на шоссе вблизи леса, не могло активно помогать партизанам потому, что здесь постоянно квартировали оккупанты. Суетнов налаживал связи с жителями маленьких деревень и хуторов, окружавших лес, но эти селения были ограблены захватчиками, а некоторые полностью сожжены. Люди ютились в землянках, сараях, амбарах, погребах.

Суетнов в эти дни продолжал работу среди населения. Если во многие деревни Мининского сельсовета Новодугинского района и соседнего, Тумановского района, когда оккупантов не было, партизаны могли явиться днем или зайти на ток, где люди работали по - колхозному, все вместе, и говорить с ними открыто, то в западной стороне Новодугинского района о таких возможностях общения с населением осенью сорок второго года пришлось забыть. Там враг активно вербовал полицейских, карателей, имел свою агентуру. В деревни ходили только ночью, медленно и осторожно налаживая связи то с одной семьей, то с другой,— те, кто соглашался помогать партизанам, рисковали жизнью больше самих партизан, ведь они были безоружны против многочисленных врагов и их агентов. Но и тут Суетнову удалось найти смелых и честных патриотов.

Фашисты, пронюхав через своих агентов о вероятной дислокации партизан, стали обстреливать Торбеевский лес из минометов. Стреляли методически, по площадям, иногда мины рвались недалеко от партизанских землянок. Не только командиры, но и рядовые бойцы знали, что нападение карателей возможно в любой день и час, поэтому в лагере все были настороже: спали с винтовками и автоматами наготове, разговаривали вполголоса, ходили по лесу ограниченно, были усилены охрана, наблюдение.

С приближением зимы проблема питания и одежды усложнилась. Медицинская сестра Зина Костюхова, пришедшая в отряд с Лопатиным, рассказывала о партизанах Суетнова:

-Они были простужены, исхудавшие, с незажившими ранами.

Лопатин принимает решение идти на большую землю. Оттуда он скорее мог помочь партизанам. 20 октября партизаны получили радиограмму о том, что Лопатин и его связные вышли на Большую землю и отряду будет оказана помощь.

В ночь над Торбеевским лесом самолеты сбросили два ящика патронов, три ящика тола, мешки с продуктами.

В ноябре 1942 года, лагерь отряда «Реванш» в Торбеевском лесу оставался самой ближней к фронту базой партизанского движения в области.

Несмотря на такое тревожное положение отряда, активность партизан не снижалась.

Отклик Большой земли, удачные диверсии, близость праздника Октября — все это поднимало настроение. Но день праздника в отряде был омрачен огромным несчастьем — 6 ноября, около 6 часов вечера, подорвался на мине Павел Подашков. Павла любили. Очень искренний, добросердечный, всегда готовый помочь, он был из тех людей, которые первыми поднимались в атаку, закрывали от пуль товарищей. Страшно было подумать, что этот сильный, жизнерадостный человек больше не встанет, не войдет в землянку с веселой шуткой и никого уже не позовет в очередной поиск. Хоронили его, когда стало совсем светло. Молча стояли мужчины у неглубокой могилы, рыдали девушки, откровенно плакал Гриша Куленев, постоянный спутник Павла при выполнении заданий. На дереве у могильного холмика вырезали пятиконечную звезду, фамилию и дату гибели. Так и остался навсегда в Торбеевском лесу воентехник второго ранга Павел Григорьевич Подашков, коммунист, партизан, хороший человек, выросший в Судиславском районе Костромской области. Где же точно находиться могила П.Г. Подашкова неизвестно.

7 ноября, когда радистка заканчивала сеанс связи со штабом армии, прибежал с дальнего поста часовой и доложил, что каратели идут по направлению к лагерю. Суетнов приказал всем из него уходить.

Суетнов уводил партизан в ольховые заросли, за которыми начинался участок леса, где летом пленные из лагеря в Санниках заготовляли дрова для оккупантов. Партизаны укрылись в зарослях и приготовились к бою. Каратели шли густой неровной цепью с востока на запад, захватывая неширокую полосу леса, шли не спеша, простреливая автоматными очередями кусты, бугорки, молодой ельник. Они прошли в двухстах—трехстах метрах от партизан, не обратив внимания на чахлый ольшаник, не заметив землянок.

