Главная / Школьному психологу / Исследовательская работа "Гражданин.Учёный. Философ."

Исследовательская работа "Гражданин.Учёный. Философ."

НОУ РО «Сормовская православная гимназия»

_________________________________________________________















Гражданин. Ученый. Философ.

(Место П. Флоренского в российской истории.)

Исследовательская работа.







Выполнила: учащаяся 8 класса

Бобоха Елена Юрьевна

Руководитель: педагог-психолог

Громова Елена Николаевна





г. Нижний Новгород

2014



ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ………………………………………...………………………...стр. 3

ГЛАВА I. Истоки духовности и культуры………………………...………стр.5

1.1. Не отдельная личность, но часть рода……………………….…….….стр.5

1.2. Становление «русского Леонардо».................................……………стр. 10

1.3. Семья – малая церковь……….………………………………..………стр.13

ГЛАВА II. Роль П. Флоренского в российской истории.…….…… …..стр. 17

2.1. Исповедничество – как гражданская позиция…………………. ……стр.17

2.2. Научное и духовное наследие священника П. Флоренского ………стр. 21

ЗАКЛЮЧЕНИЕ...………………………………………………….…….….стр. 24

Список используемой литературы…………………..………….…….....стр. 26

Приложения…………………………………………………………...…….стр. 27





















Введение

Священник Павел Флоренский (1882-1937гг) - выдающийся православный мыслитель начала XX века, богослов, историк философии, филолог, искусствовед, организатор музейного дела в Троице-Сергиевой Лавре, математик, физик, электротехник, автор многочисленных изобретений в различных областях науки и техники. Прокладывая пути к будущему цельному мировоззрению, отец Павел намного опередил свое время. Всей своей жизнью и творчеством он стремился проповедовать Истину Христову. Как и тысячи священнослужителей того времени, отец Павел был осужден по ложному обвинению и в 1937 году расстрелян.

22 января 2015 года исполняется 133 года со дня рождения выдающегося православного мыслителя начала XX века, богослова, историка философии, филолога, искусствоведа, организатора музейного дела в Троице-Сергиевой Лавре, математика, физика, электротехника, автора многочисленных изобретений в различных областях науки и техники. А 77 лет назад, 8 декабря 1937 года, он был расстрелян на полигоне под Ленинградом.

В одной из своих знаменитых лекций о П. Флоренском о. Александр Мень сказал: "Флоренский - это человек, которого никак нельзя однозначно охарактеризовать…Это фигура, хотя и вызывавшая и вызывающая сегодня споры, безусловно, огромного масштаба. А споры вызывали все - и Пушкин, и Леонардо да Винчи (… ) Тот, о ком не спорят, никому не интересен".1

Актуальность темы. Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл (Гундяев) в своем докладе на конференции «Актуальность мысли Павла Флоренского» сказал: «Отец Павел Флоренский принадлежит истории России. Он сам свидетельствует о России первой трети XX века. Его судьба и творчество помимо интереса исключительно научного (исторического, философского, искусствоведческого, богословского), привлекают внимание как судьба и творчество человека, оставшегося верным своему выбору. Любви к России – до Соловков, любви к своим детям - до самоотрешения, любви к другу - до отождествления себя с ним, любви к Христу - до немоты, молчания».2

Цель нашего исследования - проследить становление личности Павла Флоренского как философа, ученого, религиозного деятеля и гражданина и доказать значимость роли о. Павла в российской истории.

Для достижения поставленной цели нам необходимо решить следующие задачи: 1) изучить биографию Павла Флоренского; 2) ознакомиться с его монографиям, статьями и обобщить их; 3) проанализировать критические отзывы на творчество философа; 4) определить вклад священника Флоренского в науку, искусство и русскую философскую мысль ХХ и ХХI веков.

Для решения поставленных проблем применялись следующие методы: изучение и теоретический анализ работ П. Флоренского и критической литературы, обобщение и теоретический анализ изученного материала, подведение итогов.

Для исследования был привлечен значительный по объему материал, включивший в себя как научные, научно-популярные, публицистические работы по истории, философии, богословию, искусствознанию, учебные пособия, так и беллетристику, содержащую элементы научного анализа либо отражающую подлинные факты биографии и сущность воззрений П. Флоренского а также воспоминания современников, членов семьи о. Павла и его собственные дневниковые записи.

Гипотеза. Научная и философская прозорливость Павла Флоренского, позволившая опередить научную мысль своего времени на десятки лет основывалась на том, что он не видел противоречий между наукой и религией.






Глава I. Истоки духовности и культуры


1. 1. Не отдельная личность, но часть рода.



По словам игумена Андроника (Трубачева), внука П. Флоренского, о. Павел придавал особое значение генеологическим исследованиям, сам последовательно собирал материалы о своих предках, сохранившиеся в семье. Он рассматривал род как целостный, развивающийся организм. Он начинается с отдельной личности, ставящей перед собой качественно новую задачу, которая осуществляется потомками и «закрепляется в истории». Таким образом, в рамках «линейной родословной» может прослеживаться не один род. Например, в геологии Флоренских известен род, который произошел из среды малороссийских казаков (примерно на 200 лет). Далее в череде поколений возникает род священнослужителей а Костромской губернии. Его прерывает Иван Андреевич Флоренский, который заканчивает Духовную академию и поступает в Медицинскую академию, основав тем самым род служителей науки. О. Павел писал по этому поводу: «Мне порою является мысль, что в этом оставлении семейного священства ради науки – принципиальная, главная ошибка всего рода, и что пока мы не вернемся к священству, Бог будет гнать и рассеивать все, самые лучшие попытки». Если ориентироваться на эту систему координат, то Павлу Флоренскому предстояло стать очередным родоначальником, так как он в своей жизни соединил служение Богу и науке.