Партизаны мерзли в кустах до вечера, но каратели не вернулись. Отогревшись в землянках, отрядные юмористы сочиняли анекдоты и представляли в лицах события минувшего дня, не до шуток было только повару Мите Огородникову, спешившему накормить отряд. А командиры вели между собой серьезный разговор. Они предполагали, что действия карателей одним заходом в лес не ограничатся. В эту ночь не послали дежурных на поляну, где ожидались самолеты с Большой земли: опасались засады карателей.


Утром Суетнов взял всех бойцов, отдыхавших на базе, кроме Мити, радистки и охраны, и повел к дороге, на которой он собирался встретить вражеских солдат, если' они снова явятся прочесывать лес. Однако они явились с другой стороны. Прибежал запыхавшийся часовой и доложил:


— Товарищ командир, немцы приближаются к лагерю через болото.


Партизаны бросились к землянкам, хотели спасти свое небогатое имущество. Радистка, повар, группа охраны, предупрежденные постовыми, отошли вглубь леса. К базе с трех сторон, окружая ее, двигались гитлеровцы, их было так много, что вступать в бой не имело смысла. Суетнов повел товарищей в другой квадрат леса. Слышно было, как в лагере гремели взрывы — рвались партизанские мины, рвались гранаты карателей, громивших землянки, раздавались автоматные и винтовочные выстрелы. Но лагерь был пуст...


Базы больше не существовало. Суетнов расставил посты на дорогах к бывшему лагерю, чтобы, в случае засады, возвращавшиеся в лес партизаны, которые во время нападения фашистов выполняли боевые задания, не попали в беду.


8 ноября он созвал на совещание командиров групп, отделений и коммунистов для откровенного разговора о будущем. Дело в том, что с увеличением числа бойцов отряд постепенно терял свою первоначальную мобильность. В сложившейся обстановке это грозило смертью. Партизанам предстояло часто менять убежища и не раз ночевать под елками, а в отряде есть раненые, больные, девушки, и почти все плохо одеты. Командир уже отправил в деревню Симу Смирнову — постоянное беспокойство за детей, оставшихся на попечении соседей, подрывало и без того слабое здоровье женщины, она часто болела. Он не просто отправил ее из отряда, а договорился с Надей Семеновой из Сороколетова, что та устроит Симу к соседке Полине Шевалыкиной, поскольку у Семеновых слишком много было своих детей. Он посоветовал вернуться в деревню и Ане Тимофеевой— у нее не было родителей, а в доме оставались без присмотра двое детей. Несколько человек, пришедших в отряд из деревень мининской округи в конце октября 1942 года, были тоже отпущены домой, но они оставались глазами и ушами партизан. Теперь Суетнов поставил на обсуждение товарищей вопрос о реорганизации отряда. Он предлагал оставить в Торбеевском лесу лишь часть партизан, чтобы снова создать здесь базу, а остальных переправить к капитану Артеменко, в Вельские леса, где положение было стабильнее и, следовательно, безопаснее. Коммунисты согласились с командиром. Той же ночью в отряд «За Родину» ушли Сергей Разумов, Василий Чибисов, Дмитрий Артемов, Николай Пименов, Лиза Левина, Альберто Гонсальэж — всего 20 человек во главе с лейтенантом Семеном Новожиловым.


Партизаны, оставшиеся в Торбеевском лесу, быстро выкопали две одинаковые землянки недалеко от Курцева. В них по обе стороны узкого прохода устроили нары, у задней стены, в углублении, очаг, над ним — отверстие для дыма, большое окно. На крыше одной из землянок установили и замаскировали трофейный пулемет. Надо было спешить, наступали холода, приближалась зима.

В тот день, когда работа по оборудованию базы была закончена, пришла телеграмма, где напоминалось о задании — взять в плен неприятельского офицера.

Это задание на первый взгляд казалось им нетрудным. Ведь было такое, когда Виктор Медведев один разоружил двух оккупантов. Подобный случай был с Сергеем Зацепиным и Дмитрием Кузнецовым. Идя на задание, ночью они зашли в деревню разведать обстановку. А в дереве вечером остановился на отдых большой вражеский отряд с обозом. Разведчики огородами пробрались к дому, постучали в дверь, им открыли без лишних разговоров, а в избе, оказывается, спали комендант и переводчик. Не раздумывая, партизаны взяли автомат, лежавший на скамье у кровати, и вытащили пистолет коменданта из-под подушки. Враги проснулись, но... поздно. Случались и другие обстоятельства, когда партизаны могли сравнительно легко взять гитлеровского офицера, но тогда в этом не было особой необходимости.

Теперь Суетнов приказал разведчикам и всем, кто уходил в засады, считать главной задачей — добыть «языка» в звании офицера. Местные связные сообщили ему, что из Торбеева и обратно часто ездит офицер связи без охраны. 11 ноября группа охотников под командой Скрипки вышла на большак пленить офицера. Они взяли с собой моток провода, срезанного когда-то с линии связи. К месту засады вышли заранее. Конец проволоки обмотали вокруг дерева, росшего на той стороне дороги, и хорошо закрепили его, считая, что мчащийся на большой скорости мотоциклист не заметит тонкую нитку провода, опущенного на землю. Так и получилось. Когда штабной лихач почти поравнялся с засадой, трое партизан с силой дернули свободный конец проволоки. Офицер вылетел из седла и ударился о мерзлые камни большака. Подбежавшие к нему партизаны сразу поняли, что перестарались,— штабист был мертв. Сняли автомат, взяли документы, пакет с донесением, запасные обоймы, быстро убрали проволоку и подожгли пролетевший вперед мотоцикл. Неделю назад они радовались бы такой добыче, в тот же день партизаны возвращались к себе с другим чувством, считая, что провалили операцию. Пришлось охоту за «языком» начинать сначала.

Каждую ночь группа партизан опять дежурила в лесу, ожидая грузы. 13 ноября самолеты сбросили мешки с продуктами, обмундированием и газетами. Обмундирование тут же распределили, прежде всего между теми, кто совсем не имел теплой одежды. Столько дней вести с Родины доходили к ним лишь обрывками, с большим опозданием, и вот — свежие газеты с докладом И. В. Сталина на торжественном заседании, посвященном 25-й годовщине Октября и его приказом. Читали их бережно и внимательно, стараясь понять, что происходило в те дни на фронте, как жила и трудилась во имя победы огромная родная страна.


В приказе народного комиссара обороны № 345 партизаны прочли: «Враг уже испытал однажды силу ударов Красной Армии под Ростовом, под Москвой, под Тихвином. Недалек тот день, когда враг узнает силу новых ударов Красной Армии. Будет и на нашей улице праздник!» Они верили, что, действительно, недалек тот день, когда советские войска нанесут решающий удар по захватчикам. Их веру в скорые перемены укрепляли и собственные наблюдения. Суетнов, Кошечкин, Антонов, Скрипка и все, кто воевал летом 1941 года, знали, как многого недоставало в вооружении наших бойцов в первые месяцы войны. Скрипка вспоминал, что в их 8-й Краснопресненской дивизии народного ополчения получили только два автомата на батальон, больше того — на каждого бойца не хватало винтовок, командир минометной роты докладывал перед боем, что у него всего 17 мин. По отдельным приметам, по тому, как были вооружены дзержинцы, какие посылки мог отправить их небольшому отряду Шилов, партизаны поняли, что обеспечение Красной Армии не просто улучшилось, а стало совсем иным — есть чем воевать. Все это поднимало настроение, вызывало желание крепче бить врага, чтобы приблизить победу.

Часть газет с приказом и докладом И. В. Сталина Кошечкин раздал партизанам, уходившим на задания, чтобы донести слово партии до жителей деревень.

13 ноября партизаны встретили еще одну группу разведчиков 5-й армии — младшего лейтенанта И. Т. Дводненко, А. В. Глазкова и В. Ф. Мартынова. Суетнов об этом написал в отчете коротко: встретили разведгруппу, помогли выполнить задачу и со своими проводниками отправили через линию фронта. Если учесть, что в разведсводках 5-й армии появились сведения о размещении близ деревни Каменная Гора (в трех километрах от Вязьмы) тыловых подразделений 95-й пехотной дивизии противника и тут же сообщалось, что 21 ноября разведчиками взят в плен ефрейтор этой дивизии, а в районе Дятькова — документы убитого гитлеровского солдата, то можно предположить, какую именно задачу выполняла группа Дводненко, ведь Дятьково — это хутор в восточной части Торбеевского леса.

Началось предзимье. 25 ноября Суетнов получил радиограмму: «Наша армия перешла в наступление и гонит фашистские войска на запад. Приступайте к активному проведению диверсионных работ. Остановите движение на железной дороге Вязьма — Сычевка. Пускайте под откос эшелоны, рвите полотно, мосты железной дороги, рвите связь и разрушайте коммуникации врага. Шилов».