Когда в 1882 году родился Павел, фамилия Флоренский уже звучала гордо. Отец Александр Иванович сын военного врача, окончил в Санкт-Петербурге Институт путей сообщения, работал инженером путей сообщения на Кавказе, это было престижно, страна в то время покрывалась железными дорогами.

А что касается религии, то отношение к ней в семье всегда было сдержанным. Поэтому, хотя он и был крещен в честь святого апостола Павла в православной Давидовской Тифлисской церкви, ему не дали ни должного религиозного воспитания, ни необходимых навыков церковной жизни. Мать Флоренского происходила из знатного армянского рода Сапаровых. Дед Павел Герасимович Сапаров был крупным помещиком, очень влиятельным в Тифлисе человеком, обладал немалым состоянием, в том числе шелкомотальными заводами и асфальтовыми месторождениями, однако разорился и вскоре умер. Флоренского назвали в память о нем.

Жена Павла Сапарова Софья Григорьевна — урожденная Паатова. “Мать моя — Ольга Павловна Сапарова — была при крещении названа Саломией (Саломэ — по-армянски); она — армяно-григорианского исповедания. Сапаровы — выходцы из Карабаха XVI века. В Карабахе случилась чума, и они выселились в селение Болнисе Тифлисской губернии со своими крестьянами, спрятав свои сокровища и все имущество и бумаги в пещере над рекою Инчей, в верховьях ее в Елисаветинской губернии. Тогда их фамилия была Мелик-Бегляровы. Когда чума кончилась, почти все Мелик-Бегляровы вернулись в Карабах. Часть же их, а именно три брата, остались в Грузии, в селении Болнисе. От них, по прозвищам трех братьев, произошли три фамилии, родственные между собой: Сапаровых, Паатовых и Шавердовых”.

Брак Флоренских отличался удивительной гармонией, приоритет семейного начала над всем окружающим никогда не подвергался сомнению. Вслед за первенцем Павлом родились его сестры и братья: Юлия, Елизавета, Александр, Ольга, Раиса и Андрей. Благородное происхождение родителей никогда не было предметом обсуждения — на расспросы о родословной маленький Павел получал уклончивые ответы. Но позже, благодаря архивным и книжным изысканиям, ему удалось осуществить, как он писал, «генеалогическую реставрацию прошлого».

Павлуша, так его называли родители, игрушкам предпочитал коллекцию минералов и лабораторные приборы. Друзья называли Павла "нос в кудряшках". От армянской матери ему досталось смуглое лицо, гоголевский нос и длинные курчавые волосы. Он был небольшого роста и хрупкого сложения, говорил довольно тихо, да и вел себя по-монастырски. «Сдержанная, замкнутая, гордо-застенчивая в проявлении чувств, преувеличенно стыдливо прятавшаяся от меня уже с самого детства — когда кормила и вынашивала детей, она казалась мне с первых дней моего сознания существования особенным, как бы живым явлением природы, кормящей, рождающей, благодетельной, — и вместе с тем далекой, недоступной». (П. А. Флоренский о своей матери). Материнство воспринималось им как тайна: «В ней я не воспринимал лица: она вся окружала наше бытие, всюду чувствовалась и была как-то невидима… Ибо сила моего анализа не может расчленить аморфного, хотя и очень сильного, впечатления от матери, не может объективироваться, оно не может выразиться в слове». П. А. Флоренский писал: «В матери я любил Природу или в Природе – Мать, naturam Naturamtem Спинозы. Я знал, что мать очень любит меня; и в то же время у меня было всегда чувство таинственного величия её…». Около матери создавалась атмосфера, требовавшая поклонения. «Мать была для меня родными недрами бытия, но прижаться к ней, как к родной, было странным, неподходящим. Конечно, я говорю об этом преувеличенно. Конечно, я прижимался к ней, целовал её, но мне помнится, что она с каждым годом всё не то холоднее, не то смущённее встречала эти ласки…». При этом маленький мальчик был очень ласков, постоянно всех целовал и гладил, не мог жить без ласк, не мог жить без тактильных ощущений родных ему людей. Приведённый выше фрагмент многое открывает в мироощущении детства, в философии П. А. Флоренского.

Его детские годы прошли в Грузии почти исключительно в армянской среде, в окружении материнской родни и армянских друзей семьи. Флоренский был абсолютно убежден в том, что армянские корни и армянское детство, впечатления от величественной природы Кавказа были решающими для формирования его личности и философских воззрений. Дух армянства, пропитавший его юные годы, он пронес через всю жизнь. Он говорил по-армянски. Человек, владевший в общей сложности 25 языками, не мог не знать своего родного. Особенностью атмосферы семьи, которую созидали родители, было бережное отношение, уважение к личности детей, их стремлениям, желаниям. Например, Александр Иванович и Ольга Павловна не препятствовали увлечению Павла фотографией. Такая атмосфера привела к удивительной индивидуальности каждого из детей, доходившей порой до их внешней несовместимости, по крайней мере, несовместимости интересов и устремлений, особенно в юности. А позже – это священник Павел, врач-психиатр Юлия, романтик до авантюризма, натуралист и историк Александр, художница-революционерка Елизавета, художница-мистик Ольга, военный инженер Андрей и тихий иконописец Раиса – с разными судьбами и интересами и столь похожие, целеустремленные, высокие духом и разносторонне одаренные люди.

Флоренский вырос в семье, далекой от религии и церкви. Он объяснял это следующим образом: “Папа не проявлял своей принадлежности к Православной Церкви из боязни хотя бы тончайшим дуновением холодного ветерка напомнить о своем православии маме; а мама старалась воздать ему тою же деликатностью и поступала так же в отношении Церкви Армяно-григорианской”.3 Известно, что Флоренский пришел к Богу, испытав в возрасте 17 лет своеобразный духовный кризис. Однако почва для духовного преображения отца Павла была подспудно подготовлена еще в детстве, благодаря неосознанному воздействию матери, ее тонкой “духовной прелести — на почве отрешенности от жизни и своеобразного, внецерковного и внерелигиозного, аскетизма”.