Радость, огромная и общая для всех советских людей, заслонила их частные беды, и Суетнов ответил майору Шилову: «Несмотря на тяжелые условия, отряд продолжает борьбу...» Это были не просто слова, отряд действительно не прекращал деятельности — подрывники готовились к операции на железной дороге, разведчики вечером ушли на поиск.

В декабре установилась зимняя погода. Партизанам труднее стало укрываться, маневрировать, решать вопросы снабжения. Зная эти сезонные трудности, фашисты с большим рвением начали борьбу против народных мстителей, готовили крупные операции «Зимний штурм», «Лесная зима», «Белый медведь», «Бег звезды» и др. А в Новодугинском районе несколько сот карателей гонялись за небольшим отрядом лейтенанта Суетнова, которого в деревнях называли то Иваном, то Петром, то Ванюшкой. Потеряв следы отряда «За Родину», потерпев несколько неудач в погоне за Суетновым, каратели вымещали зло на жителях вяземских и новодугинских деревень. В Маслове, где размещалась комендатура, они устроили застенок — здесь пытали и убивали русских людей, которых оккупанты или их прислужники заподозрили в помощи партизанам. Особенно отличался жестокостью унтер-офицер Карл Фель, устраивавший допросы с пытками и лично расстрелявший несколько мирных жителей.

Оккупанты блокировали выходы из Торбеевского леса. В деревнях дежурили засады карателей или их агенты. Партизаны прибегали к хитрости и разным уловкам, чтобы маскировать следы к лагерю. От засад и преследования они уходили без потерь, но активно действовать в такой обстановке не могли: боезапас невелик, продуктов почти нет, зимняя база уничтожена, самолеты не летают. Надо что-то делать. И Суетнов решает провести разведку в восточной части района. В ночь на 10 декабря 1942 года 12 партизан во главе с командиром ушли на железную дорогу. Оставшимся на базе приказано не выходить из лесу и ежеминутно быть готовыми к обороне.

Лагерь затаился. Только постовые молча сменяли друг друга. В землянке еще слышались шутки и смех — слишком молоды были ее обитатели, но и сюда с каждым днем все чаще проникала тревога, усиливалась напряженность, томило бездействие. Кончились продукты. Саша Кошечкин выдавал по половине сухаря на день из неприкосновенного запаса, Митя набирал в ведро свежего снега и кипятил талую воду. Каратели перестали обстреливать и прочесывать лес, будто поверили, что партизаны покинули базу. Вечером 19 декабря Кошечкин и Скрипка решили сделать вылазку в деревню, считая бдительность немцев ослабнет, так как они будут праздновать «Николу». К утру, почти одновременно вернулись Суетнов со своей группой и Кошечкин с товарищами. Из Мининского сельсовета партизаны несли тюки с валенками, продукты.

А 20 декабря в середине дня к партизанскому лагерю пробрался большой отряд карателей. Партизанам пришлось вести неравный бой. Когда стемнело, Суетнов увел отряд от землянок. Немцы разгромили землянки и ушли. Сделав круг по лесу, партизаны вернулись к лагерю. Посидели у развороченных землянок , дальше оставаться здесь смысла не было.

Уходили на запад, прихватив в д. Чаусово немецкого переводчика, гулявшего на вечеринке. Считая, что переводчик стоит офицера, решили переправить его на Большую землю.

Вскоре после того, как отряд «Реванш» покинул Торбеевский лес, сюда вернулся от Артеменко Семен Новожилов с двумя или тремя местными юношами. Семен вел товарищей к запасной землянке, где хранились продукты и боеприпасы на черный день. Он не мог знать, что запасная землянка провалилась. Семен прикрывал ребят, пока не кончились силы. Безоружного, тяжело раненного, его схватили немцы и казнили. К сожалению, его могила осталась неизвестной. Спутники Новожилова остались живыми. Однако одного из них, Колю Дмитриева, после схватили оккупанты, его зверски пытали и полумертвого бросили в колодец, ставший могилой многих патриотов, замученных палачами из карательного отряда, обосновавшегося в Замошье.

В середине января 1943 года арестованы и казнены в Маслове жители д. Федяевка Марфа петровна Федорова, ее 17-летняя дочь Мария, 16-летний сын Роберт, ее однофамилец Федоров Иван Васильевич. Федоровы помогали партизанам, пока они были в Торбеевском лесу.

Были ли Федоровы последними жертвами, чьи судьбы связаны с Торбеевским лесом? Неизвестно. Знают, что после ухода партизан из Торбеевского леса во второй половине января и начале января разведотдел 5-ой армии все же получал информацию о передвижениях противника в районе Минина и Александрино, а значит, снова в Торбеевском лесу действовали разведчики.