Вот что рассказывает о переломе в мировозрении юного Павла игумен Андроник (Трубачев) : «В конце гимназического курса, летом 1899 года, Флоренский пережил духовный кризис: открывшаяся ограниченность и относительность физического знания поставила перед ним вопрос об Истине абсолютной и целостной. Именно тогда П. А. Флоренский сделал самостоятельней шаг к религиозному мировоззрению. Приход П. А. Флоренского к вере в Бога совершился под влиянием Божиих призывов, о которых он подробно рассказал в своих «Воспоминаниях». Однажды, когда Павел спал, он ощутил себя заживо погребенным на каторге, в рудниках. Это было таинственное переживание тьмы кромешной, небытия, геенны. «Мною овладело безвыходное отчаяние, и я сознал окончательную невозможность выйти отсюда, окончательную отрезанность от мира видимого. В это мгновение тончайший луч, который был не то не зримым светом, не то — не слышанным звуком, принес имя — Бог. Это не было еще ни осияние, ни возрождение, а только весть о возможном свете. Но в этой вести давалась надежда и вместе с тем бурное и внезапное сознание, что — или гибель, или спасение этим именем и никаким другим. Я не знал, ни как может быть дано спасение, ни почему. Я не понимал, куда я попал, и почему тут бессильно все земное. Но лицом к лицу предстал мне новый факт, столь же непонятный, как и бесспорный: есть область тьмы и гибели, и есть спасение в ней. Этот факт открылся внезапно, как появляется на горах неожиданно грозная пропасть в прорыве моря тумана. Мне это было откровением, открытием, потрясением, ударом. От внезапности этого удара я вдруг проснулся, как разбуженный внешнею силой, и, сам не зная для чего, но подводя итог всему пережитому, выкрикнул на всю комнату: «Нет, нельзя жить без Бога!»

В другой раз Павел пробудился от духовного толчка, который был так внезапен и решителен, что юноша неожиданно для себя выскочил ночью во двор, залитый лунным светом. «Тут то и произошло то, ради чего был я вызван наружу. В воздухе раздался совершенно отчетливый и громкий голос, назвавший дважды мое имя: «Павел! Павел!» — и больше ничего. Это не было–ни укоризна, ни просьба, ни гнев, ни даже нежность, а именно зов, — в мажорном ладе, без каких либо косвенных оттенков. Он выражал прямо и точно именно и только то, что хотел выразить — призыв… Так возвещаются вестниками порученные им повеления, к которым они не смеют и не хотят дополнить от себя ничего сверх сказанного, никакого оттенка помимо основной мысли. Весь этот зов звучал прямотою и простотою евангельского «ей-ей, ни- ни»… Я не знал и не знаю, кому принадлежал этот голос, хотя не сомневался, что он идет из горнего мира. Рассуждая же, кажется, наиболее правильным по характеру его отнести его к небесному вестнику, не человеку, хотя бы и святому».4

Эти призывы завершились кризисом юношеского научного мировоззрения и обретением веры в Бога как Абсолютную и Целостную Истину, на которой должна строиться вся жизнь.


1. 2. Становление «русского Леонардо»


Познавать законы природы - любимое занятие Павла Флоренского с самого детства, он точно знает, что станет физиком, но чем дальше он погружается в науку, тем больше вопросов возникает. Например, какие силы управляют миром? «И чем железнее мне представлялся закон физики, тем с более почтительною боязнью я ходил около него с тайным чувством, что этот рациональный с виду закон, есть лишь обнаружение иных сил и потому я усиленно добивался знать эти законы, они то и составляли своей совокупностью мое научное понимание мира».5

 Cохранилось письмо, где учитель Флоренского, который живет в Петербурге и продолжает его обучать письмами, пишет о том, что, наконец, я купил себе рентгеновский аппарат, Павлуша, и я его посылаю. Т.е. вот такие вещи посылались гимназисту, домашний рентгеновский аппарат, это тогда когда их были единицы в России.

Павел серьезно увлекается фотографией, дома у Флоренских был один из первых дагеротипов в России и подросток легко с ним управляется. Фотография для него это еще один способ познать мир. "Дорогой папочка, своим путешествием я очень доволен, до Владикавказа мы почти все время шли пешком, делать наблюдения по дороге я не мог, слишком скоро мы для этого шли, только мог фотографировать интересные места. Местность эта тем более доступна для наблюдения, что совершенно не покрыта слоем земли и растительности, поэтому все детали выступают перед глазами так, как будто смотришь на геологическую карту".6 Одним из всепоглощающих увлечений отца Павла была фотография.

С детских лет и до последних дней фотоснимок был для Флоренского символом вечности. Еще будучи студентом Московского университета, тоскуя по семье, в сентябре 1900 года он пишет отцу: «Только утешение в фотографиях, которыми увесил комнату». В тюремной камере на Соловках, где прошли последние месяцы жизни о. Павла Флоренского, с ним были фотографии его родных и близких. После вечерней молитвы он смотрел на эти снимки, мысленно желая дорогим ему людям покоя и душевного равновесия.

В 1900 году Флоренский окончил Тифлисскую классическую гимназию. Это время стало тем рубежом, где он увидел неполноту человеческих знаний о мире, ощутил духовный голод по абсолютной Истине.
Родители настояли, чтобы Павел поступил на физико-математический факультет Московского университета, где раскрылись его многочисленные дарования. Студент Флоренский один из лучших в университете. Преподаватели рекомендуют ему продолжить занятия наукой, но у него свой план. Поиск Истины влек его к философии и богословию. Он видел глубокую внутреннюю связь науки, философии и православной веры.
После окончания университета по благословению епископа на покое Антония (Флоренсова), который был чтимым среди верующих интеллигентов старцем и высококультурным человеком, в 1904 году Павел Александрович поступает в Московскую Духовную Академию. Его желание "произвести синтез церковности и светской культуры, чтобы вполне соединиться с Церковью, но без каких-нибудь компромиссов, честно воспринимать все положительное учение Церкви и научно-философское мировоззрение вместе с искусством...". переселяется в Сергиев-Посад. Точные науки уступают место философии, религии и искусству. Павел увлекается символизмом и легко вписывается в круг молодых участников этого движения. Первые публикации Флоренского появляются в журналах "Новый путь" и "Весы". Это попытки решить философские проблемы с помощью математики. "Человек есть сумма мира, сокращенный конспект его. Мир есть раскрытие человека, проекция его".