За время деятельности в Новодугинском районе партизаны отряда «Реванш» 10 раз останавливали движение поездов на железных дорогах Вязьма-Ржев и Вязьма-Гжатск., уничтожили полностью 5 эшелонов с воинскими грузами и живой силой противниеа, вывели из строя 10 паровозов. Кроме того, партизаны выполняли задания командования по разведке, истребляли оккупантов, устраивая засады на дорогах, нарушали проводную связь между немецкими штабами, вылавливали агентов полиции.


Память о партизанах

После освобождения наших районов от оккупантов места базирования партизанских отрядов и братские могилы отмечены памятниками. В с. Днепровское поставлен обелиск в память партизан и патриотов, погибших в боях и фашистских застенках. На территории Высоковского, Мининского, Торбеевского сельских советов память партизан не увековечена. В советское время это объяснялось тем, что в послевоенное время руководители района и общественные организации не имели достаточных сведений о деятельности партизанского отряда «Реванш». Командиры и бойцы отряда после освобождения района продолжали воевать в разных воинских частях. После войны они оказались далеко от Новодугино, и друг от друга.

В.Ф. Артеменко в боях за Берлин командовал полком, после войны служил в Советской Армии до пенсии.

М.Ф. Лопатин погиб в Берлине и похоронен на известном всему миру кладбище в Трептов-парке.

Командир подрывников Т.А. Антонов после войны служил в соединениях Советской Армии в Средней Азии.

Командир разведки П.Г. Подашков, как уже было сказано, похоронен в Торбеевском лесу.

И.Т. Суетнов разыскивал после войны бывших партизан и мечтал собрать ихи тех, кто помогал партизанам в Торбееве и Минино, но служба, тяжелая болезнь и ранняя смерть помешали ему осуществить этот замысел.

Но сама природа оставила в Торбеевском лесу памятное место о деятельности партизан.

Партизаны выбирали удобные места для наблюдения. В Торбеевском лесу в качестве наблюдательной вышки служила большая сосна. Её до сих пор жители д.Торбеево называют «боевой сосной». Во время войны эта сосна была самым высоким деревом в округе. Удобным было для партизан имеющиеся разветвления на дереве. Сейчас ветвей на дереве очень много. Предположительно во время войны ветвей было меньше, они образовывали удобную площадку для наблюдателя. Но сейчас эта площадка заросла. На высоте 1 метра находиться первый вбитый штырь. Всего этих штырей сохранилось около десятка. По ним легко поднимались партизаны на смотровую площадку.


Выводы

На территории Торбеевского леса во время войны функционировали:

партизанские группировки из местных жителей,

работали группы разведки 5-ой армии,

партизанский отряд «За Родину».

комсомольский диверсионный отряд имени Дзержинского,

партизанский отряд «Реванш».


За время деятельности в Новодугинском районе партизаны отряда «Реванш» 10 раз останавливали движение поездов на железных дорогах Вязьма-Ржев и Вязьма-Гжатск., уничтожили полностью5 эшелонов с воинскими грузами и живой силой противника, вывели из строя 10 паровозов.

Партизаны выполняли задания командования по разведке, истребляли оккупантов, устраивая засады на дорогах, нарушали проводную связь между немецкими штабами, вылавливали агентов полиции.




Исследовательская работа "Деятельность партизан в Торбеевском лесу в годы ВОв"
  • Классному руководителю
Описание:

Данная разработка содержит реферат, презентацию и текст выступления  на тему "Деятельность партизан в Торбеевском лесу в годы Великой Отечественной войны". 

Материал готовился для выступления на школьной краеведческой конференции. Наш класс на конференции стал победителем.

 Тема выбрана в связи с предстоящим празднованием 70-летия Победы в Великой Отечественной войне.

В результате  исследования изучена деятельность партизанских формирований: партизанских отрядов «Реванш», «За Родину», комсомольского диверсионного отряда имени Дзержинского.

.  

Автор Яковская Светлана Анатольевна
Дата добавления 08.01.2015
Раздел Классному руководителю
Подраздел
Просмотров 733
Номер материала 44142
Скачать свидетельство о публикации

Оставьте свой комментарий:

Введите символы, которые изображены на картинке:

Получить новый код
* Обязательные для заполнения.


Комментарии:

↓ Показать еще коментарии ↓