В духовной академии Павел продолжает искать ответ на вопрос – что же есть истина? Сначала он считает, что истину можно найти в интуиции, но разум тоже имеет значение, т.е. истина это интуиция плюс разум, а как же быть с противоречиями, например, мнимые числа в математике. Мир состоит из вещей исключающих друг друга, единственное, что остается неизменным это Божественный Дух, который связывает все воедино.

В 1908 году Флоренский окончил курс, и профессор С.С. Глаголев рекомендовал его на кафедру истории философии, на которой он преподавал до 1919 года, до закрытия Академии. Через год Флоренского назначают редактором академического журнала "Богословский вестник».

В 1910 г. женился, а в 1911 году принял сан. После рукоположения Павел Флоренский служил в Сергиевом Посаде, в храме Марии Магдалины, построенном по велению Великой княгини Елизаветы Федоровны. Она хорошо знала отца Павла и часто приезжала к нему.

Вокруг Флоренского, который в 1912 - 1917 гг. еще и возглавлял журналы «Богословский вестник» и «Весы» постепенно образуется круг друзей и знакомых, во многом определявших тогдашнюю атмосферу русской культуры. Он оканчивает Академию, затем в ней преподает и пишет книги по философии культа и культуры.

В 1914 г. Павел Флоренский пишет магистерскую диссертацию, которая больше известна как его знаменитая книга «Столп и утверждение Истины», в которой он проявил себя как зрелый философ, филолог, математик. За магистерскую диссертацию Флоренского награждают премиями Митрополитов Московских Филарета и Макария. Он получает степень магистра богословия и звание экстраординарного профессора Московской Духовной Академии

В начале 20-х годов Флоренский принимает активное участие в плане электрификации страны, его приглашают работать в ГЛАВЭЛЕКТРО. Павлу Александровичу поручили найти российские изоляционные материалы. В Америке в это время использовали дорогостоящую смолу из Бразилии. Флоренский довольно быстро разработал новый изолятор – карболит, модернизированную пластмассу. Изделия из нее были почти в каждой советской семье.

В это же время Флоренский пишет книгу "Диэлектрики и их техническое применение", где близко подходит к теории полупроводников. В числе его изобретений - фотоаппарат для съемки в ультрафиолетовой части спектра, за границами видимой его части. Запатентован совместно с Г. Я. Арьякасом в 1930 г. («Прибор для фотографирования в невидимых лучах»). Это компактное устройство давало возможность производить фотосъемку в невидимых лучах без источника электрического тока, в полной темноте и бесшумно. Согласно документам Саратовского филиала Российского государственного архива научно-технической документации, аппарат был назван «Аидограф — «рисующий невидимое». Профессор Н. В. Александров, работавший с Флоренским во Всесоюзном электротехническом институте с 1930 по 1933 годы, вспоминал: «Объем знаний Павла Александровича был сверхъестественный…»

Это сегодня Павла Флоренского называют русским Леонардо, а при жизни многое из того, что изобрел ученый-священник, не поняли и не оценили. Такую судьбу своим открытиям отец Павел предсказывал и сам: "Оглядываясь назад, я вижу, что мне никогда не было действительно благоприятных условий для работы. Частью по моей неспособности устраивать свои личные дела, частью по состоянию общества, с которым я разошелся лет на пятьдесят не менее, забежав вперед".

1. 3. Семья – малая церковь


Для П. А. Флоренского путь к церковности лежал через тяжелые личные испытания. Духовник, епископ Антоний, не благословлял его принять монашество, а он не хотел жениться, боясь «на место Бога поставить на первый план семью». Из за этого П. А. Флоренский не мог «привести в исполнение свои заветные планы — сделаться священником». По воспоминаниям А. В. Ельчанинова, П. А. Флоренский в 1909 году находился в состоянии «тихого бунта» и лишь молитвы духовника укрепляли его. И духовник не ошибся. П. А. Флоренский встретил девушку, с которой не только смог соединить свою жизнь, но которая впоследствии оказала большое духовное влияние на него самого. Это была Анна Михайловна Гиацинтова (1889–1973), происходившая из многодетной семьи приказчика, проживавшей в Рязанской губернии. По воспоминаниям всех, близко знавших ее, Анна Михайловна являла исключительно высокий и светлый образ христианской супруги и матери. Ее простота, смирение, терпение, бодрость, верность долгу, глубокое понимание духовной жизни открывали современникам красоту подвига христианского брака. В семье отца Павла и Анны Михайловны было пятеро детей.

Дети стали для отца Павла даром Божиим, ниспосланным для укрепления в самых тяжелых обстоятельствах. Близко знавшая семью в 20–е годы Е. К. Апушкина вспоминает: «Как хорош он был среди детей ко мне, в их семье в Загорске было так хорошо, словно я сама была маленькой девочкой. Еще не зная Анны Михайловны, я уже знала, как любит ее Павел Александрович. Он весь был полон ласки и нежности, когда произносил слово «Анна». Помню раннее утро. У стола стоят Павел Александрович и Анна Михайловна. Его рука лежит на ее руке. Он посмотрел на меня с улыбкой и сказал: «Елена Константиновна, посмотрите, как я Анну ругаю». О, если бы все люди так ругались. Живя по несколько дней в семье Павла Александровича, я не слышала ни сердитых окриков, ничего плохого. Анна Михайловна стала для меня примером в жизни, в отношении к детям, к людям. Лучшего женского образа я не встретила в жизни».

Читая Флоренского, вдруг понимаешь, что же такое семья в смысле не социальном, а экзистенциальном. Семья — это встреча, пронизанная разлуками. Расставаний в жизни каждой семьи не счесть, ведь вот утром уходит отец на работу, обычное дело для взрослых (велика беда — подождать до вечера!), а для маленькой дочки — это горе. Она плачет, хватает отца за ноги, причитает, будто провожает его на фронт. Взрослые принимают такое поведение за каприз, недомыслие, свойственное малышам. А на самом деле, это «взрослые уже многого не понимают» (так писал Флоренский в своих воспоминаниях о детстве).

Отец Павел говорил: «Ребенок владеет абсолютно точными метафизическими формулами всех запредельностей». И, быть может, еще только поэтам доступны эти формулы бытия:

Кто смеет молвить: до свиданья

Чрез бездну двух или трех дней?

Ф. Тютчев

Павел Флоренский, оказавшись в заключении, более всего опасался отчуждения поколений внутри семьи. Он боялся, что дети, которых он оставил подростками, сочтут свой дом потерявшим всякую привлекательность, променяют его на молодежные компании, начнут ссориться между собой. А все это могло случиться, ведь во время обысков дети пережили страшный стресс. На их глазах квартиру перевернули вверх дном, забрали всю библиотеку, вплоть до детских книг. Жена Флоренского Анна Михайловна с горечью писала мужу: «Книги у нас отняли твои и наши любимые… Мика сегодня целый день, бедняга, проплакал о книгах…».

Павел Александрович пишет старшей дочке 16 сентября 1935 года: «Дорогая Оля… Я чувствую, ты не научилась ценить дома и окружающих, а этого никогда уже впоследствии не будет. Мамочка гораздо ценнее и дороже всяких вещей и людей, которые кажутся ценными, но неизмеримо менее содержательны, чем она. Крепко целую тебя, дорогая. Не унывай и не забывай».

А начинался этот диалог с детьми задолго до рокового ареста. Флоренский думал о разлуке еще в ту пору, когда старшие дети (Василий и Кирилл) были совсем малы, а младших (Ольги, Михаила и Марии-Тинатин) еще не было на свете. После Февральской революции, хорошо понимая, что это лишь начало катастрофы, 35-летний отец Павел Флоренский задумывается о духовном завещании детям. Первоначальный его текст он составляет 11 апреля 1917 года, а потом семь (!) раз возвращается к нему: в мае и июле 1917-го, июне 1919-го, июне 1920-го, марте 1921-го, августе 1922-го, марте 1923-го. Он, будто предчувствуя, что его дети рано осиротеют, старается как можно яснее и доступнее выразить свои заветные мысли: «…Дома, библиотеки, вещей не продавайте, без самой крайней нужды. Не ищите власти, богатства, влияния Нам не свойственно все это; в малой же доле оно само придет, — в мере нужной. А иначе станет вам скучно и тягостно жить. Будьте всегда в жизни добры к людям и внимательны. Не надо раздавать, разбрасывать имущество, ласку, совет; не надо благотворительности. Но старайтесь чутко прислушиваться и уметь вовремя придти с действительной помощью к тем, кого вам Бог пошлет как нуждающихся в помощи. Не делайте ничего безвкусно, кое-как. Помните, в "кое-как” можно потерять всю жизнь. Кто делает кое-как, тот и говорить научается кое-как, а неряшливое слово, смазанное, не прочеканенное, вовлекает в эту неотчетливость и мысль. Детки мои милые, не позволяйте себе мыслить небрежно. Мысль — Божий дар и требует ухода за собою. Почаще смотрите на звезды. Когда будет на душе плохо, смотрите на звезды или лазурь днем. Когда грустно, когда вас обидят, когда что-то не будет удаваться, когда придет на вас душевная буря — выйдите на воздух и останьтесь наедине с небом. Тогда душа успокоится».

Вообще поразителен и непостижим его дар отцовского предощущения детей. Из письма жене 27 мая 1935 года: «…Вспоминаю малейшие подробности прошлого, о каждом из вас отдельно. О том, как я ждал Васюшку, года за 3 до его рождения, как чувствовал, что он где-то есть уже, хотя я и сам не знал, где и как. Когда он только родился, то посмотрел на меня и было ясно, что он узнал меня...».







ГЛАВА II. Роль Павла Флоренского в российской истории


2.1. Исповедничество - как гражданская позиция


23.04.1911 года ректор МДА епископ Федор (Поздеевский) рукоположил Павла Александровича в дьяконы, а на следующий день - во священники. Флоренский стремился к священству в течение многих лет, чувствовал в этом свое духовное призвание. С. Н. Булгаков вспоминал: “... Все, что может быть сказано об исключительной научной одаренности отца Павла, как и об его самобытности, в силу которой он всегда имел свое слово, как некое откровение обо всем, является все-таки второстепенным и несущественным, если не знать в нем самого главного. Духовным же центром его личности, тем солнцем, которым освещались все его дары, было его священство».

Как сказал митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл на международной конференции в Венеции «отец Павел нашел в себе силы и мужество совершать исповеднический подвиг – именно так по праву мы должны назвать его жизнь и деятельность в страшные годы воинствующего безбожия. Он не постыдился иерейского креста, в Высший совет народного хозяйства Флоренский приходил в священническом одеянии, всегда подчеркивал, что он пастырь, что он верующий человек, и его убеждения ни коим образом не противоречат его научным изысканиям».

В 1918 году Флоренский возглавляет комиссию по охране памятников Троице-Сергиевой Лавры. Отец Павел предпринял наивную попытку убедить власти, что Лавра величайшая духовная ценность и не может сохраниться как мертвый музей, без монахов и богослужения, но эти слова, конечно, не были услышаны. Богослужение в Лавре было запрещено. А 20 апреля 1920 года Троице-Сергиеву Лавру закрыли, но вместе со своими соратниками Флоренский успевает составить опись главных шедевров и спасти от поругания честную главу преподобного Сергия Радонежского.

Потом наступило время, когда надо было закручивать гайки и было создано «сергиево-посадское дело». Была объявлена борьба с черносотенцами-патриотами и всех неугодных просто по анкетным данным замели. 70 человек – бывшие священники, дворяне.

В 1928 году Флоренского ссылают в Нижний Новгород, там Павел Александрович три месяца работает в радиолаборатории, по крайне мере, так считают его родственники.  Он пару ночей ночевал на улице, как бомж, потом устроился жить. Радиолаборатория его не приняла – это легенда, которую он сам создавал, обманывая близких, что ему не так уж и плохо.7

Благодаря усилиям друзей и родственников Флоренский возвращается в Москву, но ненадолго. В феврале 1933-ого снова арест, а затем 10 лет заключения. "Дорогая Аннуля, пишу тебе из Свердловска. Доехать было нелегко, особенно из-за блатных, т.е. воришек, которыми был полон вагон. Всех обокрали весьма сильно и, вероятно, при дальнейшем следовании дочистят остающееся. Бороться с этим злом почти нет возможности, так как в этапных условиях воровство не наказуемо. Я здоров, думаю о вас".8

Оказавшись на Дальнем Востоке, он не прекращает научную деятельность, правда уже под конвоем. Он занят проблемами строительства в условиях вечной мерзлоты, вскоре по методу разработанному Флоренским и его соратниками Каптелевым и Быковым будут строить северные города – Норильск, Сургут, Салехард.

Здесь, в заключении, Флоренский сделал еще одно сенсационное открытие. В вечной мерзлоте, на глубине двух метров была найдена личинка, которая при разморозке оказалась живой. Когда об этом узнали в Америке, тут же выдвинули свою идею – замораживать людей, а затем возвращать их к жизни.

В 1934 году Павлу Флоренскому разрешили свидание с женой и тремя детьми – Марией, Михаилом и Ольгой. Это была последняя встреча с родными. Семья еще не успела уехать, а отца Павла под конвоем отправили в другой лагерь особого назначения.

23 октября 1934 года Флоренского этапируют на Соловки. "Дорогая Аннуля, местность тут красивая довольно, но ее, пожалуй, не увижу. Кремль сложен из огромных не обтесанных валунов, так что снаружи живописен, небо серое, воздух влажный. Тут 243 пруда или точнее озера, но я видел один. Имей в виду, что писать отсюда можно лишь один раз в месяц и потому не беспокойтесь, не получая от меня писем. Больше всего думаю о тебе, моя дорогая, боюсь, что ты унываешь и беспокоюсь о твоем здоровье. Будь радостна и бодра, заботься о наших детях. Старайся, чтобы вы питались получше, продавайте что можно. Крепко целую и тебя и всех вас, не забывайте своего папу!"9

Письма – единственный способ общения с семьей, в них он сожалеет о том, что пришлось оставить работы на БАМе. "Так обрывается всякая полезная деятельность и все приходится начинать сначала, да придется ли?".

Пришлось. На Соловках Флоренский занимается добычей йода, делом для него совершенно новым. В своих письмах он присылает рисунки тех водорослей, которые изучал. В одном из последних отец Павел пишет, что только благодаря парам йода, с которым работал, он еще не заболел и советует детям давать йод, только с молоком. Передозировка йода не менее опасна, чем его недостаток, ведь только в одной капле содержится месячная потребность человека в этом элементе, но если в основе лекарства молоко, то йод не оказывает вредного воздействия. Вот так на далеких Соловках были открыты удивительные свойства йода и лишь спустя 50 лет к таким же выводам пришли ученые-радиологи. Эликсир жизни, последнее открытие Флоренского так и не стал достоянием советской науки. В 1937 году на Соловках прекращается вся научная работа. Уникальные аппараты Флоренского разрушены, чертежи уничтожены. "Обществу не нужны мои знания, ну что ж, тем хуже для общества, фактически уничтожение опыта всей жизни, который сегодня только и созрел и мог бы дать подлинные плоды. Если обществу не нужны плоды моей жизни и работы, пусть остается без них. Это еще вопрос кто больше наказан, я или общество".

Родственникам удалось добиться реабилитации Флоренского только в 1958 году и еще тридцать лет потребовалось, чтобы узнать точную дату его смерти.

Свидетельство о смерти: «Гражданин Флоренский Павел Александрович умер 8 декабря 1937 года, возраст 55 лет, причина смерти – расстрел».

«Его свидетельство проходило в тяжелейшие для российского общества годы. Коренным образом изменился уклад жизни в стране. Произошел страшный переворот в привычной некогда системе ценностей, вера стала восприниматься как пережиток прошлого, как удел недалеких людей, как форменное «мракобесие». Обществу внушали, что верующий человек по определению не может быть человеком умным, способным. В построенной безбожниками «новой России» не нашлось места для верующих людей, ибо они самим фактом своего существования опровергали навязываемую большевиками модель. Всем нам хорошо известно, что произошло потом. «Философский пароход», на котором за пределы советской России были высланы выдающиеся философы и мыслители, страшная волна репрессий, лагеря, в застенках которых погиб, без преувеличения, цвет русского общества».10

П. А. Флоренский - интересная и своеобразная фигура в истории русской богословской и религиозно-философской мысли первой трети XX в. Разносторонние научные интересы сочетались у него с приверженностью церковным традициям. Его отличали поэтическая одаренность и склонность к религиозно-философским изысканиям.

Для поколений потомков, живших в годы государственного безбожия, имя отца Павла стало синонимом свободы, знаменем возможности осуществления верующим человеком творческой активности в самых разных сферах жизни».

2. 2. Научное и духовное наследие П. Флоренского


Трудно найти область познания, где отец Павел не применил бы себя. Флоренский был профессором Московской Духовной академии, автором множества книг, ряда религиозно-философских статей, поэтом-символистом, произведения которого появлялись в знаменитых «Весах» и затем были изданы отдельной книгой, одаренным астрономом, защищавшим геоцентрическую концепцию мира; замечательным математиком, автором «Мнимости в геометрии» и целого ряда монографий; авторитетным специалистом в области физики. Он - автор образцовой работы «Диэлектрики и их техническое применение. Общие свойства диэлектриков», историк искусств и автор нескольких монографий по искусству, и особенно по резьбе на дереве; замечательный инженер-электрик, занимавший один из основных постов в комиссии по электрификации. Он был профессором перспективной живописи; прекрасным музыкантом, проницательным поклонником Баха и полифонической музыки, Бетховена и его современников, в совершенстве знавшим их произведения. Флоренский был полиглотом, в совершенстве владевшим латинским и древнегреческим и большинством современных европейских языков, а также языками Кавказа, Ирана и Индии… В 1927 году он изобрел необычайную машину, которую большевики назвали «Десятилетием» в честь X годовщины октябрьской революции.

Но основные интересы отца Павла, несомненно, лежали в области богословия и философии. Его перу принадлежат фундаментальные исследования и труды. Магистерской диссертации "О духовной истине", которая была позднее опубликована под названием "Столп и утверждение истины" (1914). Отличительная особенность этого, едва ли не основного, сочинения Флоренского заключается в наличии обширных приложений, содержащих экскурсы в разные области научного знания и призванные служить подтверждением развиваемых в работе идей. Книга "Столп и утверждение истины" не осталась незамеченной. Она привлекла внимание к творчеству Флоренского, вызвала интерес читающей публики. Высказанные им идеи порождали споры среди религиозно настроенной интеллигенции, некоторые из них получали (и получают поныне) высокие оценки в богословских кругах. П.Флоренского посвящена детальному рассмотрению и переосмыслению ряда важнейших философских проблем и категорий. Его «метафизики всеединства» – такие, как теодицея, антроподицея, антиномии космоса, антиномии рассудка, макрокосм, микрокосм, культ, культура, символ, икона, имя, слово, язык, время, пространство, перспектива, число, множество, бесконечность…

Важно отметить, что такая широта исследовательского охвата была связана не столько с личными пристрастиями, сколько, и, прежде всего, с общим замыслом Павла Флоренского выстроить единую, цельную картину мира через обнаружение и исследование глубинных взаимных соответствий различных пластов быти. В известном Энциклопедическом словаре Гранат 1927 года философская задача П.Флоренского и определена как разработка системы «конкретной метафизики» и «проложение путей к будущему цельному мировоззрению» (т. 44, с. 144). Но принципиальным моментом при построении философской системы для П. Флоренского было убеждение в том, что философия каждого народа является раскрытием его веры, из этой веры она исходит и к этой вере устремляется, а потому он утверждал, что «если возможна русская философия, то только как философия веры Православной» . Исходя из этого, сам П. Флоренский считал себя комментатором и компилятором восточных Отцов Церкви и ставил перед собой следующие задачи: во-первых, очищение всего человеческого знания от ложных предпосылок и догматов современности, от ложной науки и ложной философии; во-вторых, построения системы цельного православного мировоззрения, включающего в себя и православное богословие, и философию, и науку, и искусство. Наука и религия, казалось бы, такие несовместимые вещи, а вот отец Павел считал их не только совместимыми, а более того, неотделимыми друг от друга.

П. А. Флоренский предвосхитил некоторые отрасли современного знания, имеющие синтетический характер (математическую лингвистику, бионику, техническую эстетику, этнологию и другие, а также науковедение -- особую междисциплинарную область), которые помогают в моделировании и регулировании социальной жизни и самой науки. Это чрезвычайно важно в век глобализации и информационной революции, определяемой теми или иными возможностями в восприятии информации человеком — не только его сознанием, но и его подсознанием и сверхсознанием. Гуманитарные и естественные науки тесно взаимосвязаны, на их стыке совершаются самые важные открытия, их нельзя рассматривать как антиподы.

Подводя итог всему вышесказанному, мы можем смело утверждать, что наша гипотеза об отсутствии противоречий между наукой и религией в возрениях Павла Флоренского полностью подтвердилась.




















Заключение


Целью данной работы было подтвердить или опровергнуть гипотезу о том, что, между наукой и религией нет противоречий.

В ходе работы были проанализированы материалы научные, научно-популярные, публицистические работы по истории, философии, богословию, искусствознанию, учебные пособия, а также воспоминания современников, членов семьи о. Павла и его собственные дневниковые записи. Была представлена и точка зрения аппонентов Павла Флоренского в научных и религиозных кругах.

В процессе своего становления Павел Флоренский сначала считает, что истину можно найти в интуиции, но разум тоже имеет значение, т.е. истина это интуиция плюс разум, а как же быть с противоречиями, например, мнимые числа в математике. Мир состоит из вещей исключающих друг друга, единственное, что остается неизменным это Божественный Дух, который связывает все воедино.

Таким образом, в результате проведенного исследования наша гипотеза полностью подтвердилась.

Завершить работу хочется словами Партиарха Московского и всея Руси Алексия II : «Священник Павел Флоренский (1882-1937гг) - выдающийся православный мыслитель начала XX века, богослов, историк философии, филолог, искусствовед, организатор музейного дела в Троице-Сергиевой Лавре, математик, физик, электротехник, автор многочисленных изобретений в различных областях науки и техники. Прокладывая пути к будущему цельному мировоззрению, отец Павел намного опередил свое время. Всей своей жизнью и творчеством он стремился проповедовать Истину Христову.

«Всей своей жизнью и творчеством отец Павел стремился проповедовать Истину Христову. Одаренный от Бога многими талантами, он посвятил себя служению Церкви и свидетельству истинности православной веры. Как богослов и философ он оказал глубокое влияние на целое поколение русских мыслителей.

Да послужит жизненный подвиг священника Павла Флоренского поучительным примером верного служения Церкви и отечеству, залогом возможности и необходимости добрых отношений между наукой церковной и светской, залогом согласия веры и разума»11.

























Источники:

1. Е.Е Корчемкина. Лекция из цикла «Идеи космизма в философии, науке и искусстве». С.Пб, 2012г.

2. Игумен Андроник (Трубачев). «Путь к Богу. Личность, жизнь и творчество священника Павла Флоренского». Городец. 2012 г.

3. Мировая духовная культура. Христианство. Церковь. Лекции и беседы. М., Фонд имени Александра Меня, 1995 г.

4. Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл (Гундяев). Доклад на международной конференции «Актуальные мысли Павла Флоренского». Венеция. Италия. 09.12.2007 г.

5. Н.О. Лосский. «История русской философии» (глава ХIV. Отец Павел Флоренский), изд. Советский писатель, М., 1991 г., стр. 208

6. Павел Флоренский. Детям моим. Воспоминания прошлых лет.

7. Павел Флоренский. «Столп и утверждение истины», Путь, М., 1914, стр.

205-206

8. Портал «Credo»

9. Протоиерей А. Мень. Лекция «О Флоренском», МЗАЛ, 1990 г.

10. Священник Павел Флоренский. «Все думы о вас. Письма семье из лагерей и тюрем 1933-1937 г.», Сатись, 2004 г.

11. Флоренский П.А. Сочинения. В 4 т. Т. 1/ Сост. и ред. игумена Андроника (А.С. Трубачева), П.В. Флоренского, М.С. Трубачевой.- М.: Мысль, 1994 г.













Приложения

Приложение № 1

http://www.history-ryazan.ru/system/files/node_files/admin/florensky5.jpg

Маленький Павлуша Флоренский





Приложение № 2

http://www.history-ryazan.ru/system/files/node_files/admin/florensky6.jpg

Александр Иванович Флоренский с Павлом и Ольгой





Приложение № 3

http://www.history-ryazan.ru/system/files/node_files/admin/florensky10.jpg

Фотография, сделанная Павла Флоренским во время путешествия на Кавказ







Приложение №4

http://www.history-ryazan.ru/system/files/node_files/admin/florensky18.jpg

П. Флоренский в 20-е годы



Приложение №5

http://www.history-ryazan.ru/system/files/node_files/admin/florensky19.jpg

« В ВХУТЕМАСЕ Флоренский в рясе»



Приложение № 6.

Таблица №1. Анкета.

Уровень осведомленности в различных возрастных группах.

Число респондентов 45 человек. Возраст 14 – 70 лет.


14-25 лет

(20 чел.)

25-45 лет

(15 чел.)

50-70 лет

(10 чел.)

да

нет

да

нет

да

нет

1.

Знакомо ли Вам имя Павла Флоренского?

1

19

6

9

5

50%

5%

95%

40%

60%

50%

5

2.

Знаете ли Вы, что именно изобрел Павел Флоренский?

--

20

5

10

5

5

0%

100%

40%

60%

50%

50%

3.

Известно ли вам, что Павел Флоренский был священником?

--


20

6

9

7

3

0%

100%


40%

60%

70%

30%

4.

Можете ли вы сказать, что Павел Флоренский - уникальный человек?

1

19

6

9

7

3

5%

95%

40%

60%

70%

30%





1 А. Мень. Лекция «О Флоренском», МЗАЛ, 1990 г

2 Международная конференция в Венеции, посвященная 125-летию со дня рождения П. Флоренского.

3 Павел Флоренский. Детям моим. Воспоминания прошлых лет. М. 1925 г.

4 Флоренский П.А. Сочинения. В 4 т. Т. 1/ Сост. и ред. игумена Андроника (А.С. Трубачева), П.В. Флоренского, М.С. Трубачевой.- М.: Мысль, 1994 г.

5Павел Флоренский. Детям моим. Воспоминания прошлых лет. М. 1925 г.

6 См. приложение №3

7Портал «Credo»

8Священник Павел Флоренский. «Все думы о вас. Письма семье из лагерей и тюрем 1933-1937 г», Сатись, 2004 г


9 Священник Павел Флоренский. «Все думы о вас. Письма семье из лагерей и тюрем 1933-1937 г», Сатись, 2004 г


10 Священник Павел Флоренский. «Все думы о вас. Письма семье из лагерей и тюрем 1933-1937 г», Сатись, 2004



11Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. 2007. Праздничное заседание в честь 125-летия со дня рождения П.Флоренского.

Исследовательская работа "Гражданин.Учёный. Философ."
  • Школьному психологу
Описание:

Исследовательская работа на тему "Гражданин.Учёный.Философ" (Место Павла Флоренского в Российской истории) Ученицей была проведена работа по иследованию жизни Павла Флоренского с рождения до гибели в лагере на Соловках.Его разностороние таланты не только как гражданина и священника, но и как учёного, патриота своей Родины, и выдающегося фолософа и богослова.В работе отражена вся его жизнь, семья, и его труды.

Выполнила ученица 8 класса Бобоха Елена.

Руководитель педагог-психолог Громова Елена Николаевна

Автор Громова Елена Николаевна
Дата добавления 26.01.2015
Раздел Школьному психологу
Подраздел Другое
Просмотров 364
Номер материала 55001
Скачать свидетельство о публикации

Оставьте свой комментарий:

Введите символы, которые изображены на картинке:

Получить новый код
* Обязательные для заполнения.


Комментарии:

↓ Показать еще коментарии ↓